Proximate

      Гермиона всегда считала, что волшебный мир испытывает значительный недостаток информации, особенно в отношении ряда важных тем. Наука — одна из них. Электричество и бытовая техника — еще одна, но сейчас это было неважно.       Если в библиотеке Святого Мунго ощущалась острая нехватка информации, то библиотека Университетского колледжа Лондона, которую она посетила, была полной противоположностью. Глядя на полки, сплошь заставленные медицинскими ресурсами, ряд за рядом, она вдруг обнаружила, что не знает, с чего начать.       Там были тексты, специально посвященные анатомии человека, нервной системе, болевым рецепторам и тому подобному. Это было намного больше, чем могла понять даже Гермиона с магическим, а не медицинским образованием.       МакТавиш разрешил ей продлить время для исследований, назначенное на конец рабочего дня, и это было хорошо, потому что оно ей понадобится.       Взяв с полок тяжелую стопку, и раздраженно воздержавшись от использования магии, чтобы перенести их на стол, Гермиона села за стол и принялась за работу. Она пролистывала книгу за книгой, незаметно делая копии тех страниц, которые казались ей важными, чтобы просмотреть их у себя в кабинете.       Грейнджер была в восторге от того, что у нее появилось столько новых исследований — и некоторые из них действительно подтверждали ее теорию, но, не видя, как именно ведет себя Круциатус на самом деле, нельзя было дать гарантии. Она сглотнула при этой мысли, почувствовав внезапную тяжесть в желудке от осознания того, где ей придется искать дальше.       Гермиона проработала до самого вечера, погрузившись в изучение множества новой и интересной информации, и лишь слишком поздно поняла, что ее смена уже давно закончилась, когда она аппарировала домой. Совершенно измученная, с уставшая и с напряжёнными глазами, Гермиона быстро приготовила себе еду поужинала, а затем приняла зелье сна без сновидений и легла в постель.

______________________________________________

      На следующий день Гермиона тоже оказалась переполнена свежей информацией, поскольку на время исследований она назначила встречу с маггловским невропатологом. Грейнджер сказала ему, что пишет книгу, и, хотя он показался ей занятым и несколько неуравновешенным, он разрешил ей короткий визит, за что Гермиона была ему чрезвычайно благодарна.       Судя по тому, что она могла предположить, так как судорожно делала записи, ее исследование, похоже, действительно куда-то продвинулось. Мужчина объяснил, что такое болевые рецепторы, роль нервов, спинного и головного мозга, и Гермиона начала понимать смысл всего этого.       Однако больше всего ее заинтересовало, когда мужчина объяснил разницу между острой и хронической болью. В ее понимании острая боль отступает и исчезает после того, как причина травмы перестает быть актуальной. Но в случае хронической боли — даже если причина боли отсутствует, болевые рецепторы продолжают работать, тем самым запутывая мозг. Сердце Гермионы учащенно забилось, размышляя о последствиях. Что, если проклятие Круциатус ведет себя точно так же, заставляя болевые рецепторы работать еще долго после снятия проклятия? Что, если боли от проклятия было достаточно, чтобы ускорить процесс перерастания боли из острой в хроническую? Была ли она настолько сильной, чтобы усилить все то, что было известно в других случаях?       Даже для Гермионы это казалось натяжкой, но возможно ли, что Круциатус был достаточно жестоким, чтобы затянувшаяся боль вывела пациента из равновесия — вывела мозг за пределы его возможностей?       Гермиона считала, что, возможно, она просто хватается за соломинку, большая часть существующих исследований указывала на связь между проклятием и нервной системой. Может быть, это как-то связано — может быть, это и есть то недостающее звено, которое отвечает за психическую нестабильность, часто встречающуюся у жертв проклятия?       Грейнджер много размышляла над своими новыми открытиями даже после возвращения в больницу, записывая свои теории, пока они были свежи в памяти. Она почти не могла поверить в то, как много информации оказалось в маггловских исследованиях по сравнению с ее исследованиями в Мунго, и сочла необходимым посетить закрытые палаты.       Хотя даже мысль об этом заставляла ее дрожать, Гермиона подозревала, что это лучший способ потенциально помочь этим пациентам. Именно это заставляло ее не сдаваться, несмотря на то, что она работала до изнеможения почти каждый день. Если Грейнджер сможет помочь всем этим людям… все это будет стоить того.       Гермиона работала до тех пор, пока не смогла больше откладывать поездку домой, чтобы подготовиться к ужину с Нарциссой и Андромедой. Аккуратно сложив свои записи, она быстро вышла из больницы.       Драко попросил ее одеться обычно, но принести что-нибудь красивое, чтобы переодеться к ужину, поскольку Нарцисса придерживалась традиций. Она не знала, что именно это значит.       Несмотря на то, что Гермионе было лучше знать, она все равно очень нервничала перед встречей с этой женщиной.

______________________________________________

      Драко сильно нервничал, когда его мать попросила официально познакомиться с Гермионой. Хотя он знал, что она относится к ней относительно одобрительно — скорее всего, все равно будет чувствовать себя неловко.       У него была ранняя тренировка, и он заскочил за Скорпиусом по дороге домой. Скорпиус и Тедди никогда не хотели упустить возможность увидеться друг с другом. — Пап? — спросил Скорпиус, подойдя к нему, — Гермиона — твой новый особенный друг? Как Тео у мамы? — Драко на мгновение задумался над вопросом, нахмурив брови. Он присел, чтобы оказаться на уровне Скорпиуса. — Да, это так, Скорп. Тебя это смущает? — спросил он. — Нет, — быстро сказал Скорпиус, потирая нос, — Тео делает маму счастливой, и я хочу, чтобы ты тоже был счастлив. — Хорошо, приятель, — сказал Драко подмигивая и толкая Скорпа, взъерошив ему волосы. Мальчик засмеялся, когда раздался стук в дверь, — почему бы тебе не сходить за своей метлой, а?       Мальчик убежал в свою комнату, а Драко открыл дверь и улыбнулся, когда вошла Гермиона, судорожно сжимая руки. Очевидно, она нервничала. — Привет, — пробормотал Малфой, целуя ее. Она обвила руками его шею, отвечая на поцелуй. Через мгновение Драко отстранился и посмотрел на девушку.       В этот момент в комнату вошел Скорпиус, и она покраснела, смутившись. Затем, словно заметив его метлу, ее глаза расширились, и она почти незаметно покачала головой. — Не переживай, — сказал Драко, протягивая ей одну из своих метел. — Я не смогу, — шипела она, глядя на метлу так, словно та должна была отравить ее. — Конечно, сможешь, — пренебрежительно сказал Драко, — я видел, как ты летала, помнишь? У тебя все получится. — Я научу тебя летать, Гермиона, — сказал Скорпиус с широкой улыбкой.       Гермиона на мгновение приостановилась, прекращая сопротивление, и Драко ухмыльнулся, встретившись с ней взглядом. — Это было бы замечательно, Скорпиус, спасибо, — сказала Гермиона мальчику, — боюсь, я не так хороша в полётах, как твой отец. — Я тоже, — сказал Скорпиус с ухмылкой, так похожей на ухмылку его отца, — но однажды я стану лучше. — Ты так думаешь? — спросил Драко, перекидывая Скорпиуса через плечо, когда тот завизжал от смеха. Затем он поставил мальчика на землю, — конечно, будешь, потому что я научу тебя всему, что знаю.       Когда Драко посмотрел на Гермиону, она смотрела на него таким взглядом, какой иногда появлялся у нее, когда он говорил о Скорпиусе. Малфой встретил ее взгляд короткой улыбкой. — Ну что, пойдем? — спросил он. — Да! — воскликнул Скорпиус, снова ухмыляясь. — Наверное, да, — сказала Гермиона с покорным видом, и Драко подошел к ней ближе. — Все будет хорошо, — заверил он ее более мягким голосом, быстро поцеловав ее, — я обещаю тебе. — Хорошо, — сказала она, прикусив губу. — Кроме того, ты уже знаешь Андромеду, не так ли? — спросил он. -Да, — сказала Гермиона, — хотя я видела ее всего несколько раз с тех пор, как мы потеряли Тонкс.       Драко на мгновение уставился на нее, вновь вспоминая о том, какими разными путями шли их жизни до недавнего времени. И снова задался вопросом, как все могло бы быть. Что она дружила с кузиной, с которой ему так и не довелось познакомиться.       Но тут она взяла его за руку, ободряюще сжала, и Драко улыбнулся. Он поднял Скорпиуса, сжал руку Гермионы и аппарировал их к матери.       Когда они прибыли в дом, Скорпиус почти сразу же отправился за Тедди для их обычного полета перед ужином. Драко опустил свою и метлу Гермионы, а затем провел ее в гостиную. — Гермиона! — Андромеда встала первой и подошла к Гермионе, чтобы заключить ее в долгие, многозначительные объятия, прежде чем она обняла Драко, — Драко. Рада видеть вас обоих. Гермиона, я была удивлена, когда узнала, что буду видеть тебя чаще. — Да, — нерешительно сказала Гермиона, взглянув на Драко, — полагаю, так и будет.       Нарцисса тоже встала и грациозно подошла к ним, контраст между двумя сестрами был разительным, даже после стольких лет совместной жизни, Драко всегда это замечал. — Драко, — пробормотала она, целуя его в щеки, и то же самое сделала с Гермионой, — мисс Грейнджер. — Пожалуйста, зовите меня Гермиона, — сказала она, слегка покраснев.       Нарцисса на мгновение ничего не сказала, просто положила руки на плечи Гермионы, внимательно ее оценивая. Наконец она отпустила ее, отступив назад. — Гермиона, — сказала Нарцисса, скромно склонив голову, — это замечательно, что я действительно встретилась с тобой. Она прекрасна, Драко. — Я знаю, — сказал Драко, прижимая поцелуй к виску Гермионы. — Скорпиус и Тедди уже вышли на улицу? — мягко спросила Нарцисса. — Думаю, да, — ответил Драко, оглядываясь по сторонам. Он не увидел двух мальчиков. — Возможно, нам стоит тоже переместиться туда, — ответила она, — ты летаешь, Гермиона? — Боюсь, не очень хорошо, — ответила Грейнджер, прикусив губу. — Ах, — ответила Нарцисса, кивнув, — я уверена, что Драко сможет научить тебя.       Драко поймал взгляд Гермионы и ухмыльнулся, увидев, как вспыхнули ее щеки, зная, что она вспомнила ту же ночь, что он. — Да, — ответила Гермиона, — Драко — замечательный учитель.       Драко сдержал смех, ненадолго сцепив ее пальцы со своими. Подхватив обе метлы, он повел Гермиону в просторный двор, где Скорпиус и Тедди уже перебрасывались квоффлом.       Конечно, метла Скорпиуса летала не так быстро и не так высоко, но он, безусловно, летал все лучше и лучше, и Драко всегда испытывал чувство гордости за то, что Скорпиус стремится быть похожим на него. — Хочешь попробовать? — спросил он Гермиону, с ухмылкой предвкушая ее реакцию. — Определенно нет, — ответила она, — я с трудом могу продержать себя в стабильном состоянии.       Андромеда и Нарцисса устроились за столиком в саду с кувшином лимонада, предположительно поданным эльфом Нарциссы, Патроклом, который переехал к ней. Он увидел, что обе женщины улыбаются, забавляясь обменом мнениями. — Ты на воротах, Драко! — сказал Тедди, подлетая к нему, — ты не можешь быть охотником, это слишком нечестно. — Хорошо, я останусь, — сказал Драко, ухмыляясь, — ты в порядке? — спросил он Гермиону, которая с беспокойством садилась на метлу. — Абсолютно, — ответила она взволнованно. Грейнджер нерешительно взлетела, а Драко сел на свою метлу и полетел в сторону ворот, которые были установлены, когда Тедди был еще маленьким.       Впоследствии Драко провел следующий час, блокируя удары, позволяя другим проскальзывать мимо него и присматривая за Гермионой, которая, как только освоилась, летала довольно хорошо и даже сделала несколько оборотов с квоффлом.       Игра закончилась, когда Патрокл вышел на улицу, чтобы объявить, что ужин будет через пятнадцать минут. Драко увидел, как Гермиона напряглась на другом конце поля, и закатил глаза, вспомнив ее странное увлечение домовыми эльфами в школе. — Пожалуйста, не разжигай костры из-за Патрокла, — пробормотал он, когда они оба приземлились, — с ним хорошо обращаются, он сам выбирает себе наряды и получает небольшое жалованье, которое тратит в основном на наволочки и шоколадных лягушек. Ясно? — Это приемлемо, — ответила она после небольшой паузы. Затем улыбнулась, подтолкнув его, — как ты думаешь пару лет, и я смогу забить тебе гол? — Недели, если бы ты серьезно хотела учиться, — поддразнил он, — но если на это уйдут годы, я в любом случае готов работать с тобой.       Драко почувствовал внезапное сжатие в груди, когда она улыбнулась ему.

______________________________________________

— Итак, мисс Грейнджер, Драко сказал, что вы работаете в больнице Святого Мунго, — прокомментировала Нарцисса Малфой за ужином. — Пожалуйста, зовите меня Гермионой, — ответила она, покраснев и приготовившись к тому, что, как она была уверена, повлечет за собой шквал вопросов, — и да, все верно, миссис Малфой. Я недавно получила должность старшего целителя. — Это потрясающе… Гермиона, — прокомментировала Нарцисса, ее улыбка на мгновение ослабла, — ты можешь называть меня Нарциссой.       Гермиона натянуто улыбнулась, сосредоточившись на лучших манерах за столом, поглядывая на Драко, чтобы убедиться, что она следует его примеру. Столовый этикет не был основным предметом ее домашнего воспитания, пока она росла. — Какие задачи вы решаете на своей должности? — спросила Нарцисса. Эта женщина, как показалось Гермионе, была чрезвычайно пугающей. Не только благодаря воспоминаниям, но и просто по тому, как изящно и уверенно она держалась. — Сейчас на меня возложена большая ответственность, я работаю над более серьезными делами, например, когда лечила Драко когда тот был ранен, — она взглянула на него, и он усмехнулся, — а также занимаюсь своими личными исследованиями и разработкой зелий. В настоящее время я занимаюсь исследованием долгосрочных последствий проклятия Круциатус и надеюсь на выздоровление.       Нарцисса наклонила голову, поджав губы, и внезапно повисла тяжелая, неловкая тишина. Гермиона была вынуждена осознать, насколько значительным было это заявление, учитывая, что ее пытала сестра Нарциссы в ее же доме.       Под столом Драко ободряюще сжал ее пальцы. — Это, — начала Нарцисса, тяжело сглатывая, — очень похвально с твоей стороны, дорогая. Я любила свою сестру много лет, но она сошла с ума задолго до того, как попала в Азкабан, и после этого я с трудом узнавала, кем она стала.       Гермиона вскинула брови. Игнорировать слона в комнате было невозможно. — Я прошу прощения за несправедливость, которую вы испытали от ее рук и от рук моей семьи. — Спасибо, — сказала Гермиона, чувствуя тяжесть этих слов на своей груди. Она заставила себя контролировать дыхание, — я ценю это.       Последовавшее за этим неловкое, напряженное молчание нарушил Скорпиус, когда они с Тедди поделились какой-то шуткой, от которой младший мальчик разразился смехом. — Скорп, — выругался Драко, но его губы подрагивали. — Прости! — воскликнул Скорпиус, прикрывая рот рукой, чтобы сдержаться. Рядом с ним ухмылялся Тедди, его волосы из розовых стали лаймово-зелеными. — Не за столом, Тед, — непринужденно сказала Андромеда.       Но тяжелый воздух, который висел над ней, прошел, как будто ее выпустили из замкнутого пространства, и Гермиона обнаружила, что может расслабиться и наслаждаться остатком ужина. — Мне сказали, что часть средств, собранных на гала-концерте, который мы посетим в эти выходные, будет направлена в операционный бюджет Мунго, — объявил Драко всем присутствующим, бросив взгляд на Гермиону. Она не знала об этом факте. Возможно, им действительно удастся держать кого-то на производстве зелий, чтобы не было постоянной нехватки средств. — Разве это не замечательно, — прокомментировала Андромеда. — Вы оба участвуете? — спросила Нарцисса, ее голубые глаза остановились на Драко. — Да, — ответил он, кивнув. — Дорогая, у тебя есть платье? — спросила женщина, повернувшись к Гермионе.       Гермиона почувствовала, как румянец заливает ее щеки, поскольку она поняла, что была так занята, что совсем забыла, и прекрасно знала, что в ее скромном гардеробе нет ничего достаточно официального. — Пока нет, — ответила она, — я пойду на Косую аллею завтра вечером, когда закончу работу, чтобы выбрать что-нибудь.       Нарциссе не нужно было знать, что она забыла. Гермиона подозревала, что в кругах высшего общества это был бы дурной тон. — Я отведу тебя в Твилфитт и Таттингс, — прокомментировала Нарцисса, ее яркие, немигающие глаза были устремлены на Гермиону, — если ты хочешь.       Рядом с ней Драко хмыкнул, и Нарцисса бросила на него взгляд. — Я… — Гермиона сделала паузу, с трудом сглотнув, — это было бы прекрасно, Нарцисса, спасибо.       Хотя эта мысль ужаснула ее до глубины души, но от мысли, что Нарцисса приложила усилия, в груди Гермионы стало тесно. Она тоже могла бы приложить усилия.       Ее собственная мать вдруг показалась ей такой далекой. — Очень хорошо, — прокомментировала Нарцисса, прочищая горло и суетясь со своей салфеткой, — шесть вечера? — Шесть звучит идеально.

______________________________________________

— Ты пойдешь за покупками с моей мамой, — вырвалось у Драко, и обычно спокойный волшебник разразился смехом, вытирая слезу с глаза.       Гермиона слабо улыбнулась, думая, не вырыла ли она себе какую-то яму, из которой не сможет выбраться.       По дороге домой они заехали в поместье Нотта, чтобы отдать Скорпиуса, и ненадолго задержались у Астории и Тео. Когда Драко упомянул, что Нарцисса взяла Гермиону за покупками, Астория лишь приподняла брови, сдерживая улыбку. — Я ведь не могла отказать, не так ли? — Мерлин, нет, — согласился он, все еще держась за живот, — ты бы ее обидела. — Кажется, твоя мама хочет построить отношения между нами, и я тоже, — сказала Гермиона, чувствуя себя несколько защищающейся. — Да, она хочет, — сказал Драко, почти сразу же протрезвев, — и я рад этому. — И если это означает, что я должна испытать то, о чем все остальные уже знают, то так тому и быть, — сказала Гермиона со странной окончательностью, заставив себя улыбнуться. — Все будет хорошо, — сказал он, обнимая ее и глядя на нее сверху вниз, — есть кое-что, о чем я хотел с тобой поговорить. — О чем? — спросила она, нахмурив брови. — Ну, — начал Драко, притянув ее к себе на диван, между своих ног, и Гермиона снова прижалась к его груди, — это то, о чем я думал некоторое время, и, если честно, возобновление связи с тобой, возможно, отсрочило это.       Она с любопытством оглянулась, и Драко вздохнул, проведя рукой по волосам. — Я думал о переезде, — сказал он, — о том, чтобы купить дом. Эта квартира была прекрасна, когда Скорпиус был еще мал, но было бы неплохо иметь больше пространства. Двор. — Это разумно, — сказала Гермиона, с трудом сглотнув. Было бы странно не иметь его рядом. — Я просто помню, как весело я рос в Уилтшире, до того, как поместье стало тем, чем оно стало, — продолжал он, — и видеть Скорпа с Тедди — ну, я более чем способен дать ему это. Когда он подрастет и, надеюсь, будет проводить больше времени со мной.       Гермиона переплела свои пальцы с его. — В этом есть смысл, — пробормотала Гермиона, — и я знаю, что Скорпиусу это понравится. — Не думаю, что хочу такой же большой дом, как мое старое поместье, — сказал он задумчиво, — но хороший дом. За пределами Лондона или в ближайшей деревне.       Гермиона замолчала, на мгновение погрузившись в свои мысли. Очевидно, что Драко все еще был всего лишь в нескольких минутах от нее с помощью аппарации. — Я еще не начал поиски, — сказал он, — но было бы неплохо, если бы ты высказала свои соображения, когда я начну. Я знаю, что еще рано, но, возможно, однажды ты тоже захочешь там жить.       Гермиона покрутила головой, встретившись с его взглядом. — Правда? — спросила она, глядя в его серые глаза. — Правда, — пробормотал он в ответ, поднося ее руку к своим губам, — если ты однажды будешь жить со мной и Скорпиусом, я бы хотел, чтобы это было место, которое, ты любишь. — Для меня это будет честью, — вздохнула она, чувствуя себя довольно ошеломленной. — Хорошо, — сказал он, отодвигая ее волосы в сторону и целуя ее шею и ключицы. Дрожь пробежала по позвоночнику Гермионы, и она закрыла глаза, прильнув к нему. Драко прошелся вдоль ее челюсти, его губы дразняще прикоснулись к ее губам. — Мы должны отвести тебя в постель, — пробормотал он, его слова были полны обещаний, а губы изогнулись в ухмылке, — завтра у тебя большой день шопинга.

______________________________________________

      Тео пришел во время исследовательской работы Гермионы на следующий день, как они договорились накануне вечером. Ее утро было напряженным и полным сложных вопросов и пациентов с экстремальными обстоятельствами.       Это была обратная сторона работы старшего целителя. Чаще всего пациенты поступали с серьезными, часто угрожающими жизни состояниями.       В результате она обнаружила, что рада отдохнуть от работы, даже если это означало столкнуться с непреодолимой проблемой. Как можно, если вообще возможно, извлечь проклятие из крови Астории. — Ты готов? — спросила она Тео с бодрой улыбкой, которая, по ее мнению, больше походила на гримасу. — Готов, как всегда, — ответил Тео, покачиваясь. Гермиона подумала, что он выглядит нервным, что вполне логично, потому что она тоже нервничала.       Нотт последовал за ней в кабинет, и они быстро и тихо принялись за работу, расставляя ингредиенты для зелий. — Как ты думаешь, с чего мы начнем? — спросила она Тео, надеясь, что у него есть идея, потому что у нее ее не было. — Думаю, мы начнем с того, что обработаем пораженную кровь, как если бы она была отравлена, и посмотрим, сможем ли препарировать ее, как при приготовлении противоядия, — прокомментировал Тео, — тогда, по крайней мере, нам будет куда идти, если ничего не получится. — Верно, — сказала Гермиона, хотя не была полностью уверена в том, как это начать. Прошло уже несколько лет с тех пор, как она выполняла эту процедуру. Грейнджер достала свой учебник по зельеварению и быстро прочитала весь процесс.       Они оба снова погрузились в тишину, сосредоточившись на своих усилиях. По выражению лица Тео, который то и дело проводил рукой по волосам, Гермиона поняла, что ему везет не больше, чем ей. Уже в самом начале стало ясно, что проклятие ведет себя не как яд, хотя к тому времени, когда Гермионе нужно было вернуться к лечению пациентов, они создали просвет, который действительно изменил состав крови, хотя и незначительно. — Это не то, что мы искали, — вздохнул Тео, — но это доказывает, что на проклятие действительно можно воздействовать зельями. — Верно, — прокомментировала Гермиона, — может быть, нужно определить, какой элемент этого зелья вызвал изменения, и действовать дальше? — Похоже, это лучшее решение на данный момент, — согласился Тео, — я заберу это домой и продолжу работу над ним в своей лаборатории. Не могу просить тебя потерять время на исследования, работая над этим. — Я тоже могу продолжать работать, когда у меня будет время, — сказала Гермиона, прикусив губу, — и если кто-то из нас что-то обнаружит, мы можем снова собраться? — Верно, — сказал Тео, похоже, глубоко задумавшись, — верно. Я имею в виду, мы ведь не ожидали многого с самого начала, правда? -Не обязательно, — быстро сказала Гермиона, — есть и другие вещи, которые мы можем попробовать.       Она улыбнулась, надеясь, что улыбка достигла ее глаз. — Да, — сказал Тео, — спасибо, Гермиона. Я очень ценю твою готовность помочь. — Конечно, — сказала Гермиона, вспомнив, зачем они вообще этим занимались, — может быть, главное — это изучить природные свойства самих ингредиентов. В конце концов, мы создаем то, чего никогда не было. — Хорошая идея, — сказал Тео, — о, и повеселитесь сегодня с Нарциссой, покупая платье.       Гермиона встретилась с ним взглядом, нервы снова затрепетали от плохо сдерживаемой ухмылки на его лице. — Я пожалею, что согласилась на это, не так ли? — честно спросила она его. — Да, — немедленно ответил Тео, — особенно ты. Гермиона, ты не производишь впечатление любительницы ходить по магазинам в кружевных платьях, тем более с мамой твоего парня. Не говоря уже о том, что мама твоего парня — Нарцисса Малфой. — Это не так, — сказала она со вздохом, смирившись с тем, что вечер, который ей почти удалось выкинуть из головы снова настиг ее, — в любом случае, спасибо за честность. — Я хорош для этого, вот увидишь, — сказал Тео, ухмыляясь, — только спроси Драко.       Несмотря на себя, Гермиона улыбнулась. Было интересно увидеть другую сторону тихого, книжного Слизеринца. Тем более, что он, похоже, был лучшим другом Драко. — Ну, мне пора возвращаться к пациентам, — сказала она, — но дай мне знать, если ты что-нибудь найдешь. — Конечно, — кивнул Тео, — еще раз спасибо.       Затем он ушел, а Гермиона собрала свои карты и палочку, покинув свой тихий кабинет, врываясь в хаос лечебного отделения.