Proximate

      В субботу Скорпиусу исполнялось пять лет, и Гермиона решила отвлечься от мыслей о своем не слишком приятном визите в закрытое отделение в пятницу и о том, как она сможет разобраться в своих исследованиях, увидев воочию, с чем ей пришлось столкнуться.       Празднование его дня рождения проходило на территории поместья Ноттов, и когда Драко аппарировал их туда, у нее разбежались глаза. Территория была роскошно украшена, темой вечеринки был квиддич, и, похоже, на ней присутствовали десятки людей.       Гермиона знала многих из них: Асторию, Тео и Дафну, а также Нарциссу, Андромеду и Тедди. Она также заметила Блейза Забини и Трейси Дэвис со Слизерина. Пожилая пара, которую Гермиона приняла за родителей Астории, следовала за Скорпиусом, когда он бегал по двору, показывая им заколдованные метлы и летающие вокруг них квоффлы. — Папа! Гермиона! — крикнул Скорпиус, заметив их появление и бросился к Драко. Гермиона была удивлена, но тронута, когда он обхватил ее за ноги и обнял. — С днем рождения, Скорпиус, — сказала она, наклоняясь, чтобы обнять его как следует, — тебе уже пять! Ого! — Да, пять! — гордо сказал он, подняв одну широко раскрытую руку, — еще шесть лет и я смогу поехать в Хогвартс и играть в квиддич за Слизерин!       Гермиона прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Скорпиус очень хотел быть таким же, как Драко, и это было трогательно. — Я начал играть за Слизерин только на втором курсе, помнишь? — сказал Драко, приседая, — и ты можешь быть отличным игроком в квиддич независимо от того, на каком факультете окажешься. — Но ты же был на Слизерине, — запротестовал Скорпиус. Он повернулся к Гермионе, — а ты на каком была, Гермиона? — Я была на Гриффиндоре, — сказала она, и Скорпиус нахмурился. — Я думал, Слизеринцы и Гриффиндорцы не дружат, — прокомментировал малыш. Гермиона улыбнулась Драко, а он рассмеялся. — Мы не были друзьями в Хогвартсе, — сказал Драко, — но это не значит, что ты не можешь дружить с детьми с других факультетов.       Гермиона сжала его руку, тяжело сглотнув. Она знала, как важно для Драко, чтобы Скорпиус вырос без тех предрассудков, которые были навязаны ему в столь юном или даже более юном возрасте. — Хорошо, — сказал Скорпиус, кивнув, — я подружусь с гриффиндорцами. Если они хорошие.       Затем он сорвался с места и помчался к друзьям, которые только что пришли. Драко поймал взгляд Гермионы и улыбнулся.

______________________________________________

— Гермиона, у тебя есть минутка? — спросил Тео, подходя к ней, когда вечеринка в честь дня рождения Скорпиуса подходила к концу. — Конечно, — ответила она, опешив, — в чем дело? — Я хотел тебе кое-что показать, — сказал Тео, бросив взгляд на Драко, — тоже пойдем, если хочешь.       Гермиона пожала плечами, заметив выражение лица Драко, и они оба повернулись, чтобы последовать за Тео в дом, через извилистый лабиринт коридоров, и Гермиона подумала, что ей бы не понравилось исследовать этот дом в одиночку, потому что она, скорее всего, никогда не найдет дорогу обратно.       Наконец Тео привел их в лабораторию зелий, где, по предположению Гермионы, находилась его лаборатория, и тут ее осенило озарение. — Ты что-то нашел? — спросила она, сразу же подойдя к действующему котлу. — Посмотри, — сказал Тео, засунув руки в карманы.       Гермиона присмотрелась и увидела, что раствор подается по тонкому шлангу в небольшую посуду с кровью. Она увеличила образец крови и задохнулась. — Тео, это ее? — спросила Гермиона. — Да, кровь Астории, — прокомментировал он. — Но она чистая, — сказала Гермиона, потрясенная, — как тебе это удалось? — Так, как мы обсуждали в прошлый раз, — сказал Тео, подходя ближе и жестикулируя, — выделив элементы, определив, что вызвало небольшое изменение, и на основе этого создав своего рода противоядие. Конечно, это не так, но его поведение удивительно похоже. — Это… — начал Драко, но остановился, казалось, без слов. — Конечно, — быстро продолжил Тео, — все еще есть проблема.       Он отсоединил тонкий шланг, и через несколько минут проецируемый образец крови почти мгновенно вернулся к прежнему виду. — Он должен оставаться в почти постоянной связи с раствором, чтобы ослабить проклятие, — сказал Тео, проведя рукой по волосам, — я еще не придумал, как сохранить его активность в крови. — Как насчет прямой инъекции в кровь? — предложила Гермиона, — вместо того, чтобы потреблять? Или способ постоянного циклического введения? — Я думал об этом, — сказал Тео, — проблема в том, что мы не можем это проверить. А что, если мы попробуем, и что-то пойдет не так? — Это похоже на то, что Астория должна решить сама, — тихо сказала Гермиона, и двое мужчин замолчали, — ты уже сказал ей? — Я собираюсь, — сказал Тео, — теперь, когда мы убедились, что это возможно… — Сурьма, — прокомментировал Драко, и Тео замер. — Сурьма? — повторил он, глубоко задумавшись, — она опасна, и, конечно, может быть токсичной в неправильных количествах. А нам придется использовать много. — Но это продлит эффект, — сказал Драко, — не так ли? При контакте с кровью зелье впадет в своего рода… стазис. — Да, это так, — прокомментировал Тео, нахмурив брови. — Мы можем нейтрализовать токсичность сурьмы, — мягко прокомментировала Гермиона, — если настоять ее на лунном семени. — Лунное семя тоже ядовито, — сказал Тео, — ты уверена? — Абсолютно уверена, — сказала Гермиона, затем сделала паузу, пожевав губу, — но стоит проверить еще раз.       Тео подошел к книжной полке вдоль стены и достал справочник по ингредиентам. — Ты права, — сказал Тео, — вместе они почему-то не ядовиты. И здесь даже описан процесс настаивания. Кажется, у меня здесь есть и сурьма, и лунное семя, — он посмотрел на обоих, нервно сглотнув, — мы могли бы попробовать.       В этот момент дверь в лабораторию открылась, и вошла Астория, с любопытством оглядываясь по сторонам. Все трое замерли, как будто их застали за чем-то незаконным. — Я думала, вы что-то задумали, сбежав с вечеринки, — непринужденно сказала она, мягкая улыбка украсила ее черты лица, и она подошла к верстаку, — над чем вы работаете? Это… кровь?       Она осматривала блюдо с кровью на столе, все еще магически спроецированное и отсоединенное от раствора.       Гермиона взглянула на Тео, не желая переходить границы. — Это зелье, которое мы варили, — сказал он, взглянув на Асторию, — Гермиона и я. — И что это зелье делает? — спросила Астория, заинтересовавшись. — Оно предназначено для противодействия твоему проклятию, — сказал Тео, встретившись взглядом с Асторией. Гермиона нервно прикусила губу и почувствовала, как рука Драко скользнула в ее руку.       Астория замерла, губы разошлись, брови нахмурились. Она посмотрела на каждого из них по очереди. — Вы не можете быть серьезными, — наконец сказала она, сглотнув, — это невозможно. — Мы не были уверены, — сказал Тео, взяв Асторию за руку, — поэтому все это время не говорили тебе. Оно еще не готово.       Он взмахнул своей палочкой, вновь соединяя блюдо с кровью с узким шлангом, ведущим в котел. Все четверо наблюдали, как медленно потемневшая от проклятия кровь вступает в реакцию с зельем и становится ярко-красной.       Астория задохнулась, поднесла руку ко рту, и почти сразу же ее глаза наполнились слезами. — Мы пытаемся найти решение проблемы постоянного взаимодействия между твоей кровью и зельем, — объяснила Гермиона.       Но Астория, казалось, была в оцепенении и лишь покачала головой. — Я не могу поверить, что вы это сделали, — тихо сказала она, — я никогда не думала…       Она запнулась, потрясенная.       Гермиона почувствовала, как у нее перехватило дыхание от эмоциональной реакции женщины, и почувствовала что собственные слезы вот вот прольются. Драко прижал ее к себе и поцеловал в висок. — Мы все еще работаем над этим, — напомнил Тео, притягивая Асторию к себе, — но Драко только что сделал хорошее предложение, мы попробуем.       Астория просто кивнула, положив руку на руку Драко. Затем она отошла от Тео и обняла Гермиону. — Спасибо, — сказала она, отступая назад, держа руки на руках Гермионы, — я ценю ваши мысли и усилия больше, чем могу передать словами, — она также посмотрела на Драко и Тео. — Конечно, — пробормотала Гермиона. — Я сделаю вливание сегодня вечером, — мягко сказал Тео, и Гермиона кивнула.       После долгой, тяжелой паузы Астория прочистила горло. — Дафна, Блейз и Трейси останутся на ужин, — прокомментировала она, — вы двое тоже можете остаться, если хотите.       Гермиона посмотрела на Драко, который лишь пожал плечами, ухмыляясь. Она вспомнила энтузиазм Драко познакомиться с Гарри и Джинни. — Конечно, это было бы замечательно.

______________________________________________

— Целитель Грейнджер, — Гермиона подняла голову при звуке своего имени, рассеянно читая свои карты. Целитель МакТавиш шел к ней, — целитель Скотт попросила вас заглянуть к ним в отделение. — Правда? — спросила Гермиона, широко раскрыв глаза. Она не ожидала, что ей придется вернуться так скоро. Сегодня был только вторник, а накануне она провела весь свой исследовательский период, изучая файлы Кеннета и изо всех сил стараясь держать свой разум под контролем. В спокойной обстановке ее кабинета было гораздо легче сохранять профессиональное состояние. Некоторые физические данные особенно привлекли ее внимание. — Да, — сказал Мактавиш, окинув Гермиону долгим взглядом, — я слышал, ваш визит в пятницу был насыщен событиями. — Так и было, — прокомментировала Гермиона. Она предположила, что это преуменьшение. — Верно, — сказал МакТавиш, — ты отлично поработала, Грейнджер. Продолжай в том же духе.       С этими словами он ушел. Гермиона сделала длинный вдох и выдохнула. Затем повернулась назад, в направлении закрытого отделения.

______________________________________________

— Целитель Грейнджер, спасибо, что пришли, — сказала целитель Скотт, когда Гермиона вошла в отделение, — я надеялась, что вы присоединитесь к нам. Это займет всего несколько минут вашего времени. — Конечно, — сказала Гермиона, сосредоточившись на своем дыхании. Ее последний опыт пребывания в закрытом отделении все еще был свеж. Компартментализация.       Целитель Скотт провела ее в кабинет для посещений, где уже сидела пара. — Целитель Грейнджер, это Майкл и Карен Бейкер, — представила целитель Скотт, — родители Кеннета. Мистер и миссис Бейкер, это целитель Грейнджер. — Приятно познакомиться с вами обоими, — сказала Гермиона, крепко пожимая им руки, когда пара встала. — Взаимно, — сказал мистер Бейкер, когда все снова расселись вокруг стола, — целитель Скотт сказала нам, что вы будете работать с Кеннетом. — Типа того, — сказала Гермиона, — мои исследования направлены на решение проблем, оставшихся после проклятия Круциатус. Я буду работать с Кеннетом, наблюдая за его поведением и выясняя, как мои существующие исследования могут быть применимы к информации, содержащейся в его файлах. — Целитель Скотт сказала, что вы считаете, что проблемы могут быть неврологическими, — сказал мистер Бейкер. На удивленный взгляд Гермионы он ответил, — я магглорожденный. — Верно, именно к этому ведет большая часть моих исследований, — признала она. — Мы просто хотели познакомиться с вами и предложить свою помощь, — вмешалась миссис Бейкер, — мы ценим работу, которую вы делаете, чтобы потенциально помочь нашему сыну. — Спасибо, — сказала она, кивнув, — я заметила, что в его файлах есть несколько снимков его скелетной системы, — Гермиона посмотрела на целителя Скотт, — я хотела бы узнать, могу ли я получить один из снимков его нервной системы. — Это можно устроить, — кивнула Скотт, — я доставлю его вам завтра. — Спасибо, — снова сказала она. — Спасибо, что зашли, — сказала целитель Скотт, и Гермиона распознала едва уловимый намек. — Пожалуйста, не стесняйтесь, пишите нам в любое время, если у вас возникнут вопросы, — сказал мистер Бейкер, снова вставая.       Гермиона улыбнулась и кивнула, выходя из палаты.

______________________________________________

— Ты занята? — спросил Драко, без приглашения войдя в квартиру Гермионы, но она привыкла к этому, поэтому просто повернулась и улыбнулась. — Думаю, правильный ответ — нет? — спросила она. — Отличный ответ, — ответил он, поцеловав ее в губы, — пойдем со мной. — И куда мы идем? — спросила Гермиона, забавляясь его ненормально позитивным настроением. — Эйлсбери, — прокомментировал он, и Гермиона моргнула, — и в Севеноукс, и, просто для развлечения, в Дувр, — Гермиона долго смотрела на него пустым взглядом, на ее лице отразилось замешательство, прежде чем ее осенило понимание. — Дома? — спросила она, и Драко усмехнулся. — Да, дома, — сказал он, подойдя и положив руки ей на бедра, — мы встретимся с риэлтором, которого очень рекомендуют. И будь честной, хорошо? Помни, что я сказал, я бы хотел, чтобы ты выбрала дом, в котором сможешь жить в один прекрасный день. -Я так и сделаю, — сказала Гермиона, прикусив губу, — но я также знаю, что мне понравится все, что ты выберешь. — Конечно, — сказал он, ухмыляясь, — потому что у меня безупречный вкус. — И ты такой скромный, — пробормотала она, улыбаясь.       Он посмотрел на нее на мгновение, затем опустил голову, встретил ее губы своими и притянул ее ближе. — Что еще, — пробормотал он, отстраняясь лишь настолько, чтобы прижаться лбом к ее лбу. — Ты такой красивый, — передразнила она, схватившись за его воротник, — ты потрясающий игрок, — скользнув рукой по его шее, — замечательный отец, — он зарычал во все горло и снова поцеловал ее, на этот раз сильнее, рука опустилась ниже и схватила ее за задницу, притягивая ее бедра к своим. — Ты действительно хорош в сексе, — задохнулась Гермиона, чувствуя, как между ними разгорается восхитительное трение. — Я знал это, — пробормотал он, его губы нашли пульс на ее шее, и ее глаза почти закатились назад. — Во сколько нам нужно встретиться с риэлтором? — спросила она, тяжело дыша. — В пять, — сказал он, его зубы и язык встретились с мочкой ее уха, как он знал, что ей нравится, и толкнул ее к стене кухни. — Уже пять минут пятого, — вздохнула она, опустив глаза. — Мы можем быть быстрыми, — сказал он, расстегивая пуговицу на ее джинсах и снова встречаясь с ее губами. — Мы никогда не были быстрыми, — прошептала она, даже когда подняла его рубашку, оторвавшись от поцелуя, чтобы стянуть ее через голову и бросить на пол. — Мы никогда не стараемся быть быстрыми, — поправил он, зарываясь лицом в ее грудь, — и я воспринимаю это как вызов.

______________________________________________

      Гермиона взглянула на Драко, когда риэлтор показывал им первый дом недалеко от Эйлсбери. Его волосы были взъерошены, глаза сверкали, а от его тлеющего взгляда она прикусила губу, чтобы не рассмеяться.       Хотя Гермиона знала, что его ориентиром является только Малфой Мэнор, ей было трудно поверить, что он считает это домом. Он был совершенно потрясающим, светлым, открытым и полным окон, и хотя это была старая обитель волшебников, она была в значительной степени модернизирована. По мнению Гермионы, он был огромным, хотя она подозревала, что этот дом значительно меньше, чем бывшее поместье Драко. Он располагался на огромной территории с прекрасными садами и более чем достаточным пространством для осуществления всех планов Драко. — Что ты думаешь? — спросил он, подойдя к дому, когда риэлтор отошел. — Он просто великолепен, — пробормотала она, — очень большой. Тебе действительно нужно столько места?       Он открыл рот, чтобы ответить, но потом закрыл его, на лице Драко появилось странное выражение. — Чрезвычайно большой, — прокомментировал он, подергивая губами, — интересно. — Не все мы выросли в особняках, — легкомысленно сказала Гермиона, и он усмехнулся, — но он потрясающий, и мне нравится. — Мне стоит его купить? — спросил он небрежно. — Ты можешь себе это позволить? — спросила она, приподняв бровь, — разве это не то, что тебе нужно обдумать? — Гермиона, — сказал он, закатывая глаза, — я могу себе это позволить. С моими деньгами с игр в квиддич, не говоря уже о семейном хранилище. — Ох, — сказала она, сглотнув. Они не часто обсуждали деньги, и хотя Гермиона знала, что его семья богата, она не знала, что он зарабатывает так много, играя в квиддич, — разве мы не должны сначала посмотреть на другие? — Стоит, — согласился он, — но, чтобы ты знала, в этом доме живет эльф, — он поднял руку, прежде чем Гермиона успела запротестовать, — я уже спрашивал, и эльф не возражает против зарплаты. — Хорошо, — вздохнула она, делая паузу, чтобы еще раз осмотреть дом, прежде чем отправиться дальше.       Дом в Севеноаксе был меньше, гораздо ближе к городу и в целом менее привлекательным. Конечно, он все еще был красивым, но не мог сравниться с домом в Эйлсбери.       Гермиона могла сказать, что Драко он не так сильно понравился, и хотя тот вежливо слушал, как риэлтор объясняет особенности дома, она видела, что это не вызвало у него такого же интереса. Малфой поймал ее взгляд, скорчил гримасу, и Гермиона едва заметно покачала головой. Они недолго пробыли в этом доме. — Почему Дувр? — спросила Гермиона, когда они аппарировали к третьему дому в его списке. Когда они подошли к дому, у нее на мгновение перехватило дыхание. Это был дом в старинном стиле, выходящий на утес, соленый бриз дул с грохотом волн, разбивавшихся о скалы. — Почему бы не Дувр? — вздохнул Драко, тоже любуясь видом. Он подошел к самому краю и заглянул вниз, — представляешь, прыгнешь? — С какой стати мне прыгать? Эти скалы, почти наверняка смертельны, — сказала она, но вид этого места завораживал ее. — Конечно, с метлой, — насмехался он, — представь, как это здорово.       Гермиона еще раз оглянулась на край, ее желудок неприятно заурчал при мысли о прыжке, будь то метла или нет. — Тебе придется ограждать скалы, чтобы Скорпиус не упал, — сказала она, — но разве это не прекрасно? — Красиво, — согласился он, — и холодно.       Он был прав. Ветры, дующие с воды, были прохладными и неумолимыми.       Дом тоже был красивым и холодным. В нем чувствовалась старая элегантность и шик, и Гермиона почти боялась дотронуться до чего-либо. Он был больше, чем в Эйлсбери, подумала она, но не намного. Территория была в основном скалистой, а дальше вглубь уходила травянистая, покрытая редкой растительностью местность.       Гермиона видела по глазам Драко, что ему это нравится, и она тоже почувствовала, что ее это привлекает. Хотя дом не мог отличаться от первого, который они рассматривали, она обнаружила, что любит их оба. — Что ты думаешь? — спросил Драко, вложив свою руку в ее после того, как они закончили осмотр дома и вернулись на улицу к скалам. — Здесь замечательно, — ответила она. — Тебе он нравится больше или меньше, чем первый? — спросил он. — Они такие разные, — сказала Гермиона, покачав головой, — я не знаю, могу ли я их сравнивать. Тебе больше нравится этот? — Я не уверен, — пробормотал он, — этот напоминает мне о поместье. Холодный и элегантный. — Это хорошо? — мягко спросила она. — Не обязательно, — ответил Драко. Но он не переставал смотреть на скалы, наблюдая, как волны накатывают на них, громко разбиваясь. Заходящее солнце сверкнуло в его серых глазах, и у Гермионы на мгновение перехватило дыхание, когда он снова заговорил, — тот, что в Эйлсбери, напоминает мне о тебе.       Он посмотрел на нее, прижав поцелуй к ее виску. — Он напоминает мне о тепле и яркости, о доме и обо всех положительных вещах в жизни, — сердце Гермионы затрепетало, она почувствовала прилив эмоций, — он напоминает мне обо всем, чего у меня не было, когда я рос в Малфой-мэноре.       Он засунул руки в карманы, глубоко задумавшись. Его губы искривились в улыбке. — Думаю, я просто возьму их оба, — сказал он непринужденно. — Ты шутишь, — ответила Гермиона, нервно взглянув на него, — ты серьезно? — Да, я шучу, — сказал он, забавляясь, — зачем мне два дома в Англии? — Это похоже на то, что ты бы сделал, — сказала она, улыбаясь. — Так и есть, — засмеялся он, — но нет. Мне кажется, я знаю, к какому из них я склоняюсь. Скажи честно, в каком из них ты видишь себя? — Они оба прекрасны, — сказала она, не желая заставлять его принимать решение, потому что ей действительно понравились оба. — Гермиона, — сказал он, сурово глядя на нее, — пожалуйста. — Драко, — сказала она, прикусив губу, — мне нравится Эйлсбери. — Мне тоже, — сказал он, улыбаясь, — пойдем, рассмотрим предложение?

______________________________________________

      Гермиона снова бродила по дому в Эйлсбери, почти не веря в то, что Драко сделал предложение о покупке дома за наличные, а риэлтор находится в другой комнате разговаривая по каминной связи.       Драко подошел к ней сзади, обхватил ее за талию и положил подбородок ей на плечо. — Сегодня я получил предложение о работе, — пробормотал он. — Что? — спросила Гермиона, широко раскрыв глаза, — в какой команде? — Гарпии, — пробормотал он, глядя в окно на темнеющие сады. — Гарпии — это женская команда, — сказала Гермиона, взглянув на него и подняв бровь. — Очень хорошо, — сказал он, — ты всегда быстро училась. Это тренерская должность. — Ты все еще слишком хорош, чтобы быть тренером, — сказала Гермиона, подсознательно наклонив голову, когда он поцеловал ее ключицу. — Я знаю, — сказал он, задумчиво улыбаясь, — но мне приятно слышать, что ты так говоришь. Я не думаю, что буду готов стать тренером, пока не закончу окончательно с карьерой игрока. Я не собираюсь соглашаться на эту работу, но это хорошее предложение. — Что-то произойдет, — сказала она, — я знаю это. — Возможно, ты права, — сказал он, — спасибо, что пошла со мной сегодня вечером. — Конечно, — мягко сказала она, — ты ведь будешь мечтать о том, чтобы прыгнуть с тех скал сегодня вечером, не так ли? — Абсо… блядь, конечно, — усмехнулся он.       В этот момент в комнату снова вошла риэлтор с натянутой улыбкой на лице и стопкой бумаг в руках, и свет в глазах Драко сказал Гермионе, что он точно принял правильное решение.

______________________________________________

      Сканирование нервной системы Кеннета, которое запросила Гермиона, было доставлено по защищенному меморандуму во второй половине дня. У Гермионы на мгновение перехватило дыхание, когда она обдумывала последствия.       Если они не совпадут с результатами ее исследований, магических или маггловских, она окажется в значительном проигрыше и сделает несколько шагов назад. Если же они совпадут, то, возможно, у нее появится путь вперед.       Осторожно и медленно Грейнджер сломала печать на записке и открыла папку. Ее сердце на мгновение замерло, а затем начало биться в ускоренном темпе.       Поджав губы, Гермиона достала папку с исследованиями нервной системы, которую получила во время посещения маггловской библиотеки. Дрожащими руками она положила его рядом со снимками, которые дала ей целитель Скотт.       Гермиона испуганно вскочила, услышав стук в дверь. Она вытерла руки о мантию и подошла к двери. Это был целитель МакТавиш. — Целитель Скотт сказала, что отправила вам несколько файлов, я просто хотел убедиться, что вы их получили, — кивнул целитель МакТавиш. Он на мгновение посмотрел на Гермиону, — все в порядке? — Зайдите, пожалуйста, — сказала Гермиона, широко раскрыв глаза. Удивленный, мужчина последовал за Гермионой в ее кабинет, — посмотрите на это.       Целитель МакТавиш уставился на два листа, лежащие рядом на ее столе. Затем его глаза расширились, и он посмотрел на Гермиону. — Это… нервная система, — прокомментировал он, несколько неуверенно.       Гермиона закусила губу и кивнула. Им действительно нужно было внедрить больше маггловской науки в обучение целителей. Она искренне удивлялась, почему раньше не задумывалась об этом. — Да. Этот — нормальный, согласно моим маггловским исследованиям, — вздохнула она, жестом показывая на одного, а затем на другого, — а это — Кеннет Бейкер, пациент, с которым я работала. — Это поразительно, — сказал МакТавиш, — вы можете это объяснить? — Я не могу объяснить, почему это происходит, — сказала Гермиона, — но я полагаю, что именно поэтому мы еще не нашли решения. Подозреваю, что проклятие вызывает такую сильную боль, что клетки нейронов, передающие сообщения по нервной системе, перегружены и сбиты с толку, и в результате они отрицают естественные процессы, которым должны следовать.       Она уставилась на два снимка, все еще не веря в это. В то время как скан учебника был функциональным и упорядоченным, скан Кеннета представлял собой хаос. Будучи магическим, сканирование было кратким снимком функциональности нервной системы Кеннета, и оно показало, что нейроны заблокированы, движутся по неправильным путям и накапливаются в определенных местах, в результате чего в мозг поступает неправильная информация или вообще не поступает. — У вас есть какие-нибудь идеи? — сказал МакТавиш.       Гермиона посмотрела на высокую стопку магических исследований рядом с маггловской стопкой. — У меня есть кое-какие мысли, — сказала она, позволив себе небольшую улыбку.       После ухода целителя МакТавиша Гермиона задержалась в своем кабинете, перебирая все свои магические исследования, чтобы привести себя в порядок и подготовиться к следующему этапу своего исследовательского проекта. Она быстро написала записку целителю Скотт, чтобы объяснить свои намерения, а также письмо Бейкерам.       Она намеревалась приступить к терапевтической процедуре, основанной на некоторых заклинаниях, которые нашла в библиотеке Святого Мунго для других целей, и Гермиона подозревала, что теперь, когда лучше понимает, с чем имеет дело, она сможет изменить их в соответствии со своими целями.       Это означало бы значительное время, проведенное в закрытом отделении. Гермиона вспомнила свои переживания в палате на предыдущей неделе и сосредоточилась на дыхании, пока несла письмо родителям Кеннета в совятню больницы.       Она могла только надеяться, что экспериментальная процедура пройдет как можно более гладко. И, возможно, теперь, когда у нее есть план действий, ситуация не будет казаться такой безнадежной.       Гермиона выдохнула, глядя, как сова улетает в ночь.       Она знала, что все будет не так просто. Но все, что она могла сделать, это просто продолжать двигаться вперед. Эти пациенты заслуживали того же.