Милые Игры: Вне Правил

Через неделю позвонил довольный редактор и сообщил, что издательство заказало в типографии дополнительный тираж, основной уже раскупили, а ещё кое-кто из спонсоров захотел профинансировать айдзобан - особое издание по типу артбука в твердом переплёте и с цветными страницами, так что мне придется не только рисовать новые главы, но и перерисовывать старые в цвете. Проблем с этим не будет, у меня нет ни семьи, ни друзей, ни любовника, я всего себя посвящаю манге, либо читаю мангу, либо рисую. Следующие главы у меня готовы на полгода вперёд, и это при том, что я очень дотошный и уделяю особое внимание деталям, превращая каждую страницу в маленький шедевр. А через две недели после выхода танкобона произошло то, чего я вообще не ожидал, ко мне пришли гости. Не подозревая о том, что они уже в квартире, я вышел из ванной, вытирая сильно отросшие волосы полотенцем, давно надо было сходить в парикмахерскую, но я почему-то всё время об этом забывал. Когда я убрал полотенце с головы, поправил на носу очки и обнаружил, что на моём диване сидит прототип Аранея, а выход из комнаты перекрыл привалившийся к косяку прототип Канема, чуть ли не дёрнулся со страха к окну, даже седьмой этаж не так пугал, как эти двое. Как они ко мне попали, вопрос не стоял, Тайрон Вебер ещё в школе умел вскрывать замки с помощью зубочистки и пары ругательств на идише. А там, где замок не поддавался, Инугами Кен просто вышибал дверь. — Добрый вечер, Нагата-кун. Прости, что без приглашения, — сладко улыбнулся Тайрон Вебер, и я понял, что мне конец. — Что вы, что вы, всегда рад, — пролепетал я, переминаясь с ноги на ногу, а потом и вовсе ляпнул: — Хотите чаю? Вебер расхохотался, Инугами остался невозмутим. — Мы сюда не чай пить пришли, Нагата-кун. Присаживайся, поговорим. Тайрон указал мне на кресло, стоящее напротив дивана. Я послушно сел и аккуратно сложил полотенце на подлокотник. Вообще-то я не рассматривал всерьёз вероятность того, что прототипы моих героев вдруг ко мне заявится с вопросом: "Какого ёкая?", всё-таки мангу жанра яой и сёнен-ай читают в основном женщины, к тому же я с самого начала не собирался публиковаться, а когда начал, не верил, что добьюсь хоть какого-нибудь успеха. Но всё равно проконсультировался с редактором на этот счёт. Он сказал, что мои семпаи предъявить мне ничего не смогут, у героев "Прелести" другие имена и они живут в фэнтезийном мире, а то, что лица похожи, так это может быть случайность, просто подсознание так сработало. Хотя насчёт имён всё не совсем так. Я использовал латынь: canem — пёс, как "ину" в фамилии Инугами, feles — кот, как "неко" в Некота, а Вебер с немецкого "ткач", то есть намек на паука, который на латыни aranea. Но многих ли в наше время интересует латынь? Фанатов Гарри Поттера разве что. И всё же из осторожности я однажды пробовал рисовать персонажей не такими похожими на прототипы, вдохновение тут же пропадало, героев с другими лицами я просто не любил, не хотел и не мог с ними ничего. В общем, у меня не было выбора. И сейчас я имел дело с последствиями того, что сделал. Я посматривал то на Тайрона, сидящего на диване, то на Инугами, стоящего за ним у входной двери. За моей спиной была рабочая зона: мой рабочий стол и столы ассистентов, компьютерный уголок, стеллаж с мангой и справочной литературой. Моё маленькое царство. Да начнётся битва? Они же не будут меня в самом деле бить, правда? — А ты совсем не изменился со школы, Нагата-кун, — вдруг сказал Тайрон. Я сжал губы и покраснел. Моё мелкое тело почему-то не желало ни расти, ни набирать вес. После того, как я закончил старшую школу, я так и остался тощим недоразумением, на которое без слёз не взглянешь. Меня очень часто не воспринимают всерьёз, даже люди, которые прекрасно знают, что мне уже перевалило за двадцать пять, всё равно иногда забываются и начинают относиться как к подростку, снисходительно, блин, и заботливо! Бесит! А ещё бесит, когда извращенцы клеиться начинают, нормальных людей я в этом плане не привлекаю. И в магазин для взрослых не зайдешь, приходиться всё через интернет заказывать. То ли дело Тайрон, красавец-мужчина получился, девки текут, парни кончают от одного вида. Инугами ещё мощнее стал, раздеть бы обоих, обладать и нарисовать в разных позах. Ммм! Надеюсь, за очками мой затуманенный мечтательный взгляд никто не заметил. — Поздравляю с выходом твоей прекрасной манги, Нагата-кун, — Тайрон помахал в воздухе томиком танкобона, который листал, пока я не появился. — Ты очень талантливый художник, да и сама история ничего так. — Благодарю, — вежливо отозвался я, чувствуя, что попадаю под его обаяние, как и много лет назад. — И главный герой такой интересный... — продолжал говорить Тайрон, любуясь изображением Аранея на обложке. — Представляешь, прихожу я однажды в свой клуб, а там все мои работники почему-то хихикают, перемигиваются и называют меня "мастер". Я полдня не мог понять, что с ними такое, пока не поймал одного с вот этим! Танкобон шлёпнулся на столик между диваном и креслом. — Я не специально! — пискнул я. — Оно само! Тайрон опять расхохотался. Хотел бы я уметь так свободно смеяться. Смех резко прекратился, прототип Аранея вдруг наклонился ко мне и проникновенно произнес: — Я здесь не для того, чтобы возмущаться, мне даже лестно, что ты сделал из меня такого персонажа. Я пришёл кое-что уточнить насчёт Экстры... Тут я чуть не свалился в обморок. Экстра в моей манге была кое-чем особенным. В школе я всего один раз столкнулся с Тайроном и его свитой, я учился на два года младше и наш класс находился в другом крыле, но слава "блистательной троицы" до нас иногда долетала. Я с детства любил рисовать и рисовал в любую свободную минуту, однажды меня за этим делом поймали заскучавшие старшеклассники, сначала просто тупо ржали надо мной и моими рисунками, а потом один из них велел, чтобы я нарисовал самую красивую девочку школы без одежды. Я отказался, потому что голых женщин, на мой взгляд, рисовать было неприлично и неинтересно. Отказ им не понравился, на меня стали наезжать, потом угрожать, а когда и это не помогло, главный любитель обнажёнки схватил меня за руку и сказал, что переломает мне пальцы, я закричал. Дальше всё случилось очень быстро, непонятно откуда появился Тайрон со своей неизменной улыбочкой и вопросом: — Что за тусня и почему без нас? Инугами оторвал от меня обидчика и выкрутил ему руку так, что заорал уже он. "Любителей прекрасного" как ветром сдуло, Некота осмотрел мои пальцы и участливо спросил: — Ты как? Вебер поднял мой блокнот, полистал, сказал, что я отлично рисую, и протянул мне. Я промямлил "спасибо", а он вдруг подошёл ко мне вплотную, поймал мой растерянный взгляд, провел кончиками пальцев по моей щеке и игриво произнес: — А ты хорошенький! Не хочешь отблагодарить своих спасителей как-нибудь по-особенному, м? Я ошарашенно замер, не веря тому, что услышал. Вебер-семпай заигрывал со всеми подряд, невзирая на пол, возраст и социальный статус. Если он считал человека привлекательным и готов был подтвердить это на деле, просто говорил об этом, не стесняясь. Но в тот момент я не мог поверить, что понравился ему, я подумал, что он шутит, поэтому отпрянул, пытаясь скрыть обиду. А ещё было жутко стыдно от того, что тело моё это шуткой не посчитало и заинтересованно отреагировало. Много ли мальчишке надо в пятнадцать лет? — Тай! — рявкнул Некота на своего друга, оттаскивая его от меня. — Не будь таким! Это подло! — Так я же от чистого сердца к взаимному удовольствию! — возмущался Тайрон, обольстительно мне улыбаясь. — Пойдём, провожу тебя до твоего класса, — сказал Инугами и положил ладонь мне на спину между лопаток, я послушно пошел. — Если ещё раз кто-то привяжется, скажи, что мне это не понравится, и от тебя отстанут. — Спасибо, — снова пролепетал я, восхищение во мне смешивалось с возбуждением. Каждый из них до меня дотронулся, осознание этого наполняло меня восторгом и смущением, ладонь, щека и спина горели, помня прикосновения... Никогда не знаешь, когда и на ком тебя перемкнёт. — Это здорово, что ты рисуешь, — чуть улыбнувшись, сказал Инугами, когда мы почти дошли. — Надеюсь, однажды ты нарисуешь что-то удивительное. Я снова покраснел и снова неловко поблагодарил. С тех пор я рисовал только их и никого больше. Каждый из "блистательной троицы" был для меня прекрасен по-своему, и я обожал их всех одинаково. Можно ли любить сразу троих? Оказалось, что можно. Если бы мне предложили выбрать только одного, я бы, наверное, не смог. Хотя чисто с практической точки зрения, подразумевающей сексуальную эксплуатацию, выбирать надо было Тайрона, Некота слишком чист и прекрасен, на него можно было только любоваться и ни в коем случае не трогать, Инугами до невозможного скромен и благороден, его пришлось бы соблазнять, а соблазнять я никогда не умел, с Вебером проблем бы не было, а был бы секс, секс и ещё раз секс. Мечты, мечты! Сколько раз после того случая я мечтал повернуть время вспять и ответить "Да" на непристойное предложение. Но время было упущено и мне оставалось только жалеть об этом. Конечно, можно было подойти к ним и, не знаю, просто заговорить или даже намекнуть, что не против "поблагодарить по-особенному", но я был слишком застенчив, и скорее умер бы. Поэтому только рисовал, рисовал и ещё раз рисовал, по-всякому, извращался на полную катушку с костюмами, позициями, комбинациями. Из всего этого начала получаться манга, которую из-за недостатка опыта и смелости мне не удалось тогда закончить. Зато через десять лет я к ней вернулся и создал мою "Прелесть". Так вот, про Экстру. Сюжет у неё был незамысловатый, как у всякой истории "porn-without-plot". Араней в очередной раз задолбался разгребать то дерьмо, что постоянно случается в Мрачных Пределах, и на пару с Канемом забурился в средней паршивости имперский кабак, чтобы попить пивка и расслабиться. Кабак кроме пива, закусок и острого на язык персонала предлагал ещё и культурную программу, поэтому на небольшой сцене симпатичный бродячий музыкант бодро бренчал на сямисэне и пел шуточную песенку о любовных похождениях Темного Мастера, каждый куплет воспевал очередную постельную победу любвеобильного полудемона и заканчивался строчкой: "Щёчки горели румянцем, и падало с плеч кимоно". Великий соблазнитель, согласно песенке, постоянно попадал в забавные ситуации и куда бы ни шел, встречал новую любовь. Непритязательным слушателям песенка нравилась, народ очень быстро запомнил последнюю строчку и орал её вместе с исполнителем. Араней смеялся до слёз, уткнувшись в плечо Канема, а потом, не считая, сыпанул музыканту горсть золотых монет в чашу для донатов. Трое хмурых типов, сидящих неподалеку, переглянулись между собой, Канем это заметил и предложил Аранею тайком проследить за музыкантом, чтобы он без проблем добрался до дома. В результате несостоявшиеся грабители поимели большие проблемы в виде пудовых кулаков Канема и жизнерадостной кровожадности Аранея, а музыкант не отказался отблагодарить своих спасителей по-особенному, причем обоих сразу. В меня будто демон вселился: стыд, стеснение и какие-либо запреты снесло к чертям, когда я рисовал, как юный музыкант, обольстительный Властитель Мрачных Пределов и его молчаливый мощный телохранитель предаются безудержной страсти втроём. Все мои сожаления о несбывшемся, постыдные мечты и нереализованные желания воплотились в этой качественной и с любовью прорисованной порнушке. Мальчишка-музыкант был красивее, смелее и находчивые меня, он был таким, каким я возможно хотел бы быть, но никогда не стану, разве что в своём воображении. После жаркой ночи он просыпается и обнаруживает, что на дэке его сямисэна написано: "Официально разрешаю петь обо мне. Тёмный Мастер" В первом томе "Прелести" никакого секса между героями не было, лёгкую эротику обеспечивали красивые позы, распахнутые невзначай одеяния, сцены в купальне и фривольные подкаты горячего Аранея к неприступному Фелесу. Я сделал ставку на качество рисунков и сюжет. И на контрасте с этим откровенная Экстра с тройничком срывала башню. Такое решение оказалось очень удачным. В журнале Экстру не печатали, поэтому танкобоны расхватывали быстрее, чем мороженое в жаркий день. Но это всё маркетинговая лирика, которая совершенно не имела отношение к ситуации в которой я сейчас находился. Тайрон Вебер смотрел мне в глаза и спрашивал: — Ты жалеешь, что Харуки нас тогда остановил? Что? Он помнит? Он это помнит? — Да, — ответил я, терять уже было нечего, кроме девственности. — Хочешь, чтобы мы продолжили? — Да. — Тогда иди сюда. Он откинулся на спинку дивана и чуть шире расставил ноги. Я тут же шагнул с кресла на столик, а потом со столика к нему на диван, оседлал колени, положил ладони на плечи и заглянул в глаза, которые рисовал, наверное, тысячу раз. На этом моя решимость кончилась, я растерялся, не зная, что делать дальше. Хорошо, что Тайрон тут же подхватил инициативу, обнял меня, придвинул ближе к себе, потом снял мои очки и ладонью убрал волосы с лица: — Ну совсем не изменился, — недоуменно произнес он, и я залип на его губах. Губы Тайрона Вебера — это грех во плоти! Завораживающие и притягательные, полные, мягкие, изумительным образом очерченные. Он будто бы услышав мои желания, положил мне ладонь на затылок, потянул к себе и поцеловал. Вторая его ладонь в это время скользила по моей спине вниз, чтобы огладить задницу. Я потерялся в ощущениях, несмело отвечал на поцелуй, и тихонечко застонал, когда Тайрон сжал мою ягодицу. — Ты уже делал это с мужчинами? — тихо спросил он у самого уха. — Нет, только с игрушками. — Тогда просто расслабься, — обеими руками он потянул вверх мою пижамную футболку, помогая снять. Оказавшись полуголым, я на долю мгновения застеснялся своего тощего тела и ручек-палочек, но потом Тайрон положил ладони мне на талию и я... чуть не заплакал. До меня так давно никто не дотрагивался, чтобы кожа к коже, что я уже успел забыть, как это бывает. Тепло, как же мне не хватало тепла, хотя бы телесного. Я несколько раз проморгал, чтобы сдержать слезы, и встретился взглядом с Инугами. Он смотрел на нас двоих не отрываясь, от его взгляда меня будто током прошило. Или это случилось от того, что Тайрон прошёлся языком по моей шее, а пальцами приласкал соски? — Хочешь, чтобы Кенни к нам присоединился? — промурлыкал соблазнитель, проследив мой взгляд, и я в третий раз ответил: "Да". Продолжая на меня смотреть, Инугами подошел к дивану и, легко перемахнув через спинку, опустился на сиденье рядом с Тайроном. Тот с довольной улыбкой притянул его к себе за галстук и впился поцелуем в губы, а потом снова вернулся к моей шее, а губы Инугами теперь достались мне. Ощущения были совсем другие, но не менее будоражащие. Почти не осознавая, что делаю, я провел ладонью по рубашке Инугами сверху вниз и обхватил крепкий бугор в его штанах, услышал довольный выдох, похожий на звериный рык. И в это же самое время Тайрон коснулся моего члена сквозь тонкую ткань домашних штанов. Я чуть не кончил и застонал уже в голос. — Ты такой чувствительный, Нагата-кун! — шептал мне на ухо Тайрон, а Инугами помогал справиться с ремнем на брюках. Я, правда, это делаю? Сразу с двумя в свой первый раз? Да-а! Хорошо-то как! Сомнение и стеснение истаяли, как льдинка в кипятке, точно так же, как тогда с Экстрой, я просто осуществлял свои желания, не задумываясь хорошо это или плохо и что будет потом. Настоящий член облизывать куда приятнее, чем искусственный, а ещё приятнее понимать, что доставляешь удовольствие такому шикарному мужчине, как Инугами, и чувствовать при этом, как его пальцы подхватывают пряди моих волос у лица, чтобы не мешали. А сзади Тайрон уже поставил меня на колени, стащил штаны и трусы с моей задницы, приласкал и скользнул языком в... да, прямо туда, хорошо, что я только что из душа. Мне оставалось только стонать и скользить губами по члену Инугами. — Где у тебя тут трахаются? — спросил Тайрон, оторвавшись от своего занятия. — Нигде не трахаются, а спят там, — я махнул рукой в сторону спальни. Инугами подхватил меня на руки и понес, Тайрон шел следом, раздеваясь на ходу. — Жаль, наш Принц к нам не присоединится, его похитил северный варвар и делиться не хочет. Северный варвар? Похищение? А это интересно! Я представил хрупкого Фелеса в объятиях мужественного блондина в мехах и ощутил дикое желание это нарисовать. В голове уже начал выстраиваться новый поворот сюжета, но я отогнал от себя навязчивые творческие мысли, творчество у меня каждый день, а интимной жизни считай не было. Кровати у меня тоже не было, только футон на полу, на него-то меня и опустили. Рядом шлёпнулась лента презервативов и тюбик смазки, похоже, Вебер-семпай ответственно готовился к нашей встрече. Из одежды на мне оставались только носки, я снова почувствовал себя неловко и потянулся, чтобы их снять. — Не надо, я сам, — тут же остановил меня Тайрон, глаза его заворожённо сияли, он чуть ли не облизывался, глядя на мои ступни, и чуть слышно шептал: — Какие у тебя чудесные маленькие ножки, Нагата-кун. Потом я оторопело наблюдал, как он целует мою коленку, поглаживая икру, как спускается поцелуями до ступни, подхватывает край носка зубами и начинает стягивать, не отрывая от меня жаркого взгляда. А уж когда его губы обхватили большой палец на ноге, я не выдержал и застонал. Инугами в это время сидел сзади, прижимался грудью к моей спине, ласкал моё тело большими и сильными ладонями, нежил поцелуями ухо и согревал лучше всякого одеяла. Я поясницей чувствовал его стояк и сладко вздрагивал, когда пальцы одного из мужчин проходились по особо чувствительным местам. Смелея всё больше, я сам начинал ласкать моих любовников, узнавать на ощупь, на вкус, на запах. Знакомый с сексом лишь теоретически, я открывал для себя новый мир, нового себя. Я и предположить не мог, что Инугами может быть таким нежным и заботливым, и что Тайрон будет от меня в таком восторге. Ему нравилось абсолютно всё, что он видел и трогал, впрочем, Инугами ему тоже нравился, и он это продемонстрировал уже потом, после того как... — Первым буду я, не возражаешь? Красавчик Инугами не для девственников. Я не возражал, хотя чисто технически я не такой уж девственник, баловство с игрушками меня неплохо к происходящему подготовило, так что я принял красавчика Тайрона почти без боли. Инугами держал меня под коленками, раскрывая для приятеля, а я сам, закинув руки вверх, гладил его шею и затылок, пока Тай меня готовил, а потом уже просто вцепился пальцами в мощные плечи и отдался наслаждению. После невероятного по силе оргазма я, расслабленный и ошеломлённый, наблюдал, как Тайрон опрокинул своего друга на лопатки, с непередаваемо чувственным стоном насадился на его крепкий член и начал плавно двигаться, потому что кончить ему захотелось именно так. После пары игривых фразочек, Инугами взбрыкнул, сам завалил Тайрона и оттрахал так, что тот чуть ли не выл. Наверное, это было самое прекрасное, что я видел в жизни. Потом удовлетворённый Тай затащил меня в душ, больше лапал, чем помогал мыться, но я тоже в долгу не остался. Пока душ занимал Инугами, мы вдвоем валялись на футоне, он листал захваченную по дороге мою "Прелесть" и комментировал понравившиеся моменты, а я тихо любовался им и офигевал от происходящего. — Слушай, а с чего вдруг ты нашего Котика в публичный дом запихнул? Откуда идея? Я всерьёз задумался, вспоминая. — Так я это ещё в школе придумал. Тогда ещё крупный скандал был с загородным борделем, может помнишь? Там вроде бы несовершеннолетние были и не совсем добровольно. — Ага, ага, что-то припоминаю... О! А вот здесь прикольно получилось! Хару с ушками и хвостом прелесть просто! Вот ты затейник, Нагата-кун! Я млел и краснел, и мечтал, чтобы эта ночь не заканчивалась, и тут же гнал прочь свои глупые мечты. Инугами чем-то шуршал на кухне, и от этого было так уютно, так хорошо. Почему у меня никогда никого не было? Потому что мне проще рисовать, чем разговаривать с людьми, и если я пытаюсь измениться, очень быстро становлюсь несчастным. Но всё нормально, не всем же быть в отношениях, меня всё устраивает, у меня есть моя работа, мои нарисованные любимые люди, моя "Прелесть". А то, что происходит сейчас, исключение из правил, кусочек другой жизни, вдруг ненадолго попавший в мою. Другое счастье, которое мне не светит. Главное, не тянуть к нему руки, не пытаться удержать. — Араней здесь просто шикарен! — восхищался Тай, разглядывая красавца-полудемона, восседающего на троне и пронизывающего читателя притягательным взглядом с бумажной страницы. — Ох, я б ему такому отдался! Или сам завалил, не важно! Инугами принёс нам по бутылке воды, что было очень кстати, и взбитые сливки, чем весьма взбудоражил Тайрона. — Хочешь сладенького, Нагата-кун? Я хотел! Я хотел всё, что эти двое собирались мне предложить! Так что к утру мы уделали Экстру по количеству и качеству секса, и я просто отрубился, упав на широкую грудь Инугами, Тайрон прижимался к мне со спины, его ладонь поглаживала мою счастливую задницу. — Ты раньше никогда не соглашался на тройнички, хотя я предлагал... — прошептал он и прижался теснее, чтобы было удобнее разговаривать с приятелем. — Не соглашался, — так же тихо подтвердил Кен. — А почему сейчас согласился? — Ты знаешь, почему, — усмехнулся Инугами. — Да, надо было ещё в школе его завалить! А всё Хару со своими дурацкими приличиями! — Он был прав. Тогда это было бы… неправильно. — Вот вы оба морализаторы на мою голову! — фыркнул Тайрон. — Дальше что будешь делать? — Посмотрим. Тут я окончательно уверился, что мне это снится, и заснул ещё крепче.