Пустынная меланхолия

      “- Отец! Отец!        - Его тело исчезло… Он не вернётся… Джехт…”       Спал Итэр неспокойно. Хотя вряд ли это можно было назвать сном - скорей, находился в пограничном состоянии, в полудрёме. Иной раз он приоткрывал глаза и видел над собой окно с размытым силуэтом Луны, что засвечивал неровный янтарный свет уличного фонаря на крыльце.       “Я дипломат Снежной… Только тронь меня! Ты знаешь, что тебя ждёт!..”       А порой широко распахивал и видел напротив лёгкий блеск серебристых волос Паймон…       “Итэр… Ты мог бы… кое-что для меня сделать? Когда наша форма будет готова, забери мой комплект и принеси мне… Примерим её вместе…”       …и снова проваливался в полусонный транс. Перед его глазами мелькали всевозможные искажённые образы и фразы, въевшиеся в мозговую подкорку, и он сам не мог определить, сон ли это или вовсе галлюцинации.       “Клянусь, если ты поднимешь на меня меч, твоя страна!.. Фатуи сотворят с твоей драгоценной Инадзумой такое, что…”       Огненные мотыльки… Пурпурная трава… Кровоцветы…       “...Людям нельзя доверять… А Архонты внушают мне одну лишь ненависть… И я отринул всё, что у меня было! Я смеюсь над миром людей, я отрекаюсь от него!..”       Широкая шляпа с длинной шалью…       “...Последние несколько дней я изнурён… и меня преследует дурное предчувствие… Какая жалость. Я уже думал, что поравнялся с тобой… ха-ха…”       “...Он надеялся, что однажды снова встретится с ней в оазисе вечности. Но он обещал, что этот день настанет не скоро. Лжец! И мне, и матери солгал!..”       Белые знамёна с голубой волной… Сигналы пустынных стражей, парящих со всех сторон…       "Путешественник, даже если ты преодолел бесчисленное множество трудностей, наступает момент, когда удача заканчивается и приходит время осознать свою ничтожность и бессилие!"       Ирминсуль... Водяные клинки...       “...Я не верю! Он всегда держит слово! Он обещал рассказать о моей матери! Вы же слышали! Он не стал бы мне лгать. Он никогда мне не лгал!..”       Лабиринты под толщей песков…       “...Остановись! Я приказываю!!!        Ты… И ты тоже!.. Грязные крысы!.. ВСЕ ВЫ!!!...”       Вспышка…       Обрывистый крик…       "Пока имена Богов не канут в Бездну, я буду сражаться с небесным порядком..."       Перевёрнутая статуя Барбатоса...       "...Я должна сказать это, Итэр. Не пытайся меня остановить. Не пытайся. Остановить. БЕЗДНУ!.."       Невыносимо… Путешественник тяжело и надрывисто задышал, будто, утопая, инстинктивно сделал вдох.       “Нечего бояться, боль будет недолгой…”       - Нет… - промямлил юноша то ли вслух, то ли про себя.       “Ваше время… Подходит к концу!”       Три сгустка света, похожие на капли, завертелись по часовой стрелке, приближаясь друг к другу, и образовали хищнически оскалившийся элементальный символ…       - ИТЭР!       Тоненький голосок вырвал парня из когтей сонного транса и заставил вскрикнуть и подорваться с постели. Лоб и шея юноши были покрыты испариной, а сам он отчаянно хватал ртом воздух. В доме было спокойно, в печи тлели угольки, а дедушка Анпу похрапывал на дальней кровати.       - И-итэр? - осторожно дёрнула его за рукав фея, стоящая рядом на коленках.       Путешественник взглянул в огромные синие глаза феи - в свете Луны они были ещё более завораживающими, однако сейчас в них отчётливо читался испуг. Но чёрт, даже испуганная она невероятно милая.       Итэр отвёл взгляд, встал с кровати и надел сапоги.       - Ты… как? - несмело спросила Паймон.       Он не ответил, а вместо этого подошёл к столу и налил себе стакан воды с красноплодником.       - Мне надо подышать - сказал он девушке, опрокинув его в себя.       С этими словами он скорым шагом направился к дверям, оставив Паймон сидеть на его постели в смешанных чувствах.       Итэр вышел на тускло освещённое крыльцо, где его тут же обдал уже знакомый холод пустынной ночи. Хоть было и не так зябко, как в Пустыне Колоннад, где никакие скалы не мешали ветру разгуливать по песчаным равнинам, но Путешественник всё равно поёжился и застучал зубами.       Но через пару минут он пообвык и подошёл к мраморной плите фонаря, уже успевшей остыть. Парня всё ещё немного шатало после нервного пробуждения, поэтому он прислонился плечом к ограде и оглядел раскинувшийся перед ним пейзаж. Ночь была светлой, небосвод озарялся сиянием полной Луны, а на его фоне отчётливо выделялись чёрные рваные силуэты Стены Самиэль. Стена жизни, некогда призванная Руккхадеватой сохранить цветущие джунгли Сумеру от ползучей чумы опустынивания, сегодня стала скорее стеной позора. Позора Академии, отгородившейся ею от людей и собственной истории, с которыми она не хочет иметь ничего общего.       “Где-то там Нахида томится в вековом заточении”, - думал юноша, всматриваясь в проглядывающие зелёные верхушки, - “а самодуры из Академии воротят свои тёмные дела по превращению этого щенка в Архонта…”       Итэр вдруг вспомнил ночные видения, терзавшие его несколько минут назад. Да… Синьора, Тэппэй, Скарамучча… Примерно так же сейчас юноша чувствовал себя, как после встречи с тем самым Вестником Бездны во сне, когда он впервые оказался в Гандхарве. Не иначе как Орден учуял всю его горечь, коей он был отравлен, ложась спать, и заставил его вновь узреть призраки прошлого. Да, это на них похоже, особенно если вспомнить, что среди его кошмаров всплывали обрывки воспоминаний об их Предводительнице…       В душащем порыве тоски Итэр поднял взгляд в ночное небо и глубоко вдохнул запах пустынной ночи. “А всё-таки прекрасно…” - думал он при виде всех этих тысяч огоньков в миллионах километров от него. Просто колоссально… И все эти огоньки несут свою историю в этот мир, и каждому они прочат разную судьбу…       Раздумья Путешественника прервали две вспышки - то были падающие звезды, стремительно пересёкшие небосвод на небольшом отдалении друг от друга.       “Прямо как мы…” - промелькнуло в его мыслях и заставило глаза предательски заслезиться - “Хоть бы это не были кто-то вроде нас - достаточно одного несчастного путешественника на этом свете…”       А звёздочки тем временем потускнели и скрылись на фоне сияющей холодным светом Королевы Ночи - Луны.       Луна… так много смыслов в её образе. Пусть она и не сравнится с Солнцем, но одно без другого существовать не может. Луна - она ведь… она как спутница для заплутавших во тьме странников, освещающая дорогу и помогающая отыскать свой путь домой, свой путь к благодетели…       Именно так думал Итэр, завороженно смотрящий на сверкающий серебряный диск. И тут, будто прочитав его мысли, рядом с Луной ярко замигала синим цветом звёздочка. Итэр перевёл взгляд на её гало, своими четырьмя лучиками напоминающее крестик, и что-то глубоко внутри него ёкнуло… Что-то…       “- Что глаза, что душа золотистые, будто солнце его целовало… Никого нет прекрасней на свете, чем Итэром названный нара… - протяжно пропел Араяса, смутив златовласого Путешественника.        - Эй, а Паймон где? Нельзя же Паймон забывать!        - В лунном свете жемчужина белая, что сияет как серебро. То добрейшее в мире создание все вокруг называют Паймон… - не заставил себя ждать маленький житель леса.        - Да-да, Паймон нравится! А можно немножечко добавить про нашу крепкую дружбу? - Итэр обратил взволнованный взгляд на фею, тронутый этой маленькой просьбой…        А куплеты сыпались из Араясы, как из рога изобилия:        - Серебра свет и злата сияние, и близки они, словно семья. Лунный серп не похож на светило, вопреки всему миру друзья…”       Эта звёздочка… Она же точь-в-точь, как заколка на Её волосах… Волосах цвета Луны… Пазл сложился.       - Паймон…       Итэр повернулся и посмотрел в окно, за которым сумел разглядеть фею, всё ещё сидящую на его постели с грустным видом.       - Неужели сама Селестия даёт мне знак?       Внезапно улетучились и страх, и нерешительность Итэра, но появилось настойчивое желание обнять Её и попросить о прощении. С этими мыслями он развернулся и уверенной походкой зашагал к двери.

***

      Паймон безучастно проводила Итэра взглядом, а когда двери захлопнулись - припала к запылившемуся от песчаных бурь оконному стеклу. Вот он вышел и поёжился от холода, а вот он прислонился к ограде и поднял глаза на небо…       - Я подожду его тут - твёрдо сказала она самой себе, - вернётся - и тут же лягу.       Так она решила, поджав ножки к груди и положив голову на коленки. Пропали всякие остатки её сонливости, коей, признаться, почти и не было. Всё время до этого она ворочалась, поглядывая на Итэра, пока не услышала его тяжёлое прерывистое дыхание и не растормошила его.       Но сейчас Паймон не вполне осознавала, зачем она продолжает сидеть у окна в его постели. Зачем ежеминутно выглядывает на крыльцо, зачем не спит, хотя должна? Хочет убедиться, что он вернётся в сохранности и ничего дурного не выкинет? Да, как предлог годится. Но это неправда - это было очевидно даже для неё.       Для Паймон самой стало неожиданностью то, что она не полетела вслед за Итэром, хотя обычно она ни на шаг от него не отхо… кхм, не отлетает. Ну в пределах разумного, конечно. Нет, она не пугалась холода - и не в такую стужу летали, как говорится! Но, как будто… ей не следовало сейчас докучать Итэру.       “Неужели это из-за прощания с Джехт?” - вдруг подумала девушка - “Да, он и правда переменился в лице сразу, как она ушла… Он действительно так огорчился её судьбой?..”       Он… Он же…       - Архонты, как я могла быть такой глупой?! - воскликнула Паймон и тут же прикрыла рот ладошками, заметив, как дедушка Анпу что-то недовольно промычал и заворочался.       Ведь в Джехт он увидел самого себя! Да, его сестра жива, но она бесконечно далека от него. И подобно Джехт, мир Итэра перевернулся, когда он узрел, кем является Люмин. Джехт была обманута собственным отцом, как Итэр - собственными ожиданиями… Был обманут, считай, самим собой, что гораздо тяжелее вынести…       Вот почему он сейчас сам на себя не похож. Трудно быть собой, когда горечь потери - а Паймон была уверена, что для Итэра произошедшее с сестрой сродни потери - переполняет твоё сердце и ты невольно изливаешь её на других.       “И ведь его сейчас гложет не одно это… Он помогает всем, кому может, но ему… Ему даже Архонты не в силах помочь” - подумала фея и тут же добавила - “Дайнслейф не в счёт”.       Ужас Бури, Андриус, Чайльд, Осиал, Аждаха, Синьора, Сёгун Райден, гражданская война, Скарамучча, Сабзеруз, капсулы знаний, Академия, пустынники, Алый Король, Бездна, Фатуи… У Паймон от прорвы воспоминаний голова просто пошла кругом. А ведь он всего-навсего хотел отыскать сестру…       “А я?..” - у девушки от этой мимолётной мысли вдруг всё внутри сжалось - “Я же ему жизнью обязана! Он - всё, что у меня есть! А я всё это время воспринимала его заботу как должное!.. Какой же я компаньон после этого?!..”       Паймон не выдержала и закрыла ладошками лицо, изо всех сил стараясь не заплакать, ибо плакать она привыкла редко, зато громко и от души.       “Итэр…”       - Я должна… должна поддержать Его… Как могу… - прошептала она себе, шмыгнув носом, но тут же нотки сомнения закрались в её мысли, - или может утром? Сейчас он может не захотеть разговаривать, а выспится - и тогда уж…       Но её рассуждения прервал скрип отворяющихся дверей, что напугало её и заставило интуитивно подлететь в воздух. Итэр вернулся.       - Ты чего? - спросил он, подойдя к кровати. По голосу парня Паймон сложно было определить его настрой - слишком неопределённый он имел тон.       - Я… я т-тебя жду - неуверенно пробормотала она.       - Давно ждёшь?       - Я… я просто… не важно… - стушевалась Паймон, поставив крест на своих недавних планах, и угрюмо перелетела на свою постель.       Итэр улыбнулся милой неловкости своей подруги. Он уже сел на край плиты, чтобы снять сапоги, но вспомнил о важной вещи, что он должен был сказать…       - Пай…       - Да?.. - девушка повернула голову к Путешественнику.       - Я… Прости меня - сказал Итэр, нервно сплетя руки в замок.       Паймон удивлённо вскинула брови и вспорхнула из-под одеяльца.       - Итэр?       - Прости, что обидел тебя… Что нагрубил тогда тебе… с Кандакией… - тихо произнёс Итэр, пряча глаза от спутницы и глядя на свои носки.       - Ты… Значит, ты не злишься на меня? - спросила девушка, приблизившись к Путешественнику.       Итэр порядком опешил от такого вопроса.       - Что?! Нет конечно! Паймон, это ты должна на меня злиться! Фея не ответила, а вместо этого села подле друга.       - Я… Вообще-то я тоже хотела извиниться перед тобой…       - ...За что?       - Пока ты был на крыльце, я много думала, и я… Вдруг осознала, что ты чувствуешь. И поняла, почему ты так переменился после прощания с Джехт…       Итэр взглянул на спутницу, будто не понимая. Он осознавал, что именно поход с Тирзадом выбил его из колеи, но…       - Неужели?       - Ну да… Это ведь из-за того, что её история напомнила тебе твою собственную? Ну, я про твою сестру… - последние слова Паймон сказала значительно тише, будто страшась реакции парня.       Но Итэр молчал. Он вдруг поднял голову, выстраивая в мыслях совершенно новые причинно-следственные цепочки, с каждым мгновением ведущие всё ближе к тому самому Осознанию.       - До этого я толком и не думала о том, что ты чувствуешь… Прости, что я была такой эгоисткой… - сказала фея, положив ладошки на руку парня.       - Можно я обниму тебя? - внезапно спросил Итэр.       Паймон поразилась - ни разу до этого парень не просил о подобном. Со всеми их взаимными подколами, да и впринципе не более, чем дружескими отношениями, фея не ожидала услышать такую… интимную просьбу. Но она и не думала отказывать другу в поддержке, в которой он так нуждался.       - Хорошо…       Она взлетела и зависла напротив Итэра, который тут же обхватил её руками и прижал к груди. Сердечко Паймон забилось быстрее, и она в ответ обвила его шею, прижавшись к щеке.       - Паймон… Спасибо - молвил юноша, - спасибо, что помогла мне самому понять себя…       - Ты… ты насчёт истории с Джехт?       Итэр молча кивнул. Паймон поняла, что не стоит развивать эту тему, чтобы ещё сильнее не напортить, поэтому спросила у него на ухо:       - Я… могу что-то сделать для тебя?       Парень выпустил её из объятий, взглянул на неё своими янтарными глазами и мягко улыбнулся искренности спутницы.       - Поспи со мной.       - Что, правда? - спросила Паймон с плохо скрываемым восторгом, но тут же добавила:       - Итэр, я правда не хочу навязываться. Если тебе хочется побыть одному хотя бы во сне… Я ведь даже в Чайнике постоянно напрашиваюсь к тебе на ночь… - девушка явно была смущена. Раньше не приходилось поднимать эту тему, всё было как-то само собой…       - Глупенькая… - ласково сказал Итэр, на что Паймон, что удивительно, совершенно не обиделась, - я же сам прошу. Разве тебе не хочется? К тому же, без тебя мне снились кошмары…       - Тогда… я с радостью! - улыбнулась Паймон, и Итэр улыбнулся ей в ответ.       Парень бодро скинул с себя сапоги и лёг, оставив место под боком для Паймон, а та скоренько слетала за своей подушкой на тот конец кровати и с довольным лицом улеглась рядом.       - Доброй ночи, Пай - прошептал Итэр, укрывая себя и спутницу тёплым пледом.       - Доброй ночи, Итэр - ответила фея, закрыв глазки.       И в доме старосты воцарилась сонная тишина…

***

      Первые лучи Солнца пробивались сквозь пышные кроны деревьев Земли Ашаван, прогоняя тень ночи из деревни Аару. Вот уже и заурчали вьючные яки около хижины Фодила. Вновь заскрипел запущенный Казимом Белый подъёмник, доставляя воду из пруда в ущелье на верхние ярусы. Стражники, дежурившие на постах ночью, зевали и расходились по своим домам, а остальные обыватели один за другим выходили из жилищ навстречу новому дню. Деревня с неохотой просыпалась.       Тем временем синеволосая воительница, в последний раз обойдя окрестности и проверив дом старика-отшельника Аффана, возвращалась по главной дороге в деревню, намереваясь хорошо отоспаться. Ночь прошла без серьёзных происшествий - несколько плесенников и скорпионов, с которыми она быстро разобралась. Ничего особенного. Девушка завернула направо, и в родном селении её ждала уже знакомая картина: Фодил, ожидавший её, чтобы принять пост; Айтен и Карима, которые всегда старались проснуться пораньше, чтобы встретить Кандакию из патруля; Зияд, который уже, верно, успел где-то напортачить; и прочие милые сердцу воительницы мелочи.       Дедушка Анпу тем временем уже давно проснулся, как свойственно старикам, и хлопотал на кухне, готовя завтрак для новоприбывших гостей, но был прерван вошедшей в дом защитницей Аару.       - Привет, дядя Анпу - приветствовала она его, оставив щит и копьё у стены.       - Аааа, утро доброе, Кандакия! Рад тебя видеть - ответил старик, вернувшись к нарезке грибов.       - Ну что там наш герой? Не буянил ночью?       - А ты поди и глянь, - лукаво улыбнулся староста, - только тихо!       Девушка настороженно подошла к кровати у окна и изумилась - Итэр и Паймон мирно спали в обнимку друг с другом, будто никакой ссоры и не бывало.       “Помирились, голубки” - мысленно усмехнулась она - “Добрый знак…”       Умиротворённая, Кандакия сбросила сандалии и корону в виде полумесяца и улеглась отсыпаться до обеда. Или, может, дольше.