Teach me how to love

      — Йеджи? — Голос Рён взволнованный. Она не успевает сказать что-то еще, ведь Хван бросается к ней с объятиями. Выглядит она ужасно. Подтекшая тушь, воронье гнездо на голове. Истеричное состояние и трясущиеся руки. — Что вчера было?       Йеджи долго не могла собраться с мыслями. Она вечно начинала рыдать, стоило лишь открыть рот. Вскоре, когда Рён, наконец, напоила ее чаем, девушка все же начала рассказ.       Они тратят около трех часов, ведь слишком сложно вспоминать прошлый вечер. Комната, что увидела Йеджи, была наполнена оружием. От блочных луков, до огромных пушек. В середине стояла большая магнитная доска, с кучей фотографий, что были перечеркнуты красным маркером. На тумбочке рядом валялись какие-то конверты, перчатки. Там были специальные маски, множество вещей. Все это, буквально говорило о том, что Рюджин не врала. Да и это объясняло многое.       — Боже, как ты? — Рён обнимает подругу, не зная что можно сделать еще. — Давай вызовем полицию, я не знаю, органы…       — Нет! Нет, не стоит. Черён, она смогла стереть все данные о себе, смогла завершить с работой, думаешь, какая-то полиция ей сейчас угроза? — Старшая испуганно оглядывается на вибрирующий телефон. Она быстро выключает его, начиная вновь трястись.       — Рюджин?       — Да, с того момента, она часто набирает. — Хван сглатывает, нервно перебирая пальцы и стараясь хоть немного взять себя в руки. Она же жаловалась на скучную жизнь 24-летней официантки? Вот, судьба ее услышала, она, кажется, влюбилась в подобие серийного убийцы и пыталась ей вернуть эмоции, классно придумала. Это похоже на сюжет какого-то американского сериала от Нетфликс, где конец до последнего неизвестен.       Воспоминания о том, как все прошло, ее пугают. Когда она сидела в истерике у двери, пытаясь набрать Рён, Рюджин подошла. В голове было так пусто, и единственное, что пришло ей ум, так это тот сюжет, где ей прямо там сворачивают голову. И все, конец ее скучной и нудной жизни. Когда руки Шин потянулись к ее телу, Хван разрыдалась сильнее, испуганно отбиваясь, борясь за жизнь.       — Она обняла меня, впервые, вчера. — Безэмоционально произносит Йеджи и сжимается, укутываясь в родной плед. Она все еще помнит теплые касания, попытки Рюджин успокоить ее. Хотя из-за ее пустого взгляда, это получалось очень плохо. — Я билась в истерике, а она подошла, села рядом и потянула руки. Я била ее, кажется… А потом, она обняла меня. И я не знаю, как на это реагировать. Все как в тумане, все что помню, как вырывалась, прося о пощаде, а она лишь сидела и держала меня в объятиях, пока я не успокоилась до состояния пустышки. Вызвала мне такси…       — Не похоже на поведение человека, что хотел бы тебя убить. — Подперев рукой голову, произносит Рён. Ее брови чуть хмурятся, а свободная ладонь играет с краем покрывала. — Знаешь, это так странно. Посуди сама, она могла так давно убить тебя, если бы это было нужно. Не подумай о плохом! Но, если мыслить здраво, она шесть лет убивала людей, без какого-то чувства вины, а что с тобой? Вы знакомы несколько месяцев, но ничего. Типа, она могла подсыпать тебе что-то в еду, убить тебя тогда в машине и скрыться. Обвинить в краже машины, а потом «не справилась со скоростью, все дела». Йеджи, ты здесь, ты жива, она отпустила тебя, после вчерашнего, а могла уже давно избавиться от тела, а потом от меня, — Рён скривилась, прокашлявшись. — Я все еще не верю в то, что происходит…       — Да что ты? — Истерично смеется Хван. — Когда я мечтала о жизни, как в сериале, то явно просила не об этом. Все что угодно, но не девушку, что 6 лет убивала людей, как машина.       — Знаешь, судьба такая штука, никогда не знаешь, что дальше, — фыркает Рён. — Ладно, из нас двоих, до одури оптимистичной всегда была ты. Я не могу искать то, чего нет, но попытаюсь. Итак, ты жива, ты в квартире, все хорошо. Рюджин… Ну, она, конечно, теперь не такой идеал, но тебе же она нравится?       — Я не уверена, я боюсь ее, — Йеджи сильнее сжимает ладони. Она устало вздыхает откидываясь на спинку дивана, желая убежать от всего.       — Подумай о том, что первый раз, она спасла тебя от возможного изнасилования, второй, помогла тебе не убить Алекса, она всегда слушала тебя, делала, как ты скажешь. Вчера, она предупреждала тебя. Может, она просто боялась внутри? Это звучит так тупо, зная ее эмоции, но просто мысли же о таком могли быть?       — Черён, ты покрываешь ее? — Йеджи качает головой смотря в глаза подруги. — Серьезно?       — Эй, детка, она не такая ужасная и не кажется сумасшедшей! Ты сама говорила это, когда я долго и саркастично шутила по ее поводу. А сейчас, ты делаешь то, чего она не хотела.       — А что мне делать? Надо было обнять ее в ответ с фразой: «Ты только что импонировала мне, я даже думала, что влюблена, а теперь я боюсь сказать лишнее, ведь у тебя за спиной комната с оружием»?       — Ну, зай, меньше сарказма и агрессии, я тоже переживаю, — Черён встает, подходя к столику с чайником и вновь ставя его на плиту. Девушка берет остатки от печенья, что купила перед приходом, подносит ближе. — Возьми, пожуй, глядишь и нервы немного успокоятся.       — Очень смешно, — Йеджи закатывает глаза. — Как мне дальше жить?       — Ну, завтра у тебя смена, а потом, тоже смена, удручающе не правда ли? — Усмехается Черён. — Что ты хочешь от меня услышать? Я сама в таком впервые. Мы имеем дело с человеком, что может убить кого-то не моргнув глазом, наверняка взломать Пентагон при помощи калькулятора или в сонном состоянии вести танк. Но при этом, пыталась успокоить тебя, не зная, что делать, обнимала, проводила с тобой вечера, оберегала в какой-то степени. Я без малейшего понятия, что тут сделать.       — Ну спасибо! — Йеджи смеется куда более дружелюбно и спокойно. — И как наши дружеские посиделки, закончились этим?       — И то верно, кстати, та милашка оказалось сукой, было обидно. Знаешь, когда на твоем свидании с тебя трясут деньги, это не классно, — Рён усмехается, падая рядом и приобнимая за плечи. — Нам явно не везет с парой.       — Да, явно, — Йеджи тоже смеется, качая головой.       — Но у нас же все получится, ладно? Вспомни меня, когда мы только познакомились. Я была стеснительной и боялась сказать слово людям. А сейчас? Мы меняемся, и возможно, Рюджин тоже. Первое время, она просто смотрела на тебя. Потом вы наконец заговорили, но в основном инициатором была ты. За эти пару месяцев, вы дошли до того, что ты могла подойти и обнять ее. Если бы она хотела тебя убить, то ни за что не позволила бы вчера уехать, не обнимала бы тебя. И я не хочу защищать ее, но знаешь, если бы я была на ее месте, то наверняка бы ненавидела себя за прошлое, упивалась алкоголем и где-то в глубине, где еще были остатки эмоций, боялась потерять тебя.       — Я знаю, я просто… Боюсь, — Йеджи утыкается носом в плечо подруги, когда голос начинает дрожать. — Слишком много людей отвернулись от меня, у меня, кроме тебя, никого нет. Ты и… Рюджин, самые близкие для меня. Алекс тоже шел к этому, но я…       — Чертовски быстро привязываешься, я помню, — Черён гладит ее по голове, успокаивая. — Я тоже, а поэтому мои прошлые отношения в год с Ким Ынчжи меня все еще убивают. — Ли невесело усмехается. — У меня в рюкзаке шампанское, но думаю, стоило взять что-то по-крепче. — Йеджи смеется сквозь слезы, все еще обнимая подругу, не видя, как ее телефон рядом вновь загорается.       Очередная нервная смена. Все так и норовит выпасть из рук, пока старшая тихо чертыхается. Рён уже пришла на свое место, обслуживая каких-то невменяемых парней. Они громко смеются, даже несмотря на все те замечания, что Ли сделала для них.       Когда в дверь входит блондинка, Йеджи замирает, держа в руке поднос с едой. Отдав заказ, она быстро уходит в раздевалку, видя как другая официантка бросает на нее вопросительный взгляд.       — Эй, там твой столик сел, — слышится ее голос, когда Хван старается восстановить дыхание, стоя возле железного шкафчика. — Она просит тебя, Йеджи.       — Сейчас! — Злобно хлопнув дверцей, Хван перебарывает страх, уверенно выходя в зал. Натягивает на лицо улыбку. — Здравствуйте, что бы вы хотели?       — Издеваешься? — Рюджин вздыхает. — Снова с начала? Дежурная улыбка, тот же вопрос. Йеджи, тебе не пять лет, давай поговорим.       — Ваш заказ — салат с зеленью и мандариновый сок? Отлично, ожидайте, — Хван поворачивается, но сразу же ощущает на своем запястье теплые пальцы.       — Йеджи, давай поговорим, — Шин склоняет голову. — Ну же, не ты ли вчера говорила, что не отвернешься?       — Отпусти меня, я на работе, — Хван дергает рукой, а после уходит. Но увы, приходится выйти раньше, чем планировалось, ведь слышится крик Черён, какие-то голоса, и Йеджи выбегает, оглядываясь.       — Черён?! — Она видит, как подруга испуганно жмется к полкам позади нее. Рюджин и один из охранников крепко прижимают тех «весельчаков» к полу, скручивая их руки. Второй охранник запоздало подбегает, кивая Шин и та отходит, позволяя парню занять свое место. Она отряхивает руки, поднимая взгляд на Йеджи.       — Она в порядке. Я вовремя схватила его со спины. Когда захочешь поговорить, если захочешь, то всегда можешь подойти или набрать. Даже если это будет глубокая ночь, я буду ждать. — Шин разворачивается и поплотнее укутавшись в черное пальто выходит. Йеджи, опомнившись, подбегает к подруге обнимая ее, глядя, как дверь закрывается, и фигура скрывается за ней. Продолжение следует…