Proximate

      Гермиона аппарировала домой в свою квартиру, чтобы переодеться перед встречей с Нарциссой. Она никак не могла встретить женщину в мантии целителя.       Грейнджер пришла ровно на пять минут раньше назначенного времени и с легким разочарованием увидела, что Нарцисса уже там, без дела стоит в магазине, поджав губы. — Здравствуйте, — сказала Гермиона, подойдя к ней и нервно поправляя ремешок своей расшитой бисером сумки. — Гермиона, — сказала Нарцисса, наклоняясь, чтобы поцеловать Гермиону в щеки, и Гермиона последовала ее примеру, все больше и больше привыкая к этой странной традиции, — так приятно видеть тебя снова. — Мне тоже, — сказала Гермиона, изо всех сил стараясь скрыть свои нервы. Одно дело — встретиться с женщиной, когда Драко был с ней, совсем другое — когда она была одна.       Мадам Твилфитт поспешила предложить помощь, особенно когда заметила Нарциссу Малфой. — Мы осмотримся сами, — сказала Нарцисса женщине с натянутой улыбкой. — Конечно, — ответила та, склонив голову и отошла.       Затем Нарцисса с помощью своей палочки поместила более двенадцати платьев на волшебную вешалку для одежды, которая, казалось, катилась за ними. — Попробуй для начала вот это, — прокомментировала женщина, ведя Гермиону в примерочную.       Гермиона едва не рассмеялась, подумав, что женщина пытается юморить, когда поняла, что это действительно должно было быть только началом. — И покажите мне, — сказала Нарцисса, — как только ты определишься с фасоном, мы подгоним его по фигуре.       После того, как первые шесть платьев получили громкие нет, Гермиона все еще была настроена позитивно. Однако после следующих шести оптимизм начал ослабевать.       Где-то на третьем или четвертом платье она начала подозревать, что на вешалку добавили еще несколько, а после двенадцатого была уверена в этом, так как казалось, что там было еще двенадцать платьев.       Даже те, которые понравились Гермионе, она не осмелилась поделиться своим мнением, учитывая выражение лица Нарциссы. — Честное слово, как будто мода здесь больше не имеет значения, — громко прокомментировала Нарцисса, осматривая свои ногти. Гермиона увидела, как мадам Твилфитт, покраснев лицом, поспешила в другой конец магазина.       Через два часа Гермиона была измотана долгим и напряженным днем, она была голодна, так как у нее не было времени поесть, и очень устала от примерки платьев. — Как насчет этого? — спросила она, кротко указывая на одно, висевшее в конце вешалки. — Попробуй, — сказала Нарцисса, легкомысленно махнув рукой, — если тебе нравится.       Гермиона поспешила взять платье с собой в примерочную. Она наполовину ожидала, что Нарцисса отвергнет его.       Примерив платье, Гермиона почувствовала надежду, хотя к этому времени ей казалось, что должна знать лучше. Оно было изумрудно-зеленого цвета, шелковое, без бретелек, с вырезом в виде сердца, длиной до колена и расклешенное до пола. — О, — тихо сказала Нарцисса, глядя на Гермиону, вышедшую из примерочной. Она встала и подошла к Гермионе, внимательно ее оценивая.       Гермиона нервно убрала прядь волос за ухо, испугавшись пристального внимания. Она не чувствовала себя особенно уверенной в присутствии этой женщины. — Драко это понравится, — прокомментировала Нарцисса, наклонив голову. Она коротко коснулась обнаженного плеча Гермионы, затем отдернула руку, как будто переступила черту. — Мне нравится, — сказала Гермиона, теребя украшение на бедре. — Да, я тоже так думаю, — сказала Нарцисса, ее тон был мягким. Она продолжала смотреть на Гермиону, встречаясь с ней взглядом, — знаешь, ты первая женщина, которую Драко представил мне. — Правда? — спросила Гермиона, внезапно очарованная этой мыслью. — Да, — ответила Нарцисса, — конечно, мы уже были знакомы с Асторией, и брак был одобрен ее родителями, которые были нашими старыми друзьями, но Драко никогда не смотрел на нее так, как смотрел на тебя прошлой ночью. — Он мне небезразличен, — сказала Гермиона, прикусив губу. — Я знаю, — ответила женщина, — как и ты ему. И я рада, что он нашел тебя. — Спасибо, — сказала Гермиона, тронутая, — он… то, в чем я даже не подозревала, что нуждаюсь. — Драко останется таким, если ты позволишь ему, — сказала Нарцисса. Она колебалась, размышляя долгое мгновение, — у Люциуса было много недостатков — и он совершил много ошибок — но всегда делал то, что считал лучшим для своей семьи. Драко перенял это качество у своего отца.       Гермиона не знала, что на это ответить, и поэтому почувствовала некоторое облегчение, когда Нарцисса заговорила снова. — Хорошо, тогда вот это, — сказала она, указывая жестом на платье, — оно уже очень хорошо сидит на тебе, потребуется лишь небольшая корректировка.       Гермиона улыбнулась, ведь это означало, что скоро она сможет пойти домой, поужинать и увидеться с Драко, хотя Нарциссе она ни в чем таком не призналась.

______________________________________________

— Как прошел шопинг? — спросил Драко, ухмыляясь, когда подошел, пока Гермиона ела поздний ужин. — Это было здорово, — легкомысленно ответила она, — долго, но в целом я хорошо провела время. — Ты хорошо провела время, покупая платье почти три часа? — спросил он, скептически подняв бровь, — это должно быть какое-то платье. — Оно красивое, — согласилась она, — я хорошо провела время с твоей мамой.       Теперь брови Драко устремились вверх. — Могу я взглянуть на него? — спросил он, оглядывая ее квартиру. — Конечно, — ответила она, пожав плечами, — в субботу вечером ты сможешь смотреть на него, сколько захочешь. — В субботу вечером я сниму его с тебя, — объявил он с ухмылкой. — Если хочешь, — сказала она, чувствуя, как ее сердце сжимается от его слов, — только бы ты не повредил его. Твоя мама отказалась позволить мне заплатить за него. — Конечно, отказалась, — уязвленно сказал Драко, — я бы тоже не позволил тебе платить за него. — Я сама в состоянии заработать деньги, Драко, — сказала Гермиона, возмущаясь, но улыбаясь. — И ты можешь тратить их на вещи по своему усмотрению, — сказал он, — этот бал — не то, что ты выбрала, хоть ты и согласилась на него ради меня. — Наверное, ты прав, — сказала она, — хотя будет приятно побыть с тобой на людях.       Отложив тарелку в сторону, она переплела свои пальцы с его. — Я склонен согласиться с тобой, — сказал Драко, наклонив голову. Он сделал паузу на мгновение, рассеянно играя ее пальцами, — как продвигаются твои исследования? — Довольно хорошо, — кивнула она, — на этой неделе я сильно продвинулась вперед. Завтра я подам запрос на посещение закрытого отделения.       Реакция Драко была такой, как она и ожидала. Он нахмурился, серые глаза смотрели на нее с беспокойством. — Одна? — спросил Малфой, хотя Гермиона знала, что он, вероятно, хотел сказать больше. — Да, — сказала она, — целители очень строго следят за тем, кто посещает их подопечных.       За все годы работы целителем в больнице святого Мунго Гермиона ни разу не была в крыле Януса Тики, хотя и не из-за отсутствия сострадания или интереса. Посещения были в основном ограничены семьей, а целители, работавшие там, проходили исключительно специальную подготовку.       Многие из пациентов в отделении нуждались в очень специфических условиях для предотвращения приступов.       Гермиона надеялась, что они позволят ей посидеть — или поговорить — с парой пациентов, а также изучить их медицинские карты, чтобы понять, сможет ли она найти что-то конкретное, что может помочь в ее исследованиях.       Однако Грейнджер переживала, что этот опыт окажется сложнее, чем она ожидала. Гермиона почти хотела попросить, чтобы ей разрешили навестить другого целителя, но не хотела навязывать этот опыт кому-либо еще, не говоря уже о том, чтобы просить его.       Она просто сделает все возможное, чтобы оставаться профессионалом и делать то, что должно быть сделано. — Просто следи за собой, — мягко предупредил Драко, словно не желая переступать черту. — Скорее всего, мне придется назначить посещение на следующую неделю, просьбы требуют некоторого времени на обработку, — сообщила она ему, — так что мне пока не стоит об этом беспокоиться. — Ну, когда бы это ни было, ты мне потом пришлешь сову? — спросил он.       Гермиона грустно улыбнулась, увидев выражение его лица. — Конечно.

______________________________________________

      Суббота наступила раньше, чем Гермиона успела к ней подготовиться. У нее, как и у Драко, был выходной, и она предвкушала приятный день, проведенный вместе перед благотоварительным вечером.       Однако эти планы были быстро разрушены. — Моя мама попросила прислать своего личного стилиста, — объявил Драко, войдя в ее квартиру рано утром и выглядя несколько взволнованным, — не смотри на меня так, я думаю, ты будешь выглядеть прекрасно, несмотря ни на что. Так принято. Просто… поговорить с ней? — Ладно, — недовольно сказала Гермиона. Затем она смягчилась, — приятного дня. — Надеюсь, — пробормотал он, проходя мимо, — возможно, возьму Скорпиуса полетать. — Звучит идеально, — сказала она, улыбаясь, — ему это понравится. — Да, — ответил Драко, наклоняясь для поцелуя, — помни, мы уходим в шесть, — он снова поцеловал ее, на этот раз дольше, и Гермиона притянула его за воротник, возвращая поцелуй, ее язык ненадолго коснулся его языка. — Сколько осталось до прихода стилиста? — тихо спросила она, и его глаза загорелись чем-то, что Гермиона знала и любила. Он открыл рот, чтобы ответить, но в дверь постучали. — Это она, — сказал Драко с натянутой улыбкой, которая больше походила на гримасу, — позже, — он отошел, подмигнув и шлепнув ее по заднице, открыл дверь и вышел, когда стилист ворвался внутрь, переполненный энтузиазмом.       Гермиона поприветствовала женщину с таким энтузиазмом, на какой только была способна при мысли о том, что весь день ее будут пичкать и тыкать носом.

______________________________________________

      Как оказалось, Гермиону не только протыкали и прощупывали, но и подщипывали, и терли, и скрабировали, и поили зельями — гораздо больше того, что она делала в обычный день. А Гермионе нравилось думать, что она уделяет разумное внимание своей внешности.       К счастью, она достаточно хорошо ладила со стилистом и смогла найти какой-то плюс в этой ситуации. Это и мысль — которая подтвердилась, когда стилистка показала готовый продукт, — что Драко будет потрясен.       После того, как стилист закончила укладывать волосы, она помогла Гермионе облачиться в платье и дополнила образ потрясающими украшениями и туфлями на каблуках, которые, очевидно, выбрала Нарцисса. Хотя Гермиона обычно не любила украшения, она должна была признать, что у этой женщины отличный вкус. Гермиона наложила на каблуки амортизирующие и стабилизирующие чары.       Когда стилист ушла, и Гермиона осталась одна до прихода Драко, она поняла, что день, проведенный с кем-то другим, достаточно занял ее мысли, чтобы не дать нервам просочиться внутрь. Она заварила чашку чая, чтобы расслабиться. — Ты готова? — спросил Драко, входя в ее квартиру и сосредоточенно поправляя запонки.       Однако когда он поднял глаза и увидел ее, то замер. Глаза слегка расширились, а губы разошлись, когда он взглянул на нее.       Затем Малфой подошел ближе и провел рукой по ее боку. Наконец он сглотнул и прочистил горло. — Ты выглядишь потрясающе, — пробормотал он, встретившись с ее глазами, — мне нравится этот цвет. — Я так и думала, — поддразнила она, взяв его запястье, чтобы закрепить запонку, которую он бросил, — ты и сам выглядишь очень элегантно.       Его аристократические черты лица и стройные линии были просто созданы для официальной одежды, и Гермиона обнаружила, что тоже не стесняется смотреть на него. — Ну что, пойдем? — спросила она, чувствуя, что в горле пересохло. Драко продолжал смотреть на нее еще мгновение, и Гермиона почувствовала, как на ее щеках появился румянец. — Да, конечно, — сказал он, ухмыляясь, — пожалуйста, извини за мое полное отсутствие манер. — Ты прощен, — сказала она, дразняще улыбаясь, пока вела его к точки аппарации.

______________________________________________

      Драко не подозревал, что Гермиона когда-либо была на таком официальном мероприятии, как это, но в целом она держалась очень хорошо. Он всегда считал представителей высшего общества сродни стервятникам и не думал, что у нее был большой опыт общения с ними.       Будучи членом команды, чьи хозяева устраивали это мероприятие, Драко должен был выходить на сцену под определенную шумиху, но все, о чем он мог думать, это о том, как он чертовски горд, что она с ним.       Кроме того, тот факт, что они вместе, очевидно, все еще был источником сплетен и споров в волшебном мире — возможно, люди просто не верили в то, что это правда, — но когда они вошли, в зале на мгновение воцарилась неловкая тишина, прежде чем начались аплодисменты и шепот. Гермиона смотрела только на него.       Это было замечательно, потому что он не мог перестать смотреть на нее в этом платье.       Теперь они сидели за столом, наслаждаясь вкусной едой, и Драко наблюдал, как Гермиона тихо размышляет, какой вилкой ей лучше пользоваться, явно стараясь не привлекать к себе внимания. Драко наклонился к ее спине и поцеловал в челюсть, а когда отстранился, небрежно подтолкнул ее руку к нужной вилке. Она благодарно улыбнулась ему.       Рассадка оказалась почти случайной: их усадили за стол с одним из представителей команды Драко и его хорошенькой светской женой, Лиззи и ее мускулистым мужем, который, как показалось Драко, за весь вечер так и не снял с нее руки, и двумя случайными представителями министерства, которые выглядели одновременно довольными и неловкими от того, что оказались здесь.       Они были из тех, кто все еще осуждал Драко на основании его прошлого и фамилии, и Драко не чувствовал необходимости знакомиться с ними слишком близко. Жена загонщика Гастингса — Драко думал, что ее зовут Мелинда или Белинда — то и дело бросала украдкой взгляды на него и Гермиону, как будто ей не терпелось посплетничать об этом со своими подружками.       По крайней мере, Лиззи была там, и Драко втайне порадовался, что за его столом сидит именно она, а не Кэс. Когда они с Гермионой вошли, Драко заметил недовольное и в то же время пораженное выражение лица Кэсси и почувствовал некоторое удовлетворение, надеясь, что она перестанет так себя вести. Муж Лиззи, хотя и не был человеком, с которым Драко хотел бы целенаправленно пересечься, казался добродушным и разговорчивым, и, несмотря на его чрезвычайно густой ирландский акцент, в основном не давал разговору за столом застояться.       Драко не знал, что будут вручаться награды, и когда он победил в номинации Сокол года, то почувствовал себя весьма уязвленным. На полпути своей короткой речи он понял, что разговаривает почти исключительно с Гермионой в другом конце комнаты.       Он улыбнулся, помахав в конце трофеем, и вернулся на свое место, чувствуя себя неловко и в то же время польщенный тем, что получил награду. Со стороны одного стола раздались вежливые аплодисменты, а также довольно шумные возгласы — очевидно, его товарищи по команде были увлечены крепким эльфийским вином, и он ухмыльнулся.       Он передал трофей Гермионе, когда вернулся на свое место, и поцеловал ее в щеку. — Поздравляю, — пробормотала она, с улыбкой рассматривая награду и ставя ее на стол перед ним на видное место, — ты заслужил это. — Спасибо, — ответил Драко, наклонив голову в ее сторону. Он почти не мог примириться с тем, что она ненавидела квиддич до того, как они снова стали общаться. Он сжал ее бедро под столом, ценя поддержку.       После ужина было еще несколько выступлений: владельцы Соколов, тренер Кэррингтон, некоторые из самых щедрых благотворителей мероприятия и некоторые получатели финансовых средств, включая организаторов из Мунго.       Хотя Драко старался проявлять интерес, зная, что люди внимательно наблюдают за ним, он обнаружил, что отвлекся на часть речей.       Гермиона, прислонившись к нему, внимательно слушала, одна из ее рук лежала на его бедре под столом, хотя он не мог сказать, насколько она действительно заинтересована. Пока рука на его ноге не начала дразняще двигаться вверх, и Драко поймал ее запястье, чувствуя, как дыхание перехватывает в горле. Она взглянула на него, коротко и невинно.       Драко закатил глаза и ухмыльнулся ей, даже когда Гермиона повернулась к выступающему, а он вернул ее руку обратно к своему колену.       Он уже почти начал верить в то, что это было действительно непреднамеренно, пока несколько минут спустя ее рука снова не начала двигаться вверх, пальцы легонько прошлись по его внутренней стороне бедра. Драко сдержал стон, почувствовав, что начинает твердеть, как это всегда было от ее прикосновения. — Ты играешь с огнем, — выдохнул он ей на ухо, наклоняясь, и она ответила ему тем же восхитительно невинным взглядом. — Понятия не имею, о чем ты, — прошептала она в ответ, ее глаза расширились, а на губах появилась слабая улыбка.       Затем Гермиона схватила его полностью, через брюки, и Драко чуть не откинул кресло назад, когда снова схватил ее за запястье, удерживая руку, хотя он бы предпочел позволить ей продолжать.       Но в комнате, полной представителей высшего общества, это казалось не самым лучшим планом.       Несколько человек поблизости переглянулись, заметив его внезапное движение, и Драко заставил себя принять непринужденное выражение лица. — Оставь это, — шипел он, когда все отвернулись, встретившись с веселым взглядом Гермионы, — пожалуйста, ради Мерлина, оставь это на потом. — Как хочешь, — легкомысленно ответила она, убирая руку и деликатно кладя ее себе на колени.       Драко мгновенно и с досадой почувствовал, как место где ещё недавно была ее рука теряет тепло.       После речей должен был состояться танец, и Гермиона аккуратно положила его награду в свою вездесущую бисерную сумку, хотя для этого случая она превратила ее в элегантный клатч. — Ты должен знать, что я не очень умею танцевать, — прошептала Гермиона ему на ухо, когда он вел ее к танцполу, где Драко и его товарищи по команде должны были начать танец. — Я умею, — честно ответил он, — просто следуй моему примеру.       Малфой взял ее за руку и, когда началась музыка, крепко притянул к себе, глубоко вдыхая пьянящий аромат, которым она благоухала. Грейпфрут — подумал он, и что-то еще. Что-то яркое, фруктовое и свежее. Он подумал, что ей это очень идет.       Драко наклонил голову и закружил ее, грациозно ведя за собой. Он мог танцевать с закрытыми глазами. — Твои духи, — небрежно заметил он. Драко не думал, что она обычно использует этот аромат, — прекрасны. — Спасибо, — сказала она, слегка покраснев, — обычно я не пользуюсь ими из-за работы, а в остальное время часто забываю.       Драко кружил ее, легко вел, и она быстро освоилась. Ему было слишком легко погрузиться в эти ощущения: она была в его руках, и она так естественно прижималась к нему.       Через некоторое время Драко вывел ее с танцпола, оба устали и хотели пить. — Мисс Грейнджер! — позвал кто-то сзади, и Драко обернулся, заметив, как мгновенно сузились глаза Гермионы. Женщина показалась ему смутно знакомой, но Гермиона просто молча смотрела на нее, даже когда блондинка широко улыбнулась. — Я рада видеть вас снова, после стольких лет, — экстравагантно продолжала женщина. Драко заметил, что у нее в руках перо и блокнот, и сразу определил, что она репортер. — Боюсь, Рита, я не могу сказать того же о вас, — выдохнула Гермиона.       Рита Скитер, вспомнил Драко. Теперь он вспомнил, что видел ее в Хогвартсе во время Турнира Трех Волшебников. Малфой подумал, что, наверное, наговорил ей какую-нибудь ложь о Поттере, как дерзкий подросток, которым он был. Возможно, он также видел ее на каком-то этапе своей карьеры, но не был уверен. — Как насчет нескольких вопросов, о вас двоих? — продолжила женщина, словно не обращая внимания на открытую враждебность Гермионы. — Я думаю, нет, — вклинился Драко, взглянув на брюнетку, — мы не заинтересованы в том, чтобы попасть на страницу ваших сплетен.       Он положил руку на спину Гермионы, собираясь увести ее, когда женщина бросилась к ним, оскалив зубы. — Должно быть, трудно вступать в такие противоречивые отношения, — сказала Рита, пытаясь выманить у них ответ, — большинство волшебников выступают против просто из принципа. Интересно, как прошел опыт? Гермиона Грейнджер, золотая девочка и бывшая любовница Гарри Поттера, и Драко Малфой, Пожиратель смерти, превратившийся… — Рита, Вам стоит уйти, — прошипел Драко сквозь зубы. Он с любопытством посмотрел на Гермиону, и она закатила глаза, покачав головой. — Рита Скитер, — сказала Гермиона, все еще глядя на женщину смертельным взглядом, который испугал бы Драко, — вы не напишете о нас ни одной чертовой статьи, вам понятно? Если я увижу, что вы извлекаете какую-либо выгоду в отношении меня или моего парня, я без колебаний открою наш секретик. Вы меня поняли?       Рита промолчала, хотя ее улыбка ослабла. Драко с трудом сдерживал ухмылку, видя, что Гермиона так взбешена, а ему не досталось. Наконец Рита прочистила горло, поправляя очки. — Одно фото не повредит, — сказала она, все еще улыбаясь, и тут из ниоткуда появившийся неподалеку фотограф сделал их снимок.       Гермиона угрожающе подняла палец, ее губы сжались. Она выглядела растерянной. — Только если вы пришлёте мне копию этой фотографии, — шипела она. — Конечно, — Рита легкомысленно махнула рукой и ушла. — Между тобой и Поттером действительно что-то было? — спросил Драко, подняв бровь, когда они шли к бару. — Конечно, нет, — ответила Гермиона, покачав головой, — Скитер всегда любила все выдумывать. Все, что угодно, ради небольшой огласки. Насколько я помню, это ты и твои дружки снабжали ее ложной информацией.       Она бросила на него насмешливый взгляд. Он просто пожал плечами. — Если честно, мы не были уверены, что это хотя бы отчасти не правда, — сказал Драко, ухмыляясь, — то, что касается тебя и Поттера. Пока ты не пошла на Святочный бал с Крамом, конечно.       Драко сделал паузу, ухмыляясь. Гермиона недоверчиво посмотрела на него. — Я только сейчас понял, что ты неравнодушна к игрокам в квиддич, — сказал Драко, хватаясь за сердце, — мне больно. Все это время я думал, что дело не в моей карьере. — Правильно, потому что та ночь в клубе, когда я спросила тебя, чем ты занимаешься, была лишь прикрытием, — поддразнила она, — на самом деле я все это подстроила. — Ха-ха, — сказал он с сарказмом, — ты такая умная, что я не удивлюсь.       Драко заказал каждому по огневиски и, обернувшись, чтобы передать ей свой, приостановился. Она все еще спокойно улыбалась, на ее щеках появился румянец от танца, и она смотрела на него выразительными карими глазами. - Ты такая красивая, — пробормотал он, встретившись с ее глазами, когда она взяла бокал. Румянец усилился, и Гермиона сделала быстрый глоток. Драко обхватил ее за спину, придвинулся ближе и погладил голую кожу ее спины и плеч. — А ты выглядишь очень красивым, — тихо сказала она, играя свободной рукой с его воротником.       Драко наклонился к ней, благодарный за то, что они были в стороне от основной вечеринки, и прижался губами к ее губам. На вкус она была как огневиски, и он провел рукой по ее шее, стараясь не повредить прическу.       Через мгновение Гермиона отстранилась, как всегда осознавая, где они находятся, но Драко почувствовал, что ему не терпится уйти. На мгновение захотелось утащить ее куда-нибудь, но куда приятнее было бы подождать. Кроме того, Гермиона выглядела слишком похожей на леди для этого. — Пойдем, я познакомлю тебя с остальными членами команды, — сказал Драко, ведя ее за руку. — С удовольствием, — ответила она, улыбаясь.       Но когда они повернулись, чтобы идти обратно к главной вечеринке, Драко уловил несносную вспышку рыжего цвета, и ему пришлось дважды моргнуть, чтобы убедиться в том, что он видит. — Гермиона, какого черта? — это был Уизли.       Рядом с ним Гермиона вздрогнула, но не отодвинулась. — Рон, что ты здесь делаешь? — спросила она усталым голосом. — Очевидно, им нужно усилить охрану у дверей, — отстраненно прокомментировал Драко, заслужив грозный взгляд другого мужчины. — Я до последнего не верил, что ты с ним, — заявил Уизли. Драко закатил глаза. Он не возражал против Поттера, но надеялся, что Гермиона никогда не попросит его подружиться с Уизли. Драко искренне недоумевал, как Грейнджер терпела его так долго. — Да, Рон, — ответила она, — разве мы уже не прошли через это? — Были, ты и я, — сказал Уизли, — пока ты не сошлась с этим придурком.       Драко поднял бровь. Онанист. Его рука инстинктивно дернулась к палочке, но он сдержался. Малфой подозревал, что ни к чему хорошему это не приведет. — Драко теперь часть моей жизни, Рон, — сказала Гермиона, скрестив руки на груди. Уизли открыл рот, чтобы снова заговорить. — Послушай, Уизли, — сказал Драко, вмешиваясь, — я вижу, что все идет к одному из двух путей. Либо ты развернёшься и уйдешь, понимая, что Гермиона — взрослая ведьма и способна принимать собственные решения, — Уизли начал перебивать, но Драко поднял палец и взглядом заставил его замолчать. — Или, — продолжил он, выпрямляясь, — ты можешь устроить сцену. Я готов согласиться на сцену, но знаю, что Гермиона этого не захочет. И слушай внимательно, Уизли. Эта комната кишит репортерами. Кроме того, у меня здесь четыре вполне дееспособных товарища по команде мужского пола, которые с готовностью прикроют меня в физической стычке, не говоря уже о том, что здесь присутствуют все мои тренеры. Так что я бы действительно подумал о том, какова твоя цель, прежде чем делать глупости.       Уизли огляделся вокруг, как будто только что осознав, что сказанное Драко — правда. Гермиона смотрела на Драко таким взглядом, который он пока не хотел воспринимать. — Я не знаю, смогу ли принять это, — наконец сказал рыжий. Драко закатил глаза, собираясь сказать, что это не его решение, но тут заговорила Гермиона. — Рон, если ты думаешь, что тебе нужно защищать мою честь, то это не так, — сказала она, ее голос был твердым, — и мне жаль говорить, что не тебе решать, принимать это или нет. Ты принял свое решение несколько месяцев назад. Это мое решение.       Драко нахмурил брови, его пульс участился, когда она защищала его. Гермиона заявила, что он — ее выбор. Внезапно ему стало непонятно, как это произошло, как он нашел такую, как она. Малфой хотел схватить ее и размахивать ею, чтобы все видели, но вместо этого он просто прижал поцелуй к ее виску. — Это безумие, — сказал Уизли, качая головой. Он бросил на Драко последний взгляд, прежде чем уйти.       Драко некоторое время смотрел на Гермиону, а она смотрела, как Рон уходит, нахмурившись. Малфой боялся, что она пожалеет о своих словах. Но она просто повернулась к нему, положив руку на грудь, и он притянул ее ближе к себе, снова вдыхая ее аромат.       Когда она отстранилась, то улыбнулась ему. — Пойдем знакомиться с твоей командой, — сказала она.

______________________________________________

      К тому времени, когда вечер подошел к концу, Гермиона основательно натанцевалась, ее ноги болели, даже несмотря на чары, которые она наложила на туфли на высоких каблуках, которые дала ей Нарцисса. Драко познакомил ее с остальными членами команды, которых она еще не знала, а также с тренерами и тренировочным персоналом.       Более того, она была готова к тому, что Драко, как он так красноречиво выразился в четверг вечером, снимет с нее платье. Если судить по тому, как он смотрел на нее, он думал о том же.       После того, как они аппарировали и отправились домой, Гермиона оказалась в квартире Драко, тщательно распутывая свою замысловатую прическу у зеркала в его ванной. Она позволила мягким, укрощенным локонам рассыпаться по плечам, когда Драко подошел к ней сзади, снял пиджак и развязал галстук, и она встретилась с его потемневшим взглядом в зеркале.       Гермиона потянулась к шее, чтобы расстегнуть застежку на блестящем ожерелье, подаренном его матерью, но он поймал ее пальцы и остановил. — Оставь, — пробормотал Драко, опуская ее руку. Он откинул ее волосы на одно плечо и наклонился, чтобы поцеловать обнаженные шею и ключицу. Малфой поднял голову, встретившись с ее взглядом, и Гермионе показалось, что это очень интимно. Она почувствовала, что ее сердце начало учащенно биться, а по груди и лицу пополз румянец, когда ее голова опустилась набок, а он продолжил ласкать ее чувствительную плоть. — Драко, — прошептала она, затаив дыхание, когда он прикусил ее плечо. — Да? — промурлыкал он, его руки обследовали ее руки, вызывая мурашки. Они перешли на спину, и он начал маняще расстегивать молнию на платье, его руки скользнули внутрь и переместились на ее бедра, когда он стянул с неё платье, помогая ей выйти из него. Драко ухмыльнулся, осторожно отнеся платье в шкаф и повесив его на вешалку. Гермиона почувствовала, как улыбка скользнула по ее лицу, когда он снова повернулся к ней. — Ты мне больше нравишься в таком виде, — сказал он, рассматривая черное кружевное белье, в котором она осталась.       Он провел руками по ее бокам, кончики его пальцев танцевали по ее обнаженной коже, от бедер до плеч, и по ее позвоночнику пробежала дрожь.       Драко сделал шаг назад, снимая галстук и расстегивая рубашку, медленно, не отрываясь, глядя на нее. Гермиона старалась не съежиться под его горячим взглядом. Она чувствовала себя очень похожей на добычу, и у нее сложилось впечатление, что Малфой хотел поиграть со своей едой, прежде чем съесть.       Он аккуратно оставил рубашку на спинке стула и подошел к ней сзади, прижавшись голой грудью к ее спине. Гермиона почувствовала, как он прижался к ней, и издала вздох, когда его руки провели по ее животу и остановились на ее груди. — Встань, пожалуйста, — мягко сказал он и добавил, — на колени.       Гермиона сделала, как он просил, и Драко небрежно поправил ее, прижав грудью к кровати, а задницей к воздуху. Она издала вздох, и ее глаза закрылись, когда его рука коснулась ее попки, достаточно сильно, чтобы причинить боль, а затем погладил ее мягко, благоговейно, а затем перешла на другую ягодицу. Он стянул с нее трусики, подталкивая ее, чтобы она подняла колени, одно за другим и бросил их на пол.       Гермиона затаила дыхание в ожидании, не видя, что он делает, пока не услышала шорох снимаемой одежды.       Затем Драко оказался на кровати, позади нее, осыпая поцелуями основание ее позвоночника и поднимаясь вверх по спине, когда она почувствовала его твердую длину, дразнящую ее влажную плоть.       Он погрузился в нее без предупреждения, и Гермиона инстинктивно придвинулась к нему, когда он погрузился в нее, его дыхание обжигало ее шею, когда Малфой наклонился над ней, и начал двигаться, дразняще, неглубоко, прежде чем, наконец, глубоко вошел, следуя своему ритму.       Драко освободил застежку ее лифчика, отбросив тот в сторону, и схватил грудь, целуя ее шею и плечо, набирая темп.       Одним быстрым движением Драко вышел из нее, перевернул и снова вошел, окончательно сжимая ее губы своими, подталкивая Гермиону к пику наслаждения. Она застонала и откинула голову назад, выгибаясь навстречу ему, когда Драко выругался, прикусив ее нижнюю губу, толкаясь в нее с большей силой, и она встретила его на равных, ее сознание уходило в пустоту.       Гермиона почувствовала, как его имя сорвалось с ее губ в виде стона, когда она сломалась, сила ее оргазма обрушилась на нее, и тело сжалось вокруг него, когда он кончил, выдыхая ее имя.       Прошло несколько минут, Гермиона не была уверена, прежде чем Малфой отстранился, наложив на них обоих очищающее.       Драко притянул ее к себе, накрыл их обоих одеялом, и Гермиона почувствовала, как погружается в сон, прижавшись к нему.