Осень, подарившая мне тебя

Утро середины осени редко бывает тёплым, особенно когда спишь обнаженным. Однако, в объятиях человека, который может скрасить твой день одной лишь улыбкой, утро выдаётся поистине добрым и тёплым. Но любое утро, как и прилегающий к нему сон, заканчивается. Утренними лучами, громкими соседями, будильником, который заставляет просыпаться на учебу или, как и сейчас, телефонным звонком. Се Лянь разлепил всё ещё сонные глаза и потянулся рукой через тело, лежащее рядом и обнимающее его, которое тоже задёргалось из-за мелодии и хрипело что-то неразборчивое, к краю кровати, куда вчера он притащил устройство перед сном. Парень нащупал гаджет и, не удостоив экран с именем звонившего вниманием, на ощупь принял вызов, прижимаясь обратно к тёплому телу. — Ало, — прохрипел парень сонным голосом в трубку. — Хорошо спалось? Се Лянь распахнул глаза и сел в кровати слишком резко, что не могло не заставить Хуа Чэна разлепить глаза и потянуться вслед за парнем, который судорожно сбросил вызов и глядел в экран телефона, в котором виднелось «Скрытый номер». Се Лянь скинул с себя одеяло и поспешил встать с кровати, однако рука, схватившая его запястье и дёрнувшая обратно, не дала ему совершить побег. Хуа Чэн полностью проснулся ещё когда услышал через динамик чужого телефона, который, к счастью, оказался очень близко к его уху, странный грубый голос. Явно измененный с помощью программы. Сложив два и два, не сложно было догадаться, что произошло, однако, сложно было придумать, как успокоить парня, который, кажется, затеял очередную попытку побега. — Гэгэ… — произнес Хуа Чэн мягким голосом. — Прости, Сань Лан, мне срочно нужно… Я вспомнил, что у меня ранние лекции… — парень, не смотря в глаза, пытался вырваться из крепких рук, однако это получалось весьма плохо. — Гэгэ… — Мне нужно срочно идти… Я опаздываю, и я… — Гэгэ, я люблю тебя! — … — Се Лянь в шоке застыл, перестав ёрзать и пытаться вырвать руку, медленно поворачивая лицо на человека, который решил резко выпалить эти слова. Хуа Чэн снова легонько дёрнул парня за руку, притягивая его ещё ближе, заключая в кольцо рук. Они сидели на кровати, один из них мило улыбался, глядя в лицо другому, а второй застыл с нечитаемым выражением лица, на мгновение забыв о злосчастном звонке. — Что… Ты… — Я люблю тебя, — повторил Хуа Чэн, мягко поцеловав парня в краснеющую щечку. — Я так люблю тебя, гэгэ, — первокурсник не остановился на щеке, продолжая мягко целовать лицо парня. — Ты самый яркий лучик света в моей жизни, — чмок в переносицу. — Ты мне так дорог, гэгэ, — чмок в лоб. — Я готов отдать в твои руки свою жизнь, она уже твоя, — чмок в кончик носа. — Можешь распоряжаться мной как захочешь, — чмок в скулу. — Ты можешь мне полностью доверять. Клянусь, ты не найдешь никого искреннее меня, — чмок в подбородок. Се Лянь сидел полностью пораженный, не понимая, точно ли он проснулся и не грезится ли это ему. С чего вдруг Хуа Чэна прорвало на такие откровения? — Даже если ты однажды придёшь, и скажешь, что убил человека, я помогу тебе спрятать труп и уничтожить все улики. Чтобы ни случилось, гэгэ, я всегда буду на твоей стороне. Рядом. Тут Се Лянь наконец вышел из ступора, начав нервно смеяться. — Аха-ха-ха-ха, Сань Л-лан, ха-ха. О чем ты вообще? Какой ещё труп? Ха-ха-ха, — Се Лянь уткнулся в изгиб шеи парня, продолжая искренне смеяться, наконец поняв. Хуа Чэн всё знает. Точнее, не всё, но достаточно для того, чтобы понять, что происходит что-то неладное. Хуа Чэн поглаживал парня по спине, по растёкшимся по ней волосам, целуя того в макушку, пока Се Лянь не успокоился от приступа смеха. Истеричного или же нет, уже было не очень понятно. — Я такой дурак, Сань Лан… — сказал Се Лянь, не спеша отстраняться от приятного тепла, в котором он спрятался в изгибе шеи. — Неправда. Гэгэ самый лучший. — Эээх, — глубоко вздохнув, протянул Се Лянь. — Прости… Я всё тебе расскажу. Только… Давай для начала оденемся, — парень оторвался от шеи и посмотрел щенячьими глазами и розоватыми щеками на Хуа Чэна, понимая, что они до сих пор лежали даже без нижнего белья. — Хорошо, — мягко улыбнувшись, ответил Хуа Чэн. До занятий, как выяснилось, оставалось ещё три часа. Парни не спеша оделись, умылись и почистили зубы, а после поплелись на кухню, где Хуа Чэн усадил Се Ляня за стол, а сам начал заваривать кофе и разогревать покупные вафли, попутно доставая из холодильника шоколадный топпинг. Когда перед носом появилась тарелка с парой теплых вафель, щедро политых шоколадом, и кружка с ароматным кофе, Се Лянь понял, что голодный, потому быстро принялся уплетать вафельки, как и Хуа Чэн. Когда тарелки опустели, а кофе остался небольшой гущей на дне, Се Лянь начал свой рассказ с самого начала, а точнее, с вечеринки прошлого года. Он рассказывал, как в прошлом году не мог вспомнить во время инцидента ничего, кроме чувства жара и страха. Рассказывал, как на вечеринке этого года, прямо перед тем, как отправиться на крышу, ему пришло первое сообщение от того самого человека. Он сам ему об этом написал, поэтому не было сомнений, что это одна и та же личность. Рассказывал, как каждый день, с разных номеров и аккаунтов, ему приходит десятки сообщений. Они отличались до такой степени, что кажется, будто это писали разные люди, либо человек, что явно не в себе. Иногда это просто приветствие, пожелания хорошего дня или доброй ночи, а иногда, откровенные вопросы по типу: «Интересно, громко ли ты будешь стонать?». Но самые жуткие сообщения, приходили в утвердительной форме: «Ты сегодня такой красивый», «Тебе идёт эта блузка», «Ты так сладко пахнешь». Это говорило только об одном. Он рядом. И, видимо, на столько, что может даже унюхать новый гель для душа Се Ляня, о чем он однажды и написал. Но звонок. Сегодня это произошло впервые, потому Се Лянь, так сильно испугался. Если сообщения он уже умудрялся игнорировать, то услышав прямо над ухом незнакомый, грубый голос, от неожиданности хотелось убежать и свернуться калачиком где-нибудь в тёмном углу. И сейчас, он был очень счастлив, что нашел этот угол в Хуа Чэне, который сидел напротив него за узким барным столом и не выпускал слегка дрожащих рук парня из своих, легонько поглаживая их большими пальцами, очень внимательно слушая. — Сколько его не блокируй, он берёт новые номера, создаёт новые аккаунты. Некоторые знакомые Ши Цинсюаня пытались что-то найти через несколько номеров, но всё тщетно. Ни у кого не получается ни взломать аккаунт, ни найти, на кого оформлены номера. Они говорят, что номера одноразовые и нерегистрируемые. Но должен же был он их как-то получить. Хаа, я не знаю, что делать. До сегодняшнего дня получалось хоть немного игнорировать, но теперь… — Гэгэ, почему ты не рассматривал вариант обратиться в полицию? — … Родители… — Се Лянь немного виновато посмотрел на Хуа Чэна, не произнося больше ни слова. Хуа Чэн понял, что, видимо, в семье Се Ляня либо сложные отношения, либо он не хочет, чтобы те переживали, однако, если он не расскажет, они и не узнают… Но решил не расспрашивать парня об этом. — Хорошо. Как я сказал утром, ты можешь положиться на меня. Я помогу тебе. — Спасибо, Сань Лан, но как ты собираешься мне помочь? — Я отслежу номера и взломаю аккаунты. — Ты, конечно, очень умный, но даже программисты четверокурсники и Пэй Мин не смогли ничего найти, — Се Лянь тяжело вздохнул. — Ши Цинсюаню рассказали об одном хакере, но он явно мне не по карману. — Не переживай гэгэ, Собиратель цветов под кровавым дождем с радостью возьмётся за твое дело бесплатно. — Мм? Оох, Ши Цинсюань же проболтал тогда в столовой имя. Но… С чего ты так решил, что он бесплатно поможет мне? Ты его знаешь? — удивленно распахнув глаза, спросил Се Лянь. — Как самого себя, — немного грустно улыбнувшись, ответил Хуа Чэн. — Гэгэ, прошу… Не осуждай меня слишком сильно, но Собиратель цветов под кровавым дождем – это я. Теперь глаза Се Ляня распахнулись ещё больше. После того побега из столовой они с Ши Цинсюанем начали обсуждать этого хакера, которого им посоветовал знакомый. Расспросив его, а так же поискав самим и через других знакомых, они услышали достаточно, чтобы сложить впечатление. Хакер, который может написать программу на взлом квартир, камер видеонаблюдения, даже банковских ячеек. Что для такого какие-то аккаунты и номера телефонов? Однако, было одно НО. Слишком дорого, потому парни так и не обратились за его услугами. Однако теперь, Се Лянь смотрел, как оказалось, на одного их тех, кого, возможно разыскивает полиция, зная лишь ник в сети «Собиратель цветов под кровавым дождем». — Как?.. — Се Лянь не знал, как спросить Хуа Чэна об этом, и стоит ли вообще. Однако, он не дурак, чтобы понять, что такими откровениями не разбрасываются кому попало. — То есть… Аха, прости, Сань Лан, я честно не знаю, как правильно реагировать, — по этим словам и отведённым в сторону глазам нельзя было наверняка сказать, что именно имел в виду Се Лянь. Хуа Чэн воспринял эту заминку по-своему, начав немного нервничать, когда Се Лянь вовсе замолчал, отведя взгляд в сторону. Хуа Чэн знал, что Се Лянь вряд ли обрадуется новости, что его новоиспеченный парень преступник. Потому решив, что второкурснику неудобно находиться с ним рядом, Хуа Чэн медленно отвёл свои руки от чужих, собираясь сказать парню, что он ему обязательно поможет, даже если тот его прямо сейчас бросит, однако... — Подожди, Сань Лан, ты не так меня понял! — Се Лянь впился в руки, отпустившие его, и слишком громко и быстро начал говорить. — Я ни за что не осуждаю тебя. Да, возможно, когда я узнал об этом хакере, я и подумал, что он не очень хороший человек, раз занимается взломами и подобным, но теперь я знаю ЕГО настоящего. Я вижу этого человека. Я вижу тебя и я знаю тебя настоящего. Для меня не столь важно, чем ты занимаешься, к тому же, это просто рассказы со стороны. В реальности всё ведь может оказаться по-другому, даже если нет, я… — Се Лянь на мгновение отвёл взгляд, закусив нижнюю губу и, с появляющимся румянцем на щеках, решительно посмотрел Хуа Чэну в глаза. — Даже если нет, я уже люблю тебя. И мои чувства не изменятся к тебе. Даже если ты однажды придёшь, и скажешь, что убил человека, я помогу тебе спрятать труп и уничтожить все улики, — Се Лянь широко улыбнулся, показывая поражённому Хуа Чэну белые зубы. — Гэгэ… — слова были лишними, потому Хуа Чэн чуть перекинулся через низкий барный стол, сократил расстояние и впился в губы парня, держа его за затылок. Они целовались глубоко и влажно, сталкиваясь языками и Се Лянь, чего Хуа Чэн явно не ожидал, поднялся с места, перелез через стол, не разрывая поцелуя, усаживаясь прямо на колени парня. Хуа Чэн одобрительно хмыкнул в поцелуе, сжимая в ладонях упругие ягодицы парня, который довольно красноречиво, прижался прямо к его уже стоящему члену своим, не менее твердым. Они прижимались друг к другу, очерчивая тела руками, исследуя ладонями каждую перекатывающуюся мышцу партнёра, пока потирались пахами друг о друга. Хуа Чэн провел рукой вниз, под резинку своих же домашних штанов на чужом теле, намереваясь сжать возбуждённый орган парня, как их прервала мелодия телефона Хуа Чэна. — Сань Лан, — чуть простонал Се Лянь в губы, останавливая руку парня к своему возбуждению на пол пути. — Вдруг что-то срочное? — Плевать, — рыкнул Хуа Чэн, сжимая ягодицу парня, прижимая его бедра ближе к себе, создавая трение. Телефон перестал звенеть. На несколько секунд. И раздался повторный звонок. Хуа Чэн мысленно похоронил этого человека. — Блять… Прости, гэгэ, — одной рукой Хуа Чэн взял телефон со стола, а другой, перехватив талию парня поперек, плотно прижал к себе, принимая вызов. — Если это не срочно, я сбрасываю. — Это не срочно, но лучше тебе узнать об этом сейчас. Ты не один? — послышался голос Инь Юя из динамика. Се Лянь в этот момент облюбовывал шею Хуа Чэна, которую тот покорно подставил, прекрасно слыша, о чем говорят парни. — Да. — Ладно, всё равно встретимся через полчаса в универе, — звонок сбросили, оставив недоумевающего Хуа Чэна задаваться вопросом, какого хрена его отвлекли. Собираясь выкинуть подальше телефон и продолжить лапать Се Ляня, его планы жёстко разбили, словно об кафельный пол. — Как полчаса?! Сань Лан, мы опаздываем?! — Се Лянь резко соскочил с колен парня, побежав в ванную за своей высохшей одеждой. Хуа Чэн впервые жалел, что его парень такой прилежный студент, который не пропускает ни одной лекции, из-за чего ему, видимо, придется добираться к месту знаний со стояком. Упав лбом на стол, Хуа Чэн тихо застонал: — Гэгэ такой жестокий… — немного пострадав, он решил посмотреть время на экране мобильника, после чего с кухни послышалась порция отборного мата. — Сань Лан, что такое? — спросил Се Лянь вышедший из ванной уже в своей одежде. — До выхода у нас есть ещё два часа, а этот гандо… — Сань Лан! — Этот… нехороший человек просто решил постебаться. Чёрт, он будто всегда следит за мной. Хотя, думаю, он это и сделал, гавнюк. — Следит? — Се Лянь сам, наконец, взглянул в экран телефона, убеждаясь, что у них и впрямь в запасе есть лишнее время. — Ага, ведь мы вместе занимаемся «программированием», как и Хэ Сюань. Мы не простые друзья, но ещё и коллеги. — Оох, а ничего, что ты рассказываешь об этом мне? — немного запереживал Се Лянь. — Ничего, мы обсуждали с ними тему доверия, порешав, что можем рассказывать кому угодно, если только на все двести доверяешь этому человеку. В любом случае, если человек решит приписать к никам наши настоящие имена, думаешь, у него получится сделать это без доказательств? А если бы таковые были, нас уже судили, — Хуа Чэн пожал плечами и подошёл к Се Ляню, мягко проведя рукой по предплечью парня, скользя к ладони, переплетая пальцы. — Я доверяю тебе на все триста, гэгэ. Даже больше, — он приподнял руку с пойманной ладонью и поцеловал пальцы парня напротив, не сводя с него глаз. — Тогда… Расскажешь мне, как ты стал Собирателем цветом под кровавым дождем? И откуда такое имя? — улыбнулся Се Лянь. — Конечно, что угодно для гэгэ. Они вернулись на диван в гостиной, удобно устроившись на нем сидя, закинув ноги. Се Лянь упал головой на грудь парня, прислонившись к плечу, в то время как Хуа Чэн приобнимал второкурсника, рассказывая историю о своем прошлом и как он с друзьями пришли к своим именам. — «Собиратель цветов под кровавым дождем» - этот ник я придумал сам, как кто-то, кто может выполнить любой заказ на взлом, собирая разные коды в одной программе, на разные лады, само собой, это нелегально, потому "кровавый дождь" неплохо подходит. Ник Инь Юя «Посланник убывающей луны». Он спец по информации. Найдет на человека всё, даже сколько раз тот сменил носки за день. Также ищет для нас клиентов, всегда проверяя человека. Заказы поступают анонимно, но он эту анонимность рубит топором, чем пару раз спасал нас с Хэ Сюанем от вовлечения в крупные происшествия и даже ФБР. Другими словами, отсеивает слишком грязные и опасные заказы. Потому я и сказал, что этот гавнюк наверняка знал, что я не один, мог легко просмотреть, сколько телефонов находится в квартире. Хэ Сюань у нас «Черновод». Любит самую трясинную работу, которую только чокнутый возьмёт. С поступлением в университет парни немного остепенились и практически завязали с подобными заказами. А если и брали такие халтуры, то от «постоянных клиентов» и их знакомых. В последнее время остались вовсе почти безобидные заказы. Например, вирус для взлома пароля на телефоне жены, чтобы удостовериться в её измене, или код на взлом камер видеонаблюдения, чтобы узнать, кто издевается над сыном любящих родителей. Се Лянь, само собой, был рад услышать эти слова. — Почему только чокнутый? — Потому что либо слишком долго с ней ебаться, либо настолько грязная, что ни зги не видно. — Вот как… Но, знаешь, я не думаю, что родители не любят тебя. Ну… Тебя ведь невозможно не любить. Ой, ну… — Ах-ха-ха, гэгэ, какой ты милый, — Хуа Чэн Потёрся щекой о макушку Се Ляня. — Что?! Нет! Сань Лан… Ты ведь понял, о чем я… — Да, гэгэ, но боюсь, что так оно и было. Но ничего, я благодарен им за это. Ведь иначе, всё не сложилось бы так, и я не встретил бы тебя. Я всегда могу обратиться к ним, даже если попрошу купить мне компанию, они это сделают или если попрошу помочь вытащить из тюрьмы. Так что, в какой-то степени, может это и можно назвать любовью. — Ммм. — Гэгэ, какое было твое детство? — Оох, явно не такое интересное, как твоё, — немного смущённо усмехнулся Се Лянь. — Я бы все равно хотел узнать, если гэгэ позволит. — Нуу, время у нас ещё есть, поэтому, я не против рассказать, — Се Лянь чуть приподнялся с плеча парня, нежно заглядывая ему в глаза.