Хочу мир и коммунизм

- Дрон, а у тебя друзья есть? - Нет. Капитан закончил вертеться и расстреливать мишени в коридорах симулятора. Отключил вирт. - В связи с чем был вопрос? Джемма поерзала на табурете, почесала нос. - Я тебе не друг? А Филиппа? Алиса? Иса? Макс? Этот... Э-э-э Галахэд? - Ты - ребенок и пассажир корабля. Филиппа - член экипажа. Алиса - хороший человек. Иса и Макс - товарищи по движению. Галахэд - проверенный партнёр. Так в связи с чем был вопрос? - То есть я тебе совсем не друг? И даже не член экипажа? Просто пассажирка? - Ты - несовершеннолетняя. Я отвечаю за твою безопасность и благополучие. Я не имею права отдавать тебе приказы и требовать от тебя их выполнения как от члена экипажа, как от Филиппы или любого другого взрослого, записанного в команду. Тем не менее, я рассчитываю на твое здравомыслие, разумную осторожность и жду следования правилам поведения на борту. В связи с чем ты решила начать этот разговор? Джемма снова почесала шмыгающий нос. Обида на жесткое "нет", а ещё больше на "пассажирку" и "ребенка" все ещё клокотала в ней. Это было так несправедливо, так незаслужено и так унизительно. И ещё более несправедливым и унизительным был тон. Ровный, спокойный, подробно объясняющий очередную диспозицию. Но разреветься и убежать было б совсем уж жалкой реакцией. Да и... Сейчас убежать и что? Остаться одной? Без Дрона? Ну нет. Ну и пусть ребенок, пусть пассажирка, пусть не-друг... В конце концов Шуба вон вообще просто Шуба. С ней Дрон даже не разговаривает. И не чешет никогда. Не гладит. Тоже не отвечает на потирание башкой. Но для Шубы он вожак ее стаи. А для ксенопум это все. Джемма конечно не ксенопума, но быть преданной она умеет не хуже. И когда-нибудь Дрон в этом убедится. Сам увидит и поймет, какая она ребенок и пассажирка. Вот она возьмёт как-нибудь и как спасет его! Будет тогда знать! - Дрон, а у тебя что правда нет друзей? Совсем-совсем нет? - Нет. Почему ты об этом спрашиваешь? - сейчас Дрон сидел выгибаясь в комплексе ю-ат-фай - то дотягиваясь затылком до пяток, то складываясь в разные треугольники из рук и ног. Перед ним серебряными призраками возникали математические задачи, сменялись цепочки формул и рассыпались ответы. - Я могу подождать, пока ты закончишь тренировку. А потом поговорить. - Говори сейчас. Потом буду занят. Пора сменить квадрант дрейфа. Поясни, чем вызвано твое любопытство. На этот раз зачесалась пятка, потом локоть. Джемма подумала, будет ли сегодня твердое, ровное и тяжёлое как блин для штанги "Джемма", обычно заменяющее капитану весь комплекс угроз и уговоров, которые ей доводилось выслушивать в жизни. Решила, что нет - не будет. Непременно обязательно выяснять причину ее любопытства Дрон не собирается. Легла на пол рядом. Ритмично складываться пополам не стала. Немного почитала медленно ползущий по стене текст, набранный не современной пиктографической лингвограммой, а староземнокитаймкими иероглифами. Полюбовались поднятым специально для нее названием ""На практике" Мао Цзедун". Попыхтела, ожидая повторения вопроса. Или, хотя бы намекающего на раздражение "я слушаю". Не дождалась. Вздохнула. Начала сама. - Мы смотрели древние видео. Франко откуда-то выловил. Там лошадки очень смешные разноцветные. Называются маленькие поня. И у них там все про дружбу. И вообще очень весело и смешно. Чугун так смеялся, что столик в кают-компании сломал. А Гноб даже подавился и икать начал. Очень смешно. Ты знал, что у него уши дёргаются, когда он икает? А потом файл кончился, Франко обещал ещё порыться. Рамзес сказал, что если с б друзьями все было так просто, никаких проблем в мире б не было. Штырь сказал, что все беды от предательства. Гноб, - что Штырь сам предаст кого хошь, и верить ему нельзя, особенно в картах. В общем, они начали ссориться, Филиппа пригрозила сказать тебе, что ее достали их разборки. А потом когда все притихли и залебезили перед ней, вздохнула и сказала, что те, кому повезло стать другом капитана, вытянули у судьбы джек-пот и могут о предательстве больше не париться до тепловой смерти вселенной и дефицита вакуума. Дрон остановил ползущие иероглифы, прервал упражнение. Вытер пот одноразовым полотенцем, тронул пальцем коммуникатор. - Филиппа. - Да, кэп. Уже стартуем? - Через семнадцать минут. Когда, при каких обстоятельствах и кого я называл при тебе своим другом? - Что? Дрон, у тебя контакты перегрелись? - Филиппа, когда, при каких обстоятельствах и кого я при тебе назвал своим другом? У меня такой информации нет, но ты ей, вероятно, обладаешь. - Тааак. Передай Джемме, я отрежу ее длинный язык на шесть десятых. А ты - параноик и психопат. И друзей у тебя нет и быть не может. С тобой общаться-то - в полдня мозгом вконец трехнешься. Успокоился? А Джемме про язык так и передай! - Угроза без реализации - сотрясание воздуха. - отозвалась Джемма Дроновой фразой. Филиппа фыркнула и отключила связь. К тренировке Дрон не вернулся. Забросил полотенце в утилизатор, выпустил каютных роботов-уборщиков, сам отправился в душ. - Дрон, а тебя предавали, да? - дождавшись его, снова пристала Джемма, - Ты поэтому такой? Да? Потому что однажды предали? Да? Как папу с мамой, когда мы хотели скрыться, а нас выдали Рауте? - Какой "такой"? - Нууу, - Джемма поискала слова. Не нашла. "Колючий", "замороженный", "неуютный" наверное бы подошли. Но Дрон был очень ровным, спокойным, и замороженным он не был. А так спокойно и уютно как с рядом ним, Джемме не было нигде и никогда. Может быть в том детстве, что было до того, как принц Раута увидел маму? Но она его не помнила. Помнила шумную и крикливую няню Тесс и невкусную кашу с кабачками и брокколи. Повторила: - Такой. Как ты есть. Чтобы все "не-друзья". Вот! Скажи, тебя предавали? Да? - Мне случалось неверно оценивать людей. И проявлять необоснованное доверие. - Давно? Да? Это, наверное, до Марса было? Щека Дрона дернулась. Но голос прозвучал спокойно как обычно. - Да. Кто рассказал тебе про Марс и что именно? - Макс. Макс, ну когда ты меня у него на квартире в Фератоне оставил на целых трое суток. Я чуть с ума там не сошла. И Макс сказал, что ты из марсианской каторги на Титан сбежать смог. И как вы "Че" угнали, рассказал. - Трепло. Я тебя оставил на семьдесят стандарт-часов. Вернулся через пятьдесят три. Местных оборотов было - полтора. - Все равно долго. - Джемма поежилась. Макс жил один, но старался развлечь "племянницу бывшей жены", познакомил ее с дочками соседки. Всех вместе возил в аквапарк и динозариум. Джемма даже делала вид, будто ей весело плавать в настоящей воде, кататься с горок с переменной гравитацией, нырять в воздушные пузыри, смотреть геномодифированных и выращенных по реконструкции ДНК древних рептилий и протомлекопетающих, потом, что ее интересуют куклы в голографических нарядах и "почти всамделишный" кукольный дом, и девчоночья коллекция звенящих кристаллов. Но воображение все время рисовало ей арест Дрона местными федералами. - Но ты потом убил того, кто тебя предал? Или ту. Или тех. Убил? - Нет. - Они сами умерли? - Я сообщил товарищам о личности провокатора. Ликвидация была признана нерациональным риском. Человек получил высоуровневую правительственную охрану на Земле. - Тогда я вырасту, стану как ты, полечу на Землю и убью его. Или её? - Зачем? Опасной информацией человек не обладает и не обладал. Как провокатор разоблачен, безвреден и бесполезен для врагов движения. - Потому что. - Джемма засопела. Дрон выглядел спокойным, как обычно. Он и был спокойным. И это невероятно бесило. Наконец, она нашла в голове нужную фразу и выпалила: - Предательство прощать нельзя! - Я не прощал. Я сделал выводы. Учел свои ошибки. Постараюсь их не повторить. - Ууууу. - Джемма пометалась по каюте. Несколько раз налетела на забеспокоившуюся Шубу. Которая то совалась к перевозбуждённому детёнышу, то косилась на безмятежного вожака. - А Филиппа его, ее... Ну того человека знает? - Нет. - Не знает кто или не знает вообще? - Не знает вообще. - А почему? - Ни к чему. Она в курсе, что участие движение предполагает товарищеское единство интересов, участие в команде - командную общность действий. Ни то, ни другое не является дружбой и поводом для полной открытости и откровенности. - А со мной? - Ты - несовершеннолетняя, я обязан обеспечить тебе возможности социализации и адекватное воспитание. Поэтому готов отвечать на твои вопросы, если информация ответов не может нанести вред интересам дела или команды. "Все равно спасу! Вот как спасу, и тогда узнаешь!" - желание непременно выполнить "угрозу" в отношении Дрона и непременно его от кого-нибудь или от чего-нибудь спасти, в очередной раз захлестывало с головой. Но показывать рядом с ним свои эмоции, как всегда, казалось неправильным, и Джемма постаралась сдержаться и вернуться к конструктивному диалогу. Раз уж он так хорошо разогнался и получается. - А дружба что тогда? - Договор о доверии большего уровня. Допуск к личному участию в проблемах личности. - А предательство? - Намеренное использование доверия для осознанного причинения вреда. - А безоговорочное, непростимое предательство, вот совсем-совсем непростимое. - Намеренное использование доверия для осознанного причинения вреда третьему лицу, входящему в круг доверия, или интересам дела. Мы закончили этот разговор? Если нет, предупрежу Филиппу - пусть разогревает малые маневровые и запустит проверку Альфа-ускорителя. У тебя будет ещё двенадцать минут на дополнительные вопросы. - Нет. Закончили. А ты хочешь идти за гипперграницей? Может лучше на маршевом в обычном пространстве? - Мы не будем выходить на Альфа-барьер. Вывалимся, повисим полоборота и провалимся обратно.