Proximate

— Так что именно ты собираешься делать? — спросил Драко, оглядывая кухню своей квартиры, чтобы убедиться, что он все собрал. — Это трудно объяснить, — ответила Гермиона со своего места на островке, наклонив голову. Она неторопливо произнесла несколько заклинаний, и его кухня засияла и заискрилась, как новая, — в основном это комбинация заклинаний и измененной маггловской процедуры, которую я нашла в своих исследованиях. Я надеюсь, что это поможет перенаправить зажатые нервы в его организме, но, скорее всего, потребуется несколько сеансов.       Драко сделал паузу, с любопытством глядя на нее. — Значит, это означает несколько посещений закрытого отделения, — прокомментировал он. — Да, начиная со следующей недели, — согласилась Гермиона, прикусив губу, — в контролируемых условиях.       Она понимала его беспокойство, ведь именно он занимался ею в первый раз, когда она попала в отделение Януса Тики. Но, учитывая обстоятельства, Гермиона подозревала, что в этот раз все будет по-другому. Во-первых, она знала, чего ожидать. В прошлый раз она шла туда почти вслепую, не зная, что ее ждет.       Во-вторых, Грейнджер будет там активно добиваться результатов на следующем этапе своих исследований. На этот раз она не собиралась чувствовать себя такой же беспомощной. — Ты уверена, что это разумно? — спросил Драко, вздыхая. Он подошел к ней, прислонившись к островку, — я знаю, что тебе не нужно или не хочется это слышать от меня, но в прошлый раз, когда ты была там, это чуть не разрушило тебя. Я знаю, как это важно для тебя, но нет ли какого-то способа сделать это, не подвергая себя снова такой ситуации? — Это должно быть в палате, — сказала Гермиона, — Кеннет не может уйти. Но я буду не одна, со мной будет целитель Скотт и наблюдающие целители, которых назначили мне в помощь. — Гермиона, не пойми меня неправильно, — начал Драко, и Гермиона закатила глаза, улыбка дразнила уголок ее рта, — как ты думаешь, было бы полезно поговорить с кем-нибудь? О том, что с тобой произошло? — Я разговаривала с целителем разума после войны, — пожала она плечами, — это помогло, немного, а когда это больше не помогало, я перестала. — Ты говорила с ними о том дне? — требовательно спросил Драко. — Не конкретно, — уклончиво ответила Гермиона, — тогда воспоминания были слишком свежи. — А сейчас? — спросил он, — это все еще слишком свежо? Я понимаю, если ты не хочешь говорить с целителем разума, но ты можешь поговорить со мной, ты же знаешь, — Малфой поднял руки в ответ на ее взгляд, — это может помочь. Думаю, я знаю об этом немного больше, чем ты думаешь. Намного больше. — Драко, я ценю твою заботу, — сказала Гермиона, взяв одну из его рук в свою, — но мы слишком близки для этого. Если это все еще будет беспокоить меня после следующего сеанса, я подумаю о том, чтобы поговорить с целителем разума, хорошо? — Это ужасно по-слизерински, — сказал Драко, но его губы сложились в ухмылку, и Гермиона почувствовала, что он собирается оставить это на время.       По правде говоря, она старалась не думать о своей реакции в прошлый раз, когда посетила закрытое отделение. Грейнджер сомневалась, что позволит ему иметь над собой такую власть. Гермиона надеялась, что в этот раз будет более подготовлена, и хотя идея обратиться к целителю разума была небезосновательной, она предпочла бы, чтобы ей не пришлось идти этим путем.       Ее исследование было так близко, и часть ее оптимизма была полна надежд, что если она сможет просто поднажать, то прорыв будет так близок. Она не хотела затягивать с потенциальными результатами, которые казались ей вполне достижимыми.       Драко отошел и недолго осматривал квартиру, выглядя удовлетворенным. Он уменьшил коробки и аккуратно сложил все свои вещи в карман. — Ну, официально мы больше не соседи, — сказал Драко с ухмылкой. — Да, — сказала Гермиона, с тоской оглядываясь вокруг, — помнишь, когда я только переехала, моя квартира выглядела точно так же? Пустое белое место? — Потому что ты отказалась распаковывать вещи, когда узнала, что я твой сосед, — усмехнулся он, положив руки на островок по обе стороны от нее. — Да, — спокойно улыбнулась она, — ты сказал, что это было нелепо. — Это было смешно, — сказал Драко, целуя ее в губы, — а потом ты распаковала вещи, и посмотри, к чему это привело. Представь, если бы ты запаниковала и съехала на следующий день. — Я не могу себе этого представить, — призналась Гермиона, притягивая его ближе и играя с его воротником, — я буду скучать по тому, что ты так близко. — Я все еще буду рядом с тобой, — пробормотал он, снова целуя ее, — и нас будет разделять всего одно путешествие с помощью аппарации. Ты будешь постоянно находиться в моем новом доме, я уверен. Я, наверное, не смогу оторвать тебя от садов. — Наверное, нет, — согласилась она, — это просто ностальгия по всему этому, я полагаю. — Я понимаю, о чем ты, — сказал Драко, еще раз оглядываясь вокруг, — все поверхности здесь были так хорошо использованы. — Это правда, — засмеялась Гермиона, — включая этот островок. — Особенно этот островок, — сказал он задумчиво, — или это был твой островок? — Это было и тот, и другой, — заверила она его с улыбкой. — Не знаю, заметила ли ты, — сказал Драко с невинным видом, который Гермиона мгновенно раскусила, — но на моей новой кухне есть огромный островок. — Я заметила, — сказала Гермиона, встретив его взгляд, — почему, по-твоему, мне так понравился тот дом?

______________________________________________

      Как Драко и предполагал, Гермиона проводила много времени в его новом доме в те выходные, помогая ему распаковать вещи и привести все в порядок. Скорпиус тоже приезжал в субботу, ему очень понравился новый дом отца, и он уже решил, где будет поле для квиддича.       Гермиона обнаружила, что ей почти не хочется возвращаться домой, в свою тесную квартирку, но это было нормально, потому что Драко, похоже, тоже хотел, чтобы она осталась. К тому времени, как Гермиона вернулась домой в воскресенье вечером, они уже дважды окрестили новый островок.       Пребывание в новом доме Драко на выходных также позволило Гермионе немного отвлечься от того, что ей предстояло в понедельник на работе, так как нервы начали сдавать со временем.       Одним из первых дел Гермионы была встреча с новым домовым эльфом Драко, Пэрис, поскольку он дал ей полное разрешение обращаться с эльфийкой на свое усмотрение, при условии, что она не спугнет ее полностью. Гермиона проигнорировала раздраженный взгляд Драко, когда он уходил, и оставил их наедине. — Для Пэрис большая честь служить Мастеру Драко из великих родов Малфоев и Блэков, мисс Гермиона. Пэрис не может поверить в свою удачу, — пискнула эльфийка, когда Гермиона спросила мнение Пэрис о ситуации. Она была довольно молода, с большим бантом в редких волосах и в чистой и аккуратно отглаженной наволочке. — Мне сказали, что вы договорились с Драко, что ты будешь получать зарплату за свою прекрасную работу здесь, — сказала Гермиона, одарив эльфийку самой теплой улыбкой. Она знала, несмотря на склонность Добби к этой идее, что большинство эльфов не очень-то жалуют предложения о свободе, и не хотела спугнуть ее так рано. — Если хозяин пожелает, — нервно сказала Пэрис, — Пэрис ни к чему сикли, галлеоны и кнаты, мисс Гермиона. — Совсем нет? — спросила Гермиона, — я уверена, что ты сможешь что-нибудь придумать?       Эльфийка задумалась, нервно поглядывая в сторону гостиной, где Драко и Скорпиус играли в игру. — Пэрис нравятся золотые снитчи, мисс Гермиона, — наконец сказала она, — Пэрис накопила бы денег, чтобы купить один. — Звучит идеально, — удовлетворенно сказала Гермиона.       От размышлений Грейнджер отвлек стук в окно. Удивившись, что почта пришла в столь поздний час, она впустила элегантную сову в квартиру.       Гермиона,       Я закончил вливание сурьмы. Пока что кажется, что она работает, как и ожидалось. Астория готова попробовать. Я, однако, все еще сомневаюсь, пока мы не увидим результаты на более длительный срок. Не стесняйся, заходи как-нибудь на этой неделе. Я также послал письмо Драко.       Тео       Гермиона испустила длинный вздох, чувствуя себя так, словно с ее груди внезапно свалился огромный груз. Если вливание сурьмы подействовало так, как они надеялись, значит, проблема постоянного взаимодействия между кровью и эликсиром была решена. Если что, можно было бы внести некоторые коррективы, чтобы улучшить зелье, но самой большой проблемой для продвижения вперед было устранение ядовитого качества сурьмы.       Она подозревала, что Тео просто излишне осторожен. Будучи первопроходцем, он, вероятно, сталкивался с побочными эффектами, проявившимися неожиданно. Некоторые зелья, сваренные неправильно, могли вызвать побочные реакции только через месяцы.       Взяв перо и лист пергамента, пока сова была еще тут, Гермиона быстро написала ответ, подтвердив, что они с Драко согласны приехать как можно скорее.       С этой позитивной мыслью в голове и с большими надеждами на лечение, которое ей предстояло начать вместе с Кеннетом, Гермиона погрузилась в сон.

______________________________________________

      В понедельник Драко пришел на раннюю тренировку по квиддичу, готовясь к вечерней игре. Хотя он был рад услышать от Тео, что зелье от проклятия Астории, похоже, каким-то образом, благослови Мерлина, работает, он весь день боролся с нервным чувством в животе из-за того, что Гермиона начала исследования в закрытом отделении.       Он жалел, что не остался с ней на ночь, чтобы хотя бы увидеть ее утром, но она хотела сделать кое-какие дела дома, а Драко все еще обустраивал свой новый дом.       Поэтому он изо всех сил надеялся, что она сможет позаботиться о себе сама, но воспоминания о том, как отделение повлияло на нее в прошлый раз, не давали Драко покоя. — Малфой, — позвал его Каррингтон, и Драко полетел вниз, чтобы встретить своего тренера. — Сэр, в чем дело? — спросил он. Драко с опаской перевел взгляд с Кэррингтона на главного менеджера Соколов, а также на одного из владельцев. — Ты должен пойти побеседовать, — хрипло сказал Каррингтон, сильно хлопнув его по спине. Лицо мужчины ничего не выражало, и Драко почувствовал, как нервный узел в его животе усиливается. Он подозревал, что встреча будет связана с приближающимся окончанием контракта. — Хорошо, — сказал Драко, тяжело сглотнув. Он шел вместе с двумя мужчинами, держа метлу крепче, чем собирался, пока следовал за ними в кабинет Каррингтона. — Насколько я понимаю, ты получил другие предложения, — без предисловий сказал главный управляющий. — Да, сэр, — жестко ответил Драко, — хотя я не заинтересован в переезде в Ирландию, чтобы играть за Коршунов. — А как насчет Холихеда? — спросил хозяин, — или Нетопыри Ньюкасла? — Нетопыри, — спросил Драко, уставившись в пустоту. — Да, Нетопыри, — сказал генеральный менеджер, передавая Драко предложение. Это действительно было контрактное предложение — играть в Нетопыри Ньюкасла за меньшую сумму, чем предлагали Коршуны, но большую, чем он сейчас зарабатывал в Соколах, — приходите сегодня. Северная Ирландия, как часть Соединенного Королевства, не подчиняется тем же законам международных путешествий, что Коршуны.       Драко на мгновение задумался над этой идеей. Хотя у него по-прежнему не было желания играть в Ирландии, в словах его менеджера был резон. В Северной Ирландии, как и в Уэльсе, действовали другие законы, и поэтому Драко не придется переезжать, чтобы играть за Нетопырей Ньюкасла. — Мне нужно будет подумать, — честно ответил Драко. — Пока ты размышляешь над этим, — сказал менеджер, — подумай еще и об этом.       И он тоже протянул Драко лист с предложением. Это было предложение остаться в Соколах. Драко обнаружил, что у него внезапно встал ком в горле. — Вот это, — сказал он вежливо, но мгновенно. — Ты даже не прочитал, — сказал менеджер, забавляясь. — Я и не обязан, — сказал Драко, но бросил беглый взгляд на предложение. Предложение было чуть меньше, чем из Нетопырей Ньюкасла, — я останусь в Соколах.       Генеральный директор и владелец обменялись коротким взглядом. — Ты понимаешь, что предложение меньше, — сказал мужчина, нахмурив брови, — мы будем очень признательны, если ты решишь остаться. — Разница не имеет значения, — коротко ответил Драко, с ужасом чувствуя, как в нем нарастают эмоции, — это поле было моим вторым домом в течение последних двух лет, и потребуется нечто большее, чтобы оттолкнуть меня. — Мы очень рады слышать это от тебя, — сказал генеральный менеджер. Драко пожал руки обоим мужчинам, после чего вернулся на поле и продолжил тренировку, чувствуя себя особенно легкомысленно, хотя его не покидали мысли о Гермионе. По крайней мере, у него будут хорошие новости, которые он сможет передать ей позже.

______________________________________________

      Когда Гермиона готовила пустую палату в отделении Януса Тики для лечения Кеннета, она старалась сосредоточиться на своем дыхании. Пока что пребывание в этом отделении не повлияло на нее так, как в первый раз, но ей еще предстояло встретиться с пациентами.       Целители в палате, которым было поручено помогать ей, вели себя более чем превосходно, любезно выполняя все ее просьбы и относясь к Кеннету и другим пациентам с величайшим уважением. Гермиона быстро догадалась, что для работы в закрытом отделении нужны особые люди, и ее восхищение целителями, целителем Скволлом и целителем Грантом, значительно возросло.       Гермиона возилась с галеоном в кармане своей мантии, пытаясь сосредоточиться и не отвлекаться. Точнее, с зачарованным галеоном, который она использовала для отправки сообщений на пятом курсе. Гермиона всегда хранила его как напоминание о том, какое влияние могут оказать несколько человек. — Привет, Гермиона, — поприветствовал ее Кеннет, когда целитель Грант проводил его в комнату. — Привет, Кеннет! — тепло сказала Гермиона, улыбнувшись молодому человеку. — Берни рассказывал мне о новом приключении, в которое мы сегодня отправимся, — сказал Кеннет с довольным видом. Целитель Грант напряженно кивнул. — Гермиона, ты можешь выйти в коридор на минутку? — спросил целитель Грант, соблюдая правило, согласно которому Кеннет предпочитал обращаться к целителям по их именам. — Конечно, — сказала Гермиона, бросив взгляд на окно и увидев родителей Кеннета. — Целитель Грейнджер, — поприветствовал отец Кеннета, в то время как его мать просто обняла Гермиону, — мы очень ценим то, что вы делаете для Кеннета. — Я не ожидаю немедленных результатов, — предупредила Гермиона, ошеломленная внезапным объятием, — но мы надеемся. — Это больше шансов, чем Кеннету было дано за последние годы, — сказала Карен Бейкер, эмоции ясно читались на ее лице, — один тот факт, что о нем не забыли, как и обо всех остальных несчастных пациентах, поднимает настроение и вселяет надежду. — Конечно, — сказала Гермиона, перевернув галеон в кармане. Компартментализация была ее целью на этот день.       После короткого разговора она вернулась в палату, обнаружив, что целители Грант и Скволл подготовили Кеннета в соответствии с ее требованиями.       Терапия, которую она собиралась начать с Кеннетом, представляла собой уникальное и новаторское сочетание маггловских и магических ресурсов — маггловское лечение нервов дополнялось рядом исцеляющих заклинаний, некоторые из которых были модифицированы, чтобы специально воздействовать на наиболее поврежденные участки. На время лечения Кеннет будет введен в подсознательное состояние.       Гермиона сможет следить за прогрессом Кеннета с помощью сканирования нервов и, конечно же, наблюдать за его поведением в дальнейшем, именно поэтому было так важно, чтобы его наблюдательные целители работали с ней, учитывая, что они общались с Кеннетом почти ежедневно. — Мы готовы? — спросила Гермиона, обменявшись взглядом с двумя целителями. — Да, — ответила целительница Скволл, ее глаза блестели, на лице появилась неуверенная улыбка. — Тогда давайте начнем.

______________________________________________

      Гермиона задержалась в своем кабинете, размышляя о том, как прошел день. Еще слишком рано говорить о том, насколько эффективным было первое лечение, но завтра она сделает новые снимки нервов, а второе лечение будет проведено в среду. Это было сделано для того, чтобы не подвергать разум Кеннета слишком сильной нагрузке, давая ему время на адаптацию.       В целом, лечение прошло так, как она и планировала, и пока этого будет достаточно.       Гермиона закончила свой отчет за день, убрала его в папку и стала играть с зачарованным галеоном.       Она подняла голову и вздрогнула, услышав тихий стук в дверь. Драко вошел в кабинет, бросив на нее любопытный взгляд. Ее глаза расширились, она и не заметила, как поздно. — Привет, — сказала она, подойдя к нему, — твой матч уже закончился? — Он не продлился и часа, — сказал Драко, — и я хотел узнать, как прошел твой день. — Настолько хорошо, насколько можно было ожидать, — сказала Гермиона, улыбаясь, — я буду знать больше завтра и по прошествии времени, как он реагирует на лечение. — Ты выглядишь гораздо менее тревожной, чем в прошлый раз, — прокомментировал Драко. Он поднес руку к ее щеке, запустив ее в волосы, — это хорошо. — Очень хорошо, — согласилась Гермиона, — хотя, если честно, я не так много времени провела вне лечебной палаты, а Кеннет был практически без сознания. — Один шаг за раз, — сказал он, улыбаясь, — ты ела? — Еще нет, — сказала Гермиона, складывая свои папки в аккуратную стопку, — не хочешь пойти со мной в кафетерий?       Драко кивнул, взял ее за руку и повел из кабинета, делая паузу, пока Гермиона накладывала свои обычные чары. Когда они оба сели есть, Малфой достал из кармана лист пергамента. — Кое-какие новости на сегодня, — сказал он, протягивая ей предложение контракта от Соколов.       Гермиона пролистала страницу, расширив глаза, пока не посмотрела на Драко, а затем широко раскрыла глаза и воскликнула. — Драко! — воскликнула она, — это фантастические новости. Ты согласился? — Я даже не колебался, — признался он, — это предложение было выше, чем я даже предполагал, что они смогут сделать. Очевидно, было также новое предложение от Балликасла на большую сумму — но я считаю, что деньги не являются важным стимулом в наши дни.       Он посмотрел на нее таким многозначительным взглядом, что у Гермионы свело живот, и она не знала, как к этому отнестись. — Это потрясающе, — сказала она, — я так горжусь тобой. Это должно быть огромное облегчение. — Это так, — согласился он, — очень даже. Я слышал, есть и другие хорошие новости на счет Астории. — Да, — сказала Гермиона, кивая между кусочками своего сэндвича, — у меня сложилось впечатление, что Тео хочет, чтобы мы пришли поддержать их и посмотреть на исход. Может, пойдем завтра? — Завтра хорошо, у меня ранняя тренировка, так что мы можем пойти, как только ты закончишь работу, — сказал Драко, — я напишу Тео сегодня вечером. — Нам есть что праздновать, — мягко сказала Гермиона, взяв его за руку через стол. Драко на мгновение уставился на нее, его серые глаза встретились с ее. Он повернул свою руку, переплетая их пальцы, сжимая ее. — Конечно, — он продолжал смотреть на нее еще долгое мгновение, — ты уверена, что с тобой все в порядке? Сегодняшний день не повлиял на тебя больше, чем ты думаешь? — Сегодняшний день был в основном позитивным и ободряющим, — честно ответила Гермиона, — целители, с которыми я работаю в отделении, замечательные и очень хорошо относятся к своей работе и своим пациентам. Первый сеанс терапии прошел гладко, но, как я уже сказала, мы не узнаем, есть ли у нас какие-то успехи, по крайней мере, после пары сеансов. — Верно, — сказал Драко, — будешь держать меня в курсе? На сколько это возможно, во всяком случае. Я не так много знаю о целительстве, но я поддерживаю тебя и знаю, что ты изменишь мир для этих пациентов. Я просто не хочу, чтобы ты страдала в результате. — Спасибо, — прошептала она, чувствуя наплыв эмоций, которые пыталась подавить в себе ранее в палате. Гермиона посмотрела на него, искренне улыбнувшись, — люблю тебя. — Люблю тебя сильнее, — сказал он непринужденно, — пойдем ко мне сегодня вечером? — Конечно, — сказала она, встретив его взгляд.

______________________________________________

      Как и ожидала Гермиона, было слишком рано, чтобы сканирование нервов показало какие-либо значительные результаты. Но она все равно положила снимок в сумку, отметив на нем дату, и положила его вместе с первичным снимком. Если лечение подействует, Гермионе будет крайне важно вести надлежащие записи о том, как все прошло и сколько времени потребуется для получения результатов.       Гермиона собиралась попросить целителя Скотта предоставить ей снимки нервной системы других пациентов для сравнения. Она подозревала, что обнаружит много схожих схем, и если это так, то надеялась, что исследования и терапия окажутся полезными и для других пациентов отделения.       То, что Гермиона в этот день работала не в закрытом отделении, оказалось полезным, так как лечебные этажи были особенно загружены, и она рано оторвалась от своих исследований.       Хотя пациенты, с которыми Грейнджер работала в качестве старшего целителя, часто были более серьезными, Гермиона всегда находила методичное спокойствие в целительстве. Особенно в свете того, что ее исследования были такими сложными, а результаты неизвестными, было приятно знать зелья и заклинания, которые принесут благополучие ее пациентам сразу.       Не успела она оглянуться, как день пролетел как в тумане, и впервые за долгое время Гермиона просто побыла целителем, и это показалось ей освежающим.       Она аппарировала домой, чтобы переодеться, и вскоре после этого пришел Драко. Гермиона подозревала, что они ничего не смогут сделать с зельем, учитывая, что Тео не решался приступить к работе, пока не понаблюдает за ним некоторое время. Хотя ее подозрения подтвердились, они с Драко все равно решили навестить их.       И хотя Грейнджер знала, что первая процедура прошла достаточно хорошо, в ее сознание все еще закрадывались сомнения, которые проявились в виде физического дискомфорта той ночью, когда она знала, что следующий сеанс будет на следующий день.       И когда Гермиона проснулась посреди ночи, сердце колотилось, тело покрылось холодным потом, а старый кошмар, она всегда считала его самым страшным, был свеж в памяти, Гермиона с горечью поняла, что не удивлена.       Она подозревала, что это лишь вопрос времени, когда кошмары о Беллатрисе и том дне в Малфой Мэноре вернутся с новой силой.       Грейнджер лежала без сна, с широко раскрытыми глазами, пока сердце не успокоилось, что это был всего лишь сон. Гермиона прижалась к плечу Драко, когда он зашевелился во сне, вдыхая его запах, пока не погрузилась в беспокойный, некрепкий сон.