Если биология ,то только с ним!

Почему он помог мне? Ради чего? Он просто мой учитель, а я его ученик. Но его глаза. Эти голубые глаза, которые вроде и холодного цвета, но излучают такую теплоту. Такие вроде знакомые, но будто ушедшие и потерянные. Поддавшись эмоциям, Антон уже был готов бежать обратно, обратно в маленькую квартиру Арсения, спрятаться от всего мира. Но он вспомнил глаза. Глаза его матери. Такого же цвета. Но... Какие то другие? Более холодные, ледяные, пронзающие насквозь и ничего не видящие. Глаза, в которых не было больше ничего кроме алкоголя. Это уже была не его мать. Её больше не было. Она перестала существовать в этои мире. Её голубые глаза - омуты из содержмого дешевых бутылок, на которые они с отчимом тратили все деньги.

***

   Вечер. Антон стоит посреди двора. Темнота, она окружает его. Снова. Нет, нет, он больше не хочет, ему надоело. Он больше не хочет погружаться в эту темноту. Нет. Надо пересилить себя. Надо побороть себя. Нет нет нет. Ему не нужно это.    Она давит на него и душит. Ему кажется что он сейчас задохнётся, но нет, он не хочет умирать. Нет. Страх сковывает его тело, охватывает веревками руки и затягивает узлы на них. Ноги немеют, он падает. Нет, нет, он не хочет умирать. Антон глатает воздух изо всех сил, страх засел в горле и не может уйти. Он проник глубже, показав себя болью в груди, невыносимой и тягучей болью. Она отскакивает рикошетом от каждого ребра Антона, вторя стуку сердца. Раз, два, три, четыре. Раз, два, три, четыре. Сердце бьется с сумасшедшей скоростью. Дома падают, может землятресение? Они склоняются, приближаются и нависают прямо над скрючишемся телом девятиклассника. Может быть он уже умер и просто летит к небу? Нет, нет же, он не хочет умирать. Ему рано. Может в его жизни всё наладится, ведь он вспомнил. Вспомнил того парня из клуба. Его теплые глаза... Черт, глаза. Как у его матери. Только без пелены от вечного запоя.     Нужно вздохнуть ещё раз, слишком мало воздуха. Страх, засевший комом в горле и болью в сердце не даёт сделать ни вздоха, ни испить ни единого глотка воздуха. Дома падают и кружатся. Весь мир кружится. Как карусели в детстве. Карусели. Детство. Мама. Мать. Арсений.    Антон умрёт здесь, в этом чертовом дворе, один, не увидев в последний раз глаза цвета летнего неба перед рассветом, глаза цвета полевых цветов и воды в пруду на даче. ЕГО глаза. Глаза Арсения. Один, никто не придёт. Он никому не нужен. Никому. Арсений не придёт. А так хотелось бы увидеть его уютные глаза. Только бы вздохнуть ещё раз, и всё наладится. Всего один вздох. Один вздох. Дома падают. Всего один вздох. Неужели правда землятресение? Надо позвать на помощь, ведь дома зашибут кого-нибудь. Всего один вздох. Всего. Один.          Темнота. Ничего больше нет. Кровь бьёт в виски, раскалывает их на части, руки скованы страхом, а ноги Антон уже давно не чувствует. Он больше ничего не чувствует. Вот и хорошо. Раз, два, три, четыре. Сердце работает быстрее прежнего. Всего один вздох. Один...