Trust me, please...

«Успех может достаться и плебею и бездарности; но укрощать ужасы и подчинять несчастья — удел великого мужа. Всегда быть счастливым и прожить жизнь без единой царапины на душе — значит, не узнать ровно половину природы вещей.»

Луций Анней Сенека.

Чон Чонгук

После ухода Тэхёна, Чонгук выпивает обезболивающее и падает на кровать, мечтая забыться сном, что принесет ему облегчение. Но не тут-то было… Сон не идёт, мысли то и дело возвращают его к Киму и вынуждают смачно выругаться в никуда… «Надо было идти с ним!» То ли таблетка начала действовать, то ли Чонгук внезапно воспрянул духом после их откровенного разговора, но он всё же плюёт на горизонтальный отдых и направляется к холодильнику, который в итоге оказывается пуст. «М-даа… Чем же ты питался все эти дни?!» Залив в себя стакан воды, он умылся, принял освежающий душ, и обтирая волосы полотенцем, сел на кровать в раздумьях, что же ему делать дальше… Он проверяет свою одежду и с облегчением обнаруживает банковскую карту, да немного наличных в кармане, кроме денег он ничего не находит, и это вполне объяснимо: выключенный телефон он оставил дома, так к нему и не притрагиваясь, ключей от машины нет, потому что поймал такси прямо у обочины дороги и рванул в клуб, заливать своё горе… Заказывать еду на дом без телефона — не вариант, поэтому почесав затылок, Чонгук решает прогуляться до ближайшего магазина. Одетый и причесанный он стоит у двери и вдруг понимает, что ключа от квартиры у него нет. Обшарив всё вокруг, Чонгук открывает ящик комода в последней надежде и чуть не кричит от радости, потому что ключ действительно покоится на дне ящика. Протянув руку, он случайно касается пальцами уже узнаваемой фоторамки и осторожно достаёт её. «Какой Тэ здесь счастливый… И Минсу…» Непривычно видеть как будто бы себя со стороны, это вызывает некоторый дискомфорт и ступор… «Тэхён убрал снимок. Но почему? Из-за меня?» Чонгуку становится неловко. Он совершенно загадочным образом ворвался в жизнь Тэхёна, прочно засев в его сердце, равно, как и Тэхён засел в его… «А если бы я не был похож на Минсу? Обратил бы он на меня своё внимание? Полюбил бы?» Печально выдохнув, он берёт ключ и идёт к двери… В супермаркете Чонгук скупает всё подряд: и продукты, и шампуни с гелем для душа, и даже смазку для замков. Идти с огромным количеством тяжёлых пакетов, да ещё и с похмелья — развлечение то ещё, хорошо хоть, что Тэхён живёт близко к магазину. Холодильник забит под завязку, на плите тушится мясо, а Чон с усердием ковыряется с замочной скважиной. Несколько раз проверив механизм, он остаётся доволен и кладёт ключ на место, а затем зависнув на несколько секунд, достаёт фоторамку и ставит её на комод. «Так и должно быть… Это правильно! Если бы не Минсу, возможно я не был бы сейчас с самым любимым человеком на свете.» А в это время Чон-старший стоит в комнате сына и держит в руках изрезанные ножом обрывки полотна, на котором когда-то был изображён Ким Тэхён…

Офис «아늑함»

Ему так не хотелось уходить от Чонгука, но к сожалению собрание само себя не проведёт, и Тэ с печальным видом приходит в офис. Сокджин уже вовсю суетится, подготавливая необходимые документы для презентации завершенного проекта господина Ли, а увидев Тэхёна — улыбается от всей души. — Всё готово, господин Ким, собрание будет вовремя! «Откуда в нём столько энергии? Всю ночь в офисе просидел, а на лице и намёка нет на усталость. Он что, не человек?» Тэхён приветствует его, и понизив голос интересуется: — Джин, Вы хоть спали сегодня? — Оо! Всё хорошо, не беспокойтесь за меня! А у Вас? Эмм… Всё разрешилось? — Вы о чём? — Тэхён в недоумении смотрит на чересчур счастливого секретаря. — Ну… С господином Чоном, я имею в виду. — Джин… — Тэхён заговорщицки шипит, закатывая глаза. — Что Вы такое говорите? — Я слышал, как Вы по телефону… — Джин… — больше Тэхён не может сдерживать рвущуюся улыбку и хлопает его по плечу. — Успокойтесь, мы поговорили и всё выяснили. — Слава Богу! — и ведь правда облегчённо вздыхает, как будто это было проблемой всей его жизни… Ли приходит к назначенному времени, держится сухо, скупясь на слова, лишь изредка пристально поглядывая на Кима. — В целом меня всё устраивает. Я доволен результатом, — но вразрез с его словами, взгляд суровый и до дрожи ледяной. А Тэхёну откровенно наплевать. Даже если Ли после ухода будет трубить на каждом шагу о некомпетентности сотрудников их офиса — ему плевать! — Рад был с Вами поработать, господин Ким. «Сказал бы я «взаимно», но нет…» — Всего хорошего, господин Ли. «Дорогу на выход сам найдёшь!» Отдыхая в своём кабинете, Тэхён порывается позвонить Чонгуку, но вспоминает, что телефона у него не было. «Я соскучился, Гуки…» От Чимина приходит сообщение, где он спрашивает, всё ли у друга в порядке, и Тэ отвечает ему, что всё хорошо. Он закрывает глаза и укладывается затылком на спинку кресла, но уже через минуту со стуком входит Сокджин. — Я принёс Вам кофе и печенье, а то Вы сейчас уснёте… — слегка хмурясь, он ставит чашку с блюдцем перед Тэхёном и скрещивает на груди руки, строго уставившись на заместителя. — Надо отдыхать, господин Ким! Подумайте о своём здоровье. — Спасибо, Джин. Что бы я без Вас делал? — Тэ с благодарностью отпивает дымящийся напиток и сладко улыбается. — Это то, что надо… — Я советую Вам сегодня уйти пораньше. Всё равно новых заказов пока нет, а с текущими проектами и без Вас работники справятся. Впереди выходные, отдохните обязательно! — Джин всё также хмуро смотрит на Тэхёна, ожидая его реакции. — Слушаюсь… И только после этого довольный Сокджин выходит из кабинета с победной улыбкой на лице, чем вызывает искренний смешок Тэхёна. «Я и не знал, что Джин окажется таким душкой…» Поразмышляв о том, что происходило в последние дни, Тэхён наконец-то отпускает боль и тревоги, терзающие его сердце. «Не хотел бы я пережить это ещё раз…» Он прислушивается к словам Сокджина и со спокойной совестью решает покинуть офис, тем более Чонгука хочется увидеть, как можно скорее… Зайдя в приемную, с целью попрощаться с секретарём и пожелать ему удачных выходных, Тэхён застывает на пороге… Перед ним открывается весьма занятная сцена, в которой бывшая девушка Чонгука — Пак Сонхи нежно целует Сокджина в губы… «Неожиданно…» — Кхм… Э-э, Сокджин, я ухожу и оставляю всё на Вас. Спасибо за кофе, увидимся после выходных. Резко отпрянувшая Сонхи моментально покрывается ярким румянцем и лихорадочно прячет глаза, не обращая внимания на то, как Ким сильно сжимает её миниатюрную ладонь. Она даже не успевает рта раскрыть, чтобы поздороваться с Тэхёном, как тот уже исчезает из поля зрения. — Оппа… Как неловко… — Всё в порядке, любимая…

Мин Юнги

Юнги задумчиво кусает губы, перебирая клавиши студийного синтезатора. Его мысли сейчас далеко-далеко, а именно: в полумраке собственной спальни, где между ног ритмично мелькает светлая макушка Чимина, который вкусно захлебываясь слюной, с удовольствием проталкивает его член в глотку. Этот невероятный парень заставляет думать о нём каждый прожитый миг, да так основательно, что все остальные жизненные вопросы остаются за бортом. Юнги вспоминает их сегодняшнее утро, когда Пак приручая кофемашину, обжёг паром палец, и как его глаза тут же наполнились слезами обиды. "— Ну что ты, Чимин-и? Дай я поцелую, и всё пройдёт…" И он готов целовать его бесконечно: и пальцы, и губы, и каждый миллиметр чиминовой кожи… Лишь бы только этот мальчик всегда был рядом… «Значит ли это, что я…» Мин хмыкает с полуулыбкой на губах, оставляя аппаратуру в покое. Всё равно на музыке он сейчас сосредоточиться не в состоянии. «Мой ласковый котёнок… Мой…» Идея приходит ему в голову спонтанно, стоило только взглянуть на часы, и он уже хватает ключи, запирая дверь студии… «Я что, не могу сделать сюрприз своему малышу?!» Он покупает по пути пирожные, которые Чимин обожает, но старается ими не увлекаться, и с воодушевлением направляется к нему на работу…

Пак Чимин

Танцевальная студия сегодня переполнена, собственно, как и всегда. Чимин выкладывается на все двести и вытирает ладошкой взмокший лоб. Послушные ученики готовы его боготворить и с особенным вниманием заглядывают в рот, лишь бы не упустить важные наставления молодого преподавателя. Намджун, как обычно с интересом наблюдает за занятиями, мысленно «облизывая» Пака с головы до ног. «Почему же мы не встретились раньше?» Время приближается к обеденному перерыву, но Чимин в этот период никогда не ест, а просто отдыхает. Юнги уже не раз делал ему замечания по поводу его фанатичного отношения к собственной фигуре, но блондин упрямо придерживался своего мнения на этот счёт… — Ты молодец, Чимин. Отлично поработал! Устал наверное? — Намджун подходит со спины и заботливо устраивает свои ладони на хрупких плечах, начиная их разминать. — Расслабься пожалуйста… Чимин этот внезапный жест принимает, как дружеский, но уже спустя минуту ему становится некомфортно, и он деликатно, чтобы не обидеть Кима, отходит в сторону, освобождаясь от его рук. Подходит к скамье с целью взять своё полотенце и не успевает до него дотянуться, как в следующий миг чужие крепкие руки окольцовывают его узкую талию, а ухо опаляет жарким дыханием. — Чимин… Ты очень привлекательный, знаешь? «Что?! Блять! Что ещё за разговоры?!» — Эмм… Намджун, это всё как-то. — КАКОГО ХУЯ ТЫ ЛАПАЕШЬ МОЕГО ПАРНЯ?! — оглушающий рык разносится по всему помещению, и Чимин в ужасе поворачивается на входную дверь. Юнги быстрыми шагами приближается к парням и без предупреждения впечатывает свой кулак в челюсть Намджуна. Чимину даже кажется, что он слышит хруст, но сейчас его больше волнует бешеный вид Юнги… — Ещё раз распустишь свои конечности в сторону Чимина — всю оставшуюся жизнь проведёшь в инвалидном кресле! Ты меня хорошо услышал?! — Д-да… Прости, это недоразумение… — Намджун прижимает руку к лицу, и увидев за спинами Юнги и Чимина любопытных учеников, выбежавших на крики, спешит скрыться в комнате персонала. Юнги переводит свой взгляд на бледного, как смерть Пака, у которого рот непроизвольно открылся, а глаза стали раза в два больше обычного, и схватив его за руку, выводит из зала занятий. Они отходят чуть дальше по коридору, где Мин припирает бедного молчаливого Пака к стенке. Дышит так шумно, вот-вот пар из ноздрей появится… — Я не отдам тебя никому, понял?! — у Юнги в глазах огонь и кулаки сжаты так сильно, что кожа готова порваться на костяшках. — Юнги, да я и не собирался… — Чимин не на шутку испугался, впервые увидев Мина в гневе. — Ты должен знать! Ты только мой! Потому что… — он делает пару вдохов-выдохов, а потом решительно вскидывает голову, глядя в упор. — Потому что я люблю тебя! Проходит секунда, вторая, третья, и Пак моргает, не веря своим ушам. — Повтори… (шёпотом) Но Юнги просто прижимает его к себе и вгрызается в мягкие губы, с напором, нагло, по-хозяйски… — Люблю тебя… — Юнги… В груди Чимина взрываются петарды, и он боится потерять сознание от нахлынувшего головокружения. Ноги совсем не держат, руки цепляются за плечи, а в глазах одна лишь поволока… — Юнги, я… (Боже! Это действительно происходит со мной?!) — И я люблю тебя, милый!

Ким Тэхён

Ноги сами его несут к Чонгуку, к человеку, без которого дышать трудно, жить невозможно! Уже невозможно… Какие схожие чувства, какие глубокие и насыщенные… Подобные Тэхён испытывал когда-то с Минсу. Только лишь разница в том, что их любовь родилась, как само собой разумеющееся явление и плыло оно по течению в гармонии и спокойствии, а с Чонгуком он словно пробирается через тернии к звёздам, оставляя шрамы в сердце. И всё равно душа рвётся к нему, как солнцу, невзирая на препятствия… Уже приближаясь к двери квартиры, он чувствует запах еды и с сожалением ловит себя на мысли, что оставил Чонгука без съестного. — Ты уже вернулся? — подлетев к Тэхёну, он улыбается так ярко, что у Кима внутри трепещет что-то большое и приятное. Чонгук ждёт, когда Тэ снимет обувь, а потом обнимает его за талию, прижимая к себе. — Я соскучился, — шёпотом на ухо, вдыхая запах шампуня. — И я… Думал, что ты спишь, а ты тут вовсю хозяйничаешь? — Тэхён с облегчением зарывается в густых волосах младшего. — Без тебя не спится, Тэ… Ну, как всё прошло? — не отрывая рук, Чонгук пятится вместе с ним в сторону кухни маленькими шажочками. — Всё прошло, и это — главное… — Тэхён уже готовится в подробностях пересказать Чонгуку детали собрания, но тот только пожимает плечами и целует его нежно в шею. — Тогда мой руки, и я буду тебя кормить… — Звучит вкусно, Гуки! Прости, что оставил тебя без еды. — Меня? Ты сам-то когда в последний раз ел? Тэ, у тебя в холодильнике мышь повесилась, и кроме двух пачек рамена я больше ничего не нашёл. — Мне было не до этого… «Были дела важнее еды, Гуки» — Но меня регулярно подкармливал Сокджин! Кстати… Знаешь, кто пришёл сегодня в офис? — Тэхён хитро играет бровями. — Кто? — Сонхи! — Что?! — Чонгук растерянно хлопает глазами. — Неужели она снова решила… — Она не к тебе приходила, а к Сокджину. — Зачем? — теперь Чонгук совсем ничего не понимает. — Похоже, они встречаются, Гуки. Они целовались… — усмехнувшись, Тэхён ждёт большущих черных глаз, и когда Чонгук их ожидаемо распахивает, Ким тонет в этом омуте… — Охренеть! Что ещё у вас там произошло, пока меня не было? — Больше ничего. (если не считать неприятности последних дней…) Ты кажется хотел меня накормить, мм? — Ой! Да, сейчас! — Чонгук быстро накрывает на стол, словно заботливая суетливая мама, и вопросительно смотрит на Тэхёна, когда ставит перед ним тарелку с овощами и мясом. — Попробуй, я старался… — Я по запаху уже уверен, что это бесподобно, Гуки! — он берёт палочками аппетитный кусочек мяса, и как только тот попадает в рот, закрывает веки, мыча от удовольствия. — Я же говорил! Вкусно! Ты просто талант! — А ещё я наконец-то смазал твой скрипучий замок! — Жаль… А мне нравилось, как он скрипел, но всё равно спасибо большое! — Тэхён с набитым ртом тянется за телефоном, который начинает вибрировать. — Это Чим… «Конечно же этот неугомонный парень не отстанет просто так!» Пак пишет ему, что у него есть потрясающая новость, в связи с чем они с Юнги собираются их навестить, и никакие возражения и отговорки не приветствуются! «Что ж… Перед смертью не надышишься» — думает Тэ и продолжает уплетать мясо за обе щеки… — Тэ, у меня есть ещё одна новость. Отец согласился на открытие студии. Мы уже даже выбирали место в Сондоне… Тэхён давится, выпучив глаза, и проглотив недожеванный кусок, улыбается во весь рот. — Это же замечательно, Гуки! Отличная новость, я так рад за тебя! О, Боже, поверить не могу… Парни приходят ближе к вечеру с бутылкой вина и клубникой для Тэхёна. Чонгук стыдливо здоровается с Юнги, пытаясь прочесть по взгляду, что именно думает о нём хён. — Что за праздник, Чим? — Тэхён достаёт бокалы, расставляя их на столе. — Сначала налей, потом скажу, — Чимин прямо так и светится, не отлипая от Мина. Подняв бокалы, Чонгук с Тэхёном вопросительно смотрят на парней. — Мы с Юнги теперь вместе! — довольный Пак склоняет голову к его плечу. — А до этого вы врозь что ли были? — Чонгук ни хрена не понимает, переводя взгляд с одного на другого. — Мы любим друг друга! — победно заявляет Чимин и чокается со всеми по очереди. — Оу! — у Чонгука нет слов, и у Юнги по всей видимости тоже… — Поздравляю, Чим! Только почему так пафосно? — Тэхён делает небольшой глоток вина, облизывая губы. — Ты что?! Я впервые услышал от парня «Я люблю тебя!» Как я должен по-твоему себя чувствовать?! — Вероятно очень счастливым? — Вот именно! Я счастлив и Юнги тоже, поэтому мы здесь! Судя по Юнги, он либо не разделял огромное счастье Чимина, либо очень старательно его скрывал, а потому присосался к вину, чтобы занять рот. — Кстати, Ромео! — Чимин прищурившись смотрит на Чонгука, который кормит Тэхёна клубникой. — Пойдём-ка выйдем на пару слов! — и взявшись за его рукав, тащит к выходу. — Че? Бить будешь? — Посмотрим… Оставшись наедине с Юнги, Тэхён подливает ему ещё вина и тихо спрашивает: — Что, правда так серьезно? Мин без промедления заливает в себя второй бокал, и выдохнув, отвечает: — Да хуй его знает… У меня вырвалось как-то, сам не ожидал… — Постой! Так ты что же? Дал Чимину повод думать, а сам… — Я сказал это на эмоциях! Но… — Юнги устало опускается на стул. — Я правда его люблю, Тэхён. Я это понял сегодня. Понял, что не смогу без него. Просто это для меня так… По-новому? — Чимин хороший, Юнги. Он иногда бывает взбалмошным, но сердце у него ангельское. Тебе с ним будет и тяжело, и легко одновременно, но если ты его любишь, то примешь его любым… — Спасибо, Тэхён… Удивлённый Чонгук прижат к стене подъезда и смотрит на коротышку Чимина сверху-вниз, а тот вцепившись в его одежду, тычет пухлым пальчиком в лицо, изображая вселенский гнев. — Объясни-ка мне, что ты делал в клубе прошлой ночью? И почему распускал свои шаловливые руки, тиская за зад какого-то левого парня, а?! Совсем совесть свою растерял?! — Этого не могло быть! Я не помню ничего подобного… — Тэхён не заслуживает к себе такого обращения, понял?! — Да! Но ты обвиняешь меня в том, чего я даже не помню! — Хорошенькое дело! Ты и в будущем собираешься временной амнезией прикрываться?! — Ну зачем ты так? — Чонгук опускает голову, снова пропуская через себя свою боль. — Я люблю его и изменять не собираюсь… Мы с Тэхёном попали в неловкую ситуацию: я приревновал, когда увидел его с одним из наших клиентов, и сделал для себя неверные выводы. Поэтому я и оказался в клубе, хотел чтобы было не так больно и… — Тэхён был с… То есть они… — Да, нет же! Ничего не было, просто я не так всё понял, и оттолкнул его… И да, спасибо, что забрали меня. — Пожалуйста, блять! Хорошо, что мы с Юнги по счастливой случайности оказались рядом, даже представить страшно, какую хуйню ты мог натворить! Долбоёбы вы оба… Разомлевший Пак сидит на коленях Юнги, шепча непристойности ему на ухо, отчего щеки Мина покрываются румянцем. Они распивают уже вторую бутылку, на этот раз купленную Чонгуком, и наслаждаются тихим уютным вечером. — Тэ, нам наверное уже пора? Ты выглядишь невыспавшимся. — И чувствую себя также… Но я не гоню вас, сидите, сколько угодно, завтра выходной… — Нет, нет. Мы уже пойдём, да милый? — Чимин теребит мочку Юнги. А милый подмигивает Чонгуку и встаёт со стула, приподнимая своего парня. — Да. Нам пора, отдыхайте. Парни уходят навеселе, оставив после себя грязные бокалы, и Тэхён убирает их, чтобы помыть. — Тэ… Я так соскучился… — Чонгук не даёт Киму пошевелиться, сжав в своих руках. — Оставь это, я сам всё вымою, иди ко мне… — Я с ног валюсь, Гуки… — Тэхён откидывает голову ему на плечо, пока Чон покрывает щекотными поцелуями его шею. — Хочешь, я сделаю тебе массаж, и ты расслабишься? — не дожидаясь ответа, он уже тянет Кима в сторону кровати, по пути снимая с него домашнюю футболку…

Дом семьи Чон

Чон-старший аккуратно собирает обрезки картины и прячет всё это в кладовую Чонгука, чтобы мать случайно не обнаружила. «Неужели я не ошибся? Что же будет, если это окажется правдой?» Он спускается на первый этаж и наливает себе в стакан виски, присаживаясь на кожаный диван рядом с супругой, читающей книгу. — Дорогая… А как ты относишься к гомосексуалистам? — он делает большой глоток, обжигая горло. — Чего это ты? Что за вопросы? — Ну, просто захотелось узнать твоё мнение… — Меня гомосексуалисты не интересуют. Пока они меня не трогают, мне нет до них никакого дела. Вот ты… Всю жизнь знал, что Сон Хэвон — гей, и живёт с мужчиной, но он же другом тебе не перестал быть. — Хэвон не догадывался, что я знал об этом… Но, а что если бы геем был не друг, а скажем близкий родственник? — Что? — Например, наш сын… — допив виски, он встаёт с дивана и снова направляется к бару. — Ерунду не говори! Наш Чонгук-и натурал, он с девушками встречался, если ты не забыл, — она обиженно надув губы, возвращается к чтению. — Кроме геев ещё и бисексуалы есть, дорогая. — Слушай, ты что за тему поднял, не понимаю?! Чонгук нормальный парень! Никакой он не гей, и не бисексуал, понятно? Выдумал тоже… — Ну да, ну да…