Твой личный Подлец

Я уже почти сорок минут терпеливо сидела в огромном холле четырнадцатого этажа бизнес-центра на главном проспекте, не зная, чем себя занять, и нервно трясла левой коленкой. Сложно было поверить, что Джинн и вправду исполнит своё обещание, но офис был вполне реален, чашка кофе со сливками — горячей и даже вкусной, а диван — весьма удобным. Так что я решила успокоиться и посмотреть, что же будет дальше… Настёна и Дашик мне уже весь мессенджер заспамили своими настоятельными предложениями пойти этим вечером в клуб, но я так и не решилась сказать им в ответ что-то конкретное. Вдруг сегодня моя внешность поменяется до такой неузнаваемости, что мне ещё пару дней к себе привыкать придётся?.. Знаем мы этих «законодателей моды»… С их «особым ви́дением». После которого к зеркалу без предварительно выпитого стопаря водки лучше даже не подходить, чтобы не испугаться ненароком. А в том, что я попала в какую-то особо авангардную фирму с явно нестандартным подходом, я уже не сомневалась… С самого порога меня встретили две предельно странные секретарши — одна из них, полностью затянутая в золотой латекс, с фиолетовой копной волос на голове, смотрела на меня так ласково, что, когда она раскрыла свои пухлые губки с сиреневым блеском, и из них прозвучал густой мужской бас — это повергло меня в полнейший ступор. Из которого меня вывела вторая, тут же заботливо усадившая меня на диванчик и принявшаяся молча массировать мне плечи. На мои слегка ошалелые взгляды через плечо она каждый раз отвечала милейшей белозубой улыбкой, но задавать ей вопросы я уже не рискнула, чтобы вновь не нарваться на что-нибудь столь же шокирующее. И уже подумывала было, как бы мне отсюда аккуратненько слинять, как вдруг совсем рядом за спиной послышались чьи-то мягкие шаги… Вздрогнув и обернувшись, я увидела высокого бледнокожего мужчину, который остановился буквально в полуметре от меня — причём подкрался он настолько незаметно, что я успела это почувствовать лишь в самый последний момент. — Здрасте… — пробормотала я с лицом деревенской дурочки, по какой-то ошибке попавшей на столичный корпоратив, лихорадочно пытаясь сообразить, стоит мне вставать, или нет. Видимо, не стоило, потому что он плавно обогнул диван, не спеша расстегнул на своём удлинённом пиджаке пару пуговок и преспокойно уселся рядом. — Comment vous sentez-vous, mademoiselle? — произнёс он тихим, слегка шипящим баритоном, и я, как зачарованная, уставилась на его рот. — Я ничего не поняла, но говорите вы красиво… — пролепетала я через несколько секунд, когда смогла, наконец, оторвать взгляд от его губ и перевести на лицо. Незнакомец производил очень странное впечатление… Светло-зелёные, чуть с желтоватым оттенком, глаза смотрели неподвижно и одновременно с лёгкой смешинкой. Я почувствовала себя точно, как обезьянка на прицеле холодного взгляда Каа. Длинные тёмно-каштановые волосы были зачёсаны назад и ниспадали на плечи аккуратными волнами. В чёрный с изумрудным отливом галстук была воткнута булавка с крупным рубином. — Vous avez une apparence vraiment exceptionnelle… — прозвучала следующая фраза, и он слегка приподнял брови, оглядывая меня. Его голос меня просто гипнотизировал. А по телу, в ответ на его мягкие, шелестяще-мурлыкающие интонации пробежали волны настолько сладостные, что я готова была слушать его вечно… И мне было абсолютно наплевать, о чём он там говорит. Он усмехнулся, слегка кивнул… И заговорил уже нормально. — Пойдёмте со мной, Оксана… Я чрезвычайно рад видеть вас у себя в гостях. Казалось, скомандуй он мне шагнуть за ним в пропасть — я бы и это сделала, не колеблясь… И лишь через пару минут, когда мы уже шли по длинному коридору, устланному ковровой дорожкой, до меня дошла вся абсурдность моей реакции. Внутри постепенно нарастало чувство опасности, и, когда мы приблизились к одной из массивных деревянных дверей, и мой странный провожатый оглянулся, чтобы пригласить меня войти, я замерла, как вкопанная, не в силах шагнуть дальше. Тем более, что комната, которая открылась в дверном проёме, была настолько чёрной, что напоминала гроб. — Я… эммм… а можно мне в туалет?.. — просипела я внезапно пересохшим горлом, ища любую лазейку, лишь бы не заходить в это, не внушающее мне никакого доверия, пространство. — Неужели Эллрой привёл к нам маленькую трусливую зайку?.. — насмешливо прищурившись, проговорил мой спутник. И, немного помолчав, добавил уже более серьёзным тоном: — Не бойтесь, Оксана… Никто здесь не причинит вам вреда. И я лично прослежу за тем, чтобы вас обслужили по высшей категории. Прошу вас, проходите. Но мне и правда приспичило в туалет, так что пришлось всё же дойти до конца коридора и справить нужду в тёмно-серый мраморный унитаз с золотой отделкой, попутно затравленно оглядываясь по сторонам, в попытках определить — действительно ли для меня безопасно оставаться в этой загадочной конторе, или будет более разумным срочно сделать отсюда ноги. Дверь в комнату, похожую на гроб, была гостеприимно открыта. С трудом удержавшись от того, чтобы не перекреститься на пороге, я несмело шагнула внутрь. Все стены были бархатно-чёрными. И ни одного окна. Ни одного яркого пятнышка… Лишь у самой дальней стены, прямо возле пола, вдоль плинтуса струился рассеянный туманно-голубоватый свет. Зрение постепенно привыкало, и я начала различать в полумраке несколько огромных мягких кресел, в одно из которых и пригласил меня… Кстати, кто пригласил-то? — А как вас зовут? — возмущённо выпалила я своему спутнику, одновременно отмечая, насколько качественно это помещение поглощает звук. Казалось, даже закричи я тут — и все мои вопли о помощи безвозвратно угаснут в толще мягкой беззвучной обивки… Тот присел возле кресла на корточки, продолжая внимательно смотреть мне в глаза, и улыбнулся. — Эдмон… Эдмон Мортимер. Пару мгновений я изучала его бледное утончённое лицо с высоким лбом и чётко очерченными скулами, оказавшееся в непосредственной близости от моего — кресло было очень низким, и я не столько сидела, сколько лежала в нём… И, вновь мысленно содрогнувшись от неописуемого ощущения притягательности и одновременной опасности, исходящей от моего собеседника, нерешительно кивнула головой. Он любезно кивнул в ответ, поднялся и прошёл куда-то в дальний угол. В комнату бесшумно ЗАТЕКЛИ две девушки в тёмных обтягивающих платьях. Никакое другое определение их движениям просто не подходило! Все те несколько минут, пока Мортимер давал им свои негромкие инструкции, меня не покидало стойкое ощущение, что меня окружают какие-то огромные антропоморфные змеи. И я чуть не вскрикнула, когда они обе примостились у моего кресла на маленьких пуфиках, и одна из них взяла меня за руку холодными ладонями. «Вас здесь в погребе, что ли, держат?» — ужаснулась я, пытаясь не вырвать ладонь обратно, и всмотрелась в её лицо. Она была настолько красивой, что я невольно приоткрыла рот, разглядывая эти скульптурно-аристократические черты. Ярко-красная помада… Такая же бледная кожа, как у Мортимера… И жемчужно-белые, острые зубки, обнажившиеся в улыбке, которая ей самой, видимо, казалась приветливой. У меня же чуть язык к нёбу не прилип от этого змеиного оскала. — Эдмон… — позвала я дрожащим голосом, стараясь не слишком стучать зубами. — Вы ведь не оставите меня здесь одну?.. — Что вы, Оксана, не волнуйтесь… — пропела нежным мелодичным голоском вторая из ассистенток. — С нами вы в полной безопасности. И тут они обе низко наклонились к моим запястьям.

***

Уже через час с небольшим я стояла в другой, ярко освещённой лампами, комнате по соседству и смотрела на себя в высокое, от пола до потолка, зеркало. У моего отражения были слегка безумные глаза. Впрочем, это было и неудивительно, учитывая, ЧТО мне пришлось пережить. Я думала, эти две кобры всю кровь из меня выпьют… Но, вопреки моим опасениям, они провели около получаса, колдуя над моими руками и ногами при помощи инструментов, которые я просто не заметила в темноте. Им самим, похоже, освещение вовсе не требовалось, и к концу посещения этого салона красоты в духе «Смертельная харизма» я уже ничему не удивлялась. Следующие полчаса они работали над моей причёской, укоротив волосы до лопаток и уложив их высоко наверх при помощи множества мелких заколочек. И всё же, глядя в зеркало, я всё равно ничего не понимала… — Господин Мортимер… — озадаченно пробормотала я, вертясь и так, и эдак. — Разве меня не должны были хоть немного накрасить? Он широко улыбнулся, подходя ко мне ближе и разворачивая меня к себе за плечи. — Оксана… Видите ли… Очарование порой состоит вовсе не в том, чтобы предъявлять себя миру при помощи косметики. Сейчас вы ещё не видите результатов нашей работы… Но, уверяю вас, вы их почувствуете в скором времени… Просто позвольте этому произойти. Ничего, бл#ть, я не поняла в этом высокопарном монологе. Мог бы его и по-французски мне тут промурлыкать — от этого мало что поменялось бы. Я разочарованно вздохнула и поправила пояс на своём давно видавшем виды трикотажном платье. Хоть бы шмоток нормальных подкинули, что ли… А то хожу, как лохудра. И тут Мортимер, как назло, вспомнил про оплату. — И… и что от меня требуется? — запинаясь, спросила я, памятуя об инструкциях моего Джинна о том, что сопротивляться на просьбу стилиста ни в коем случае не следует. — Ничего особенного… — прозвучал мне в ответ его вкрадчивый голос. — Всего лишь пинта вашей крови.