Wanderlust

      — Давай, Леви, будет весело.       — И это говорит мне студент, — проворчал мужчина, даже не вставая с кровати, — Я могу перечислить вещи, которыми бы хотел сейчас заняться, вот только это не входит в их число.       — Почему ты ненавидишь то, чего еще никогда не делал? — закатил глаза Эрен.       — Я делал. И скорее выколю себе глаза, чем сделаю это снова.       — Ох, да ладно, — устало выдохнул шатен и обернулся к Аккерману только чтобы скорчить недовольную гримасу, — Ты никогда не делал этого со мной. И, кто знает, может, тебе понравится.       — Я могу предложить тебе кое-что более интересное вместо этого, — Леви тем временем, даже не скрываясь, раздевал парня взглядом, заставляя того почувствовать румянец на щеках и нервно вздохнуть.       — Леви, мы можем заняться сексом в любое время, а в Париже мы только на неделю.       — Тч. Если тебе так нравится город, мы можем вернуться снова. Может быть, на Рождество. Тебе точно понравится Париж в зимнее время, – пообещал француз, отмахиваясь от чужого беспокойства.       Глаза Эрена расширились.       — Правда? — он представил, как они идут по уже знакомым улицам, закутавшись на этот раз в теплые куртки и шарфы, защищаясь от холода. Картина была волнующей — особенно с учетом того, что до возвращения в родной для студента город осталась всего неделя. Время действительно стремительно летело. Йегер не мог поверить, что провёл уже две недели во Франции. Это казалось целой жизнью и мизерной ее частью одновременно.       — Конечно, mon lupe, если захочешь.       Леви, кстати, часто стал называть его этим ласковым прозвищем, и Эрен не мог сказать, что ему оно не нравилось. Это определенно намного лучше, чем «сопляк» или «малыш» — хотя иногда он возвращался к старым колкостям.       Образы его и Аккермана, блуждающих по городу на Рождество, заполнили сознание парня, вселяли в тело тепло, радость. До праздника оставалось еще уйма времени, и все же Леви уверен, что к тому моменту они все еще будут вместе. Гонимый внезапной счастливой мыслью, Эрен наклонился и легко поцеловал мужчину в губы, просияв. А брюнет, воспользовавшись случаем, запустил руку в мягкие волосы и прижал к себе для еще одного, более продолжительного и глубокого, от которого у самого студента перехватило дыхание. Он слегка отстранился, тяжело дыша, но старший просто продолжал целовать того в шею.         — Л-Леви.         — М? — хмыкнул француз, оставляя новый синяк на покрасневшей коже.         — Не пытайся меня отвлечь, — пробормотал Эрен, пытаясь сохранить ровное дыхание, отстраняясь.         — Тч, — фыркнул Леви, упав обратно на кровать, — Я не пытался тебя отвлечь и развести на секс, ты, похотливый мальчишка.         — Хватит паясничать, — он закатил глаза, старательно игнорируя соблазн отказаться от своей идеи и просто остаться с брюнетом дома, — Если что-то пойдет не так, мы всегда можем просто вернуться.       — Я все еще не понимаю, почему ты вообще хочешь туда идти, — продолжал гнуть свое мужчина, — Там будет просто кучка пьяных потных людей, которые даже в трезвом состоянии говорят на языке, который ты не знаешь. Не говоря уже о том, что все они будут в одном тесном пространстве. Отвратительно.         — Потому что нам порекомендовал это один официант в кафе, Леви. И еще я хочу наконец окунуться в жизнь настоящего горожанина, а не туриста, и это кажется прекрасной возможностью, — объяснил Йегер, перебирая одежду в его стороне шкафа в попытке найти что-нибудь сносное для подобного. Этим, кстати, он и занимался последние несколько минут.         — Я не помню этого, — проворчал Аккерман, так и не вставая со своего места, — И ты же понимаешь, что люди ходят в клубы повсюду, верно? Не только в Париже?         — Ты тогда был в уборной, — отмахнулся Эрен, мельком бросая взгляд на брюнета, — Вытащи уже эту палку из своей задницы и дай мне и себе самому повеселиться. Я хочу пойти в французский клуб со своим парнем, и даже его кислый скептицизм не остановит меня, так что тебе остается лишь смириться с этим.         — Хорошо, я пойду в твой дерьмовый ночной клуб, — вздохнул тот, наконец скатываясь с кровати и присоединяясь к парню у шкафа.       Эрен усмехнулся, быстро поцеловав того в щеку, прежде чем вернуться к непростому выбору. В конце концов его взгляд остановился на красной рубашке, и, решив, что она идеально подойдет для ночной прогулки, он стянул ее с вешалки.         После того, как они оба оделись и приготовились — а также после еще большего количества жалоб от Леви о бессмысленности всего этого — они направились прямиком в объятия прохладной парижской ночи.       — Знаешь, для того, кто думает, что это все очень глупо, ты выглядишь готовым к клубной ночи, — поддразнил Эрен на пути к входной двери, легонько толкая плечом невысокого мужчину, который лишь недовольно посмотрел на него.         — Я, черт возьми, никогда не пойду в лохмотьях, — возразил Леви спустя пару секунд.         Но Эрен шутил не без причины — мужчина определенно выглядел восхитительно в своих узких черных джинсах и в облегающей черной футболке с v-образным вырезом, частично прикрытым кожаной курткой. Он выглядел так, как будто старательно готовился к вечеру.         Ухмылка тронула губы шатена.       — Спасибо, что терпишь это.       — Честно говоря, я все еще жду, когда ты скажешь «к черту» и вместе со мной вернешься в постель, — признался Аккерман, доставая ключи.       — Как бы это ни было заманчиво, у нас будет достаточно времени понежиться в кровати после.         — А еще заманчив тот факт, что клубов в Америке тоже достаточно, — парировал мужчина, пропуская студента в лифт, — Особенно тех, где люди действительно говорят на языке, который ты знаешь.         — Дело в атмосфере, Леви. Сколько раз мне доведется сходить во французский клуб за свою жизнь? В любом случае, мы не будем оставаться там надолго. Просто потерпи меня несколько часов, а потом мы уйдем оттуда, если ты действительно так сильно ненавидишь эту идею.         — Я просто не понимаю, почему тебе так важен факт сходить в клуб в чужой стране. Это не похоже на то, что тебе обычно нравится, — сказал брюнет.       — По словам того парня в кафе, это будет весело, — пожал плечами Эрен, хватая Аккермана за руку, — И, ну, вся жизнь состоит из новых впечатлений, верно?         Леви, казалось, задумался на мгновение.       — Полагаю, ты прав.

***

      Музыка буквально пульсировала в воздухе, посылая вибрации по бешено двигающимся телам на танцполе в центре.         — Один танец! — в который раз умолял Эрен, надувшись, когда мужчина отрицательно покачал головой, — Давай, Леви, пожалуйста.         — Я слишком стар для этого дерьма, сопляк, — пробормотал брюнет, подзывая бармена и демонстративно игнорируя кошачьи глазки парня рядом.         — Если тебе за двадцать, это не значит, что ты старый, — возразил Йегер, — Только один танец. Без тебя это не так интересно.         Леви вздохнул, наконец взглянув на студента. Зеленые глаза сияли в пульсирующих огнях ночного клуба, темно-каштановые волосы были взлохмачены, слегка вспотевши от количества пройденных за несколько минут танцев.         — Ох, блять, — черноволосый схватил шот, услужливо подготовленный все тем же барменом, и в один глоток осушил его, — Хрен с тобой, давай потанцуем.       И когда до Эрена наконец дошла сказанная мысль, мужчина уже был на полпути к танцполу. Студент тут же поспешил за ним.         Из динамиков послышалась новая песня то ли на французском, то ли на английском, — шатен так и не понял — хотя отдающийся в сердце ритм оставался прежним. Путаница из потных тел в полутьме следовала ему, аккуратно подстраивалась и прыгала в такт. И если Эрен ожидал, что мужчина будет чувствовать себя неловко на танцполе из-за прежнего сопротивления подобной идеи, то сейчас он понимал, что глубоко ошибался. Тот ловко пробирался сквозь толпу, ни разу не обернувшись в поисках парня, пока не достиг самого центра.         Йегер следовал за ним как привязанный, восхищенный атмосферой и неожиданным согласием брюнета на долгожданный танец. И в этот момент прошлая песня сменилась знакомым ритмом.       I don’t know where you’re going, but do you got room for one more troubled soul?       Толпа вокруг них буквально взорвалась, выкрикивая слова в такт смене ритма. Шатену потребовалась секунда, чтобы узнать композицию сквозь новый ремикс и голос. Стоило ему вслух пропеть первую строчку и прорваться сквозь парочку парней, отделявших его от мужчины, как бледная рука незамедлительно притянула к себе, обхватив за талию.       — This is the road to ruin and we’re starting at the end.       Голос был низким, хриплым, раздавался около уха и вызывал мурашки по всей длине позвоночника.       Честно говоря, парня немного удивило то, что тот не только знал песню, но и знал наизусть текст; хотя давно уже стоило привыкнуть к одному факту — Эрен мог ожидать чего угодно от Аккермана, и тот все равно бы превзошёл все его ожидания.       Let’s be alone together. We could stay young forever.       Руки опустились, чтобы обхватить талию невысокого мужчины, когда как остальная часть клуба растворилась в их танце, напоминая о себе лишь слабым фоновым шумом. Тело Леви ритмично двигалось вместе с музыкой, заставляя Йегера напрочь забыть об окружающих людях. Он даже сделал мысленную пометку попросить француза снова станцевать дома, потому что, черт возьми, этот человек мог устроить такое шоу, которое шатен упускать не намерен. Но середина танцпола в ночном клубе вряд ли хорошее место, чтобы набрасываться с поцелуями, так что он лишь отмахнулся от этого желания, сосредоточившись на своих движениях, мужчине рядом и песне.       My heart is like a stallion, they love it more when it’s broke in.       Серые глаза встретились с зелеными, когда их хозяева ритмично двигались под музыку, сталкиваясь телами и после притягиваясь друг к другу, позволяя гармонии песни овладеть ими.       Do you wanna feel beautiful? Do you wanna?       Чувство быть единственными двумя людьми в мире, даже в окружении сотен пьяных парижан, было тем, что Эрен никогда не сможет описать. Горячая, липкая толпа растаяла, пульсирующий бас растворился, потерялся на задворках сознания, пока не остался только брюнет и его ровный голос. Строчки песни кружились вокруг, сближая две души, пока их тела не прижались друг к другу в пылу танца.       Let’s be alone together. We could stay young forever.       Голос Леви стал ниже, когда песня подходила к концу. Он поднял голову и прижался губами к уху шатена, напевая последние слова.       — This is the road to ruin and we’re starting at the end.       Музыка сменилась, ритм вернулся к быстрым импульсам. Мир вокруг них медленно встал на свои места, звуки толпы вернулись, жара и духота — тоже. Они оба тяжело задышали, стоило магии песни исчезнуть.       — Время для небольшого перерыва? — предложил Аккерман, кинув взгляд в сторону черного хода.       Эрен нетерпеливо кивнул, переплетая свои пальцы с пальцами мужчины, в следующий момент пробираясь за ним к двери.       Прохладный ночной воздух приветливо лизнул потные тела. Выйти на улицу было хорошим решением — сладкая передышка от удушающей жары, сотен пьяных тел, перетирающихся под музыку, определенно нужна была обоим. И, кинув быстрый взгляд на пустынные окрестности, Йегер ухватился за нее.         Леви, должно быть, ожидал, что парень попытается атаковать его внезапным поцелуем, поэтому прижал студента к каменной стене здания, прежде чем тот сумел хотя бы моргнуть.         — Итак, клубы… — выговорил шатен после минуты сладких поцелуев и покусываний, — Это не так уж и плохо, верно?         — Тч, — фыркнул француз, продолжая прижимать парня к стене, — Мы могли бы слушать музыку и делать гораздо больше, чем просто невинно тереться и целоваться, если бы просто остались в квартире.         Эрен засмеялся, украв у мужчины еще один долгий поцелуй.       — И после этого это я похотливое отродье?         — Ты похотливое отродье, — кивнул в ответ Леви.         — Да неужели? — возразил студент, ухмыляясь и отстраняясь от черноволосого мужчины, — А кто специально завел такого наивного туриста, как я, в глухой переулок, чтобы потом его изнасиловать?       — Продолжай в том же духе, и не будет никакого изнасилования, — строго предупредил брюнет, но вся сила угрозы утерялась из-за пленки похоти на серых глазах.         — Ну Леви, — надулся парень, опуская голову, чтобы встретиться взглядом с Аккерманом, — Ты не веселый.         — Иди на хуй, — просто ответил француз, позволяя легкой ухмылке тронуть тонкие губы.         — Хорошо, — тут же отозвался Эрен, дерзко улыбнувшись, припоминая тот разговор по телефону. Казалось, после этого прошли десятилетия, а не какие-то пару недель.         Леви фыркнул и украл еще один быстрый поцелуй, углубив его и в конце прикусив чужие розовые губы.       — Возбужденный сопляк.         — Мгм, — кивнул Йегер, обвивая руками талию Аккермана и притягивая его ближе, — Но я твой возбужденный сопляк.       — Сентиментальное дерьмо, — недовольно выдохнул француз и позволил вовлечь себя в объятия.         — Сварливый старик, — парировал шатен, поблескивая зелеными глазами.         — Суицидальный ублюдок.         — Старый пердун.         — Старый пердун? — повторил Леви, прищуренные глаза потемнели от ярости, способной вселить страх даже в самого храброго из ныне живущих людей.         — Сексуальный старый пердун? — поправился Эрен.         — Ты придурок, — мужчина звучал раздраженно, но, наконец спустя пару долгих мгновений, снова прижался губами к губам Эрена, и тот обнаружил, что его вообще не смущает тот факт, что они провели в клубе всего час. На самом деле, ему тоже не терпелось вернуться в квартиру.         Поэтому он слегка отстранился.       — Леви, давай…               — Ой, а что у нас тут? — раздался незнакомый голос из-за спины брюнета.       И парень почти проигнорировал это, продолжая говорить мужчине, что он готов вернуться домой, пока не понял, что тот буквально застыл в его руках.         — Похоже, это мой счастливый день. Отслеживание твоих перемещений действительно окупилось, Леви.         А вот это уже привлекло внимание Йегера. Он сосредоточил свой взгляд на человеке, который, скорее всего, только что выскользнул из темноты угла здания. Леви тем временем медленно повернулся, пытаясь своим невысоким ростом закрыть парня позади.         Сам шатен не узнавал человека, закрывавшего единственный выход из переулка, но Леви, кажется, отлично его знал, если судить по его реакции на происходящее — все тело напряглось, превратилось в единую натянутую струну, а губы скривились в усмешке.         — Отвали, Кенни.