контракт

Саша чувствует себя очень… странно. Он сидит на краю кровати, пиджак снят ещё гостями, на пути к этой комнате, и он в одной рубашке, галстухе да брюках. Смотрит на кровать, — их супружеское ложе, — отсутствующим взглядом. Пальцами цепляет покрывало, волнуясь даже сильнее, чем перед выходом к алтарю. Пьер опытнее, мама говорила. Пьер опытнее… А Саша совсем неопытен. Страшно. Пьер отдаёт последние распоряжения слугам по-французски, закрывает двери, поворачивает ключ — он дал себе слово, что не выпустит Сашу из постели, пока они не будут полностью удовлетворены. Оборачивается и смотрит самоуверенно на Сашу, мягко улыбаясь. Подходит к нему ближе. — Саш? — кладёт руки на его напряжённые плечи, мнёт их, стараясь расслабить. — Саш, всё хорошо? Ты хочешь? — наклоняется к нему, шепчет на ухо, опаляя его горячим дыханием. — Да… — Саша отвечает задумчиво, встряхивает головой, выныривая из мыслей, и повторяет более убеждённо. — Да, конечно, я хочу, Пьер. Хочу тебя, — Саша поворачивает голову и касается его губ нежно, по-юношески нежно. — Я. мне просто нужно больше. времени, — тихо говорит, отстраняясь, разрывая поцелуй с лёгким прихлюпом. — Я понимаю тебя, Сашенька… — Пьер разминает плечи, ласково улыбаясь. — Я буду как можно более аккуратным и нежным, веришь мне? — Пьер руками обхватывает Сашину голову за виски и поднимает её кверху, смотрит в его серые глаза и целует мягко, почти без страсти. — Верю, верю, конечно, — Саша выдавливает из себя натянутую улыбку, опуская голову. Пьер, цокнув, садится на край кровати, прямо напротив мужа, одну ногу складывает в колене, другую свешивает через бортик. Берёт Сашины руки в свои, перебирает своими пальцами его. — Саш… — тихо говорит, не глядя ему в лицо, смотрит на пальцы в своих ладонях. — Я люблю тебя. Я клялся твоему отцу, что не причиню тебе боли. Я клялся перед Богом, что не причиню тебе боли, — он резко поднимает глаза на Сашино испуганное лицо, смотрит сурово, но нежно, обеспокоенно. — Я клятвы исполняю, даже если они приведут меня к смерти, — он поднимает его руки и торопливо целует костяшки, прикасается в мокрых поцелуях шершавыми губами. — О, Пьер… — Саша смаргивает слёзы на глазах, берётся руками за его лицо и крепко целует в губы. — Хочу тебя, Пьер, хочу… — шепчет с придыханием, оторвавшись, пока руки Пьера торопливо расстёгивают пуговицы белоснежной рубашки, а его — стягивают с его спины уже расстёгнутую одежду. — Pierre… — зов срывается на стон, и Саша откидывает шею. Пьер нетерпеливо расцеловывает открытое, сдёргивая с тонких Сашиных плеч рубашку, бросает одежду куда попало, не особо интересуясь её новым положением, руками обнимает Сашу, прижимает к себе, губы отчаянно прижимая к его шее, плечам, лицу, сверху вниз. Саша рукой проникает к его брюкам, ремень сбрасывает, расстёгивает дрожащими пальцами ширинку. Пьер чуть отстраняется, позволяя Саше стащить с него брюки, снимает их и убирает в общую кучу. Саша поднимается, ловит губы Пьера и его удивлённый Сашиной инициативой взгляд, прикрывает глаза, когда Пьер ведёт руками по бокам, оглаживая тело, торопливо избавляется от Сашиных брюк. Саша сам не ожидает от себя такой прыти, когда, подскакивая, обхватывает ногами торс Пьера, не отрываясь почти от его губ. Руками обвивает его шею, отчаянно прижимается к его груди, пока Пьер переносит его на подушки. Сашу осторожно кладут на постель, он не отнимает рук от шеи Пьера и губ — от его губ, делится будто своим горячим желанием с Пьером, точно Пьеру его недостаёт. Пьер нависает над ним, быстро снимает с них панталоны и нательное бельё, выкидывает их и наклоняется ближе, так, что их члены соприкасаются. — Ах! — с уст Саши срывается первый тихий стон, и Пьер торопливо испивает его с губ. Сам тихо рычит, ощущая вязкую Сашину смазку, двигается слегка, водя своим членом по Сашиному, обхватывает рукой и водит ладонью по ним обоим, выбивая из них обоих тихие стоны. Саша снимает руки с шеи Пьера, проскальзывает одной меж их тел и берётся за свой член, торопливо надрачивает, когда Пьер перехватывает его руку и приближает к своему рту. — Каков вы на вкус, mon cher mari? — безумно улыбаясь, шепчет Пьер и заглатывает указательный палец, посасывает, глядя довольно на то бледнеющего, то краснеющего Сашу под собой. Он пригибается к Саше, рассыпает поцелуи по мокрому лицу, длинной тонкой шее, приятным узким плечам, соблазнительно выдающимся ключицам, тонкой, с двумя напрягшимися горошинами сосков, груди, тонкому впалому животу, двигается к паху. Садится на колени меж Сашиных разведённых ног, касается на пробу головки языком, вызывая у Саши громкий стон. Пьер нахально улыбается, водя рукой по Сашиному члену, слыша тихие и не очень стоны сверху и видя, как Саша откинул голову. Языком касается ствола, водит по синеватым венкам сверху-вниз, целует головку и отстраняется, вновь помогает себе рукой. Сдерживает себя, продлевая прелюдию, хочется доставить Сашеньке как можно больше удовольствия. Саша уже тихо скулит, прося больше, Пьер ухмыляется и берёт в рот. Заглатывает ненамного, посасывает за щекой и вновь выпускает, надрачивает, по временам касаясь пальцами яичек. Нагибается ещё сильнее, приближается к ним и язычком лижет, ощущая, как мелкая дрожь бьёт Александра, и он изгибается в спине. — Вот так… — Пьер шепчет самому себе, поднявшись ненадолго, нажимает на Сашину грудь, безмолвно веля лечь, и садится вновь на колени меж Сашиных колен. Пьер заглатывает чуть не до гланд, сосёт старательно, лишь бы не попасть зубами, интенсивно двигает головой и чуть давится, когда Саша, запустив в его волосы руку, прижимает ближе к себе, заставляя уткнуться носом в выбритый лобок. Чувствуя, как Александр дрожит, Пьер выпускает член изо рта, и Романов разочарованно выдыхает. — Pierre… — тихо выжимает имя Саша, почти побывав на седьмом небе. Пьер ухмыляется, отходит к тумбе рядом с кроватью, наблюдая за тем, как Саша лежит на постели, почти не двигаясь, глядя в потолок. Пьер выдвигает полку, берёт в руку заранее заготовленный флакон от духов, с маслами, возвращается к Сашеньке. Бросает флакон на кровать, встаёт на постели на колени, шепчет Саше какие-то слова, отчего Саша чуть приподнимается на локтях, и Пьер, берясь руками за его бёдра, отодвигает его на середину кровати. — Ты... ты в меня сейчас… — Саша алеет, только сейчас сознавая, что произойдёт. — Сейчас войдёшь... им? Пьер смеётся, обливая пальцы маслом, и только сейчас Саше почему-то приходит в голову, что его смех похож на звон разбивающегося хрусталя. Пьер льёт с излишком на член и Саше на сжимающийся вход, бросает полупустой флакон на пол, отчего слышится грохот, но ему всё равно на него. Он наклоняется над Сашей, целует его губы и шею, спрашивает в губы: — Ты точно хочешь? Саша кивает головой, всё ему позволит, что уж тут говорить о девственности. Пьер улыбается благодарно и, продолжая целовать его лицо, проникает одним пальцем ко входу, массирует напряжённые мышцы и проникает фалангой. Саша замирает, впервые ощущая себя так, тихо выдыхает, и Пьер осторожно движется дальше, фаланга за фалангой входит пальцем внутрь Саши. Он сдавленно стонет, стоит Пьеру войти целым пальцем. Пьер надавливает на что-то внутри и, слыша громкий Сашин стон, ухмыляется: нашёл. Вынимает палец и вновь входит, на этот раз гораздо быстрее и резче двигается, ненароком — а может, и нет — задевая чувствительное что-то. Добавляет второй палец, Саша замирает, сдавленно дышит, но принимает два пальца быстрее и свободнее, чем ранее, и Пьер позволяет себе слегка разнообразить движение: раздвигает пальцы ножницами. Сашу пронзает, он громко кричит, и Пьер испуганно выходит и торопливо спрашивает, целуя Сашу в лицо: — Саш? Notre Dame, всё в порядке? — Пьер, Бог мой, это… было восхитительно. Саша еле говорит сиплым голосом, но Пьер слышит и улыбается радостно. Целует ещё раз переносицу, вновь входит двумя пальцами, повторяет ножницы, и Саша громко стонет. Пьер, для пущей надёжности, проскальзывает третьим и, только когда свободно двигается в Саше тремя пальцами, вынимает их. Он встаёт на колени, берётся руками за Сашины бёдра, удобно устраивается меж его ног и, отпустив на минуту левое бедро, рукой направляет член. Головкой тыкает во вход, не входя, отчего Саша елозит, подаётся телом к нему, стараясь сам насадиться. Пьер усмехается и, прекращая дразнить, найдя удобное положение, осторожно, медленно входит, хотя как хочется ускориться… Сашу выгибает, когда Пьер входит наполовину. Саша чувствует, как на глазах слёзы собираются, и ему жарко, до одури жарко, но как хорошо ощущать заполненность, хоть и так странно. Громкий стон разрывает молчание, и Пьер торопливо выходит. Переждав, он вновь проникает и теперь скользит посвободнее, почти до упора входит, и Саша громко стонет, выкрикивает имя Пьера. Пьер застывает в нём на пару минут, давая время привыкнуть, начинает медленно двигаться в Сашином теле, слышит Сашино наслаждение, слетающее с губ криками и стонами, охриплыми просьбами резче и глубже, и ускоряется, скоро уже вжимает Сашу в кровать, нависнув над ним. Всегдашняя тишина комнаты нарушается громкими изъявлениями Сашей своего удовольствия, пошлыми звуками шлёпков кожи о кожу и тихим, утробным порыкиванием Пьера. Пьер чувствует, как Саша дрожит под ним, понимает, что он уже близко, торопливо обхватывает рукой его член и проводит по нему пару раз, после чего Саша сразу заканчивает. Пьер матерится по-французски, ощущая горячую Сашину сперму в ладони, доходит сам и застывает в Саше, изливаясь прямо в него. Саша часто дышит, весь раскрасневшийся от возбуждения, чувствует, как его изнутри будто заполняет Пьером, его семенем, и смаргивает быстро-быстро слёзы с ресниц. Пьер выходит и падает рядом с Сашей. Обвисший член падает вместе с ним. — Ты как? — Пьер притягивает Сашу к себе, Саша ложится на его мокрую от пота грудь, водит пальчиками по рёбрам, ногу перекидывает через левую ногу Пьера, его сперма пачкает постель, выливаясь из Саши, но Александру впервые плевать. — Всё хорошо, — Саша отвечает мелко дрожащими губами, целует Пьера в подбородок и ложится чуть поудобнее, укладывает голову в изгиб его шеи и прикрывает глаза, донельзя удовлетворённо улыбаясь. Пьер перебирает пальцами Сашины кудри, целует волосы и лоб, приклоняет голову к его. — Je t'aime, Саш.