Осень, подарившая мне тебя

Июнь для студентов – это адский месяц. Сессия и экзамены, выжимающие из тебя все соки, недосып, головная боль, желание броситься под поезд. Се Лянь уже больше месяца нормально не видел Хуа Чэна. Как только началась подготовка к сессии, парень тут же с головой ушёл в учебу, хотя казалось, куда больше, но ему нужны только высшие баллы, ибо на кону стоит стипендия, без которой он не потянет университет. Так и получалось, утром университет, вечером подработка, ночью учёба. Благодатные дни выдавались тогда, когда не было работы, а в университете удавалось обнять Хуа Чэна более, чем на полминуты из-за спешки. Что уж говорить, они уже полтора месяца не были наедине, даже если бы и были, навряд ли у них оставались силы на что-то большее, кроме как вырубиться в объятиях друг друга, однако, именно поэтому они и не виделись, чтобы не отвлекаться на эти объятия, которые действовали лучше любого снотворного, вместо того, чтобы вливать в себя вёдра кофе и до утра, с опухшими глазами и головой, учить материал. И вот, наконец, настал день, когда можно вдохнуть полной грудью, отоспаться и вспомнить, что такое счастье, ведь последний экзамен закончился. У Се Ляня сегодня и завтра нет никакой работы и потому он с чистой душой мчит к первокурснику, который уже ждал его у ворот университета, чтобы увезти к себе и спрятать от всего этого бренного мира, даря только любовь и заботу. И никакой учебы. Парни уже давно плюнули на весь мир и не стеснялись проявления своих чувств на глазах у всех, ну, в рамках допустимого, конечно. И пока Хуа Чэн ненадолго отвернулся, к нему в шею, на всех парах, вцепился второкурсник, который, судя по всему, бежал со всех ног. — Гэгэ! — радостно воскликнул парень и обнял Се Ляня за талию, приподнимая того от земли и разок прокружив с ним, пока парень смеялся. — Сань Лан, я так соскучился, — второкурсник ещё сильнее сжал руки на шее парня, когда тот снова опустил его на землю, уткнувшись в изгиб шеи, чувствуя смех в его макушку и лёгкий поцелуй. — Я тоже очень скучал, гэгэ. Пойдем? Люди, выходившие из здания университета, попросту не обращали на парочку никакого внимания, все мечтали только об одном. Спать. А вот проходящие мимо невольно косились, кто-то чертыхаясь, а кто-то умиляясь. Се Лянь поднял на первокурсника опухшие от недосыпа глаза и кивнул, опуская руки, одну из которых перехватил Хуа Чэн, чтобы сплести вместе пальцы. Они было направились к парковке, к машине Хуа Чэна, как вдруг услышали довольно грубый мужской голос. — Се Лянь! Второкурсник невольно дёрнулся и резко развернулся. Ему не показалось. Сзади, возле дорогой машины, стоял мужчина в белой рубашке и черных брюках, пиджака не было, вероятнее всего, из-за жары, а рядом стояла женщина в строгом сером платье. — Отец… — тихо, будто спросил Се Лянь, непроизвольно сжимая руку первокурсника, который тоже обернулся на оклик. — Гэгэ, ты в порядке? — поинтересовался Хуа Чэн, видя, как стремительно бледнеет лицо Се Ляня, а его рука немеет из-за силы, с которой её сжимает второкурсник. — Мне уйти? Или увести тебя отсюда? Или пойти с тобой? — тихонько спрашивал Хуа Чэн помня, что у парня не лучшие отношения с отцом, но там, по всей видимости, стояла ещё и его мать. Се Лянь смотрел на родителей ошарашенными глазами, пытаясь сообразить, как много они видели из того, что они только что вытворяли с Хуа Чэном. Даже ребенок поймет, что это не просто дружеские отношения, при которых ты в плотную прижимаешься к кому-то, а этот кто-то тебя целует, даже если это всего лишь макушка, а потом вы за ручку уходите в закат. Пока Се Лянь думал, до него донеслись вопросы Хуа Чэна, и парень вдруг резко расслабился. Он больше не ребенок, за которого могут решать, а Хуа Чэна никто не сможет от него забрать. Он посмотрел в глаза первокурснику, мягко улыбнувшись. — Всё в порядке, Сань Лан. Можешь подождать меня дома, пожалуйста? — Се Лянь до последнего не собирался выпускать чужую руку, даже тогда, когда первокурсник дёрнул ее, чтобы высвободить при слове «отец». — Конечно. Если что, звони сразу же. — Хорошо, — Се Лянь напоследок легонько сжал руку и отпустил, направляясь к родителям, которые всё также стояли возле машины. Хуа Чэн проводил его взглядом несколько секунд и, развернувшись, ушёл. Се Лянь только подошёл к родителям, как мать тут же бросилась его обнимать. — Я скучала, дорогой, — сказала тихонько женщина, не выпуская сына из объятий. — Я тоже скучал по тебе, мама, — Се Лянь обнял женщину в ответ, на лице вдруг начала появляться мягкая улыбка. Он правда скучал. — Неужели? Поэтому даже не звонил ни разу? — снова послышался грубый мужской голос. — Я звонил маме, — Се Лянь уже не был тем юнцом, хоть и прошло всего два года, но продолжать играть с отцом в молчанку более не было необходимости. Сейчас он взрослый и самостоятельный человек, который может спокойно перечить отцу, не боясь его гнева или каких-либо запретов. Мать наконец отстранилась от него, проведя напоследок ладонью по щеке, всматриваясь в лицо сына. — Ты так похудел, боже… — Тебе кажется, вы просто давно меня не видели. Кстати, вы зачем приехали? Ещё и не сказали ни слова, — Се Лянь посмотрел на отца, задавая этот вопрос. Отец смотрел как обычно, хмуро, пренебрежительно, не как на родного сына. — Садись в машину, — только и кинул мужчина, разворачиваясь, направляясь к водительскому месту. Се Лянь вместе с матерью сели сзади. Женщина закидывала сына вопросами, как тот живёт, хорошо ли он питается, спрашивала всё подряд, и сын с радостью отвечал на все вопросы. — У меня правда всё хорошо, абсолютно не о чем переживать. Се Лянь уже было и впрямь подумал, что родители приехали его навестить, возможно, даже проездом на какую-то встречу, но следующий вопрос растоптал эту мысль, даже если она была и верной. — А… Как насчёт девушки? Никого не нашел себе в спутницы? — аккуратно спросила мать. — Нет, у меня нет девушки, — взрываясь от чувств внутри, но снаружи лишь улыбнувшись, ответил Се Лянь. Мать лишь улыбнулась в ответ, а вот отец с неизменным взглядом посмотрел в зеркало заднего вида на сына. — Ещё бы у тебя была девушка, когда ты с парнем обжимаешься у всех на виду. Это он у тебя вместо девушки? Хотя, наверное, это ты у него вместо неё, с твоими то замашками, — вдруг выдал мужчина, вновь косясь на проколотые уши сына. Женщина чуть шикнула на мужа, чтобы тот замолчал, боясь, что сын снова от них сбежит, однако, тот даже не шелохнулся. — Он не вместо девушки. Он мой парень. И я… очень его люблю. Со стороны водительского кресла можно было будто почувствовать, как сильно мужчина пылает гневом. Он резко вывернул руль, прижимаясь к ближайшему свободному месту на парковке обочины и снова посмотрел на сына через зеркало пылающим взглядом. — Не стоит так смотреть на меня, — спокойно процедил парень. — Ты ничего не изменишь. И я никогда не изменю и не пожалею о своем выборе. Ибо он, стал мне роднее, чем ты. — Да как ты смеешь?! Как всегда, порочишь мое имя! Теперь что, какого-то пацана вместо нормальной девушки решил выбрать?! Ни за что! — Это не тебе решать, — всё также спокойно, ответил Се Лянь. — Да ты!.. — Дорогой, прошу тебя! Мы же с тобой договаривались… — сказала женщина, опустив руку на плечо мужа. — Это всё, за чем вы приехали ко мне? — все также спокойно спросил парень. — Нет, сынок! Мы приехали увидеться с тобой, поговорить… — женщина взяла в руку запястье сына, пытаясь того успокоить, хоть на нём и была маска равнодушия, но мать видела, что её ребенок внутри как натянутая струна. — Уже поговорили, — Се Лянь аккуратно высвободил руку и открыл дверь, выходя из машины. Отец отстегнул ремень и вышел следом, уже крича вдогонку сыну. — Что, к нему собрался? А ты уверен, что пацан не пытается тебя обдурить? Се Лянь остановился, успев отойти шагов на двадцать, и повернулся к отцу с искренней улыбкой и уверенностью на лице. — Кто угодно. Но он – никогда, — ответив отцу, парень развернулся и тут же ушёл. Внутри был настоящий фейерверк из эмоций и справиться с ними мог лишь один человек. Се Лянь на автобусе доехал до Хуа Чэна, который тут же открыл дверь, как только прозвучал звонок. Второкурсник, даже не разуваясь, да толком не успев закрыть нормально дверь, впился в губы Хуа Чэна, не давая тому и рта раскрыть. Хуа Чэн ещё пару раз попытался разузнать, всё ли у Се Ляня в порядке, но получал лишь новый поцелуй, а, в последствии, и явные намеки на продолжения. Приняв всё во внимание, Хуа Чэн подхватил второкурсника под бедра, не разрывая поцелуя, направляясь прямиком в спальню.