Предчувствие (оридж I feel you)

      Следующие два дня проходят, как по маслу: днём она упражняется и ищет наиболее подходящие места для переезда, а вечера проводит в тёплой компании Алекса, который возвращается с работы немного раньше, чем прежде. Севастьян не звонит, но это не напрягает, потому что украсть у Марго какую-либо вещь вряд ли возможно так быстро, пусть даже на мгновение.       Ночью накануне третьего дня с момента случая в парке Мие не спится, что удивительно — Алексу тоже. Они лежат рядом за просмотром первого попавшегося фильма, комментируя творящееся на экране с долей юмора и сарказма, и никто не подозревает, что в этот момент совершается необратимое.       Мия не помнит, как заснула, но пробуждение ей кажется самым восхитительным из всех возможных. Алекс будит её нежным поцелуем в висок, заставляя приоткрыть глаза, и сразу подаёт телефон:       — Тебе смс от Севастьяна.       Мия кивает и берёт телефон, чтобы увидеть просьбу о встрече. Значит ключ у него, отлично. Она поднимается с постели, попутно отмечая, что так и проспала всю ночь в домашней одежде, потягивается и идёт в ванную. Хоть уже и прошло немало времени, но она никак не может привыкнуть к новому отражению в зеркале, оно всё ещё кажется чужим. Мия проводит рукой по отросшим волосам и недовольно морщится. Надо бы остричь их. Алекс полностью собран и кричит ей из гостиной, что уходит. Мия несколько запоздало отзывается и слышит уже только звук захлопывающейся двери. Как бы там ни было, ей всё равно пора.       Они встречаются в том же парке, что предсказуемо. Севас сидит на лавочке и выглядит непривычно поникшим. Стоит Мие подойти, он сразу же протягивает руку, держа на ладони ключ.       — Очень хорошо. — Мия улыбается. — Ты молодец. — Она забирает ключ и только потом замечает состояние друга. — Что-то случилось?       — Я… Я не знаю. — Севас медлит, словно не желая говорить.       «Хочешь ты или нет, но скажешь», — думает Мия и присаживается рядом. Субъект легко внушаем сейчас, можно запросто выяснить, надо лишь спросить.       — Всё в порядке, ты можешь рассказать мне. Доверься. Что произошло?       — М… — Он заикается. — М-мама, она заперла Риту.       — То есть?       — Вчера ночью Рита собиралась уехать втайне, а мама её заперла.       Дура! Мия ощущает, как начинает закипать. Сказала же Рите подождать, но нет, надо было всё испортить и попытаться бежать без её ведома! Просто идиотка, не иначе. Она скрипит зубами и выдаёт через силу:       — И где она сейчас?       — В особняке под охраной.       — Послушай меня, Севас. Ты должен сделать кое-что ещё…       Не проходит и получаса, как они оказываются в доме Марго. Мие не очень нравится использовать друга таким образом, но выбирать не приходится. Тот, следуя инструкции, должен отвлечь охрану, а она проберётся в комнату, где держат девушку. К счастью, всё проходит без сучка и задоринки. Буквально через несколько минут с момента прихода, Мие удаётся прошмыгнуть в нужное помещение, пока приставленные к двери люди заняты разбором полётов, устроенных Севастьяном. Она вваливается в спальню и останавливается посреди комнаты. Рита лежит на постели, но напоминает скорее труп или манекен. Если бы не дыхание и открытые глаза, Мия бы в жизни не подумала, что перед ней живой человек.       Мия приближается, опускается на одно колено на кровать и отмечает поникшие конечности, расфокусированный взгляд, приоткрытые губы с подсохшей коркой и тонкую нить слюны, спускающейся от уголков на скулы и подбородок.       — Чем же они тебя накачали… Рита, ты меня слышишь?       Ресницы вздрагивают и слегка прикрываются — значит понимает. Мия рискует продолжить.       — Тебе не следовало этого делать, я ведь просила. — Рита снова через силу моргает. — Ладно, чёрт с этим. Я вытащу тебя отсюда, слышишь?       Мия замечает, как увлажняются глаза Риты, и сжимает руки в кулаки. «Обещаю» — шепчет она напоследок и выскальзывает из комнаты, отправляясь на шум. На кухне царит настоящий погром, а в центре хаоса — Севас, неестественно взбешённый, истеричный, вокруг него толпа охранников, пытающихся успокоить разбушевавшегося наследника без нанесения вреда. Мия подходит к нему сбоку, осторожно хлопает по плечу, по тому самому месту, и он резко успокаивается, оглядывается шокировано и замирает.       — Всё нормально, просто стресс. — Машет рукой охране Мия. — Ты в порядке? — Это уже к другу.       — Да. — Звучит неуверенно. — Наверное, да.       — Хорошо, я пойду.       — А как я… Как я тут оказался?       — Слишком много кофеина, — комментирует Мия, хоть и понимает абсурдность заявления. — Я схожу в зал, потренируюсь.       У неё нет времени придумывать что-то более похожее на правду. Из-за выходки Риты сроки уменьшаются вдвое. Абсолютно убеждённая, что никто за ней не последует, она сжимает ключ через карман и направляется к кабинету хозяйки особняка. Надо всё сделать по-быстрому, чтобы не привлечь постороннего внимания. Дверь подаётся с первой попытки, и она оказывается в знакомой каморке. Найдя свиток, Мия распрямляет его, на всякий случай делает фото всей информации и тянется за своими расшифровками: листы идут совсем не в том порядке, в котором она их оставляла. Значит ли это, что Марго просматривала их, чтобы узнать, что ей известно? Вполне вероятно. Отфотографировав документы, Мия прячет телефон в джинсы, кладёт всё строго по тем же местам, где нашла, и спешит убраться из ненавистного дома.       Часть задумки выполнена, дальше будет знакомство с Рустамом, которое должно произойти уже завтра. Только бы успеть до того, как Марго решится на совершение перехода. Остаток дня она проводит, как на иголках. Чтобы чем-то отвлечься, начинает перечитывать последнюю часть вавилонских записей, сверяя уже с несколько другими значениями. Действительно, получается, что жертва обязательно должна быть живой и не моложе двадцати трёх лет, но вот только есть один нюанс: если колдун достаточно силён, — «Как Марго» — думает Мия, — то нет необходимости соблюдения возрастных ограничений. Значит, она может это сделать в любой момент, несмотря на то, что Рита младше. Это объясняет и то, как получилось перенести её в другое тело.       Но есть кое-что ещё, то, что она элементарно не успела прочесть, будто женщина каким-то образом знала, когда необходимо прервать процесс перевода и не дать Мие узнать всю информацию. И это не просто важно, это имеет огромное значение. Вместе с переселением в новое тело, хоть предыдущую связь соулмейтов вполне возможно разорвать, остаются шансы восстановить её. Только вот каким способом — не указано. Тут и закрадываются первые подозрения о том, что эта запись — далеко не единственная. Свиток сам по себе какой-то оборванный сверху, значит есть и продолжение. На маленьком свисающем кусочке выгравированы лишь два символа. Мия долго роется в пометках перевода, пока наконец не находит. «Снять проклятие».       Надежда. Именно так Мия может охарактеризовать то, что почувствовала в этот момент. Это не конец, можно избавиться от ада и вечной жизни. Вот, что искал Борис! Ему нужен был не просто способ… Для этого надо найти оставшуюся часть записи, и тогда всё будет завершено: проклятие спадёт, души будут спасены, а сама Мия в кои-то веки станет по-настоящему свободной. Ведь несмотря на то, что ей удалось сбежать от разъедающей душу и разрывающей сердце связи, она не может избавиться от ощущения, что просто сменила одну клетку на другую. И при всём этом умирать совсем не хочется. Она слишком многое вытерпела и заслужила нормальную жизнь.       На следующий день Мия сбегает от своих смотрителей. Будто бы впервые, пха! Эти недоумки даже и не представляют насколько у неё большой опыт в подобных вещах, ведь прятаться от толпы обезумевших поклонников гораздо сложнее, что ей парочка телохранителей. В назначенное время Мия заходит в то самое кафе, где когда-то видела Риту с предназначенным, и узнаёт его сразу же. Молодой мужчина сидит за тем же столиком, что и в прошлый раз. Она подходит, присаживается напротив, вызывая испытывающее любопытство у полицейского, и кивает официантке, заказывая чай. Как и предполагалось, вопросов ей пока не задают, ждут.       — Мия Абилева, — представляется она. — А вы — соулмейт Маргариты. — Решает, что полное имя поможет расположить к себе.       — У неё проблемы? — Догадывается Рустам.       — Да, и очень серьёзные. Спасибо. — Последнее относится к официантке.       — Почему она не смогла прийти?       Мия выдерживает паузу, отпивает горячий напиток, попутно размышляя о том, как лучше разъяснить ситуацию, пока Курманов сверлит её нечитаемым взглядом.       — Марго заперла её в доме и накачала какими-то транквилизаторами. Она даже говорить не в состоянии.       Ответная реакция фактически нулевая: он и бровью не поводит, продолжая пристально за ней наблюдать.       — Её хотят убить, — уточняет Мия.       — Я думал, что у неё просто паранойя разыгралась. — Мужчина напрягается. — Всё так серьёзно?       — Очень. Нужно срочно выезжать из страны, желательно, в другую часть мира.       — И ты хочешь помочь?       — Возможно. — Вот он, её шанс. — Но мне кое-что нужно взамен.       — И что же?       — Документы. Для Риты, меня и ещё одного человека. Плюс, билеты на самолёт для каждого.       Рустам проводит ладонями по столу, сметая несуществующие крошки, и потом наклоняется немного вперёд навстречу собеседнице.       — Я думаю, ты блефуешь. — Он усмехается.       — Если бы это было так, то я не стала бы просить за троих.       Мужчина несколько минут молчит, глядя в окно, а затем вновь поворачивается к ней лицом.       — Это как-то связано с убийством гера Фюрстенберга?       — Убийством? — Мия едва ли не давится чаем.       — Криминалисты выяснили, что причиной смерти послужило пулевое отверстие в области груди, а не взрыв.       — Даже так. — Ей трудно сдержать эмоции. — Да… Он приехал, чтобы забрать Риту отсюда, видимо поэтому его и убрали. — Кивок в подтверждение.       — А как в этом замешана ты? — Хитрый, зараза.       — Скажем так, мне тоже грозит опасность.       — Тебе и тому третьему человеку? — Рустам не дожидается ответа и хмыкает. — Это Александр Ким?       Мия не спешит убеждать мужчину в правоте, тот и сам прекрасно догадывается по наводящим вопросам, но в этот момент ей на ум приходит одна идея, которую она и озвучивает.       — А есть ли возможность обвинить Марго в убийстве?       — Значит всё-таки она, — задумчиво отвечает Рустам. — Нет. Я пытался найти зацепки, но никак. К ней не подобраться.       — Чёрт. — Мия по привычке шипит и хмурится. — А в покушении хотя бы? — Снова отрицание. — Чёрт.       Перспективы далеко не радужные. Придётся пытаться использовать первоначальную задумку, раз по-другому невозможно.       — Значит только побег. — Она вздыхает. — Ты можешь помочь?       Рустам неторопливо утвердительно машет головой, но видно, что всё ещё сомневается в реальности угрозы. Мия уже думает, что стоит попытаться загипнотизировать и его, когда он, видимо, сопоставив факты, интересуется:       — Зачем тебе это?       — Пытаюсь спасти собственную шкуру, вот зачем, — огрызается Мия.       — Но не только ведь свою.       — Не только. — Ей приходится уступить. — Я просто обещала Борису, что помогу его внучке.       — Так я и думал, что фамилии одинаковые не просто так, хотя записей, подтверждающих их родство нет.       — А разве у Марго не указан отец?       — Все файлы на её имя недоступны.       Мия присвистывает, обалдевая от объёма сферы влияния этой женщины, но ловит укоризненные взгляды посетителей и прикусывает язык.       — Это займёт некоторое время. — У Рустама не лицо, а маска. Даже Алекс не такой отмороженный, да и Демежану далеко.       — Что именно?       — Поддельные документы, что же ещё.       — Сколько ждать?       — Я позвоню.       Курманов вбивает свой номер в её телефон и удаляется абсолютно деревянной походкой. И как только Рита полюбила вот это? Мия провожает его глазами и только после этого судорожно выдыхает. Что ж ей по жизни такие сложные люди попадаются-то? Хотя довольно полезные. Снаружи начинает моросить и выходить совершенно не хочется, но тут ей делать больше нечего. Допив чай, она выбирается на улицу, запахнув куртку, и медленно направляется в сторону остановки. Минус побега от охраны в том, что и машины рядом нет, поэтому придётся добираться по старинке. Мия и половины пути не успевает пройти, когда натыкается на только что вышедшую из ближайшего бутика Марго, и сразу же замирает, словно кролик перед удавом.       — О, милочка. — Марго подходит ближе. — Не ожидала тебя увидеть. А где… — Она окидывает взглядом улицу и кривит губы. — Хотя, бог с ними. Что ты тут делаешь?       Тонкая ладонь опускается на плечо, сжимая совершенно стальной хваткой. Сколько же в ней силы? Мия врёт про прогулку, но понимает, что этого недостаточно, и добавляет про поиски подарка Алексу на их якобы годовщину. В светлых глазах проскальзывает недоверие, но женщина никак его не высказывает, вместо этого предлагая:       — Можете заскочить к нам на ужин.       — Не думаю, что это хорошая идея. — Она старается не пересекаться взглядами. — Лучше дома отпразднуем вдвоём.       — Всё хорошо, милочка, я понимаю, всё в порядке. — Пальцы ловко оглаживают её по лопатке, и Мия начинает догадываться к чему это. — Вы тоже заслужили покой и отдых в тишине. В полном умиротворении…       Голос Марго становится бархатистым, разносится в голове подобно тонкому флёру, паутиной опутывая, окутывая каждый участок тела и разума. Мия уже знает этот метод. Надо играть по правилам и никак не раскрыть себя. Она вспоминает слова Бориса о том, как можно сымитировать симптомы гипнотического транса, основным из которых является расширение зрачков, что также может быть признаком выброса в кровь адреналина, причиной чему является сильное чувство страха, испуг или какое-то шокирующее событие. Мия тут же в голове прокручивает всё самое худшее из своей жизни и только после этого поднимает голову, встречаясь взглядом с Марго. Та удовлетворительно хмыкает.       — Я хочу, чтобы ты оставалась в городе, Мия. — Затем она добавляет более жёстко: — Ты никуда отсюда не уедешь. Ни ты, ни Алекс. Вы останетесь тут.       — Я никуда не уеду, — повторяет завороженно тон в тон Мия.       — Хорошо, всё нормально. — Марго завершает процесс лёгким прикосновением. — Что ж, значит в другой раз.       — Да, как-нибудь потом мы обязательно зайдём.       Она не предлагает подвезти, как сделала бы в любой другой день, садится в авто и уезжает, а Мия мысленно благодарит провидение за то, что вовремя свело её с Фюрстенбергом, научившим основам гипноза и методам сопротивления. Мия думает, что может пойти не так, планирует способ вызволить Риту из особняка и приходит к выводу, что, видимо, придётся снова использовать Севастьяна в качестве наживки и отвлечения. Делать этого не хочется, и так тому досталось, но других вариантов она просто не видит. Ситуация в целом паршивая, ничего не скажешь.       Два дня она проводит в состоянии полнейшей нервозности, даже Алексу достаётся на орехи за любую провинность. Только вот Алекс — сама невозмутимость, никак не комментирует её поступки и вновь возникшую взбалмошность, закрывает глаза на каждый эмоциональный взрыв и незаметно старается унять творящееся безумие редкими касаниями. А Мия не понимает, как тот может сохранять спокойствие, находясь в полнейшей заднице.       Когда раздаётся звонок с незнакомого номера, она подрывается, как ненормальная, запирается в ванной и слушает инструкции. Всё, что от неё требуется, так вытащить Риту и приехать в указанное время по выданному адресу, откуда их уже заберёт Рустам и вывезет из страны. Мия тотчас делится всем с Алексом.       — Значит завтра. — Соулмейт даже не отвлекается от своих отчётов, которые снова взял на дом.       — Завтра. — Мия подходит к нему совсем вплотную и обвивает обеими руками за плечи, носом утыкаясь в шею.       — Хорошо. Тебе нужна помощь?       — Нет, у меня есть задумка, так что делай как мы договорились.       Лекс наконец отрывается от бумаг, запрокидывает голову назад и немного её поворачивает, чтобы можно было посмотреть на свою предназначенную. Мия чувствует каждое его движение, выдыхает прерывисто и отстраняется ровно настолько, чтобы можно было уловить чужой взгляд, не выпуская при этом из объятий.       — Я рада, что ты согласился уехать со мной, — почти неразличимо шепчет она.       — Я не мог иначе.       Почему-то в этой фразе Мия различает совершенно другую. «У меня нет выбора». Она прижимается губами к его коже, кратко целуя у кадыка, и стискивает руками сильнее. Появляется какое-то нехорошее предчувствие, такое же, как в день смерти Бориса. Но в этот раз всё должно получится, как надо. Никто не сможет им помешать. И хоть ночью ей до дрожи хочется приласкаться к Алексу, попытаться соблазнить его вновь, она не решается. Просто потому что это будет выглядеть, как «последняя ночь на земле», вот уж чему точно не бывать.       С утра пораньше Мия уже стоит у особняка, высматривая привычную толпу охраны по периметру, но тех меньше, чем обычно, даже Демежана нет, вместо него один из телохранителей приветствует и проводит её в дом.       — А Демежан где? — Она должна спросить.       — Уехал с госпожой Марго. У них сегодня важное дело.       — Поэтому вас так мало…       Мужчина воздерживается от ответа, доводит Мию до танцевального зала и желает приятного дня, тут же скрываясь с поля зрения. Она выжидает некоторое время и отправляется по этажам, отмечая полное отсутствие секьюрити. Отлично! В таком случае Севас не понадобится. Сегодня определённо их день, но радоваться пока рано. Она приближается к комнате Риты и проскальзывает внутрь.       — В порядке? — Спрашивает Мия, а откликом служит хрип. — Что?       — В… кх. В порядке. — Рита немного приподнимается на локтях.       — Смотрю, тебе лучше. Давай, надо уходить.       Мия помогает ей встать, придерживая за талию. На вопрос об охранниках, отвечает сумбурно, мол не сейчас. Они медленно, не без труда выбираются в коридор, спускаются осторожно по лестнице и идут в сторону двери в задней части дома, выходящей на проложенную вокруг особняка тропу. Мия знает: если свернуть направо и пройти несколько метров через засаженный деревьями и кустами участок, можно оказаться у скрытой в зарослях калитки, ведущей на закрытую полосу дороги. Этим путём никто в семье не пользуется за ненадобностью и из-за отсутствия возможности каким-либо образом подъехать туда на машине. Она едва ли не тащит на себе, с трудом волочащую ноги Риту, но не смеет останавливаться.       Выбравшись на дорогу, они переводят дух, меняют позу и как можно быстрее направляются к противоположной центральному въезду развилке. Именно там, согласно плану, их должен ждать Алекс. Мия примерно подсчитывает сколько времени на всё ушло, потому что если они доберутся слишком рано, надо будет засесть где-то и спрятаться, пока Лекс не подъедет, но телефон пока проверять не рискует. Уже на месте она прислоняет Риту к ближайшему дереву и лезет в карман за смартфоном. Действительно, слишком рано: Алекс прибудет не раньше, чем через двадцать минут. Мия оборачивается.       — Придётся подождать. Где здесь лучше спрятаться?       Рита вертит головой, шумно при этом дыша открытым ртом, и кивком указывает на самый удобный, по её мнению, участок для укрытия. Делать нечего, надо действовать. Мия едва успевает подхватить свою ношу под руки, когда раздаётся шум колёс. Из-за угла выруливает издалека подозрительно похожая на джип Алекса машина. Неужели решил приехать заранее? Но что-то внутри ворочается, шипит, кусает… Мия не успевает среагировать, всё происходит слишком быстро. Из машины вываливаются трое здоровых мужчин: один сразу скручивает безвольную Фюрстенберг, двое других пытаются схватить Мию. Она отбивается: врезает одному из похитителей между ног, кусает второго, старается улизнуть из цепкого захвата на руке, извивается и громко матерится в процессе. Мия даже не замечает, как в этой возне теряет кроссовок, и отчаянно продолжает вырываться, пока им всё же не удаётся впихнуть её в машину. Последнее, что она видит — кусочек голубого неба, выглядывающий из-за двери. И темнота.       Холод отрезвляет, заставляя её прийти в чувства. Мия разлепляет веки и морщится. Перед глазами плывёт дощатый потолок и, судя по всему, она лежит на полу, тоже из дерева. Тело сильно ломит, но Мия — хоть и с трудом — переворачивается на бок, подтягивается на руках и садится. Первым делом она сразу же замечает женскую фигуру в дальнем углу помещения.       — Рита? — Зовёт тихонько. — Рита! — Добавляет уже громче, и девушка вздрагивает. — Где мы, чёрт побери?       — Это охотничий домик, — отзывается Рита и подползает ближе. Видно, что двигаться ей ещё трудно.       — Далеко от города? — Мия хмурится, осматриваясь.       — Мы даже не на континенте, — выдыхает Рита.       — Знать не хочу, — обрывает её Мия. — Как отсюда выбраться?       — Никак. — Та поджимает ноги к груди и кладёт голову на колени.       — Ой блин, вот только не надо тут сопли разводить, — откровенно злится Мия и поднимается на ноги. Ничего, и не из такого выбирались. А потом, подумав, добавляет: — Местность знаешь?       — Да. — Лёгкий, почти неразличимый кивок. — Мы приезжали сюда в детстве.       — Отлично. Что насчёт охраны?       — Один у двери, остальные в задней комнате, меняются каждые полчаса.       Рита замолкает, а Мия едва сдерживает дрожь во всём теле. Это не простая такая ситуация, это самый настоящий капец. Не на континенте они, мать вашу. Видимо здорово её вырубили, раз она даже перелёта не ощутила. Однако, если судить по тому, что Риту больше ничем не накачали и никого из них не связали, похитители считают, что они не опасны. Ну-ну.       — Ты их видела? Кто это?       — Что тут видеть? — Теперь уже черёд Риты злиться. — Свои все.       Точно, дом-то принадлежит Марго. Мия подходит к окну и различает с наружной стороны решётки, снова. Значит через него вылезти не получится. На улице ночь и приходится немного напрячь зрение, чтобы разглядеть силуэты: деревья, значит лес, что опять не удивительно. Раз Рита знает, что тут да как, у них вполне есть шанс выбраться, а выбираться надо.       — Дверь?       — Не заперта.       «Они — идиоты», — констатирует мысленно Мия. Хотя что ещё можно подумать на месте этих людей при виде одной щуплой и другой полудохлой девиц? Эта человеческая безалаберность очень им на руку, ведь никто не ожидает подставы. Самое время использовать свои способности, но для начала необходимо успокоиться.       Мия опускается обратно на пол, принимает умиротворяющую позу и начинает медленно и глубоко дышать. Хорошо хоть Рита не мешает. На самом деле Мия и сама поражена насколько чисто и ясно ей думается в подобной ситуации: никакой паники, ни намёка на истерику, покой и рассудительность. Но это умиротворение разбивается об одну единственную мысль: «Что там с Лексом?». Если поймали их, поймали и его, чёрт. Всё самообладание летит в тартарары.       — Нужно что-то тяжёлое. — В ответ молчание. — Рита! Ищи что-то тяжёлое, — уже едва слышно добавляет Мия.       Вместе они начинают рыскать по помещению. Она не знает где искать, но вот Рита должна, ведь фактически — это её дом. И действительно, девушка подходит к ничем не примечательной стене и отодвигает часть, похожую на створку, доставая оттуда деревянную колотушку. Мия вопросительно изгибает бровь, но решает потом узнать откуда тут снасти для ловли рыбы.       — Пойдёт. Когда они в последний раз менялись?       — Минут пятнадцать назад, — вспоминает Рита.       — Значит у нас будет фора. В какой стороне другой выход? — Та машет рукой. — Хорошо. — Мия становится чуть поодаль от двери и подаёт сигнал. — Зови.       Это очень рискованная затея, но иной у них нет. Поэтому, когда на оклик девушки в комнату заходит охранник, Мия что есть силы бьёт его по затылку колотушкой, и тот падает ничком. «Пятнадцать минут, пятнадцать минут», — как заведённая повторяет Мия в уме, склоняется над распростёртым телом, срывает кобуру, зажимая её в одной руке, а второй хватает младшую Фюрстенберг за локоть. Пора. Они на цыпочках выбираются в коридор: с одной стороны — отсвет из приоткрытой двери в самом конце, в противоположной — темнота.       — Туда. — Губами показывает Рита.       К счастью, вся охрана пребывает в доме и снаружи никого. Оно и понятно, ведь кругом сплошной лес и темень, хотя луна светит довольно ярко. Сцепившись ладонями, чтобы не потеряться они начинают бег. Получается не очень, учитывая, что Рита всё ещё не в состоянии передвигаться достаточно быстро, постоянно путается и пару раз падает, но Мия хватает её заново за руки, вздёргивает вверх и заставляет идти.       По ощущениям проходит не больше пяти минут, обе задыхаются, когда слышат позади громкие мужские голоса. Пропажа обнаружена, куда идти — непонятно. Мия судорожно пытается придумать выход из ситуации: стрелять она не умеет, драться тоже, их поймают, если только не… Как назло, Рита оседает на холодную землю и всхлипывает. Да что за хрень! Если она не возьмёт себя в руки и не соберётся, их точно найдут, а времени всё меньше. Значит надо действовать альтернативно. Уже в который раз за этот вечер Мия хватает девушку за плечи, рывком поднимая на ноги, крепко сжимает пальцами и пристально заглядывает в глаза.       — Послушай меня, всё хорошо, мы будем в порядке, со мной ты в безопасности. — Гипнотизировать кого-то в таких условиях нереально, но Мия не сдаётся. — Доверься мне, я выведу тебя отсюда. Послушай, как шуршит ветер, деревья успокаивают, всё нормально. Единение с природой и покой, а теперь дыши со мной. Вдох-выдох…       Рита, не отрываясь, глядит в ответ, приоткрывает губы и вторит её дыханию. Плечи прекращают трястись и грудь вздымается вполне ровно.       — Вдох-выдох, вот так… Всё хорошо, ты молодец. — Мия сглатывает. — Скажи, как нам отсюда выбраться?       — Я не знаю. — Рита выглядит растерянной, и Мия взрывается, крепче сдавливает тонкое тело, встряхивает её и едва ли не рычит.       — У тебя сволочизм в крови, Рита, думай!       — Там. — она скидывает чужие ладони с плеч, обнимает себя руками и ёжится от прохлады. — Там два выхода из леса: ближайший к северу от дома, в паре километров есть небольшой городок, мы в основном туда ездили за необходимым.       Мия уже прикидывает, что хуже: подохнуть в этом жутком лесу или попасться на попытке прошмыгнуть мимо похитителей в сторону города. Внезапно Рита продолжает:       — Но если мы пойдём на юг, то выйдем к реке. По ту сторону будет другой город, гораздо дальше, добраться сложно, однако…       — Значит идём туда.       Она выбирает второй вариант. Лучше умереть так, чем снова угодить в капкан Марго. Чем дальше они уходят в лес, тем сложнее бежать, но голоса остаются позади. Кусты цепляются за одежду, разрывая ткань, ноги саднят, и она только сейчас понимает, что всё это время провела босиком. Наверняка вся в занозах, но, когда на кону выживание, не обращаешь внимание на подобные мелочи. У реки оказываются нескоро, но Рита утверждает, что та довольно глубокая и вплавь перейти не получится, зато неподалёку есть паром: баржа с лодками. Выбор снова очевиден. Несмотря на усталость и загнанное состояние, обе продолжают бежать вдоль по реке, пока не натыкаются на упомянутую переправу со сторожкой на невысоком холме.       — Она не очень популярна. — Рита заходится кашлем. — Здесь только один смотритель, можно будет украсть лодку.       Мия не особо в это верит, но кивает. На всякий случай надо проверить где именно находится сторож. Оставив Риту в стороне, она поднимается к небольшому помещению с задней стороны и осторожно заглядывает через окно внутрь. Мужчин в помещении трое: один спит, двое о чём-то беседуют. Совсем не весело, но попробовать можно. Что-то подсказывает ей, что пытаться поговорить с ними и объяснить ситуацию не менее опасно, чем общаться с теми, от кого они бежали. Мия спускается вниз и видит Риту, машущую ей от берега.       — Ты чего?       — Тут все лодки моторные, есть только одна старого типа, её и возьмём.       Не лучший расклад, но самый оптимальный: меньше шума. Спустившись ближе к реке, Мия замечает одну единственную лодку у баржи. Видимо, она настолько старая, что её даже и не подумали спрятать с остальными. Сцепив зубы, Мия входит в воду, хотя тело протестует. Ей холодно до безумия, но так надо. Рита идёт следом и тоже терпит. Словами не передать, как Мия в этот момент счастлива от осознания того простого факта, что гипноз действует. Рита отвязывает лодку, пока Мия сталкивает её в воды. Только кое-что никак не даёт ей покоя. Вдруг, одному из сторожевых придёт в голову выглянуть в окно? Тогда он увидит, как двое в их лодке переправляются на другую сторону, а этого допустить нельзя.       — Пойдём так, — хрипит её голос.       — Что? — Недоумевает Рита.       — Так пойдём, говорю. Держись за неё и плыви. Тут течение вообще никакое, доберёмся.       Мие показалось или на чужом лице проскользнуло недовольство? Не различить, но плевать, главное — выбраться. От прохладной воды сводит конечности, но вполне терпимо, лишь бы судорога не схватила — это как раз волнует больше всего. Теперь, даже если кто и выглянет, то решит, что лодка просто сама отвязалась. По крайней мере, Мия надеется на это. Уже ближе к берегу, приходит понимание, что что-то с ней не так. «Травма колена», — мгновенно вспоминает Мия, ощущая разрастающуюся боль в ноге, и тихо сквозь зубы матерится, на одной лишь силе воли умудряясь доплыть. Они валятся на землю и пытаются отдышаться. Интересно, сколько до рассвета? Надо бы успеть. Рита кажется совершенно измученной, да и Мия смотрится не лучше, но останавливаться нельзя. Последний рывок.       Этот их рывок скорее похож на предсмертный, и, когда вдалеке вырисовываются очертания первых домов, Мия ускоряется, волоча за собой совсем уж никакую Риту. Городок явно небольшой, особо не скроешься, потому принято решение остановиться в ближайшем мотеле, чтобы перевести дух и найти способ выехать за пределы данной местности. Рита молчаливо поддерживает её мнение, наскребает в карманах купюры, — что поражает Мию — евро, и теперь уже сама тянет её к первому попавшемуся отелю.