Твой личный Подлец

Противоречия, разрывающие мой разум на части, превратились в ещё более сильные противоборствующие потоки — теперь они не отпускали меня ни днём, ни ночью. Я вынужден был забросить все свои дела — настолько процессы, протекающие внутри меня, были невыносимыми… Я в буквальном смысле слова корчился в муках, лёжа на широкой тахте в своём логове. И не видел никакого пути, который мог бы привести меня к исполнению того, что озвучила Оксана. Иной раз моя пещера содрогалась от взрывов гомерического хохота — до такой степени мне казалось нелепым то, что со мной происходит… А иногда я даже сползал с тахты вниз на холодный каменный пол и прижимался к нему всем телом, в попытках остудить свою пылающую в болезненной горячке кожу. Шли часы и дни… Я не знал, сколько прошло времени. Знал лишь, что мне придётся решить эту задачу тем или иным путём — пусть даже таким, каким до меня не проходил ещё ни один демон. Впрочем, как знать — возможно, я был не единственным тёмным, с кем случилось похожее недоразумение. Но, по крайней мере, мне никогда не приходилось слышать ни о чём подобном. Я уже даже не пытался ломать голову над тем, как ей это удалось. Я сам себя впутал в эту историю, и, если уж так сложились карты судьбы — значит, так тому и быть. Мы никогда не знаем, что нас ждёт впереди, и иногда случается так, что самые, казалось бы, дурные события потом, по прошествии времени, оказываются величайшим нашим благословением. — О, Всемогущий Отец… — шептал я во тьме. — Направь мой ум, помоги принять верное решение… Наставь своего сына на путь истинный. На новую порцию минте аскути у меня уже не было средств — я потратил весь имеющийся резерв и ещё оставался должен Галлу Мефису довольно приличную сумму сверх этого. Значит, придётся кумекать самому — без дополнительных стимуляторов. Ещё одной поразительной особенностью моего состояния было то, что я стремился исполнить желание Оксаны вовсе не потому, что оно как-то вынуждало меня! Оно не давило на мою волю, не изводило меня внутренними терзаниями… Оно было предельно естественным — таким, словно родилось из меня само по себе, без какого-либо постороннего вмешательства. Я просто хотел того же, что и она. Я сам. Этого. Хотел. Умопомешательство среди демонов как-то не принято, знаете ли… Любые сумасшествия, которые мы для себя устраиваем, воспринимаются тёмным братством, как само собой разумеющееся. А когда импульс иссякает — он попросту отпускает того, кто его создал. Вот и вся механика. Мы ни в чём себя не сдерживаем, ни в чём не подавляем… Не действуем в угоду кому бы то ни было. Поэтому у меня не было никаких оснований считать себя безумцем. Скорее, я упорно и непрестанно перебирал в уме все возможные варианты, которые могли бы привести меня к нужной цели. Чтобы, в конце концов, добиться своего и почувствовать удовлетворение. И, как только моя лихорадка постепенно начала сходить на нет — я сразу же отправился на разведку в одно из тех мест, которое, как я искренне надеялся, могло бы дать мне ответы на все имеющиеся вопросы.

***

В морге, как и всегда, было прохладно и тихо. Лишь изредка раздавались негромкие влажные чавкающие звуки, когда ассистент патологоанатома вытаскивал и клал на стол разнообразные внутренние органы очередного вскрытого покойника. Несколько бледных призраков умерших жалось по углам. Я окинул их рассеянным взглядом, от чего они ещё больше насторожились и сгруппировались в кучку, не понимая, что здесь происходит, и кто эти нахальные рогатые и крылатые твари, которые ведут себя здесь, как дома. Возле медиков на металлических стульях, развалившись и закинув копыта на стол, сидели два крупных беса. При виде меня они начали было привставать с угрожающим видом, дабы дать отпор незваному гостю… Но, тут же сообразив, что имеют дело с высшим демоном, озадаченно замерли на месте, чуть помахивая хвостами. — Приветствую… — поздоровался я. — Кто из вас старший? Один из бесов хрюкнул и сделал подобие кивка головой. — Мне нужна информация, — продолжил я. — За платой не постою. Но мне нужно, чтобы вы оба выложили абсолютно всё, что знаете. Бесы радостно ощерились и теперь уже закивали более уверенно. Но я не особо впечатлился их рвением — тёмные вечно держат за спиной какую-то свою личную выгоду, и никогда не узнаешь наверняка, насколько откровенен с тобой твой собеседник. Если, конечно, его как следует не припугнуть. Я сунул руку в небольшой кармашек, расположенный на внутренней поверхности набедренной повязки и, плотно сжав кулак, вытащил его наружу. Через щёлки между моими пальцами просачивались мелкие лучики невыносимо ослепительного белого света. Оба беса резко отпрянули назад, прикрываясь мохнатыми предплечьями и низко опустив головы, чтобы невзначай не встретиться взглядом с этим сиянием… — Я думаю, комментарии излишни? — заботливо поинтересовался я. — Убери это… — прохрипел тот, что за старшего. — Мы не собирались тебя обманывать. — Вот и славно, — сказал я, снова пряча предмет в карман. — Тогда начнём с небольшой экскурсии. В следующие полчаса мы облазили все имеющиеся холодильники с трупами, но я так и не обнаружил ничего похожего на то, что мне было нужно. — Вы что, сами никогда не пробовали это делать? — спросил я своих провожатых. — Пробовали, — хихикнул один из бесов. — Сил уходит немерено, а толку чуть… Даже санитаров напугать как следует не получается. Да и холодные они… Противно. — А если кого-нибудь посвежее подобрать? — не унимался я. — Кто только что концы отдал, вот буквально несколько минут назад? — Ну, во-первых, таких сюда не привозят… — задумчиво протянул другой. — Всё больше с гнильцой, да с душком. А во-вторых… Дохлятина — она и есть дохлятина. Нужно сразу всю тушку включать, а костюмчик-то не по размеру… Я примерно понимал, что он имеет в виду. Все системы организма необходимо было запускать одновременно — сердце, лёгкие, мозг, эндокринные железы, клеточный обмен… А для этого требовалось такое же эфирное тело, как у покойника — или, по крайней мере, максимально идентичное ему. А бессмертные были устроены немного иначе — вот и не происходил нужный коннект. В итоге, я отбыл ни с чем. Однако, не забыв поблагодарить бесов соответствующим вознаграждением, с просьбой найти меня в случае появления дополнительной информации. Следующим пунктом моего плана значилась центральная городская больница. Начал я, конечно же, с реанимации — в надежде отыскать подходящего пациента. Такого, который уже стоял бы одной ногой в могиле, но при этом ещё был бы достаточно жизнеспособен, чтобы я мог управлять его телом. И снова меня ждало разочарование. Женщины меня, естественно, не интересовали. А из мужчин в наличии оказалось более десятка пожилых пенсионеров, уже давно отживших свой век, и ничем хорошим в плане здоровья похвастаться не способных… И парочка молодых ребят, про которых я мог с уверенностью сказать только одно: даже если очнутся — на всю жизнь останутся инвалидами. Да, я мог бы продолжать наведываться сюда каждый день и, в конце концов, выследить подходящего мне персонажа… Но ещё неизвестно, сколько бы это заняло времени. Да и, ко всему прочему, в моей голове уже начала вырисовываться одна любопытная идейка, которая заслуживала гораздо более внимательного изучения и разработки…

***

Автострада мчала по себе тысячи машин… Единый, разномастный, пёстрый поток автомобилей слаженно двигался в обоих направлениях, не останавливаясь ни на секунду. Широко расставив ноги, закрыв глаза и раскинув руки в стороны, я стоял в самом центре разделительной полосы и сканировал пространство. Скорость движения была слишком высокой, чтобы успевать отслеживать что-либо в этом бесконечном мельтешении, но я немного замедлил время и, благодаря этому, смог уделять достаточно внимания всем интересующим меня объектам. Низкобюджетные варианты я отметал сразу — не хватало ещё тратить свою энергию на то, чтобы поднимать свой аватар с самых низов… Семейные тоже не годились — слишком много проблем потом расхлёбывать с брошенными жёнами и детьми… Объекты со слабым здоровьем и различными химическими зависимостями отсеивать так же не составляло труда — их ауры были блёклыми, неравномерными и окутанными целой паутиной тёмных нитей, тянущихся следом, словно грязные лохмотья. В целом, тех кандидатов, которые меня хотя бы приблизительно устраивали, было не более одного процента от общей массы. Вот этот, на тёмно-сером Порше Панамера, держался довольно уверенно, чтобы заставить меня сорваться с места и, плотно прижавшись к крыше его автомобиля, проследовать вместе с ним несколько километров. Умён, конечно же… Без мозгов такие тачки не приобретаются. Амбициозен, не слишком расточителен… Расчётлив… И чересчур холоден эмоционально. Логика определённо перевешивала среди всех остальных факторов. С одной стороны, это было хорошо для бизнеса, а с другой — не очень здорово для отношений с женщиной. По крайней мере, я чётко предвидел, что палитра его чувств может оказаться для меня слишком бедной. Я с таким типажом даже трахнуть её как следует не смогу — буду каждые пять минут просчитывать, достаточно ли я сделал фрикций, не маловат ли мой член, и правильный ли угол проникновения я избрал для позы догги-стайл. Не секс, а какой-то план-конспект по анатомии половых органов… Поёжившись от отвращения, я с сожалением отлип от Панамеры и вернулся на свою прежнюю позицию. Следующий кандидат. Добряк… Настолько позитивный, что практически нереально будет сбить его с волны оптимизма на какую-либо негативную реакцию. Такой скорее отшутится от нападок, а в конце тепло обнимет и скажет, что всё будет хорошо — и у девушки, волей-неволей, все претензии рассосутся сами собой. Вроде неплох… Но интуиция мне подсказывала, что этого самца нужно изучить чуть подольше, чтобы сделать какие-то весомые выводы. Поэтому я так и поступил — проехал на пассажирском сиденье его машины вплоть до самого дома, а потом поднялся вместе с ним на лифте до квартиры. И вот тут-то мне всё сразу стало ясно… Дома добряка ждали четырнадцать котов. Мда, Оксана… Не желаю я такой судьбы ни тебе, ни себе. Два мешка корма на кухне, шесть лотков с кошачьим дерьмом в ванной… Здесь нас не спасут никакие ароматические свечи. А основным твоим занятием на ближайшие годы, похоже, станет регулярная чистка диванов от шерсти, которая будет там скапливаться целыми килограммами. Открытие бизнеса по изготовлению валенок в мои планы не входило, так что и отсюда я поспешно отчалил. А на первый взгляд перспективы были вполне обнадёживающими… Обескураженно почёсывая основания рогов, я дал себе слово проверять каждого претендента по всем параметрам — неизвестно, где кроются какие-нибудь неожиданные сюрпризы, которые потом нам всю личную жизнь испоганят. И закусит нас на этой почве с моей избранницей в череду жутких скандалов, после которых я уже и не рад буду, что затеял это неблагодарное дело. — Стань человеком… — проворчал я недовольно себе под нос. — Ишь, чего захотела… Я разве виноват, что у вас, у людей, что ни экземпляр — то недоразумение какое-то ходячее?.. Но моей рыженькой рядом, конечно же, не было, чтобы недовольно насупить губки в ответ на мои возмущённые сентенции, так что вопрос так и повис в воздухе без ответа. За следующие три дня я протестировал восьмерых. И эта работа была далеко не из приятных, скажу я вам… Чего только я не насмотрелся… Вполне респектабельные и надёжные на первый взгляд ребята на проверку все оказывались слегка прибабахнутыми в той или иной сфере. Один прямо у себя дома разводил змей — все комнаты были уставлены террариумами различного размера и формы. А рептилий, конечно же, нужно было регулярно чем-то кормить, поэтому в отдельном помещении была устроена целая мышиная колония, и запах в доме стоял соответствующий… Другой спускал практически все свои деньги на женщин, третий страдал фобией грязных рук, а четвёртый и вовсе не мог сделать ни единого шага по жизни без того, чтобы тщательно не согласовать все свои действия с любимой мамочкой… Короче говоря, на четвёртый день я как-то уже подвыдохся и растерял почти весь свой энтузиазм. Брать кого-то из этих людей в оборот не имело никакого смысла — вся центральная нервная система человека была «заточена» сугубо под его индивидуальные особенности, и, даже если бы я стал очень жёстко навязывать аватару свою волю — рано или поздно он всё равно сорвался бы в свои привычные образ жизни и мировосприятие, создав мне тем самым множество проблем… А мне нужен был вариант, при котором я смогу наименее затратным способом одновременно и оставаться самим собой, и иметь послушное, максимально тождественное моим предпочтениям тело. День подходил к концу. На трассе ещё длился вечерний час пик, дорогу начинала постепенно накрывать мгла надвигающихся сумерек… Я развернулся боком к потоку машин, уже намереваясь взлететь, чтобы окинуть взглядом напоследок всю эту картину, в надежде, что где-то всё же мелькнёт нужный мне отголосок энергий… Как вдруг всей спиной ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Резко крутанувшись вокруг своей оси, я поймал источник этого импульса и тут же рванулся следом, попутно набрасывая на себя пелену пустоты — дабы не выдать себя неосторожным всплеском. Потому что объект моего интереса, как оказалось, был вовсе не из простых смертных. Даже на протяжении того часа, что я ехал рядом с ним, он уже умудрился что-то почувствовать и пару раз косился вбок с подозрительным прищуром. Но я вёл себя достаточно тихо и внимательно следил за тем, чтобы заклятие надёжно скрывало все мои тёмные излучения. Машинка, надо сказать, была так себе — обычный Фольксваген Гольф, далеко не новый, да и кузов оказался помят в нескольких местах. То ли водитель безрукий, то ли хозяев у автомобиля было изрядное количество — я не стал утруждать себя выяснением деталей, а сосредоточился на изучении своей потенциальной цели. Тридцать два года, холост, в отношениях не состоит, детей не имеет. Обладает достаточно хорошим здоровьем — жилистое тело с крепкой мускулатурой выдавало нешуточную силу своего обладателя — по крайней мере, физические нагрузки явно чувствовались. Характер упёртый, бескомпромиссный, воля с рассудком были собраны в железный тандем, стоящий на страже намерений своего владельца — машина шла спокойно, уверенно, без рывков. А внутри у этого человека ощущалось какое-то чёткое устремление, содержание которого мне пока так и не удалось как следует выяснить — однако, я собирался это сделать в ближайшие пару часов, когда мы достигнем места назначения… А ехали-то мы вовсе не к нему домой. На пороге дома, стоящего почти на самой окраине села, нас встретила немолодая женщина с измученным лицом, в застиранном переднике… И, кивнув и поприветствовав гостя, сразу же провела его в дальнюю комнату, где на кровати лежала молодая девушка с бледной, давно не видевшей солнца кожей и глубокими тёмными кругами под глазами. Мне с первой же секунды стало понятно, что с ней не так. У девчушки внутри сидела пара приятелей… Которых она, конечно же, сначала сама радушно пригласила к себе в тело, а потом выяснилось, что у этих ребят на её жизнь совершенно особые планы. Такие, что никому в соседстве с подобными «квартирантами» не поздоровится. Говоря более простым языком — девушку одержали двое бесов. И теперь я с гораздо бо́льшим интересом взглянул на своего попутчика… Который, тем временем, достал из рюкзака свечи, нож, большой плотный свёрток чёрной ткани и горсть каких-то непонятных металлических предметов, назначение которых мне было пока неясно. Немного повозившись с тумбочкой и разложив на ней все свои инструменты, он пододвинул стул к кровати и присел рядом с этой несчастной. — Ну что, ждала меня? Девушка лежала на боку, свернувшись клубочком и уставившись неподвижным взглядом прямо перед собой. Мужчина несколько мгновений пристально смотрел ей в лицо… Затем не спеша зажёг свечи, взял в руки одну из своих побрякушек и положил перед ней на кровать. На первый взгляд, это была фигурка зайца — только какая-то странная, стилизованная — сделанная из путаного переплетения множества блестящих стальных проволочек. Девушка даже бровью не повела. — Зайцы, на самом деле, не настолько трусливы, — негромким голосом произнёс мужчина. — Они всего лишь бегут, когда от них требуется бежать, ведь это действие спасает им жизнь… Такова их природа. По-прежнему ноль реакции. — А ещё зайцы могут очень ожесточённо драться за самку. И спаривается она только с самым выносливым и сильным самцом. Одно совсем короткое движение глаз — куда-то в его сторону и обратно. — Мартовский заяц сходит с ума от запаха течной самки и способен преследовать её несколько суток подряд, — продолжал мужчина. — Затем у них происходит много коротких, но бурных совокуплений… В этот момент девушка пару раз моргнула и покрепче вцепилась пальцами в одеяло. — …во время которых оба животных испытывают сильное возбуждение. Пауза. Её щёки чуть порозовели, но губы были всё так же плотно сжаты. Мужчина достал из кучи ещё одну фигурку и положил на кровать — но теперь поближе к лицу девушки. Волчья голова с оскаленной пастью. — Волки… Естественные враги зайцев, умные и сильные хищники. Живут стаями. Я заинтересованно хмыкнул и развалился в своём кресле. Это представление уже начинало мне нравиться. — У волков довольно сложная и мудрая иерархия. Каждая особь имеет в своей стае строго определённый статус и соблюдает его ради общего благополучия. Но иногда между ними всё же происходят драки за пищу и за более высокий ранг. А знаешь ли ты, как именно волки борются за своё место, Танюш? Девушка покосилась на волчью пасть. — Длина клыков взрослой особи — около пяти сантиметров. Своими зубами волк легко может разорвать плоть, раздробить кости… В бою волки ведут себя очень жестоко — если более слабая особь не подчинится, она рискует быть убитой. Лицо девушки сковала маска надменности и холода — мол, я выше всех этих ваших примитивных звериных игр. Но наш знахарь и не думал сдаваться. — Ты никогда не задумывалась, что можно сделать то же самое, Татьяна? Огрызнуться и укусить кого-нибудь, чтобы защитить свой статус, свою территорию… Ты хотела бы стать животным? — Таким же неряшливым и беспардонным, как то, которое сейчас торчит возле моей кровати? — прошелестела девушка сухим, едва слышным голосом. Её потрескавшиеся губы изогнула презрительная усмешка. Мужчина рассмеялся. С одной стороны — девушка была права. Его видавшую виды, мятую и заношенную футболку и вправду давно уже нельзя было назвать белой, да и волосы были собраны в хвост слишком небрежно, слишком наспех… Но его это, кажется, ни капли не смущало. И он с лёгким металлическим звоном вытащил из кучи третью фигурку. — Как ты думаешь, кто это? — спросил он девушку, внимательно заглядывая ей в глаза. Та демонстративно прикрыла веки и состроила равнодушное лицо. Мужчина медленно протянул руку и вложил фигурку ей в ладонь. Она вздрогнула и распрямила пальцы — металл холодил кожу. И всё же вынуждена была взглянуть, что за существо он приготовил на этот раз. На её ладони, свернувшись клубком и подняв голову с характерным изгибом, лежала змея. Пару мгновений девушка медлила, а затем, скривившись, отшвырнула от себя фигурку — та, отлетев, позвякала по полу куда-то в район кресла, стоящего в углу. — Что, так страшно? — усмехнулся мужчина. Девушка зыркнула на него с неожиданной ненавистью. — Она отвратительна! — Чем же? — Бездушная… Холодная. Зачем вы вечно подсовываете мне всякую дрянь? Он немного помолчал. Потом заговорил снова. — Змеи — очень спокойные существа. Их чешуйчатая кожа на ощупь сухая, тёплая и бархатистая. Они очень редко нападают первыми… И защищают себя, только когда их жизни угрожает опасность. На лице девушки отразилась крайняя степень замешательства. — Какое из этих животных ты хотела бы пробудить в себе? Длинная-длинная пауза… Она впилась в него острым, потемневшим, безумным взглядом… А мужчина, тем временем, взял в ладони всю горсть фигурок и начал делать возле кровати медленный круг, выкладывая по одной на одеяло, которым была накрыта девушка. Теперь я уже видел, что все они изображали различных зверей, птиц, рыб… Она вертела головой, следя за ним неотступно. И, как только круг начал подходить к концу, она вдруг взвилась на кровати, взмахнув растрёпанными волосами. — Нет! Я не могу! — взвизгнула она. — Можешь, — спокойно и уверенно произнёс мужчина. И замкнул круг последней фигуркой. — Да чтоб ты провалился! Как же ты мне тут надоел со своими выкрутасами! — в её голосе звучала неподдельная злоба, зубы оскалились, губы истончились и побелели… Он бросил на неё исподлобья быстрый взгляд, подошёл к тумбочке, взял в каждую руку по свече… И пошёл на новый круг. — Ненавижу эти твои тупые ритуалы! Сколько будешь ходить возле меня кругами?! — Кажется, ты сейчас больше похожа на волчицу… — Я тебе сейчас горло выгрызу! — Да неужели? — усмехнулся мужчина. — Ну-ка, попробуй… — Убирайся из моей комнаты! — А ты выгони меня… Девушка с рычанием сорвалась с кровати, схватила с тумбочки нож и резко развернулась в сторону экзорциста. Тот, как ни в чём не бывало, продолжал своё движение — лишь не спускал глаз с сумасшедшей девицы. Пока ещё их разделяла кровать… Но я, словно на решающем футбольном матче, аж привстал с кресла — до того зрелище оказалось увлекательным. Я прекрасно видел, что творят бесы внутри неё — это они сейчас нагнетали обстановку, подстёгивая её к этим неконтролируемым выплескам… Но я не собирался им мешать — пусть делают свою работу. А я пока понаблюдаю, на что способен мой будущий протеже. Он очень рисковал — она сейчас была способна совершить весьма необдуманные вещи. Но он как будто бы намеренно провоцировал её — и я постепенно начал понимать, чего он добивается. — Да ты даже муху прихлопнуть не способна… Думаешь, напугала меня? Я уже полчаса в твоей комнате хозяйничаю, а ты всё терпишь… Тряпка ты половая… Размазня… — Пошёл во-о-он!!! — заорала, не помня себя, девушка и бросилась прямо через кровать на мужчину. Тумбочка, задетая её босой пяткой, шатнулась, и одна из свечей упала на бок. Тот проворно отскочил назад и начал пятиться спиной к двери. — Я тебе сказала!!! Выметайся вон сейчас же!!! — её лицо покраснело от ярости, рука судорожно сжимала нож… Чёрная ткань на тумбочке загорелась и в комнате запахло палёным. В дверях показалось испуганное лицо матери, она охнула и схватилась за лицо… — Нина! Туши огонь! Огонь туши! Не смотри на нас! — закричал мужчина. Он по-прежнему медленно пятился к выходу, а девушка надвигалась на него с таким видом, будто готова вот-вот воткнуть ему нож прямо в грудь. — Я ухожу! — воскликнул вдруг экзорцист. — Ты победила! Ты выгнала меня! Девушка недоверчиво застыла на месте. Тот уже почти преодолел порог, одной ногой шагнув в коридор… И через секунду полностью вышел из комнаты, продолжая стоять лицом к открытой двери. Мать неуклюже хлопала подушкой по дымящейся тумбочке, время от времени с испугом косясь на происходящее за её спиной… Девушку вдруг затрясло крупной дрожью. Её рука ослабела, она выронила нож… И согнулась на месте, хватая себя за живот — так, будто её скрутили какие-то спазмы. — Я… не хотела… Я… не… — захлёбываясь и заикаясь, начала говорить она. Мать подскочила к ней, в попытке обнять… Но мужчина быстро приблизился к обеим, отстранил мать и, опустившись на колени, взял девушку за безвольно обвисшие запястья и заглянул ей в лицо… — Ты всё правильно сделала, Таня! Ты умничка! Выгнала меня, молодец… Всё хорошо, всё хорошо… Всё, всё… Он повёл её обратно к кровати — та уже рыдала во весь голос, видимо, осознав, что только что чуть не натворила… И, как только он помог ей лечь на спину — её снова заколотило с удвоенной силой. Её тело подпрыгивало на кровати, руки и ноги бились о матрас, горло начало издавать какие-то хриплые выкрики, стоны… Из её живота наружу высунулась длинная волосатая рука с когтями. Конечно же, вряд ли это видел ещё кто-то кроме меня… Но сам факт выглядел весьма впечатляюще. В следующие десять минут, пока её там колошматило, один из бесов полностью покинул тело и теперь стоял рядом с растерянным видом — видимо, размышляя, что ему делать дальше. — Что, обломался? — спросил я. Он вздрогнул, обернулся на меня… И, пригнувшись, быстро посеменил прочь. Его собрату повезло чуть больше — он пока ещё мог находиться внутри тела, и на этот раз, скорее всего, его оставят в покое. По крайней мере, девушка была уже вкрай измучена — её кожа вся взмокла и покрылась потом, из уголка рта текла слюна, спутанные волосы прилипли ко лбу… И постепенно она начала затихать. Мать сидела на стуле поодаль с ошалелым видом, заламывая руки… А экзорцист по-прежнему стоял на коленях возле кровати, держа девушку за хрупкие бледные кисти. Я поднялся с кресла, намереваясь покинуть их дом — присутствовать здесь долее уже не имело смысла — продолжение всей этой истории было вполне очевидно… И я был весьма доволен тем, что оказался в нужное время в нужном месте. Похоже, на этот раз я действительно нашёл то, что искал.