Wanderlust

      Эрену снова пришлось подниматься по адской лестнице.       Преодолевать каждую ступеньку.       Леви говорил ему, что во второй раз будет легче, и посоветовал перестать быть ребенком и начать поднимать свою задницу по чертовым бесконечным ступенькам, но это было нихрена не легче — Йегер и во второй раз, поднявшись наверх, задыхался от нехватки кислорода в легких, в то время как Леви даже не запыхался.       — Ты проиграл, — указал черноволосый мужчина.       — Чертов робот, — отмахнулся рукой от него шатен, пытаясь остыть. Он всегда считал себя человеком в форме, но по сравнению с французом он был просто мешком картошки. Очень уставшим комковатым мешком картошки, который ничего не хотел, кроме как лечь и никогда больше не двигаться.       — Тц. И это говорит мне студент, который выживает, питаясь одними поп-тартсами, — с ухмылкой парировал Аккерман.       — После всех этих подколов я сомневаюсь, что вообще когда-нибудь взгляну хотя бы на один из них, — признался парень, наконец отдышавшись, и прошел за мужчиной к противоположному краю Арки. Он с любопытством огляделся, изучая раскинувшийся под ногами город, прежде чем сесть прямо на землю.       — Вот и хорошо, это дерьмо отвратительно,— пробормотал Леви, тихо ворча себе под нос из-за того факта, что он сел на пыльную площадку, последовав примеру шатена.       — Ты так говоришь только потому, что всю свою жизнь был избалован восхитительной французской едой, — поддразнил Эрен, доставая свой блокнот.       — Не всю жизнь, — тихо возразил тот, пряча меланхоличные нотки в голосе.       Студент на мгновение замолчал, ругая себя за глупую оговорку. Молодец, Эрен, напомнил ему о том дерьме, через которое он прошел, когда был моложе. Это то, что сейчас было просто необходимо.         — Прости, я не имел в виду…         — Все в порядке, — оборвал его Леви, — Я знаю.         Тон Аккермана слегка потеплел, и они погрузились в неуютное молчание. Эрен слегка поерзал и нашел удобную позу, решив сосредоточиться на своем наброске, а не на напряжении, которое он чувствовал между ними. Это случалось далеко не в первый раз — иногда в течение дня Леви будто бы отдалялся, и они ненадолго прекращали разговаривать, пока Йегеру не удавалось вытащить мужчину из темных воспоминаний, овладевших его разумом, и вернуть его в настоящее.          У него было ощущение, что Леви не был полностью честен с ним по поводу своего прошлого во Франции, и было еще несколько вещей, которые этот человек скрывал; но парень не хотел форсировать этот вопрос. Он надеялся, что в конце концов тот откроется ему, но немного беспокоился, что это станет источником напряжения между ними, так что шатен не хотел рисковать и спрашивать об этом самостоятельно. Эрен не хотел переходить границы, установленные брюнетом, и в конечном итоге потерять одну из лучших вещей, которые с ним случались, только из-за своего нетерпения и любопытства.         Решив пока оставить мужчину в своих мыслях, студент вернулся к блокноту. Если он сосредоточится на рисовании, то сможет отвлечься от странных чувств, которые всякий раз возникали в его груди, стоило тревожной тишине снова повиснуть между ними.         Часы, тем временем, ползли.          Пустые страницы заполнялись зданиями, линиями горизонта и людьми легкими движениями руки. В какой-то момент Эрен отвлекся от вида города и обратился к человеку рядом, который тихо сидел, то рассматривая горизонт, то позволяя глазам бродить по округе.         Случайный взгляд сюда, тайный взгляд туда, и пальцы брюнета начали вырисовывать француза.          Шатен передал форму его острых скул, набросал очертания челюсти, тонкие брови и даже маленький шрам, который ощущался под кончиками пальцев таким мягким. Однако он не мог правильно нарисовать глаза. Он был не в состоянии оживить смесь эмоций, бурлящих в этих серых озерах, а без них рисунок выглядел плоским.          Эти серые глаза, способные за считанные секунды превратиться из невыразительных в полные эмоций, всегда завораживали его. Йегер никогда не свыкнется с мыслью, что сам иногда становится причиной возникновения капельки счастья в них.       — У меня что-то на лице?       Внезапный вопрос, нарушивший тишину, заставил Эрена чуть ли не подпрыгнуть на месте.       — Что?       — Ты смотришь на меня, — сообщил ему Леви, бросив взгляд в сторону парня, — И смотрел в течение последних нескольких минут.       Румянец от внезапного разоблачения вспыхнул на щеках студента.       — Нет, нет, ничего. Я просто..       — М? — поднял тонкую бровь мужчина. Озорство так и кружилось в стальных зеркалах напротив.       — Мне нравятся твои глаза, — выпалил шатен, поймав себя на том, что снова теряется в них. С момента их первой встречи Эрен увидел столько разных красок в этих с виду безэмоциональных глазах, что теперь не мог оторваться от них, каждый раз погружаясь все глубже и глубже в темноту.       Леви моргнул. Это явно был не тот ответ, которого он ожидал.       — Ты.. что?       — Мне нравятся твои глаза, — застенчиво повторил он, отчаянно не замечая, как усилился его румянец, — Я никогда не видел похожих. Иногда они больше серебристые, а не серые, а еще выдают все твои мысли, даже когда ты стараешься удержать их в себе.       Черноволосый мужчина долго сидел молча, и отсутствие его ответа вызвало еще большее смущение внутри Йегера. Может быть, сейчас они и встречаются официально, но это не значит, что Леви не против подобной сентиментальной чепухи. Что, если он воспримет это как оскорбление? Что, если он ненавидит комплименты? Что, если..       Внутренняя паника Эрена была прервана парой мягких губ, накрывшие его собственные.       — Ты придурок, — проговорил Аккерман, едва оторвавшись от студента, — Но теперь, думаю, пришло время для настоящего поцелуя на вершине Арки, не так ли?       — Определенно, — Эрен даже не пытался сдержать яркую улыбку.       Губы Леви были мягкими и теплыми, они неторопливо двигались по его собственным, как будто у них в запасе было все время мира. И в данный момент, сидя на вершине наполеоновского памятника в Городе Любви, целуя человека, который вдохновлял его и дарил множество незабываемых ощущений и воспоминаний, Эрен верил, что оно действительно было.

***

      — Блять, Эрен! — простонал Леви, — Больно, черт возьми.         — Извини, — пробормотал Эрен, вообще не стыдясь за содеянное, так как был слишком занят, ведя мужчину к спальне. В нетерпении он дернул того за рубашку, которую как раз и снимал. Парень уже потерял свою где-то между входной дверью и комнатой, но ему все еще предстояло раздеть брюнета.         — Возбужденный сопляк, смотри, куда идешь, — проговорил недовольно Аккерман, хотя взгляд, брошенный на шатена, был наполнен чем угодно, кроме гнева из-за нелепого просчета.           — Я немного отвлекаюсь, как ты можешь меня винить?         — Тебе следует, мм, быть осторожнее, — француз тяжело дышал, когда руки парня опустились ниже, сжимая выпуклость на джинсах, а бледная кожа начала покрываться яркими засосами, — Baise, — ахнул он после особенно сильного укуса.         Эрен прекратил свое яростное нападение на шею мужчины, чтобы отстраниться и посмотреть на него с полными похоти глазами.       — Ты звучишь так горячо, когда говоришь по-французски.         В серых глазах мужчины появился озорной блеск.       — Vous voulez que je parle sale français? Tres bien, — он аккуратно просунул руку между телами и оттолкнул Йегера в сторону кровати, — Sur le lit, Jeager.       Тот совершенно не понимал, что сказал Леви, но голодный взгляд брюнета красноречиво говорил, что он обсуждал далеко не погоду за окном. Так что шатен позволил оттолкнуть себя обратно на матрас, упав на райскую по ощущениям кровать.       — Je veux vas te faire encule jusqu'à ce que vous oubliez tout sauf mon nomс, — слова соскальзывали с губ француза с легкостью и плавностью носителя языка, и каждый слог попадал прямо в и без того твердый член Эрена. Хорошо еще, что, говоря это, Аккерман расстегнул пуговицы на джинсах студента и стянул их с него.       — Леви, — заскулил Йегер, потянувшись к мужчине, желая почувствовать вес его тела и влажный горячий жар его языка на своей коже.       — Терпение, mon loup, – выругался брюнет, просовывая пальцы под резинку нижнего белья парня и медленно опуская их вниз по бедрам.       Эрен надулся, но руками потянулся к своим боксерам, в одно мгновение снимая их. Как только он был полностью обнажен, его руки потянулись к мужчине, чтобы снять уже с него оставшуюся одежду.       Удивительно, но Леви не хлопнул его по рукам, поэтому шатен поспешно расстегнул пуговицу и молнию на джинсах черноволосого мужчины. Он мог чувствовать пристальный взгляд этих серых глаз, отслеживающих каждое его движение, пока его собственные пальцы стягивали джинсы с чужого тела. Рот Эрена наполнился слюной, когда вставший член мужчины, который все еще был одет в темные боксеры, выскользнул на его обозрение. Он мог видеть влажное пятно, формирующееся там, где член упирался в ткань нижнего белья, и это почему-то заставило его облизать губы. Эрен жаждал вкуса француза.       — Я хочу тебя, — умолял шатен, хватая Аккермана, который с минимальным сопротивлением подчинился его рукоприкладству, позволив затащить себя на кровать. В ту секунду, когда мужчина присоединился к нему на матрасе, Йегер зашевелился, перевернув их так, что теперь брюнет был под ним.         — Эрен… — в голосе Леви прозвучал предостерегающая нотка. После нескольких совместных ночей шатен понял, что мужчина не привык к вызовам в постели и не терпел неадекватных попыток Эрена взять вверх. Сегодня вечером, однако, студент не пытался доминировать над ним, и, как бы сильно его не беспокоила идея трахнуть его тугую, упругую задницу, он только хотел попробовать его. Почувствовав это, Леви не стал сопротивляться, а лишь медленно поднял бровь, — И чего ты ждешь, паршивец? Приглашения? — хоть его зрачки и были расширены гораздо больше, чем обычно, они все равно продолжали с небольшим напряжением смотреть на человека, нависшего над ним.       Вместо ответа шатен принялся целовать кожу мужчины, потихоньку спускаясь вниз. Как бы он не хотел не торопиться, пробуя на вкус Аккермана, он мог сказать, что тот становится нетерпеливым — если он не поторопится, то лишится своего шанса. И несмотря на желание почувствовать член черноволосого мужчины в себе, он хотел сначала увидеть, как тот будет стонать от его языка.          Йегер соскользнул на край кровати, поколебавшись лишь секунду, прежде чем наклониться и взять головку, обернутую в ткань боксеров, в рот.         — Ебать! — простонал Леви, явно не ожидавший внезапных приятных ощущений, и Эрен невольно загордился тем, что смог удивить его.       Шатен то насаживался на член, то водил языком лишь по головке, заставляя ткань темнеть от количества слюны и спермы. Наконец проворные пальцы скользнули под резинку, и он быстрым рывком стянул нижнее белье, освобождая плоть Леви из его оков.          Йегер обхватил рукой основание и наклонился, чтобы снова взять головку в рот. Приглушенный стон сорвался с губ мужчины, когда язык скользнул по самому кончику.         Одна рука в мгновение ока зарылась в волосы парня, сжимая их так сильно, что это приносило почти ощутимый дискомфорт. Но Эрен лишь с удовлетворением застонал вокруг члена Леви, глотая с каждым разом все глубже и глубже, опускаясь все ниже и ниже.         — Блять, Эрен, — Аккерман задыхался. Студент не мог сдержать чувство самодовольства, наполнявшее его грудь от этого хриплого голоса, зная, что это все из-за него. Он открыл глаза, взглянув на мужчину и обнаружив, что два пронзительных серых глаза смотрят на него, больше не пытаясь скрыть похоть, затуманившую темную радужку.         Еще один стон сорвался с его губ, и рука брюнета сжала его волосы в ответ, заставив того слегка дернуться.          Стремясь произвести еще большее впечатление и устроить настоящее шоу, Эрен жадно залакал член мужчины, все время не сводя глаз с лица Леви — он слизнул каплю белесой жидкости, покрутил головой, втягивая щеки, и опустился еще ниже, насаживаясь почти полностью.         Разочарованный стон сорвался с его губ, когда его внезапно и довольно резко отдернули, заставляя повалиться на смятую постель.       — Если ты хочешь, чтобы я смог трахнуть тебя сегодня, тебе нужно притормозить, — предупредил Леви. Несмотря на то, что его работа была прервана, шатен не мог не гордиться раскрасневшимися щеками мужчины и его взлохмаченными волосами. Тот уже выглядел так, будто вот-вот кончит, и, черт возьми, это заводило.          Йегер не возражал, и мужчина перевернул их, поменяв местами так, что спина парня оказалась прижатой к матрасу. Нетерпеливые зеленые глаза следили за движениями Леви, когда он вынимал смазку из ящика прикроватной тумбочки и обильно смазывал ею пальцы.          — Êtes-vous prêt, mon lupe? — голос француза опустился на несколько октав, вызвал дрожь в теле студента.         — Просто прикоснись ко мне уже, пожалуйста, — заерзал он, одурманенный желанием ощутить чужие пальцы внутри себя, растягивающие и подготавливающие его для чего-то большего.         — Vous êtes si désireux de sentir mes doigts à l'intérieur de vous, — уголки губ Леви дернулись в ухмылке, когда он провел кончиком пальца по дырочке Эрена, дразня, прежде чем наконец войти внутрь.          — Если ты не знал, я сделан не из стекла, — проговорил Йегер, желая поскорее почувствовать наслаждение. Брюнет, не желая разочаровывать парня, добавил и второй палец, тут же начиная разрабатывать его «ножницами» до тех пор, пока шатена не пробила дрожь по всему телу, — Леви! — а тот все продолжал свою сладкую пытку, с разных точек попадая по напряженному комку нервов внутри.         — Je aime entender vos gémissements, — чуть ли не замучал черноволосый мужчина, оставляя вереницу поцелуев на подбородке и шее, незаметно добавляя третий палец.       Эрену казалось, что он вот-вот взорвется от смеси наслаждения внутри — от тонких пальцев, растягивающих его, — и снаружи — от укусов и поцелуев, россыпью появлявшихся на его груди.       — Ах! Леви, я так близко, — тяжело задышал шатен, скользя по пальцам мужчины в отчаянной попытке приблизиться к своей кульминации.          Но тут они исчезли, заставляя его почувствовать холод и пустоту.         — Леви! — заскулил Эрен, потянувшись обратно к мужчине, который лишь закатил глаза на это.         — Успокойся, паршивец. Я хочу быть внутри тебя, когда ты кончишь, выкрикивая мое имя, — сказал ему Аккерман, потянувшись к прикроватной тумбочке, теперь уже за презервативом. Он разорвал фольгу и осторожно насадил резинку на всю длину, а затем смазал член смазкой. Эрен, тем временем, жадно наблюдал за всем процессом, желая, чтобы мужчина наконец наполнил его. Подготовившись, Леви несколько мгновений смотрел на него сверху вниз, прежде чем на его губах появилась странная ухмылка, — Перевернись, Йегер.         Глаза Эрена расширились, когда он пытался понять суть брошенной фразы, не обращая внимания на то, как этот требовательный тон заставил напряженный член дернуться.         — Я заикался? — спросил брюнет, — Подними задницу, сопляк.       Тот постарался выполнить внезапную просьбу мужчины, перевернувшись на живот и встав на колени и локти. Румянец смущения залил его уши и плечи из-за того, что он был так раскрыт перед ним; но все связные мысли вылетели из его головы, когда Леви схватил его за бедра.          — Ты выглядишь так красиво, mon lupe, отчаянно желая, чтобы мой член наполнил тебя, — мужчина почти не говорил по-французски, но позволил своему акценту вернуться. Было бесспорно сексуально слышать, как мужчина говорит таким образом, особенно подобные грязные вещи.         — Леви, — умолял он, выгибая спину, — пожалуйста, ты мне нужен.         — Что мне нужно сделать, Эрен? — чуть ли не издевался черноволосый мужчина, оставляя призраки поцелуев на плечах.          — Трахни меня, пожалуйста, — какой позор. Он умолял и был таким возбужденным, что сейчас сделал бы почти все, чтобы Аккерман оказался внутри, — Мне нужен твой член, Леви, мне нужно, чтобы ты растянул и трахнул меня, пока я не потеряю свое зрение.         — Ммм… — пальцы мужчины пробежали по позвоночнику шатена, невесомо касаясь кожи до самой задницы, слегка задевая внутреннюю часть, — Хороший мальчик.         Эрен чуть ли не подавился воздухом, дернувшись, когда почувствовал, как кончик члена мужчины прижался к нему, заработав смешок от человека позади.       — Ты такая нетерпеливая маленькая шлюшка.         — Леви, — заскулил он, когда тот снова остановился, и повернул голову как раз в тот момент, когда брюнет с неожиданной силой вошел в него, разом насаживаясь до упора.       Йегер вскрикнул, его тело затряслось, когда он изо всех сил пытался не отодвинуться от внезапных болевых ощущений. Движение прекратилось лишь на мгновение, пока они оба приспосабливались, но в ту же секунду, когда парень экспериментально пошевелил бедрами, Леви снова двинулся.          Каждый наполняющий его толчок приносил нескончаемое удовольствие, и шатен чувствовал, будто его разрывают пополам, но он не хотел, чтобы это прекращалось. Он не мог позволить этому прекратиться. Он отчаянно нуждался в трении, в прикосновении к коже, в тепле Аккермана, наполняющего его до самого предела.          — Леви, о черт! — студент чуть ли не плакал, сжимая белоснежные простыни, когда мужчина быстро то погружал член в него, то вытаскивал его почти полностью, оставляя лишь головку внутри, с каждым движением немного меняя темп и направление, пока не нашел тот угол, который заставил Эрена с наслаждением вскрикнуть, — Ах! Л-леви! Вот так, пожалуйста!         Хватка француза на его коже была настолько крепкой, что Йегер был уверен — это оставит после себя синяки, но он не мог найти в себе силы заботиться еще и об этом. Все его мысли были сосредоточены на удовольствии, неуклонно растущим внутри него. Он был так близок, блять, ему просто нужно было немного больше.          — Ах, Эрен, — стон сорвался с губ мужчины прямо возле его уха, посылая еще одну волну наслаждения по телу. Черт, он, вероятно, мог кончить только из-за звуков, которые издавал Леви позади.       Желание вывести старшего из себя, разрушить его изнутри так же основательно и глубоко, как он разрушал его сейчас, разлилось по венам шатена. Представлять в голове то, что их позиции поменялись местами, было почти так же заманчиво, как и положение, в котором они находились прямо сейчас.          — Ох, черт, Леви! — снова вскрикнул Йегер, когда рука мужчины обхватила его член, резко ведя вверх-вниз одновременно с толчками. Парень разрывался на части, покачивая бедрами в заданный такт, пытаясь просто достичь критической точки, — Я так близок, — застонал Эрен, — Просто.. ах! — кончая с именем мужчины на языке, он судорожно дернул бедрами, все еще чувствуя горячие ладони на коже.         Аккерман последовал за ним всего через пару толчков. Мужчина еще некоторое время продолжал медленно толкаться в измученное тело, по крупинке вытягивая удовольствие, пока они оба не рухнули на постель, пытаясь отдышаться и прийти в себя. Они лежали так несколько долгих мгновений, пока Леви не шевельнулся — он соскользнул с парня и направился в ванную, чтобы избавиться от презерватива и принести салфетки.         Быстро протерев себя от капель спермы и пота, Эрен снова затащил мужчину под одеяло и уткнулся ему в затылок.       — Ты удивительный, — бормотал он в темные волосы мужчины.         — Ты хорош в сексе, — кивнул Леви, сильнее прижимая чужое тело к себе.         Эрен иногда не понимал француза и знал, что ему предстоит многое узнать о нем, но он не мог сдержать ленивой ухмылки, которая расползлась по его губам. Брюнет, возможно, не лучший в проявлении чувств или самовыражении, но это был хороший комплимент с его стороны.          Довольные долгим днем, они уснули в теплых объятиях.