Твой личный Подлец

От Морайлы вдруг прилетел чуть заметный шлейф удивления, и я повернул голову. Она тут же отвела взгляд, слегка моргнув своими жёлтыми глазами, и я сообразил, что чересчур открыто продемонстрировал сейчас свои новые способности… Да, она ведь не в курсе, чем я занимался все последние полгода, да и я особо не стремился распространяться. Пожалуй, она может даже позавидовать мне — у неё пока что очень слабо получалось распоряжаться вибрациями этого уровня… Но мне было лень что-то комментировать, поэтому я просто расслабился, откинулся на спинку дивана и приготовился наблюдать за происходящим. Благо, спутница у меня на этот раз была, что надо. Я бы с удовольствием наведался к ней в ближайшую ночь, но от неё явственно фонило недавним сексом — и, похоже, партнёр был вполне состоятелен в плане энергетики, так что вряд ли меня там могло ожидать что-то существенное. — Приветствую вас, Ангелы Ночи! — с придыханием возвестила хозяйка этого невразумительного шабаша, присаживаясь вместе со всеми за стол. — Я рада видеть вас всех в добром здравии, и меня переполняет нетерпение, когда я думаю о том, какие мощные энергии вы принесли с собой, дабы поделиться ими с нашим горячо любимым Покровителем… Мы с Морайлой даже и бровью не повели. Это в самый первый раз, когда мы только-только познакомились с ней на этом сборище полоумных, мы чуть ли не валялись на ковре, икая от хохота, когда услышали эти пафосные речи, обращённые, как они думали, к самому Дьяволу… На деле же — прямо под их ногами, чавкая и пердя так, что к концу посиделок уже начинало резать глаза, перекатывались своими жирными слизистыми телами порядка одиннадцати отборных лярв… При нашем появлении они даже не смогли с достаточной скоростью расползтись по углам, и только беспомощно пучили свои водянистые гнойно-зелёные глаза, барахтаясь на месте — настолько безобразно их раскормила вся эта честна́я компания. Я не стал мараться — это зрелище было слишком отвратительным даже для меня. Просто продолжил приходить несколько следующих ночей подряд, и они сами постепенно усохли, не получая прежней кормёжки. Мы с Морайлой и сейчас иногда подбрасывали им особо грязные куски, на которые у нас самих не просыпался аппетит. Так что, в целом, их присутствие оказывалось в какой-то мере даже полезным для нас обоих. Зато здесь часто появлялись те, кто мог стать потенциальной добычей, и этот адресок мы посещали регулярно. Однако, имелся у меня тут до сего времени и свой, совершенно особый интерес… Который я мгновенно обнаружил, как только заприметил, с каким загадочным лицом Камилла — так звали хозяйку дома — вплыла в одну из своих спален… То явление, которое я наблюдал вслед за этим, привело меня в благолепнейшее расположение духа — эта повёрнутая искренне полагала, что Астарот самолично является к ней каждую пятницу, дабы прикоснуться своим высшим демоническим лингамом к её гостеприимно распахнутой исключительно для него нефритовой пещерке… Я не стал её разочаровывать. И на первую же ночь любезно удовлетворил все её примитивные упования. Которые оказались не такими уж и изощрёнными, если уж на то пошло… Признаться, я ожидал большего от столь ярой адептки Тьмы. А все её оханья и завывания, которые она выдавала в пространство, подскакивая на кровати в обнимку с лиловым пупырчатым фаллоимитатором размера XXL, вызвали во мне лишь недоумение… Она на полном серьёзе считала, что вот эти вот ширпотребные вибрации, которые она пыталась мне втюхать под видом особого жертвоприношения сексуальной энергии, Астарот будет поглощать, словно нектар и амброзию… Но это было не слишком аппетитно даже для Гайоса — моего предшественника, инкуба второй категории. — Достала она меня уже… — страдальчески сморщившись, поведал он мне унылую историю о развитии своих отношений с Камиллой. — Каждый день одно и то же. Хоть бы позу сменила… Или вибратор купила себе другой… Сейчас же такой выбор! Любые женские капризы! Тысячи разнообразных функций и форм! И он, вздохнув, разочарованно махнул рукой и отчалил в ту же ночь, оставив меня наедине с сей преданной «жрицей демонического культа». Что он имел в виду — я раскусил довольно быстро. Камилла ни черта не смыслила в сексе — она тупо думала, что надо надеть как можно более дорогое бельё, улечься в соблазнительную позу и активно тыкать себя искусственным членом между ног. И при этом ещё эротично стонать. И Астарот будет повержен, в то же мгновение упав к её ногам. Упал же, на самом деле, совершенно другой участник сего вдохновенного спектакля. Причём упал уже на третью ночь, проведенную мной в её красно-розовом будуаре — да так качественно, что поднять его в прежнюю позицию никак не представлялось возможным… И, как я ни пытался уговорить себя на следующий раунд — всё было бесполезно. Я не ощущал от неё тех энергий, которые были мне нужны. Ни возбуждения, ни вожделения, ни сладострастия… Ни даже стыда. С тем же успехом она могла бы почитать мне перед сном сборник кулинарных рецептов. Так что я плюнул и продолжил изображать из себя Астарота — сидя в кресле возле кровати и изредка подбрасывая в поле её зрения мутные картинки, максимально приближенные к тем, которые я почерпнул из её же компьютера. Ну, надо же было мне хоть примерно знать, каким именно она представляет себе Князя демонов… Судя по тем изображениям, которые я там обнаружил — её версии были весьма далеки от действительности. Если бы она узрела его истинный облик — то обделалась бы со страху. И за пару минут перевыполнила бы мне трёхдневный план по подпитке. Однако, я всё равно продолжал подогревать её рвение, потому что мне это было весьма на руку. Именно благодаря её странному увлечению, мы с Морайлой имели доступ к практически бесперебойному источнику всё новых и новых поставщиков энергии… Можно сказать, её милый дьявольский притончик был для нас прекрасной продуктовой лавкой, где мы могли не спеша выбрать себе товар по вкусу. А вот как раз её посетители-то в большинстве случаев оправдывали наши ожидания. И я уже даже знал, кто станет моей следующей жертвой.

***

Потрясающая… потрясающая… Потрясающая дура. Идеальная мишень для моей цели… А намеревался я сей ночью убить сразу двух зайцев. Мне очень нравятся такие схемы — и энергия экономится, и развлечение получается отменное. Всё, что от меня требовалось — это всего лишь схлестнуть двух людей глюками. Этот способ работает безотказно — крепче сцепки не бывает, разве что только между репьями и лохматой собакой. Иногда мне кажется, что вы, люди, намеренно ищете себе проблем на свою задницу. Только помаши у вас перед носом флаером с красочной надписью «Здесь тебя ждёт полная жопа», и вы уже тут как тут — стоите в очереди за пиздюлями. Мне даже делать ничего не приходится — вы и сами щедро отвесите их друг другу, дабы каждый из вас получил особый жизненный урок… А что такого… И мне весело, и вам польза. Если сумеете её переварить, конечно… Ну, впрочем, не мне вас учить. Пусть этим занимаются мои сиятельные коллеги. Те, что сверху. Да не к ночи будут помянуты. Я пристально наблюдал за ней… И даже пропустил всю основную часть ежедневного спектакля. Песнопения, кровопускание… Это всё, конечно, здорово, но уже не по моей части. Этими забавами промышляют черти более низкого ранга. Так что, мне это, скорее, даже мешало — приходилось экранировать всё фоновое излучение, чтобы не понабежала сюда всякая шушера, которая у нас с Морайлой только под ногами путаться будет. Девушка с виду была вроде совершенно обычная. Не худая, не толстая… Не красивая, не уродка. Середнячковая внешность, я бы сказал… Неопределённого цвета пушистые бесформенные волосы, непритязательная одежда, чуть близорукий взгляд. Всё больше помалкивает… Делает, что говорят. Проговаривает, что велят… Послушная такая. По первому впечатлению можно даже предположить, что нет своей воли. Но я отчётливо видел, как внутри неё зреет тёмный импульс… Который она так старательно подавляла всё это время, что он буквально накипел, назрел, воспалился… Ждал своего часа, как гнойник, который давно уже пора вскрыть скальпелем. И я с удовольствием стану тем хирургом, который проделает эту простейшую операцию. «Марина…» — кажется, так к ней обратились? И она неуверенно улыбнулась, протягивая руку за свечой. Сейчас все напялят балахоны и вся эта процессия будет ходить по кругу, воображая, что вершит Чёрную Мессу. Ну, пусть поиграются детки… Их счастье, что истинное содержимое ритуала так и останется для них недоступным, какие бы они здесь кривляния ни затеяли. А то тупо перерезали бы друг друга, ведомые призванными на свою голову демонами. И волоклись бы сейчас за ними по залитому кровью ковру их же вонючие кишки, выпростанные из животов… Ну, не будем о грустном. Ибо мне сейчас не резон отвлекаться — вскоре понадобится исполнять довольно тонкую работу… И лучше, чтобы Морайла этого не видела. Впрочем, как раз сейчас она весьма своевременно потянулась следом за одним из своих будущих «подопечных». Кажется, первым под раздачу пойдёт очкарик… Хороший выбор. Молодая энергия всегда вкуснее. Да и воздействовать легче на таких молокососов. Я проводил взглядом её хищно перекатывающиеся под угольно-чёрной кожей позвонки и сосредоточился на своей цели. Кто бы мог подумать, что почти на самом пике своих бесовских возможностей мне вдруг взбредёт в голову озаботиться своей дальнейшей судьбой, то есть переходом на следующий уровень… Мало кто из бесов добровольно на это шёл. И то, что в мою рогатую башку закралась эта идея — было внове даже для меня самого. Скорее, это было для меня своего рода вызовом — смогу или не смогу?.. Если всё выгорит — у меня будет лишний повод гордиться собой. И тыкать каждому встречному-поперечному в свинорылый пятак особой меткой, которая появится в моём поле после повышения… А не выгорит — я тоже не много потеряю. Притащу сюда вместо себя компашку чертей, промышляющих тем дерьмом, которое тоннами попрёт из Камиллы, когда я проделаю с ней то, что задумал… Это будет сложно — ведь я по большей части привык опускать людей ниже… Но, кажется, сейчас пришло время для других экспериментов. Я весь подобрался, убрал хвост за спину… Пристально впился взглядом в тупо уставившиеся в стол глаза Марины… Выдохнул. Иии… начали! Сборище горе-сатанистов, наконец-то, завершилось. Все взаимно обменялись зловещими (как им самим казалось) улыбками, побросали в одно из кресел арендованные балахоны… Представляю, как после того лысого балахон потными подмышками воняет… Не завидую Камилле, которая каждый раз, содрогаясь от омерзения, бросает его в стиральную машину, отдельно от всех остальных вещей. Марина застыла на месте — я осторожно удерживал её, чтобы не ушла раньше времени… Подождал, пока все гости направятся на выход, вполголоса делясь впечатлениями… И слегка дотронулся до краешка того самого тёмного облака внутри неё. — Камилла… — вполголоса проговорила она хозяйке, когда та обернулась к ней. — Можно мне с вами поговорить? Та кивнула, они обе вернулись в гостиную и сели рядом в кресла. — Мне очень неудобно… — робко начала Марина. — Я понимаю, мы уже не раз обсуждали с вами этот вопрос… Но, видите ли… я не вижу никаких изменений… Она открыла было рот, чтобы продолжить, но хозяйка довольно грубо её прервала. — А что ты хотела, моя милая? На тебе порча на порче сидит, и порчей погоняет! Я еле убрала всё это безобразие с тебя! У тебя аура ослаблена! Девушка плотно сжала губы. — Но вы же сказали, что всё почистили, и теперь всё будет хорошо… — Да… Всё будет хорошо. Просто нужно иметь терпение, и немного подождать! Камилла определённо начинала нервничать. «Знаешь, паскуда, чью сметану съела…» — лениво подумал я, медленно накручивая обеих. Уж что-что, а это я всегда умел. Особенно с учётом того, что у Марины уже начался ПМС. А это как раз по моей части… — Я уже полгода жду! — взвилась вдруг девушка. — Вы с меня содрали кучу денег, а результата ноль! — Да ты сама виновата! — заорала хозяйка. — Рекомендации мои не соблюдаешь, непонятно чем питаешься, вот и не проходит твой псориаз! Посмотри, какие у тебя уже складки по бокам жирные — как у гусеницы! Для Марины это был удар ниже пояса… Она вскочила с места, вся покраснев от возмущения, и выпалила: — Да я… да я никогда больше не приду на вашу дурацкую сходку! Можете вычёркивать меня из абонемента! Шарлатаны несчастные! Клоуны! Камилла, ошарашенная таким ужасным оскорблением, чудом удержалась, чтобы не вцепиться в волосы своей (уже бывшей) клиентке, и возопила: — Да как ты смеешь!.. Ах ты!.. Проходимка несчастная! Вон из моего дома! Немедленно! Марина, чуть не плача, бросилась на выход. Я синхронно поднялся с дивана, чтобы ненароком не упустить самый ответственный момент, и двинулся следом. Трясясь от обиды, глотая слёзы и с трудом попадая в обувь, девушка поспешно схватилась за ручку входной двери. Хозяйка дышала ей в затылок, меча взглядом гневные молнии и мечтая о том, чтобы дверь за недовольной посетительницей закрылась как можно скорее… Как вдруг та, уже почти выйдя за порог, остановилась и резко развернулась. — Верните мне деньги! Вы с меня почти сто тысяч содрали! Это несправедливо! — Па-ашла во-он! — Камилла ощутимо повысила децибелы, и её истерические крики наверняка слышали все соседи по лестничной площадке. — Ничего я тебе возвращать не буду! И она начала активно выталкивать Марину в подъезд, попутно больно наступая ей на ноги. Та некоторое время сопротивлялась, но весовая категория была неравная, и девушка вынуждена была отступить, тяжело дыша и впившись в хозяйку взглядом, полным ненависти. Ну что ж, девочки… Мои глупые курочки… Вы просто умницы у меня. Всё разыграли, как по нотам… А теперь мой выход. Я сделал небольшое движение пальцами, и леска в дорогих обсидиановых чётках, намотанных на запястье Камиллы, внезапно лопнула… Несколько чёрных круглых бусин попрыгало по полу, а остальное, мгновенно размотавшись, соскользнуло вниз — текуче, как змея — и улеглось прямо за порогом, совсем чуть-чуть правее входа… Нельзя было терять ни секунды. Я за всем наблюдал, как в замедленной съёмке. Вот хозяйка торопливо наклоняется, чтобы подобрать чётки, даже не осознавая при этом толком, что делает… Массивная железная дверь плавно закрывается по инерции, уже готовая захлопнуться… Я протягиваю руку, чтобы коснуться эпицентра тёмного облака внутри Марины… Вижу, как мгновенно загораются проблеском понимания, чуть расширяясь, её неопределённого цвета глаза… И она, с медленно расцветающим на лице выражением «щас я, сука, тебе покажу», хватается обеими руками за дверь и изо всех сил, со всего маху шарахает ею по руке Камиллы. Музыка хруста ломающихся костей… Экстатическая дрожь по всему моему телу от ультразвукового визга Камиллы… Торжествующее, а через мгновение уже испуганное выражение лица Марины… Её задыхающиеся сипы, пока она стремглав слетает вниз по лестнице, чуть ли не кубарем, а потом выбегает из подъезда… И волшебные, непередаваемо прекрасные волны дикой боли, от которой хозяйка квартиры буквально корчится, рухнув возле порога и захлёбываясь в воющих рыданиях. Спасибо, мои девочки… Спасибо, мои сладкие… Я чуть было не кончил.