Proximate

      Когда Гермиона пришла в больницу Святого Мунго на следующее утро, вокруг общей доски объявлений царили хаос и суета, и Гермиона подошла к ней, сердце подскочило к горлу. — Они сразу же размещают объявления о новых повышениях, — низким голосом сообщила ей Мэнди, — удачи. Если это не ты, то они сильно облажались. Конечно, я бы хотела, чтобы это была я, но ты работала больше всех. — Спасибо, Мэнди, — сказала Гермиона, нервно сжав плечо девушки.       В этот момент в возбужденную толпу вошли три старших целителя. Один из них взмахнул палочкой, и на доске объявлений появилась страница. Там был список целителей-стажеров, которые завершили свое обучение и будут сертифицированными младшими целителями, а также новая должность старшего целителя, которую она так мечтала заполучить.       Гермиона замерла, быстро просканировав лист, и ее рука поднеслась ко рту. Это была она. В уголках ее глаз появились слезы. — Гермиона! — воскликнула Мэнди, — поздравляю! — Спасибо, — вздохнула Грейнджер, мгновенно ошеломленная. Она знала, что работала не покладая рук, но все же увидеть свое имя в списке было удивительным сюрпризом.       Толпа ожидающих младших целителей разошлась с недовольным шумом, оставив Гермиону и Мэнди с тремя старшими целителями. — Хорошая работа, целитель Грейнджер, — сказал один из них, целитель МакТавиш, — пойдемте, я провожу вас в ваш новый кабинет. — Спасибо, сэр, — сказала Гермиона, быстро следуя за ним, пока тот вел ее на этаж исследовательских кабинетов. У нее был свой стол и шкаф для зелий и ингредиентов, для исследований, зельеварения и всего остального, что она пыталась делать.       Все это было так интересно. — Вы можете взять час на обустройство, прежде чем я буду ждать вас на первом этаже. В ближайшие недели ваше расписание изменится, чтобы оставить время для работы над вашими проектами. Темы исследований и разработки зелий должны быть официально представлены на утверждение до начала занятий, — сказал МакТавиш, пока Гермиона продолжала изучать свой новый кабинет, — есть вопросы? — В настоящее время нет, — ответила Гермиона, прикусив губу. — Очень хорошо, увидимся через час.       С этими словами мужчина удалился, а Гермиона сдержала взволнованный визг. Она знала из первого объявления, что сможет брать ингредиенты из больничных магазинов для разработки зелий, и, похоже, стол был полон материалов. У нее было так много идей для исследований, что она с трудом могла решить, какую из них осуществить первой.       Гермиона положила перед собой на стол пергамент с пером и начала составлять список идей, а также второй список зелий, которые она хотела разработать.       Проверив время, она поняла, что у нее осталось всего пятнадцать минут до того момента, когда она должна будет спуститься на первый этаж в своем новом статусе. Новая должность означала, что она будет отвечать за большее количество пациентов с более серьезными заболеваниями. Скорее всего, первые пару недель она будет работать тенью старшего целителя в экстренных случаях.       В дверь постучали. — Войдите, — сказала Гермиона, рассеянно пытаясь закончить список идей до истечения часа. Она подняла глаза, ожидая, что, возможно, Мэнди пришла посмотреть ее кабинет.       Это был Малфой. Он был одет в свою квиддичную мантию с метлой, небрежно перекинутой через плечо. Он подмигнул ей. — Мне сказали, что я могу найти тебя здесь, — сказал он в качестве объяснения, — кажется, тебя можно поздравить. — Спасибо, — сказала Гермиона, смутившись. С какой стати Малфой был в Мунго? — Мне скоро нужно идти на тренировку, но я не был уверен, что ты сможешь принять сову во время работы, — начал он, — Астория хочет встретиться с тобой сегодня за ужином. — Со мной? — спросила Гермиона, ее замешательство росло с каждой секундой, — почему это? — Не уверен, — сказал он, его глаза блестели, — ты ей нравишься. Может быть, она хочет быть твоим другом. — Ты будешь там? — спросила Гермиона, гадая, не было ли все это каким-то странным сном. Почему бывшая жена человека, с которым она спит, хочет встретиться с ней за ужином? — Конечно, — пожал он плечами, — если ты хочешь. — Определенно, — сказала Гермиона, — ты уверен, что она не хочет меня проклясть? — Я все еще ничего ей не сказал, — коротко ответил он, — скажу ей, что ты согласилась. Встретимся у Котла в семь? — Хорошо, — сказала Гермиона, прижав кончики пальцев к виску. Она подозревала, что проще всего было бы просто сказать да. — Кстати, отличный кабинет, — усмехнулся Малфой. — Правда, не так ли? — поддразнила она, — я провожу тебя.       Он остановил ее, когда она шла к двери, взяв за руку. Гермиона повернулась, чтобы встретиться с ним взглядом. — Я знал, что ты получишь повышение, — пробормотал он, — ты так много работала. — Я ценю это, — сказала она, смущенная его близостью. Драко прильнул к ней в затяжном поцелуе, и Гермиона подумала о другом потенциальном применении пустого стола в ее новом кабинете, но быстро отбросила эту мысль.       Оглядываясь назад, можно сказать, что провожать его из больницы Святого Мунго было не самым лучшим планом, так как Гермиона обнаружила, что ее окружают шепот и разговоры большинства женщин в коридоре, когда они шли, ведя легкую беседу.       Гермиона знала, что потом ее будут преследовать. Большинство девушек, с которыми она работала, как знала Гермиона, считали его знаменитостью самого высокого уровня. Тем более что он выглядел соответствующим образом в своей серой мантии Соколов, неся свою профессиональную метлу.       Малфой просто проигнорировал все перешептывания. — Увидимся в семь, — тихо сказал он, ухмыляясь, перед тем как уйти. — До скорого, — пробормотала она.       Гермиона повернулась, достала свою палочку и обратилась к своим лечебным картам, не имея возможности обдумать его визит. Меньше всего ей хотелось опоздать к своему первому пациенту в качестве нового старшего целителя.

______________________________________________

      Драко действительно нужно было разобраться в себе.       Отправив ответ Астории с подтверждением ужина в этот вечер, он задумался о том, о чем именно он думает.       Малфой уже начал чувствовать, что Грейнджер ему нравится. И то, что она присутствовала вчера вечером на его матче по квиддичу, только подтвердило это.       Он был так счастлив, что она действительно пришла, что не знал, как к этому отнестись. Но потом, глядя на нее в коридоре, понял, что ей действительно понравилось смотреть, как он играет, и более того, то что она действительно пришла ради него, несмотря на то, что не любит квиддич.       Это наполнило его тем, с чем он не был знаком.       Когда он обручился и женился на Астории, все произошло быстро. У них почти не было времени, чтобы узнать друг друга, и хотя Драко считал ее привлекательной, и они достаточно хорошо ладили, между ними не было значительной, глубокой связи.       Но в этом и заключалась проблема.       Грейнджер не хотела с ним связываться. С тех пор как они начали общаться, они неоднократно давали понять друг другу, что ни один из них не заинтересован в чем-то большем. Она только недавно пережила разрыв помолвки, и не ему было давить на нее.       Драко знал, что следовало бы уйти, но, черт возьми, он был слишком эгоистичен для этого. Какая-то часть его души надеялась, что, возможно, какая-то часть ее чувствует то же самое.       И это тоже пугало Драко.       Проснувшись тем утром, он пришел к суровому, отрезвляющему осознанию. Даже если бы Грейнджер по какой-то причине была заинтересована в том, чтобы быть с ним дальше, как он мог предложить ей то, что она заслуживает?       Несмотря на многие годы, прошедшие после битвы за Хогвартс и окончания войны, в волшебном мире все еще были люди, которые недоброжелательно относились к нему и к тому факту, что его не отправили в Азкабан. Даже сейчас он получал угрозы и шипящие оскорбления, когда шел по Косой аллее. Предрассудки, конечно, не умерли, даже несмотря на его многочисленные попытки исправить ситуацию.       Как он мог подвергать Грейнджер такому обращению, будучи связанным с ним? Гермиону, которая была так мужественна перед лицом опасности и почти верной смерти. Драко сам видел это: в поместье, в Хогвартсе. Грейнджер, которая так активно боролась за правую сторону.       Это было не так просто. Даже если бы он захотел, это открыло бы целый ряд новых проблем, с которыми Драко не был уверен, что сможет справиться. Он просто не был готов принимать подобные решения.       Малфой вздохнул, стараясь отогнать тревожные мысли на задворки сознания, и отправил ответную сову Астории. Ему нужно было идти на поле.       Видеть ее сегодня вечером, с Асторией, будет очень сложно.

______________________________________________

      Когда в десять минут седьмого Гермиона аппарировала в Котел, она почувствовала, как ее захлестывает нервная волна. Первый день в качестве старшего целителя был настолько насыщенным и захватывающим, что у нее почти не было времени на то, чтобы вспомнить про ужин с Асторией. И Малфоем. Чем больше она думала об этом, тем более странным это казалось.       В ожидании Драко Гермиона заказала огневиски, пытаясь успокоить нервы. Она села за барную стойку, потягивая его, возможно, быстрее, чем собиралась. — Напиваешься без меня? — поддразнил он, усаживаясь рядом с ней. Гермиона взглянула на него. Драко явно переоделся, как и она. Он выглядел довольно мило, и Гермионе пришло в голову, что она редко видела его где-либо, кроме как в одной из их квартир. — Тогда присоединяйся ко мне, — поддразнила она в ответ. Гермиона вдруг вспомнила, что в последние несколько раз, когда она его видела, у них не было секса. — Не могу, — пробормотал он, встретившись с ней взглядом, — Астория заказала столик. — Ладно, полагаю, нам стоит покончить с этим, — сказала Гермиона, допивая виски. — Она милая, — сказал Малфой, — я уверен, что она тебе понравится. Очень нетипичная Слизеринка.       Гермиона заметила, как он обвел взглядом паб, и заметила, что более нескольких человек наблюдали за ними, включая столик с девушками, которые откровенно пялились, одна из которых держала напиток на полпути ко рту, совершенно забывшись. — Пойдем, пока мы не наткнулись на Пророк, — пробормотала Гермиона, и он кивнул. — Определенно, — согласился он, когда они оба встали, чтобы уйти. Он ухмыльнулся, — бывший Пожиратель смерти делит напиток с героиней войны. — Пожалуйста, — тихо сказала она, следуя за ним, пока он шел к ресторану, в котором они должны были ужинать, — война давно закончилась. Скорее, международная звезда квиддича делит напиток с новым старшим целителем больницы Святого Мунго. — Разве мы не впечатляем? — сказал он с улыбкой, — но ты слишком мне льстишь.       Гермиона взглянула на него и почувствовала искушение рассмеяться. Как будто Драко не знал, как ему следует вести себя с ней на людях, и поэтому неловко засунул руки в карманы. — Как это? — спросила она. — Я вряд ли международная звезда квиддича, — сказал он, — и, кроме того, пила только ты. Я просто сидел с тобой. — Семантика, — махнула она рукой, — о, я здесь раньше не ела. А ты? — Нет, — сказал он, когда они подошли к ресторану, о котором ему говорила Астория. Он открыл дверь, — после тебя. — Спасибо, — сказала Гермиона, проходя внутрь. Она остановилась и вопросительно посмотрела на него, — это очень… шикарно.       Заведение было очень высококлассным и несколько претенциозным, с богато украшенной мебелью и сложными хрустальными люстрами. Освещение было приглушенным, а атмосфера — особенно интимной. — Драко! — сказала Астория, подойдя к нему, — Мисс Грейнджер. — Зови меня Гермиона, пожалуйста, — сказала Гермиона.       Астория коротко поцеловала их обоих в каждую щеку, и Гермиона последовала ее примеру, чувствуя себя нелепо, как всегда в присутствии чистокровных. Астория выглядела так же прекрасно, как Гермиона помнила со времени их встречи в больнице. Гермиона была особенно рада, что после работы она пошла домой переодеться во что-нибудь красивое. — Гермиона, я думаю, ты знаешь Тео, — сказала Астория, и тут Гермиона заметила высокого темноволосого мужчину рядом с Асторией. Она знала его по Хогвартсу, но не видела его почти десять лет. Он выглядел довольно нервным. — Да, рада тебя видеть, — сказала Гермиона, протягивая руку. Нотт пожал ее с некоторым облегчением. То ли от того, что Гермиона легко приняла его, то ли от того, что она не сочла нужным поцеловать его в щеки, она не знала. — И я, — коротко ответил он.       Гермиона взглянула на Малфоя, который пожал плечами, очевидно, он тоже не знал, что там будет другой мужчина. Когда они все сели за стол, мерцающий свет свечей и звенящая музыка, Гермиона не могла не заметить, что это была очень романтичная обстановка, а когда они были вчетвером, это подозрительно напоминало двойное свидание.       Малфой, должно быть, думал о том же, так как выглядел напряженным, оглядывая других посетителей. Удивительно, но именно он нарушил молчание, когда все расселись по местам. — Где Скорпиус? — спросил он, глядя на Асторию. — Он с Дафной, — ответила Астория, — они делают покупки, а потом она отвезет его домой. — Хорошо, — кивнул Малфой, сделав большой глоток воды. — Гермиона, Драко сказал, что ты получила повышение в больнице, — сказала Астория, обратив свои зеленые глаза на брюнетку, — должно быть, это волнительно. — Очень даже, — ответила Гермиона, благодарная за тему, в которую она могла внести свой вклад, — как у старшего целителя у меня будет кабинет, где я смогу проводить собственные исследования, включая разработку заклинаний и зелий. — Боюсь, я никогда не была хороша в зельях, — сказала Астория, — но Тео опытный зельевар.       Женщина положила тонкую руку на руку Нотта и посмотрела на него с безмятежной улыбкой. Нотт поцеловал ее в щеку, возвращая взгляд.       Гермиона почувствовала толчок в животе. Было очевидно, что эти двое очень сильно любят друг друга. Гермиона вспомнила слова Малфоя, сказанные им в тот вечер, когда он рассказал ей о Скорпиусе и Астории. Драко понимает ее положение, каким бы трудным оно ни было. Чувство в ее животе превратилось в неприятный узел. — Когда твой следующий матч, Драко? — спросил Нотт, обращаясь к блондину, сидящему слева от Гермионы. — В пятницу, — ответил Малфой, — Гарпии. Всегда интересно. — Нам стоит сходить, — сказал Нотт, кивнув. Он взглянул на Асторию, — Скорпиусу это понравится. Он всегда говорит о том, чтобы чаще присутствовать на твоих матчах. — Я достану вам билеты, — без колебаний сказал Малфой.       Гермиона посмотрела, понимая, какая странная динамика должна быть между ними. Малфой был отцом Скорпиуса, но его школьный товарищ также был в жизни мальчика своего рода фигурой отца, который потенциально видел его чаще, учитывая, что Скорпиус проводил больше времени с Асторией, чем с Драко.       Если в этой ситуации и было какое-то напряжение или враждебность, то они были либо давно решены, либо игнорировались ради Гермионы.       Вспомнив, как он говорил об Астории, Гермиона заподозрила, что это было первое, и почувствовала прилив уважения к блондину рядом с ней.       Официант подошел с меню, и пока двое мужчин продолжали обсуждать предстоящий матч по квиддичу, Гермиона молча просматривала свое меню. Не раз она замечала, что Астория смотрит на нее, и улыбалась женщине.       Нотт заказал бутылку вина, и Гермиона сидела, потягивая вино из бокала, прислушиваясь к разговору. — Ты должна пойти с нами в пятницу, на матч Драко, — сказала Астория с улыбкой. — К сожалению, мне нужно работать допоздна, — извинилась Гермиона, хотя не могла представить себя на матче по квиддичу с Асторией, Тео и Скорпиусом. — Очень жаль, — сказала Астория, — возможно, в следующий раз.       Гермиона быстро поняла, что, хотя по ее манерам было видно, что Астория выросла чистокровной, что она действительно из одна Священных Двадцати восьми, как Малфой и Нотт, но она была далека от предрассудков и не была ни капли самолюбива или высокомерна. Грейнджер поняла, почему Малфой предположил, что ей понравится Астория.       Вспомнив, что он говорил, что она не понравилась его родителям, потому что не заботилась о чистоте крови, Астория получила еще одно преимущество в глазах Гермионы.       По мере того, как продолжался ужин, Гермиона поняла, что ей очень нравится эта компания, несмотря на то, что чувствовала себя немного чужой, учитывая, что это были друзья Малфоя, а они не были вместе. Находиться вместе с ним тоже было странно. Но, тем не менее, было интересно заглянуть в его слишком личную жизнь.       Еда была восхитительной, а вино продолжало литься рекой, так что к тому времени, как они собрались уходить, мысли Гермионы начали путаться.       Поскольку Малфой настаивал на том, чтобы оплатить счет, и между ним и Тео разгорелся небольшой спор, Гермиона отлучилась в туалет.       Идя обратно к Малфою, она заметила, что улыбается, и подумала о том, что, возможно, они смогут встретиться еще раз, ведь Гермиона действительно получила больше удовольствия, чем ожидала.       Она остановилась, когда обнаружила, что он разговаривает с Асторией, и когда Гермиона повернулась, чтобы вежливо откланяться, она поняла, что они говорят о ней. — … очень хорошо подходит, — раздался мягкий голос Астории. — Она только что разорвала помолвку, — сказал Малфой раздраженно, — на данном этапе она не ищет отношений. — Это было сто лет назад, — пренебрежительно сказала Астория, — кажется, она заинтересована. — В последний раз, когда мы это обсуждали, она не была заинтересована, — сказал Малфой, хотя его тон смягчился. — Все меняется. Поговори с ней.       Последовала долгая, неловкая пауза. Она заставила Гермиону смириться с тем, что подслушивает очень личный разговор. — Может быть, дело во мне, — наконец сказал Малфой, — может быть, я не знаю, готов ли я пойти на это. — Драко, мы с тобой расстались более двух лет назад, и за это время я не видела, чтобы ты давал кому-то реальный шанс, — сказала Астория, — если ты не готов после всего этого времени… — С ней, — уточнил он.       Гермиона почувствовала себя так, будто ее ударили бладжером. Она полагала, что это то, что она получила за подслушивание разговоров. — Я думаю, ты отрицаешь очевидное, — сказала Астория, довольно бестактно. — Она такая… хорошая, — объяснил он, — я не хочу ее сдерживать. Я все время спрашиваю себя, как я могу ожидать, что она когда-нибудь полностью забудет то, что я…       Малфой мгновенно отбросил эту мысль, и Гермиона увидела, что подошел Нотт. Когда темноволосый мужчина посмотрел на нее, выражение его лица было задумчивым, Гермиона заподозрила, что он тоже мог подслушать часть их разговора и знал, что она подслушивала.       Чувствуя себя довольно униженной, Гермиона подошла к ним, но ей было трудно смотреть в глаза Астории и Малфою. — Спасибо за приглашение, — сказала Гермиона Астории, когда они вышли из ресторана, — я прекрасно провела время. — Как и я, — улыбнулась другая женщина, — надеюсь, что ты когда-нибудь снова присоединитесь к нам. Не стесняйся, пиши мне в любое время.       Девушка наклонилась, чтобы снова поцеловать Гермиону в щеку, хотя брюнетка чувствовала себя на этот раз гораздо менее неловко, несмотря на разговор, который только что подслушала. Гермиона попрощалась с Ноттом, а затем повернулась, чтобы вместе с Драко отправиться к ближайшей точке аппарации.       Ей не очень хотелось разговаривать после того, что она подслушала, а он, казалось, был чем-то отвлечен, поэтому они шли в неловком молчании. Гермиона пыталась понять, что он хотел сказать. Забыть о том, что он сделал? Каким он был?       Он боялся, что она не примет его? Боялся, что ему будет больно? Может быть, он не хотел посвящать себя ей, ожидая, что она никогда не сможет почувствовать то же самое? Что она просто использует его и в конце концов ей это надоест?       Гермиона не знала, как ответить на эти вопросы, она не могла знать, что это его мысли, и все, что знала, это то, что Драко был ей небезразличен на каком-то уровне, в каком-то количестве.       Все, что она знала, это то, что он оставил в прошлом то, кем был раньше, и Гермиона была готова последовать его примеру, если он этого хотел. Но она не была уверена, что он хотел именно этого.       Когда они вернулись в здание и пошли по коридору, Гермиона заставила себя улыбнуться, и ей показалось, что Драко сделал то же самое. Она определенно не хотела ничего упускать. — Ну, в конце концов, сегодняшний вечер был не так уж плох, — сказала Гермиона, пытаясь разрядить обстановку, — ты был прав, Астория замечательная. — Да, она замечательная, — согласился он. Драко выглядел нерешительным, как будто не знал, приглашать ее или нет. — Я устала, — сказала она, прежде чем он успел сказать что-нибудь еще, — и мне завтра рано на работу. Приятного вечера. — И тебе того же, — сказал он, поджав губы, повернулся и пошел в свою квартиру.       Когда Гермиона вошла в свою собственную квартиру и рухнула на диван, она снова прокрутила в голове подслушанный разговор, хотя ей не очень хотелось думать об этом дальше.       Она не могла избавиться от ощущения, что, возможно, неловкость, которая только что висела между ними, так просто не рассеется. Мысль о том, что Драко может больше не захотеть видеть ее в обычном качестве, да и вообще в любом качестве, заставляла ее нервничать.       Черт, это заставляло ее больше, чем нервничать. Это причиняло глубокую и сильную боль, которую Гермиона не хотела сейчас распаковывать. Или, возможно, вообще никогда. Она стала ценить его как друга, если не больше, хотя солгала бы себе, если бы сказала, что это было не больше.       С неспокойной душой Гермиона в конце концов погрузилась в беспокойный сон, во сне ее атаковали кошмары с большей силой, чем она испытывала за последние месяцы.

______________________________________________

      Гермиона почти забыла о визите Малфоя в ее новый офис накануне утром. Она изо всех сил старалась забыть о нем на следующий рабочий день. Хотя это было довольно трудно, так как весь день к ней приходили стайки женщин-целительниц.       Накануне Гермиона была так занята всего несколькими пациентами, что ей удалось избежать большинства бессмысленных сплетен в коридоре. Очевидно, ее кажущееся уклонение от этой темы только усугубило ситуацию. — Откуда ты знаешь Драко Малфоя? — спросила Гермиону девушка с широко раскрытыми глазами и светлой косичкой, когда она и двое коллег подошли к брюнетке рано утром. — Мы вместе учились в Хогвартсе, — ответила Гермиона, вздыхая от сдерживаемого нетерпения, — он мой друг.       Хотя после прошедшей ночи она уже не была уверена в последнем. Возможно, напридумывала ситуацию хуже, чем она была на самом деле. Конечно, они могли бы обсудить это позже или на выходных? Может быть, Гермиона даже сможет наконец набраться храбрости и поговорить с ним о том, на каком этапе они находятся? — А почему он пришел к тебе? — спросила одна из младших целительниц, когда все трое поспешили за Гермионой, бодро шагавшей по коридору, намереваясь потерять стайку девушек. — Я лечила его несколько недель назад, после того, как он упал с метлы на квиддиче, — быстро соврала Гермиона, — некоторые кости зажили неправильно, и ему понадобилось зелье восстановления.       Это не было полной ложью, такое иногда случалось, хотя и нечасто. И это не было проблемой, которой занимался Малфой.       Если бы она сказала им правду, что он пригласил ее на ужин со своей бывшей женой и ее парнем, Гермиона никогда бы не смогла уйти от сплетен. Кроме того, она знала, как он любит держать свои личные дела в тайне. — Он с кем-нибудь встречается? — спросила девушка с косичкой, высоко подняв брови. Это произвело на Гермиону впечатление заблудившегося оленя. — Насколько я знаю, нет, — ответила Гермиона, ее раздражение настигло ее, когда она обратилась к своим таблицам. — Тогда не могла бы ты нас познакомить? — спросила девушка, как будто это была самая очевидная вещь в мире, и почему Гермионе не пришло в голову предложить такое.       Гермиона почувствовала, как последние остатки ее терпения лопнули, и она перестала идти, повернувшись к болтливой девчонке. — Не могу, — резко сказала она, — и кроме того, он очень занят своей карьерой. Так же, как и я своей. Так что извини меня, пожалуйста.       С этими словами она пошла прочь от девочек, не обращая внимания на их скандальные возгласы и шепот. — Целитель Грейнджер, — раздался другой голос у нее за спиной. Гермиона едва не вздохнула от досады, но это был мужской голос. Она повернулась и увидела целителя МакТавиша. — Доброе утро, сэр, — сказала она, становясь в один ряд со своим начальником. — Доброе утро, — сказал он отрывистым тоном, — подайте мне, пожалуйста, ваши карты.       Гермиона сделала то, что он просил, и протянула свои карты пациентов, которые служили своего рода расписанием. Мужчина взмахнул палочкой, и расписание обновилось, включив в себя время ее личных исследований. Гермиона знала, что со временем можно будет проводить больше исследований в области целительства и меньше прикладного лечения. Была пара старших целителей, которые проводили настолько ценные исследования для больницы, что проводили очень мало времени с пациентами. Однако Гермионе нравилось работать с пациентами. — Замечательно, спасибо, — сказала она, улыбаясь. — Вы уже определились с темой исследования? — Я сузила круг до трех, — призналась она, — я представлю вам предложение к концу дня. — Очень хорошо, я с нетерпением жду этого, — кивнул МакТавиш. Без лишних слов он повернулся и ушел.             Гермиона некоторое время изучала изменения, внесенные в ее карты. Каждый день у нее была часть времени, чтобы заниматься своими делами. Она снова направилась в назначенную ей палату, чтобы оценить и вылечить своего первого пациента за день.

______________________________________________

      Гермиона посасывала конец своего сахарного пера, сидя в глубокой задумчивости. Она написала последние строки своего предложения, рассеянно потирая старый шрам на предплечье, когда перечитывала свою работу.       Она решила начать научную работу с изучения исцеления разума и проклятия Круциатуса. Отчасти потому, что это была очень личная тема не только для нее и некоторых ее близких друзей, Невилл не раз приходил ей на ум, но и потому, что в этой области было крайне мало понимания. Возможно, если бы они знали больше, закрытые палаты не были бы так переполнены.       Гермиона знала, что это не обязательно из-за отсутствия попыток, другие пытались определить, что именно в проклятии вызывает угасание разума, и поэтому было рискованно браться за исследование, которое может оказаться таким сложным и вызвать сомнения у ее сверстников. Но, с другой стороны, когда Гермиона Грейнджер отказывалась от научного вызова?       Довольная своим предложением, она прошла в кабинет целителя МакТавиша и положила пергамент на его стол. Затем дошла до точки аппарации и отправилась домой, морально измотанная долгим днем.