Твой личный Подлец

Я легко мог бы убить этого чмошника. Который даже отлизать ей как следует был не способен… Который касался сейчас её тела, трогал его своими влажными липкими пальцами, лез к ней в рот своим вонючим языком. Скрипнув зубами, я отвернулся. До полудня следующего дня было ещё слишком много времени, и лучше бы мне отвлечься на какие-то другие дела, пока я ещё не потерял контроль и не свернул ему шею прямо здесь, в её постели — чтобы не слышать долее ни секунды его сиплые, задыхающиеся стоны. Не бывать этому. Я ещё не окончательно растерял свой разум. Я снова прикрыл глаза, сосредотачиваясь по памяти на чуть тяжеловесной, напоминающей густой отвар дубовой коры, энергии Маарбека. И через пару мгновений уже стоял возле входа в мэрию. Сейчас я ощущал себя совершенно иначе. Здание, казалось, уменьшилось в размерах, и я, входя, инстинктивно подтянул ниже верхние сгибы крыльев, чтобы не задеть ими притолоку… Хотя объективно надо мной было вполне достаточно места — я мог бы даже взлететь. Толпа, галдящая в холле приёмной, нисколько не сбавила своего шума при моём появлении, однако большинство встречных демонов делали шаг в сторону, уступая мне дорогу и всматриваясь вслед — я всей спиной ощущал их озадаченные взгляды. Я на секунду задержался, проходя арку — прикоснулся пальцами к высеченным в толще камня иероглифам… И те едва заметно, отдалённо отозвались лёгкой вибрацией, словно приветствуя меня. — Алькад сейчас занят. Вам нужно будет занять очередь и подождать, — холодно процедила сквозь зубы секретарша, наводя порядки в одной из каменных ниш, заполненной кристаллами и амулетами различного назначения. Не соизволив даже повернуться в мою сторону, она продолжала заниматься своим делом, и лишь кончик длинного хвоста изредка касался пола, помахивая из стороны в сторону. — А ты попробуй всё же доложить о моём визите, дорогуша… — сказал я, не спеша разглядывая её сзади. — И, будь так любезна, приготовь «кокон тишины» — твоему патрону он вскоре понадобится. Демоница, гневно дёрнув хвостом, резко обернулась, явно намереваясь отчитать меня за дерзость… И, открыв было рот, так и захлопнула его, тут же прикусив язык. В ярко-зелёных глазах промелькнули злобные огоньки, но перечить высшему демону было бы не самым лучшим решением на её месте, так что она просто молча уселась в своё кресло, однако, не соизволив выдать мне что-либо в ответ. «Упрямая бестия…» — усмехнулся я про себя, располагаясь напротив. Это была та самая темнокрылая, с которой мы уже однажды сталкивались в мэрии. Похоже, она неплохо здесь прижилась, несмотря на свой строптивый характер, и теперь обслуживала рабочий кабинет Маарбека, следя за порядком, принимая заявки и исполняя различные распоряжения главы города. — Как зовут? — спросил я её, позабавившись тут же последовавшей за моими словами реакции. Она всё никак не могла перестроиться — не далее, чем несколько месяцев назад, она видела меня в ипостаси обычного беса, и произошедшая со мной разительная перемена до сих пор не укладывалась в её маленькой рогатой головке. Она поджала губы, её рот досадливо скривился, уже рождая вот-вот готовые вырваться из него презрительные слова… Я с любопытством наблюдал, как она борется с собой, выискивая наиболее нейтральный вариант поведения. Я прекрасно знал, что она не посмеет больше говорить со мной свысока — теперь это было весьма рискованно. Но и ронять своё достоинство ей тоже не хотелось. — Зелла Магнус из рода Ранн, — отчеканила она, наконец, раздувая ноздри своего острого носика — специально подчёркивая свою родословную, дабы я не вздумал усомниться в древности и благородстве её происхождения. Я рассмеялся, и она ещё больше напыжилась, вздёрнув подбородок, и уже было приготовилась добавить что-то, что уж наверняка должно было меня впечатлить, но тут дверь кабинета отворилась и из неё вышел посетитель — импозантный седоватый демон, облачённый в лёгкую накидку с вышитыми на ней символами Гильдии Жрецов. Поднявшись с кресла, я внезапно ощутил лёгкую дрожь по спине — взгляд жёлтых глаз демона пристально прошёлся по мне сверху донизу — казалось, он проводит по моему телу сканером, внимательно считывая каждую линию знаков на моей коже… И, как бы я ни вглядывался в его лицо — я никак не мог разобрать, какие выводы он делает обо мне в этот момент. Я вовсе не собирался с ним заговаривать — пусть себе идёт от греха подальше, не нужны мне дополнительные проблемы… Но Жрец, как назло, застрял возле меня, будто притянутый невидимым магнитом, и никак не желал двигаться в сторону выхода. — Как тебя зовут, сынок? — проговорил он, наконец, чуть шелестящим, вкрадчивым голосом. — Даарен, — ответил я, намеренно не называя второго имени, дабы не давать ему лишней информации. — Давно ли ты обрёл эти знаки, Даарен? — выражение лица демона при вопросе было вполне доброжелательным, но я не верил этому ни на йоту. От этого тёмного можно было ожидать чего угодно — вербовки, преследования, угроз, шантажа… Любых действий, которые были бы призваны поставить меня на службу тайных интересов Жрецов — но только не признания моей личной свободы. — Давно, — спокойно заявил я с простодушным видом. — Ещё во время процедуры Инициации. Пусть думает, что этим знакам уже не одна сотня лет. Впрочем, формально я ему даже не солгал. — И как они проявляют себя? — вот здесь его голос всё же слегка дрогнул, выдавая волнение своего обладателя. Да уж… Не каждый день сталкиваешься с такими странными явлениями, как светящиеся татуировки неизвестного происхождения… Немудрено и потерять самообладание. — Да никак… — усмехнулся я. — Девчонки визжат от восторга. А ещё могу забацать в темноте мерцающий брейк-данс. Я с нарочито дебильным видом подвигал плечами и торсом, сделав пару шагов вбок и назад, чтобы окончательно упрочить Жреца в крайней степени своего непроходимого идиотизма, и тот со озадаченным видом сопроводил взглядом мои танцевальные телодвижения. — Если вдруг они будут любым образом тебя беспокоить — дай мне об этом знать, сынок, хорошо? — и демон протянул мне руку, чтобы я мог познакомиться с его энергией и, в случае чего, найти его по этому уникальному отпечатку. — Да, конечно, саар… — я с почтительным видом склонил голову, пожимая в ответ его ладонь. И тот, слегка улыбнувшись, кивнул мне и удалился из приёмной. Я облегчённо перевёл дух, тут же поймав на себе насторожённый взгляд Зеллы — вот уж кто ни на секунду не обманулся моей нелепой пантомимой — и тут из приоткрытой двери донёсся приглушённый голос Маарбека. — Входите! Я плотно прикрыл за собой дверь и кивнул куратору, усаживаясь в соседнее кресло. — От тебя на десять ярдов несёт деньгами… — хмыкнул Маарбек, поднося к носу туго свёрнутую палочку кубинской сигары и делая глубокий вдох. — Так и чешутся лапы прислать к тебе комиссию с проверкой по налогам. — Обижаешь, патрон, — улыбнулся я. — Я никогда не страдал мелким крысятничеством… И уж тем более не собираюсь начинать заниматься подобными делишками и сейчас. Я знал, что глава города говорит это не всерьёз. Это было всего лишь ни к чему не обязывающее вступление, призванное хоть немного замаскировать тему нашего дальнейшего разговора, не предназначенного для лишних ушей. — Вот, видишь, пристрастился к дурацкой людской забаве… Не могу отказать себе в удовольствии — запах табака доставляет мне какое-то особое наслаждение… — он всковырнул когтем наружный лист, слегка расширил образовавшуюся щель и снова уткнулся в неё носом. Он не зажигал своих сигар — всего лишь разрывал оболочку и нюхал высушенные листья табака. Так продолжалось ещё пару минут, но я спокойно сидел, не мешая Маарбеку удовлетворять свой небольшой каприз. В конце концов, у каждого из нас есть свои, непохожие ни на чьи другие, страстишки — и почему бы не позволить себе спокойно делать то, что нравится, даже если со стороны это выглядит для кого-то странным? В итоге демон нанюхался вволю, от души чихнул, со смаком пошлёпал губами и языком… Затем поднял руку и издал пальцами два громких щелчка. Дверь слегка приоткрылась, и в кабинет заглянула Зелла — вернее, сначала внутрь просунулись её красивые витые рожки, а потом и сама голова демоницы повернулась в сторону начальника и замерла, пристально вглядываясь в его лицо горящими зелёными глазами. — Да, патрон? — Зелла… Нам нужен будет, как минимум, час полнейшей тишины — организуй, будь лапочкой… И проследи за тем, чтобы в это время нас никто не побеспокоил. Та кивнула, постаравшись скрыть свою досаду на то, что моё предположение всё же оказалось верным, и скрылась из виду. Мы посидели некоторое время молча, ожидая, пока демоница сформирует заклинание, и, лишь только когда кабинет по всему периметру окутало мягкое, плотное звуконепроницаемое покрывало, начали нашу беседу. — Ты как раз вовремя. Мне сегодня утром удалось поговорить с Холодным. Он согласился тебя принять… Я кивнул. Эта долгожданная новость означала, что в моей жизни отныне начинается ещё один, совершенно не похожий на другие, этап. — Ты не должен брать на себя каких-либо серьёзных проектов в ближайшие дни… Придумай любую причину, любой предлог, чтобы отказаться. Но, если вдруг он нас вызовет к себе — нам нужно будет прибыть сразу же, без малейшего промедления. Ты меня понял? — Хорошо, патрон… Я постоянно буду на связи, ты можешь на меня положиться. Маарбек одобрительно кивнул, продолжая теребить в пальцах сигару — та уже была изрядно измочалена, и от неё начали отлетать мелкие кусочки листьев, медленно кружась в воздухе и оседая на пол возле кресла. Демон оторвал один из них — тот, что побольше — сунул в рот и принялся задумчиво жевать. Я едва удержался, чтобы не фыркнуть от смеха — до того комичный у него был видок в этот момент. Но уж точно Маарбек не потерпел бы сейчас насмешек в свой адрес — уж слишком серьёзной была тема, которую мы с ним затеяли. Проговорив ещё какое-то время и обсудив различные нюансы наших общих дел, мы распрощались, и я покинул кабинет куратора. Зелла проводила меня напряжённым, изучающим взглядом в спину, очевидно, полагая, что я не почувствую её эмоций. Однако, с некоторых пор, мне не составляло труда считывать весь букет внутренних импульсов хоть смертного, хоть бессмертного — и я с удовольствием впитал в себя отчётливый шлейф её удивления, обескураженности, лёгкого страха и одновременно — интереса и надежды на то, что это не последняя наша встреча. — Не последняя, малышка, не последняя… — усмехнулся я себе под нос, выходя из здания мэрии. — Ты мне ещё пригодишься.

***

Развалившись на всю скамейку и закинув ногу на ногу, я сидел под вечерними фонарями городского парка, наблюдая за проходящими мимо влюблёнными парочками. Как только у кого-то из них возникало желание присесть на моё место, сразу же происходил обратный эффект — то скамейка оказывалась «грязной и липкой», то музыка слишком громкой, то фонарь бил в глаза… То девушке из пары внезапно начинало казаться, что в спину ей смотрит чей-то неприятный взгляд. На крайний случай у меня был заранее приготовлен самый убойный вариант — огромный бездомный пёс, лежащий неподалёку, по малейшему моему приказу начавший бы клянчить еды; но пока что все смертные оказывались достаточно чувствительны, и «тяжёлая артиллерия» никому ещё не понадобилась. Я поджидал лишь одну, нужную мне пару. Вон они, на самой наружной дорожке парка — кажется, покупают себе кофе… Оглядываются вокруг, раздумывая, куда дальше направиться… Но я наверняка знал, что этим вечером они совершенно точно пройдут именно рядом с моей скамейкой. Ну вот, что и требовалось доказать… Мой слух уже различал мерный неспешный цокот её каблучков. Она шла под руку со своим кавалером, беспечно вертя головой из стороны в сторону… И что-то беззаботно щебетала. — Ой, Дэн, смотри, вон там так уютно! Так классно скамейка расположена! Пошли скорее, пока никто не занял! Она подбежала, села рядом со мной, взмахнув шарфом… И моих ноздрей коснулся лёгкий запах её духов. Апельсиновая нотка, переходящая в тонкий шлейф чёрной смородины и бергамота… И ароматы кедра и мускуса в самом ядре. Ей шёл этот букет… Несмотря на то, что цена, как я догадывался, оставляла желать лучшего. Моя рука лежала на спинке скамьи — как раз у неё за спиной… И она, беспокойно оглянувшись, внимательно всмотрелась куда-то вдаль — видимо, пытаясь определить источник своих странных ощущений. Но в мои планы пока не входило выдавать себя — посмотрю, как будут развиваться события. — Я завтра буду подавать документы на перевод в столицу, — важно заявил Денис. — Мне предлагают повышение. — Правда? — восхитилась Оксана. — Как здорово! Это что, получается, будешь переезжать? — Ну, не прямо так сразу… Сначала нужно будет закрыть здесь отчётный период… Ну, а потом можно подумывать и о перемене места жительства, ага… Я давно хотел заняться проектами покрупнее. Сколько можно прозябать в этом жалком городишке? Да, Оксанка? Та кивнула, чуть погрустнев. — Да ты не переживай! — поспешил успокоить её парень. — Я буду регулярно приезжать к тебе. А хочешь — давай, ты ко мне перебирайся? Её брови удивлённо вздёрнулись, и она уже открыла было рот, собираясь обсудить со своим ухажёром совместные перспективы… — Поже́нитесь, детишек нарожаете… — ляпнул я прямо над её правым ухом. Оксана аж подпрыгнула на скамейке, вздрогнув всем телом, и медленно обернулась ко мне, уставясь мне в лицо ошеломлёнными глазами. — Чё это с тобой? — недоумённо спросил Денис. — Ты чего так дёргаешься? Укусил кто? — Да нет, ничего, всё нормально… — пробормотала та дрожащим голосом. — Просто показалось… — Что показалось? — Да так… Ерунда. Мелькнуло что-то. — Да у тебя вечно что-то перед глазами мелькает! — хохотнул Дэн. — Странная ты у меня! Может, лучше ты это… прекращай свои гадания дурацкие по ночам, а? А то уже фигня всякая начинает мерещиться… Чертовщина! Оксана бросила на него затравленный взгляд — похоже, попутно размышляя о том, насколько её собеседник близок к истине… И начала медленно вставать со скамейки, намереваясь, судя по всему, сбежать от моего общества. — Куда собралась? — я крепко схватил её за подол пальто и дёрнул на себя. — Сядь обратно! Каблук её сапога внезапно подкосился, и девушка снова беспомощно плюхнулась на сиденье. Обернувшись на меня через плечо, она злобно прошипела: — Отпусти, кому сказала! — Эй… Ты чего?! — уже не на шутку забеспокоился Денис. — С кем разговариваешь-то? — С чертями! — рявкнула в его сторону Оксана и снова повернулась ко мне. — Ты чего добиваешься, сволочь? Ещё одни отношения мне разрушить хочешь? У Дэна глаза в буквальном смысле слова полезли на лоб. Он напряжённо всматривался в темноту — туда, где располагался невидимый оппонент… И, никого не обнаружив, он начал медленно, ползком, отодвигаться по скамейке — подальше от девушки. — Оксанка-а-а… — сделал он последнюю попытку, тем не менее, уже привстав со своего места, явно оставляя себе пространство для бегства. — Ты что, совсем рехнулась? — Рехнёшься тут! — воскликнула девушка, не обращая ни малейшего внимания на замешательство Дэна. — Когда рядом сидит здоровенная бесюга и отпугивает от тебя всех нормальных мужиков! Она всплеснула руками и с досадой швырнула сумочку рядом с собой — как раз на то самое место, которое опустело сразу же после её слов — Денис, вытянув шею и то и дело испуганно оглядываясь, уже драпал от нас, удаляясь вдоль аллеи. — Ну, с «бесюгой» ты, конечно, немного погорячилась… — сказал я. — Я уже полгода, как распрощался с этой кастой… — Это я ещё мало погорячилась! — воздела в отчаянии руки к небесам Оксана. — Ну, вот почему нельзя просто тупо взять и треснуть тебе сумкой по башке, а? Ну, почему ты не обычный материальный человек, а какой-то чёртов… плузоид… плазимодо… — Плазмоид… — подсказал я. — Да какая, на хрен, разница?! Она чуть не плакала. — Как же я тебя ненавижу… Вечно ты лезешь не вовремя… Ну, вот скажи — чего ты припёрся, а? — Соскучился… — мягко прорычал я. — Чтоо?! Ты ещё смеешь говорить мне такое? Кто бросил меня безо всяких объяснений? Кто мне всю жизнь испоганил? Кто… ммм… ммм… Дальше она ничего не смогла сказать, потому что я притянул её голову к себе за затылок и закрыл ей рот поцелуем. Какие же сладкие губы… Как нежно её волосы касаются моей щеки… Как остро её наманикюренные ноготки впиваются в мои плечи… И как яростно она бьёт меня по груди, пытаясь оттолкнуть. — Отпусти мой шарф немедленно! Я сейчас полицию позову! — И что ты им скажешь?.. — негромко проговорил я, наклонив голову и разглядывая нежные лаймовые оттенки газовой ткани, намотанной на мой кулак. — Попрошу проводить до дома! — язвительно выпалила Оксана, приблизив своё лицо прямо к моему носу. — Скажу, что меня преследует маньяк! И попробуй только что-то выдумать, чтобы мне помешать! — И не жалко тебе полицейских? Пострадают ведь… Ещё перестрелку между собой устроят… Оксана вдруг резко поникла. — Даарен… Ну, пожалуйста… Что тебе от меня нужно? Я не хочу больше никаких историй с тобой… Ты ведь уже один раз ушёл от меня… Зачем вернулся? — Не могу я без тебя… — вздохнул я. — Сам не знаю, зачем вернулся. Хорошо мне с тобой… Она не отвечала, безропотно сложив руки на коленях и глядя прямо перед собой. — Может, пойдём к тебе? — предложил я. — Сделаешь ванну… Я спинку тебе потру… — Угу… А также другие части тела, — буркнула она. — Особенно другие части тела. Она долго молчала, покусывая нижнюю губу… Моргала глазками, глядела в сторону… Я просто наблюдал за ней — за её пальчиками, перебирающими ткань шарфа, за аккуратными каблучками её сапог… На одном пальце блеснуло колечко. — Денис подарил? — спросил я. — Нет… Сама себе купила. — Хочешь, с изумрудом подарю? Он подойдёт к твоим волосам. — Не хочу. — Ну, не злись на меня, куколка моя… Давай, всё будет по-прежнему, а? Я тебе с деньгами помогу — у меня сейчас огромные связи… Присмотришь себе квартирку в элитном районе… Машину купим… Ни в чём нуждаться не будешь… — Я и так ни в чём не нуждаюсь! — выпалила она. — А особенно не нуждаюсь в присутствии всяких наглых бесов, которым только и нужно, чтобы пожрать моей энергии! — Ты несправедлива, детка, — возразил я. — Я многое даю взамен. Будешь вхожа в особые круги общества — ты только подумай… Бизнесмены, актёры, писатели… Интересное общение, путешествия, вечеринки… — А обнимать меня кто будет по ночам? — впилась вдруг в моё лицо пристальным взглядом Оксана. — Сам будешь мне кавалеров подбирать? — Пока я рядом — никаких кавалеров… — угрожающе проговорил я. — Ещё раз увижу, как тебя кто-то лапает своими грязными щупальцами… — Ты ненастоящий! — с надрывом воскликнула она. — Я хочу обычного, простого, тёплого человеческого тела рядом! А не вот это вот недоразумение! — Ты прекрасно меня чувствуешь, не надо мне тут сказки рассказывать! — Всё это не то! Это всё какая-то подделка, иллюзия! — её губы дрожали от негодования. — Я не хочу больше тратить на тебя свою жизнь! Оставь меня в покое! На этих словах она резко вскочила со скамейки, повернулась и бросилась прочь, на ходу застёгивая пальто. Я остался сидеть на месте, ошеломлённый её бурной реакцией… Не сказать, чтобы такие всплески женского недовольства были для меня в новинку… Но почему-то то, что делала Оксана — немного отличалось по своей сути от всего, что мне доводилось видеть ранее. Я не до конца понимал, чем именно меня сегодня так зацепили её слова… У меня ушло добрых полчаса на то, чтобы как следует это осознать… А когда до меня, наконец, дошло — то мои внутренности словно кто-то сжал в огромный кулак, вытащил наружу, перевернул и засунул обратно. Да, я не сразу поверил в то, что обнаружил… Но все органы чувств, вся моя интуиция сигналила мне об одном — эта женщина сделала то, чего до неё не совершала ещё ни одна из смертных… То, что она говорила — это было далеко не самым главным. Но то, что она при этом чувствовала — вот здесь и крылась та самая истина, к которой мне ещё ни разу не удавалось прикоснуться за всю свою жизнь. Да я, можно сказать, не особо-то к этому и стремился… Никто этого ещё не делал со мной… Несмотря на все эти бабские причитания, упрёки, страсти, требования, страдания… Ни одна из них не любила меня по-настоящему. Я изумлённо смотрел в самый конец аллеи — туда, где давно уже скрылся в полумраке её маленький силуэт… Всё смотрел и смотрел, до конца не веря в то, что это действительно могло произойти… Пробуя вновь по памяти на вкус её эмоции, её самые глубинные импульсы, которые она и сама ещё, судя по всему, не осознавала… И снова и снова приходя к выводу, что я не ошибся. Что всё, что она испытывает ко мне — это именно то, о чём я думаю. И если это действительно так… Тогда дело принимало совершенно иной оборот.