Твой личный Подлец

Первым делом мы хорошенько обработали руководителя отдела — у нас было всего несколько дней на то, чтобы он как следует проникся страхом сокращения с престижной и высокооплачиваемой должности и дошёл до нужной нам кондиции. После этого в его голове внезапно родилась гениальная идея, которая позволила нам заложить в фундамент всей фирмы огромную тикающую бомбу… И к тому моменту, когда в его кабинет нагрянет беда, в его рабочем портфеле уже будет ждать своего часа невзрачная флешка с тщательно подготовленными данными — на случай, если вдруг вышестоящее начальство действительно сочтёт, что оно более в нём не нуждается. — Мистер Барнс… — одновременно холодно кивнули ему две стервозные тётки с ярко накрашенными тонкими губами и дорогими часами на запястьях. — Мы с сожалением вынуждены сообщить вам, что компания «Майлз Файнэншл Груп» приняла чрезвычайно тяжёлое решение по сокращению штата работников… Ирвин Барнс нервно поправил галстук и отпил немного воды из стоящего на столе стакана. Он всё ещё из последних сил надеялся, что это неприятное событие обойдёт его стороной. Казалось, так оно и будет — ведь интонации сотрудниц отдела кадров были вполне спокойными и понимающими… И говорили они обе слаженно, наперебой, без малейшей запинки — как роботы, до совершенства отточившие своё заученное послание, услышать которое суждено было лишь некоторым из их собеседников. — Ваш страховой пакет с сегодняшнего дня прекращает своё существование, однако компания выделяет вам выходное пособие, а также дополнительную премию за заслуги перед фирмой… По спине у него побежал неприятный озноб. Что они такое несут? Какое ещё выходное пособие?.. Он только было открыл рот, чтобы уточнить, правильно ли он услышал, как одна из тёток протянула ему небольшую пластиковую коробочку с открытой крышкой. — Пожалуйста, положите сюда ваш рабочий мобильный, мистер Барнс… Вам нужно будет покинуть этот кабинет в течение пятнадцати минут… Подходить к компьютеру вам запрещено, вы можете собрать ваши личные вещи… — К-как? — чуть заикнувшись, переспросил мужчина. — Мне нужно отправить ещё несколько срочных мэйлов… — С данной минуты вся ваша корреспонденция заморожена, мистер Барнс, мы просим вас соблюдать благоразумие… Сдайте ваш пропуск охраннику за дверью — он проводит вас до выхода из здания… Барнса колотило мелкой дрожью — он достал из кармана платочек и трясущейся рукой вытер мгновенно покрывшийся испариной лоб. Он и не предполагал, что процедура сокращения будет настолько жёсткой — ведь он проработал в этой компании без малого десять лет… И быть вышвырнутым за борт вот так безжалостно, так легко… Так стремительно. Он поднялся из-за стола. Голова совершенно не соображала — как бы он ни готовился к предстоящему, новость всё равно оказалась слишком шокирующей — теперь всё рухнуло… Карьера, доходы, репутация успешного человека… Сможет ли он оплачивать кредит за дом? Как будет смотреть в глаза жене? Что скажет детям? Охранник забрал у него карточку пропуска, чуть ли не за руку подвёл к лифту… Ирвин тупо уставился в картонную коробку со своими вещами — какой-то глупый пластиковый кактус, подаренный Сандрой… Зачем он вообще его забрал?.. Вышвырнуть бы сейчас всю эту коробку с четырнадцатого этажа, прямо на головы этим двум гадюкам, так и сочащимся ядом ехидства… Да только дверь лифта уже открылась, приглашая Барнса в свою бесстрастную металлическую пасть, которой и дела не было до того, какая у него стряслась беда. Он шагнул внутрь, машинально развернулся, не видя ничего перед собой… И тут в кабинку лифта со всего разгону влетела запыхавшаяся Сандра Мейер. — Ирвин… Ирвин! — воскликнула она, вглядываясь ему в глаза. — Это что, правда? Тебя действительно сокращают? Как такое возможно? Охранник зашёл следом, повернулся к ним спиной и нажал на кнопку первого этажа. «Твари… Даже этот путь мне не дают проделать в одиночку…» — с досадой подумал Барнс. — «Следят за каждым шагом, будто я какой-то преступник. Мрази…» — Господи боже, как же я буду здесь без тебя… — причитала Мейер, уже начиная всхлипывать и шмыгать носом. — Ты самый лучший руководитель за всю мою карьеру… Как они могли так поступить с тобой? Ирвин молчал, плотно сжав губы. Огоньки медленно ползли вниз по цифрам. Девятый этаж, восьмой… Ему не хватало воздуха, и он, приподняв подбородок, ослабил и оттянул галстук от шеи. Пятый этаж… Четвёртый… Если он не сделает этого сейчас — тогда уже не сделает никогда. И он, сунув руку в карман пиджака, многозначительно посмотрел на Сандру. — Мисс Мейер, дорогая… Я был счастлив сотрудничать с вами… Я надеюсь, что оставлю в вашей памяти лишь положительные впечатления… Пристально глядя ей в глаза, он взял её за запястье, вложил в ладонь флешку и плотно сжал её пальцы. Та, испуганно косясь на него, машинально опустила руку в карман и легонько кивнула. Выходя из здания, он обернулся. Сандра стояла, как вкопанная, за толстыми стёклами окон первого этажа и смотрела на него своими огромными, уже подсохшими от слёз, растерянными глазами.

***

Сегодня у неё будет бессонная ночь. Долгие тяжкие думы, посвящённые несправедливости судьбы, так жестоко обошедшейся с Барнсом… Разлучившей её с единственным мужчиной, на взаимные чувства с которым она всё ещё продолжала надеяться, а теперь у них не будет возможности даже увидеться… И эта флешка, прожигающая её карман с той самой минуты, как он взял её руку в свою ладонь. Лучше бы там никакой флешки не было. Лучше бы он просто признался ей в том, как будет скучать, как ему будет не хватать её… И как сильно он ценил её присутствие рядом — причём вовсе не в рабочем контексте. Разве не для него она всё время облачалась в эти облегающие юбки-карандаши и полупрозрачные блузы, через которые едва заметно просвечивало кружевное бельё? Разве не ему варила по утрам лучший кофе, стараясь сделать его именно таким, как он любит — со сливками и парой небольших солёных крекеров на блюдечке? Разве не ради него сейчас встаёт в три часа ночи и открывает USB-накопитель, чтобы убедиться, что на нём действительно содержится та самая важная информация, которую он так отчаянно хотел успеть передать ей перед своим уходом… Похоже, он доверяет ей… Потому что те цифры, которые она обнаружила на флешке, вызвали у неё нешуточную тревогу. Исследование, которое провёл, но так и не закончил Барнс, вело к совершенно неутешительным выводам — если та тенденция, которая наметилась в компании, будет продолжаться и дальше — тогда фирме «Майлз Файнэншл Груп» грозят серьёзные убытки. «Почему он решил поделиться со мной этой информацией?..» — спрашивала она себя. И мозг, разбудораженный внезапно нахлынувшим адреналином, мгновенно формировал и так же быстро отбрасывал различные версии мотивов Ирвина, после определённого размышления оставив одну, единственно возможную. Судя по всему, Барнс просто подарил ей билет наверх. Воспользовавшись этими сведениями и доработав его теорию, она сможет предупредить вышестоящее начальство о грядущих сложностях и тем самым отвоюет себе вполне достойное место под солнцем. «Наверное, он действительно ко мне неравнодушен…» — подумала она и, преисполненная благодарностью, твёрдо решила поспать хотя бы пару часов, чтобы завтра на свежую голову перепроверить все статистические данные и продолжить его работу. — А потом я всем расскажу, что это на самом деле его труд… — прошептала она сама себе в тишине и устроилась на подушке поудобнее. — Они ещё пожалеют, что выгнали его.

***

— Первый раунд закончен, друзья мои! — провозгласил Киллус Магрион и предложил нам всем немного расслабиться. В залу Собрания вошли две молчаливые демоницы с подносами, на которых были расставлены маленькие пузырьки с тёмно-голубой, чуть светящейся жидкостью. Эта субстанция стоила бы нам очень больших средств, если бы мы вздумали приобретать её вне стен этого заведения. Но здесь мы обладали определёнными привилегиями, так что пользовались этим бонусом практически без ограничений. Жидкость называлась «ми́нте аску́ти», что в переводе с румынского означало «острый ум». Этот стимулятор был время от времени необходим нам для того, чтобы увеличить собственные мыслительные ресурсы и достигать более значительных результатов в своей работе. Адаптация к нему происходила не сразу, а при злоупотреблении он грозил превратить разум бессмертного в кашу из перегретых мозгов, так что перебарщивать с ним не следовало. Поэтому мы весьма дозированно использовали этот ценный препарат, чтобы проходить наиболее сложные участки нашего проекта как можно эффективнее. Сейчас нам предстояло внедрение Сандры Мейер в ряды совета директоров компании, так что принятие очередной порции «минте аскути» было вполне оправданно. Следующий этап прошёл, как по нотам. Моя подопечная, благодаря моей поддержке, держалась весьма уверенно, излучала на пару метров вокруг себя энергию сексапильной и амбициозной самки, и мужская часть коллектива незамедлительно пала к её ногам. Дело осталось лишь за ведущим финансистом компании — не менее честолюбивой и опасной соперницей — Амалией Стоун, которая, судя по всему, вознамерилась чинить моей протеже нешуточные препоны. Однако в этот момент в дело включился один из моих коллег, ответственный за чрезвычайные происшествия внутри компании и за её пределами, и в течение ближайших нескольких минут на мобильный телефон Амалии поступило срочное сообщение от её матери о том, что она находится на обследовании в больнице, и её здоровью угрожает серьёзная опасность… Я не удержался и выставил поднятый вверх большой палец своему неожиданному помощнику, на что тот снисходительно склонил голову, отвечая на мой жест. Было очевидно, что ему далеко не впервой заниматься подобными делами, и, если необходимо, он вполне мог бы устроить подобные эксцессы подавляющему большинству управленцев «Майлз Файнэншл Груп». Впрочем, ничего такого в наши планы не входило, так что мы просто с удовольствием продолжили разыгрывать свою шахматную партию в обычном порядке. Фирма объявила внутреннее расследование, в поиске виновных лиц, ответственных за допущенную халатность в анализе данных… И мы с не меньшим удовольствием подсунули им на растерзание заранее подготовленного козла отпущения — одного из накануне уволенных сотрудников. Как говорится, и взятки гладки. Компании сейчас было не до судебных дел — нужно было принимать экстренные меры по предотвращению убытков, так что, проведя почти весь день за столом совещаний, совет директоров принял решение немедленно оповестить о происходящем главного собственника фирмы… И вот тут-то началось самое интересное. — Как вас зовут? — флегматично спросил Сандру Мейер усталый седоватый мужчина лет пятидесяти, развалясь, сидящий в кресле гендиректора. Та, поднявшись, ответила на вопрос. Он кивнул, делая паузу, и продолжил: — Ведь вы понимаете, Сандра, что все мы здесь собрались во втором часу ночи вовсе не для того, чтобы долго и нудно выяснять все обстоятельства произошедшего… Не могли бы вы сэкономить наше и своё время и объяснить самыми простыми и краткими словами — как вы видите дальнейшее будущее компании? — Мне сложно судить, мистер Майлз… Я ведь не вижу полной картины, мне доступен лишь тот участок работы, который… — Стоп, стоп, стоп, мисс Мейер… — покачал в воздухе указательным пальцем мужчина, и девушка осеклась. — Я не прошу вас охватывать всю картину. Давайте поступим проще. Вы сейчас выдадите мне своё узко субъективное мнение, исходя из тех данных, которые вам доступны… А уж мы разберёмся, как нам дальше поступить с вашим мнением, о’кей? Фраза звучала довольно неоднозначно, но я аккуратно подстегнул Сандру, чтобы не тушевалась, и она всё же смогла взять себя в руки. — Я считаю, нам нужно срочно сворачивать свою деятельность в сфере выдачи займов на недвижимость. Очень похоже на то, что мы сильно переоценили свои возможности в условиях современного рынка и забрались за ту черту, за которую категорически нельзя перешагивать… — И что будет, если мы отступим, начиная прямо с сегодняшнего дня? — Я не могу предсказать последствий, мистер Майлз… Но, если анализировать прогнозы — нам придётся расплачиваться за свои упущения не менее нескольких лет… И это ещё при условии, что всё пойдёт хорошо. — А если всё пойдёт плохо? — Тогда вполне вероятно, что компания и вовсе прекратит своё существование… — чуть запнувшись, подытожила Сандра. И тут же с ужасом ощутила, как взгляды всех присутствующих впились в неё острыми шипами. «Кажется, я сболтнула чего-то лишнего…» — запоздало подумала было она, но я быстренько заглушил в ней эмоцию страха и подбросил от себя больше спокойствия — сейчас оно было ей нужно, как никогда. Гендиректор изучал подчинённую долгим внимательным взглядом, после чего поинтересовался: — Какое у вас образование, Сандра? — Экономика и управление, Кембриджский университет… Правда, у меня ещё есть два курса незаконченного бакалавриата по ядерной физике… — Хмм… Признаться, я удивлён… Так, выходит, вы начинали с физики и математики? Что же побудило вас переквалифицироваться в экономиста? — Здесь мой интеллект позволяет мне заработать гораздо больше, мистер Майлз… — отозвалась Сандра. — А цифры и расчёты — они везде одни и те же, если задуматься. — Что ж, мисс Мейер… Мы услышали вас, — проговорил Майлз, пристально оглядывая членов совета. — Прошу внимания! Жду от каждого из вас ваш личный вариант выхода из кризиса. Приступайте. Через два часа бумаги должны быть у меня на столе.

***

Галл Мефис перегнулся через мягкий подлокотник своего гамака и азартно улыбнулся мне, оскалив клыки. — Ну что, Даарен? Завалим мамонта? Я рассмеялся, переводя дух. Управление личностью смертного на расстоянии требовало гораздо больше энергии и сосредоточенности, но мне нравился этот процесс. Тем более, что у меня, кажется, начинало вполне неплохо получаться. — Коллеги! — дважды похлопал в ладоши Магрион. — С этого момента прошу вас быть предельно аккуратными в своих воздействиях. Начинается самый ответственный этап проекта. Ошибки непростительны. Я возлагаю на вас большие надежды! Он медленно оглядел всех нас, словно оценивая — справимся ли мы с предстоящей задачей, и продолжил: — Никогда ещё мы не были в такой сильной комплектации. Как правило, всегда находилось какое-то слабое звено, которому не хватало решимости и интеллекта для того, чтобы успешно воплотить нашу общую идею, и нам приходилось отдавать свои позиции, довольствуясь малым… Но сейчас!.. Сейчас наши ряды состоят исключительно из ярчайших представителей Тёмного Братства… Сделаем же это, друзья! Позволим проявиться нашим лучшим качествам, и да свершится победа во имя нашего Великого Отца! Все демоны испустили торжествующий клич, подняв кверху левую руку в древнем жесте Тёмных, и в зале наступила звенящая тишина. Решалась главная дилемма всего проекта — быть или не быть. И решалась она сейчас в головах всего лишь двух смертных. Так уж случается, драгоценные мои. Так бывает. Судьба целого мира определяется капризом всего нескольких могущественных существ, находящихся у верхушки власти, а что уж говорить о какой-то там инвестиционной компании, уже и так одной ногой висящей над пропастью.

***

— Как поживают твои родные, Кевин? Всё ли в порядке в семье? — первый собеседник затянулся сигарой, зажигая на столе уютную лампу с абажуром. — Да вроде всё хорошо, Джонатан… Ты ведь знаешь — они прекрасно обходятся и без меня… — ответил второй. — Чего не скажешь обо мне, друг, — хрипло рассмеялся первый. — Как видишь, при первом же сигнале тревоги я бегу к тебе, словно сопливый мальчишка, и спрашиваю совета. — Да брось, старик… — усмехнулся второй. — Ты, как всегда, преувеличиваешь мою роль во всей этой игре. Первый долго молчал… Но затем всё же задал тот самый вопрос, что терзал его душу всё то время, пока шло совещание. — Как думаешь… Мы выживем? — Отчего же нет, Джонни… Нужно бороться за своё благополучие. Я не склонен так быстро складывать оружие. А ты? Джонатан Майлз, основатель компании, управляющий совета директоров и владелец контрольного пакета акций «Майлз Файнэншл Груп» медленно покачал головой. — Я так устал, Кевин… Я слишком долго воюю на этом поприще. Киллус Магрион издал тихое восклицание, прищёлкнув пальцами. — Так держать, Мефис! Не отпускай его ни на секунду! Галл Мефис, весь собранный, как струна, с напряжённым лицом вливал в Майлза эмоцию усталости и безразличия. И, кажется, у него это получалось весьма хорошо. Мы, остальные семеро, пока были лишь на подхвате, делясь с ним своей энергией — так, чтобы он мог держать руководителя компании под постоянным контролем. — Пожалуй, больше всего мне хотелось бы вовсе не доигрывать эту надоевшую мне партию… А просто встать из-за стола и уйти… Уйти, разметав все фигуры по шахматной доске. Майлз и вправду поднялся со своего стула, подходя к окну, в котором разноцветными огнями мерцала гряда высотных зданий Ист-ривер. Кевин Уитроу проводил его внимательным взглядом. — И что, тебе наплевать, что станет с твоими фигурами дальше? — Смотря с какими, Кевин… Смотря с какими. — Значит… вот так вот всё бросишь и уйдёшь? — Да, друг мой. Именно так я, похоже, и поступлю. Правда, короля оставлю себе. Майлз оглянулся через плечо, пытаясь оценить реакцию своего старшего заместителя на сказанное, и, не услышав никаких возражений, добавил: — Советую и тебе сделать то же самое. Ферзь — твой. Он всегда был твоим… Я не стану препятствовать. Но и ты должен держать в тайне наш с тобой разговор. По виску заместителя медленно скатилась капля пота. Он прекрасно понимал, что означает сказанное. Что оба руководителя компании просто-напросто бросают тонущий корабль, подобно крысам, а весь остальной экипаж пойдёт ко дну вместе с судном. — Я не могу поступить так с людьми, Джонатан… У меня не хватит духу… Майлз резко развернулся, оскаливая зубы в жестокой ухмылке. — Что ты мне предлагаешь, Кевин?.. Нянчиться с каждым из них и утирать им сопельки, пока они будут жаловаться мне на свою тяжкую долю, малодушно скидывая все акции компании, подгоняя и без того камнем летящую вниз цену? Ты предлагаешь мне угробить всё, что я создавал много лет? Заместитель молчал, плотно сжав губы. Лишь тёмные глаза хмуро и настороженно смотрели из-под бровей. — Ну уж нет… — продолжил Майлз. — Я не позволю кучке прихлебателей нажиться за мой счёт… Всё в этой компании всегда держалось только на мне! И так будет и сейчас. Подумай хорошенько, Кевин… Мы знаем друг друга не первый год… И лишь благодаря тому, что ты многое значишь для меня — лишь поэтому ты здесь. И я даю тебе шанс уйти вместе со мной. Пока не поздно.

***

Конечно, мы точно так же основательно обработали и Кевина. И в течение буквально ближайших двенадцати часов контрольный пакет акций был распродан — по максимально возможной цене и с минимальной оглаской происходящего… Всё, что случилось потом — уже было пущено на волю судьбы. Мы просто наблюдали за торгами, изредка вмешиваясь в процесс, чтобы собрать как можно больший урожай энергии разочарования, безысходности и отчаяния, исходящей от акционеров и сотрудников компании «Майлз Файнэншл Груп», стремительно теряющих свой капитал и надежду на лучшее будущее… Уже к утру следующего дня было совершенно очевидно, что фирма разорена и пути назад больше нет. Казалось бы, на этом всё было закончено… И, если рассуждать с простой материальной, обывательской точки зрения — так оно и было. Однако, в мире бессмертных работают совсем другие правила, и, если вы не забыли — самое главное, что нас интересует в любом процессе — это ЭНЕРГИЯ. Поэтому нам предстояло ещё одно очень важное дело, ради которого, собственно, и затевался весь этот спектакль. И основной действующей фигурой в следующем акте являлась именно Сандра Мейер. Моя подопечная. В домашнем кабинете Ирвина Барнса раздался звонок — мобильный телефон дрожал и вибрировал на столе, словно требуя к себе внимания… Впрочем, за последние сутки это происходило далеко не в первый раз, поэтому звонок так и остался неотвеченным — несмотря на его настойчивость. Владелец телефона прекрасно знал, что вся служба безопасности компании будет стоять на ушах, разыскивая его по всему городу, и намеренно исключил всякую возможность до него добраться. И сейчас преспокойно пил свой утренний кофе в гостиничном номере на окраине Нью-Йорка, листая газету и одновременно одним ухом прислушиваясь к новостям по телевидению… Когда ведущий передачи «Бизнес Ньюз» озвучил главное происшествие дня — а именно, лавинообразное падение цен на акции компании «Майлз Файненшл Груп», Барнс не сразу поверил услышанному. Всё же он до последнего не был уверен, что его задумка будет иметь успех. Но, тем не менее, это было правдой — последовавший за этим репортаж журналиста не оставил в нём никаких сомнений. Фирма действительно стояла на грани банкротства. Он вдруг ощутил отчаянное желание позвонить Сандре и из первых уст получить подтверждение тому, что его месть состоялась. Не было никакой возможности утерпеть и отложить звонок — он хотел сделать его прямо сейчас! Правда, как вы понимаете, это было не совсем истинным его желанием… Характер Ирвина Барнса на самом деле был таков, что он месяцами мог бы выжидать, не выдавая себя и хладнокровно наблюдая за крушением целой империи, которая сейчас шла ко дну именно благодаря его стараниям… Но за спиной Барнса в это мгновение стояло, ни много, ни мало, трое высших Тёмных, совместная воля которых диктовала ему совершенно иные действия. И в следующие же несколько минут он по памяти набрал с гостиничного телефона номер отдела аналитики «Майлз Файнэншл Груп» и попросил соединить его с Сандрой Мейер. Её голос на том конце провода показался ему тусклым и невыразительным. И его горло сжалось в неожиданном сочувствии — пожалуй, она была единственным человеком в этой фирме, которому он не хотел причинять вреда… И всё же косвенно причинил. — Сандра, дорогая… Я не буду называть своего имени… Но ты ведь меня узнала, правда? Сандра машинально кивнула, поспешно задавливая уже рвущийся с губ возглас «Ирвин!» и слегка севшим от волнения голосом тихо ответила: — Да…