Глава 20. Красный зонтик
20 сентября 2022 г., 09:20
Мия просыпается первой, скользит взглядом по спящему возлюбленному, едва прикрытому захваченным прошлым вечером для обряда покрывалом, а затем поднимается в сидячее положение и оборачивается к зеркалу. Сердце уходит в пятки и вновь рвётся вверх, взрываясь, заходясь безумным стуком. Прямо напротив неё в зеркале на груди ниже ключиц красуется чёрная надпись необычным рваным и каким-то грязным шрифтом: «Алекс Ким». Чёрная. Ком застревает в горле, она пытается что-то сказать, но не выходит. Толкает лежащего рядом в бок, и тот вскакивает от неожиданности. Первое, что замечает на нем в отражении Мия — это совершенно чистая грудь, без намёка на отметку. Алекс понимающий: сразу улавливает и её эмоции, и состояние, и крепко с силой обнимает со спины, зарываясь носом в шею. Как там говорится? Не судьба.
У Алекса новая метка не проявляется. Совсем. Они вдоль и поперёк изучают его тело, но нет и намёка на наличие родственной души. «Так не бывает», — возмущается Мия, а внутренне ликует, тем не менее продолжая переживать: вдруг это выльется во что-то ужасное? В отличии от неё, Лекс вообще никак не воспринимает сей факт, только пожимает плечами и предлагает позвонить Марго, за что получает по щам от взбеленившейся Мии, которая даже слышать это имя больше не хочет. Им не остаётся ничего, кроме как выжидать.
Мия вся не нервах: не может ни есть толком, ни спать, и в постели, будучи в объятиях своего возлюбленного, никак не может угомонить разбушевавшееся воображение, которое рисует самые невообразимые варианты исхода от того, что ему может подойти кто угодно, и под этим кем угодно она, естественно, рассчитывает на себя, до наиболее печального — смерти.
Увязнуть в пучине страхов и подозрений ей не даёт сам Алекс. Он становится тем самым спасительным кругом, за который со всем рвением цепляется утопающая Мия, однако, в то же время, и ей самой хочется поддержать Алекса, но тот выглядит привычно собранным и невозмутимым. Один чёрт знает, что творится у него на душе, а выяснить это без солумейтовской связи невозможно. До Рождества остаётся несколько дней, и со стороны Алекса поступает совсем уж не ожидаемая инициатива.
— Давай уедем, — предлагает он.
— Куда? — Недоумевает Мия.
— Куда угодно.
— Я думала, ты захочешь вернуться в домой. Как же ваше семейное дело?
— Разберутся без меня, — отзывается он небрежно.
Решение принято спонтанно, и вот они уже едут в город неподалёку за новой машиной, потому что Алекс настаивает, что зимой на байке на длительные дистанции лучше не ездить, а Мие, в принципе, всё равно. Они заходят в крупный автосалон, где Лекс, как рыба в воде, не советуясь с консультантом начинает объяснять ей все плюсы и минусы разных моделей. Мия не очень в этом разбирается и позволяет ему выбрать самостоятельно, но когда заходит речь о том, чтобы взять одну из двух, включается пресловутая её упёртость.
— Красную, — настаивает Мия.
— Слишком вычурно, — комментирует Алекс, пытаясь её вразумить. — Да и непрактично это. К чему тебе красная?
— К зонтику! — Находится она и твёрдо стоит на своём, хоть и подразумевалось в вопросе иное.
Алекс вздыхает, но в итоге идёт на уступки и соглашается. Видеть довольную до нельзя мордаху ему куда как важнее и ценнее. Они оформляют бумаги, забирают ключи и возвращаются домой уже на ярко-алой машине, привлекая всеобщее внимание. И только по приезду Мия вспоминает, что такого зонтика у неё нет и в помине, но это тут же выметается из головы за ненадобностью. На следующий день у них запланирована масса дел, и она кидается выполнять их с удвоенным энтузиазмом, не давая Алексу ни единой возможности помочь. Сама отправляет уведомления о закрытии школы, сама перепроверяет всё, прячет, собирает вещи и документы, с собой забирая наработки по оккультизму, а Алекс только и может, что глядеть на неё и улыбаться. Плевать, что они — не родственные души, главное быть рядом.
Ночь выдаётся особенно жаркой, словно она не последняя на старом месте, а вообще во всей жизни. Мия неутомима, требует всё больше, выматывает его, выжимает до последнего, оставляя многочисленные следы, словно пытается хоть так доказать, что тот принадлежит только ей. Алекс не против совершенно, не отстаёт от неё, радуясь тому, что вновь видит прежнюю Мию, а не её измученную страданиями и испытаниями тень. Скользит жадно, не в состоянии насытиться, прогибает под себя, раз за разом восхищаясь ею. И этот их раз отличается настолько от первого, что скажи им кто-то выбрать лучший — они не смогут, так сильно они различны, но одновременно и не уступают ни на йоту, несмотря на отсутствие связи. Засыпают, измученные, лишь под утро. Мия толком и не успевает полностью погрузиться в сон, когда раздаётся стук. У неё создаётся впечатление, что кто-то молотком пытается пробить к ним дорогу. Алекс что-то недовольно мычит, переворачивается на живот, а ей не остаётся ничего, кроме как натянуть чужую футболку и пойти навстречу незваному камикадзе. Едва дверь открывается, на неё тут же обрушивается чьё-то тело, крепко обнимая и едва ли не кричит:
— Мия! Живая!
— Инес, ты последние мозги растеряла? — Интересуется Мия в попытках отцепить её от себя. — Что случилось?
— Я так испугалась. — Инес обхватывает её за щёки, всматривается пристально. — Ты даже не представляешь.
— Да что случилось-то! — Наконец получается отстранить от себя назойливую женщину, а позади раздаются шаги. Видимо, Алекс в душ пошёл.
— Я сегодня утром проснулась, а у Влада твоя метка почернела, я вся…
Дальше она просто не слышит, что ей говорят, выдворяет не успевшую договорить Инес, захлопнув дверь перед её носом, и разворачивается, на негнущихся ногах направляясь в сторону ванной. Ей не нужно звать Алекса, тот выходит сам, и на лице у него точно такое же ошеломлённое выражение, что и у Мии.
— Чёрная… — Проводит она мягко пальцами по своему настоящему имени на чужой груди, а затем усмехается. — Одни на миллиард, да?
***
— Всё взяла? Алекс закидывает последнюю сумку в машину, но ответа так и не дожидается. Он захлопывает багажник и поднимает голову, замечая, что его родственная душа вглядывается куда-то в сторону. Прослеживает её взгляд и видит идущего Влада, который придерживает сидящую на его шее маленькую девочку, очень похожую на прежнюю Мию, а рядом с ними — Инес, счастливо улыбается и о чём-то беседует с ребёнком. Мия прикрывает глаза, тихо выдыхает, а затем улыбается, разворачиваясь к Алексу. В этот момент ему приходит в голову интересная, на его взгляд, идея: — Тебе следует сменить фамилию. — Мне уже надоело постоянно менять их. — Она фыркает. — Даже если на Ким? Мия не сразу улавливает предложение, а затем краснеет и смущённо опускает глаза, засовывая руки в карманы и глядя себе под ноги. Алекса это умиляет, но он решает пока не усугублять состояние возлюбленной. — Поехали? — Невнятно бурчит Мия. — А попрощаться? — Указывает на развернувшуюся семейную идиллию Алекс. — Да ну их. — Она отмахивается. — Так поехали? — Поехали. Алекс едва заметно улыбается и проходит к водительскому месту. Он заводит мотор, прогревая машину, а Мия опускается на сидение рядом, потягивается всем телом, нажимает на кнопку радио и затем откидывается в кресло. Салон тут же наполняют знакомые звуки. — Placebo? — Решив уточнить. — Они, — подтверждает её догадки Алекс. — Переключить? — Нет, оставь, мне нравится. — Куда едем? — Сам ведь говорил — куда угодно. Можем в Лас-Вегас, повеселимся. — В зелёных глазах появляется странный блеск. — Или Нью-Йорк, — задумчиво изрекает Алекс. — Там сейчас должно быть очень красиво. — Неважно куда, — будто подтверждая его мысли тянет Мия, и то ли сама говорит, то ли вторит словам песни: — Ты, ты и я, ты и я не будем несчастны. Алекс выворачивает руль и плавно выезжает на центральную дорогу, а Мия тем временем входит во вкус и начинает вовсю подпевать. Да так, что заражает и своего предназначенного. Впереди дорога, длинная и долгая. Но если бы они только могли заключить сделку с Богом и поменяться местами, то всё равно остались бы вместе навсегда.
