Больше, чем магия

Ники не помнит, как добрался до общежития, не помнит и, как засыпал в своей комнате под уже привычное мурчание кота. Иногда Нишимуре казалось, что Кочи его любит больше, чем своего хозяина. Наутро Рики был сильно подавленным, а голова раскалывалась от каждого шороха со стороны соседей. Парень поморщился и кое-как сел. Сонхун и Чонвон тут же перевели на него свои обеспокоенные взгляды, а Ян ещё и за своей аптечкой потянулся, откуда достал таблетку ибупрофена и протянул её самому младшему. — Что это? — шипит волшебник и хватается за голову, которая в ту же секунду начинает пульсировать. Даже говорить было больно. — Таблетка от головных болей, — отчитался Чонвон и подал ещё кружку с водой, немного над ней поколдовав. — А это ускорит её действие. — Спасибо, — благодарит Нишимура, закидывая таблетку в рот и запивая её водой. — Я немного опоздаю на первую пару, предупреди мисс Яширо, — обратился Рики к Сонхуну. — А у нас сегодня не будет первой пары. Твоя тётя ещё в прошлую среду сказала, что будет отсутствовать всю эту неделю, — вспомнил Пак, пихая в свой рюкзак тетради. — Так что можешь спокойно гулять два часа. Но на ментальной магии будь вовремя. — А ты тогда куда, если не на пары? Пак запнулся от такого внезапного вопроса и покраснел, но тут же поспешил успокоиться и улыбнуться. — С Джейком в библиотеку, — сказал правду волчонок, хоть и частичную. — Скукотень, в общем. — Странно. Ещё вчера ты избегал Джейк-хёна, а сегодня уже идёшь с ним в библиотеку, — удивляется Ян и хмурит брови. — У вас семь пятниц на неделе. А завтра что будет? Скажете, что убьёте друг друга? — А послезавтра позовём друг друга на рамён, — язвит в ответ Сонхун. — Продолжишь в том же духе — я и Джея попрошу пригласить тебя на рамён. Чонвон тут же воздухом подавился, а уши его покраснели от смущения. Он поспешил опустить глаза и отвернуться. Ники улыбнулся такой реакции друга и потянулся в кровати. Если спешить ему и вправду было некуда, он собирался в медленном темпе принять утренний душ, а ещё приготовить себе завтрак. — Всё, я ушёл, — кинул напоследок Хун, прежде чем прикусить зубами недоеденную булочку и скрыться за дверью. — Что с ним? — интересуется Нишимура, на что Ян лишь жмёт плечами. — Это ведь Сонхун-хён. Мы должны привыкнуть к его непостоянности и слишком странным поступкам, — парирует волшебник. — Мне тоже пора. О, и ещё! Я вчера потерял свои ключи. Не мог бы ты оставить свои на вахте, когда уйдёшь? У меня сегодня три пары — раньше вас освобожусь. — Да, хорошо, без проблем, — соглашается Рики. — Тогда до обеда. Чонвон окидывает комнату взглядом, чтобы убедиться, что он ничего не забыл, и только после этого уходит. Нишимура остаётся один в небольшой комнате, вновь ложась на подушку. Голова и вправду перестала болеть. И даже это не так сильно сейчас волновало юношу, как то, что он увидел вчера. У парня, которому он чуть не стал заклятым врагом, были розовые волосы. Пазл постепенно начал собираться воедино. Это точно не было совпадением. Предсказание Хаями о судьбе с розовыми волосами и внезапный зацикленный день, который дал Ники возможность извиниться, сходились на одном человеке: Ким Сону. И опять же Рики не мог делать выводы, не получив на многие его вопросы ответы. А Хаями их не даёт. Лишь единожды сказала, что это не Бахи. А сейчас не подпускает к себе. Это было довольно странно. Решив обдумать всё потом, волшебник собрал некоторые вещи и отправился в душ, чтобы привести себя в порядок и освежить не только тело, но и мысли.

***

Встав под поток тёплой воды, Рики прикрыл глаза и умыл лицо, а дальше скользнул руками в волосы, сжимая их в кулаках. Даже сейчас у него не получалось расслабиться. Непонятные мысли закрадывались в голову. И их не смывала даже вода. Наоборот, она лишь погружала Ники глубже в воспоминания минувшего месяца. Ещё в первый день своего пребывания здесь Ники хотел сбежать, потому что сторонился людей и не желал заводить новые знакомства. А вчера он поссорился с родителями, лишь бы вернуться в академию. И в который раз Нишимура не жалел о своём выборе. Он был уверен, что родители всё равно примут его обратно, если он попросится. Они ведь не изверги какие-то, чтобы оставлять своего несовершеннолетнего сына без крыши над головой. Сейчас Рики нужно было побыть подальше от семьи и заняться самоанализом. У него есть прекрасная возможность не только узнать правду, которую годами от него скрывали родители, но и стать ближе со своими новыми друзьями, которых ранее у него никогда не было. Настоящих друзей, а не тех, с кем заставляли дружить родители. Чонвон и Сонхун действительно были удивительными. Они за такой короткий период времени смогли сломать эту бетонную стену, которой Ники отгораживал себя от общества, и расположить его к себе. Несмотря на его сложный характер, парни не отступили. А за ними последовали и новые знакомства. Хоть с Джейком и Бахи Нишимура практически не общался, но он верил, что с ними ему тоже удастся подружиться. Бахи была очень дружелюбной и общительной, хоть и нередко прямолинейной, но она казалась милой. А Джейк тоже не плохой парень, каким его описывали, хоть и открывается только Сонхуну. Детство у него, походу, было тяжелее, чем у Рики. С Сону всё куда сложнее. Если бы не второй шанс, благодаря которому он смог извиниться, Ким бы его возненавидел. Но стоило попросить прощения, как тот сам начал навязывать своё общение. И Ники не против, потому что оказалось, что Сону довольно интересный собеседник, хоть иногда и говорит двусмысленными фразами. Ники не знает, сколько друзей у него появится за все года обучения, но он точно уверен, что будет открываться им навстречу. Иметь настоящих друзей куда приятнее, чем Рики себе представлял. — И снова мы встречаемся здесь, — говорит кто-то за пределами кабинки, после чего в дверь дважды стучат. — Надеюсь, что в этот раз мы обойдёмся без шуток про рост. Ники усмехается, вспоминая тот самый день, с которого и началась их непродолжительная вражда. И хоть юноша привык просто игнорировать всех, почему-то именно с Сону всё было иначе. — Я скоро выйду. Дай мне пару минут, — попросил Рики, наскоро натирая своё тело гелем для душа. — Я в другой кабинке помоюсь. Сону хмыкает и идёт в обратную сторону, почему-то не желая сейчас ждать Ники. У него было полно своих дел, которые нужно было решить. Времени на это в обрез. Так даже было лучше. Нишимура не спеша продолжил мыться, вспоминая вчерашний вечер. И розовые волосы Кима, и неудачную попытку поговорить с Хаями. Возвращались они в общежитие, придерживая друг друга, чтобы не упасть. Голова у обоих болела после магического давления. Рики оставил хёна в его комнате и отправился в свою. Несмотря на то, что было всего половина третьего, он просто завалился в кровать и уснул, а проснулся лишь сегодня утром. И ведь ему даже ничего не снилось. Смыв пену со своего тела, Нишимура выключил воду и уставился на стену перед собой. Из мыслей всё не выходили эти чёртовы розовые волосы, которые, Ники уверен, должны были вызвать у него отвращение, потому что он не любит этот цвет, но почему же сейчас всё иначе? Это не давало покоя. Обернув полотенце вокруг пояса, волшебник вышел из кабинки и двинулся к той, за которой плескалась вода. — Хён, — обратился он к Киму. Вода тут же перестала шуметь, из-за чего в помещении стало тихо. Лишь редкие капли, стекающие по телу Кима и разбивающиеся о кафельный пол, нарушали эту тишину. — Что ты делаешь завтра вечером? Этот вопрос удивил не столько Сону, сколько самого Рики. Волшебник и сам не ожидал от себя, что задаст подобный вопрос. Он явно звучал двусмысленно. — А что? Хочешь меня на свидание пригласить? — усмехается Ким, вытирая лицо полотенцем. — Нет, что ты! — паникует парень, открывая и закрывая рот. — Не на свидание. Просто предлагаю поужинать вместе. В компании друзей. Не хочешь? Ники застенчиво губу прикусывает и пялится на закрытую дверь, которая в тот же момент открывается, и из кабинки выходит полуголый Сону. Нишимура порывается отвернуться, но в итоге просто поднимает взгляд и смотрит хёну прямо в глаза. — Я не против. Тогда я выберу место, не против? — предлагает Ким, скрещивая руки на груди. — У меня из друзей только Бахи. — Оу. А я думал, ты более общительный, — удивляется Ники и почему-то хмурит брови. Он и вправду считал, что Сону дружит с половиной студентов их академии, хоть и всегда ходит только с Бахи. Просто у богатых людей всегда много друзей. — Многие не выносили мой характер. Сбегали сразу же, как только понимали, что я не буду помогать им финансово, — горько усмехается Сону. — Лишь Бахи дружит со мной не из-за денег. Ники слушал хёна и всё чаще в его словах узнавал себя и всех своих друзей. Он дружил с теми, с кем разрешали родители. И это не могло не расстраивать. А в академии у него появились настоящие друзья. И плевать, что родители запрещали с ними дружить. — Я тоже... — неуверенно начал юноша. — Дружу с тобой не из-за денег. Это заставляет Сону улыбнуться. — Тогда я сообщу завтра за обедом место встречи. Приводи Чонвона и Сонхун-хёна, — как-то натянуто говорит Ким, будто бы не хочет, чтобы они там присутствовали. — Мне спешить надо. Увидимся. — Пока, — говорит вслед уходящему Нишимура, невольно улыбаясь. Почему-то на душе стало легче после этого разговора. И ведь его могло и не быть, если бы Нишимура не извинился перед Кимом за свои слова. Он подумал о том, куда бы зашли их отношения, не извинись он в тот день. Ким его точно возненавидел бы и не стал сейчас так открыто говорить с ним. К счастью, этой ненависти удалось избежать.

***

На ментальной магии преподаватель Квон объяснял о важности умения ставить блоки сознания, чтобы другие не смогли его подчинить себе. И в этот раз он не стал приглашать на свой урок второкурсников. Вместо этого сам показывал практику на добровольцах. — Я хочу опять попробовать, — шепчет Сонхун на ухо Ники. — С нашей первой пары ментальной магии он впервые сам проводит практику. — Ты уверен, что хочешь опять быть под чьим-то влиянием? — останавливает хёна Нишимура. У него болезненно сводит челюсть, вспоминая тот чёткий удар Сонхуна по его лицу. И ведь Нишимура мог его остановить, но был не готов к такому выпаду со стороны друга. Удар прилетел оттуда, откуда Ники меньше всего ожидал получить. — Я смогу поставить блок, — уверенно произносит Пак, а после тянет вверх руку. Квон замечает поднятую руку старосты и улыбается. Он кивает на стул напротив своего стола, после чего готовится к новому проникновению в чужое сознание. Сонхун был уверен в себе как никогда. Улыбнувшись своей группе, он опустился на указанный стул и встретился взглядом с чужим. Пак мгновенно замер, не в силах отвести взгляд. Преподаватель нежно перехватил чужие ладони и потянул на себя, чтобы удерживать студента на месте, и при этом продолжил смотреть ему в глаза. Квон видел перед собой барьер, не позволяющий пройти дальше, а ещё чувствовал, как чужие руки с каждой секундой становились горячей. Это его удивило, но не остановило. А температура чужих рук продолжила расти, будто бы в них раскалялась лава. Это сбивало с толку, не позволяя проникнуть в сознание студента. Чужие глаза пожелтели, из-за чего на пути появилась очередная стена, не позволяющая подчинить сознание Пака. Но Квон продолжил упорно смотреть, обходя все препятствия. И за секунду до того, как оттолкнуть чужие горячие руки, которые вот-вот были готовы оставить ожоги, преподаватель пробрался в сознание Хуна. Волшебник приоткрыл рот, будучи подчинённым преподавателю, а радужка его глаз почернела. Сонхун простонал от неприятных и слегка болезненных ощущений и потянулся руками вперёд, чтобы найти опору, которой оказались плечи преподавателя. Квон мягко подхватил студента за талию и помог тому добраться до своей парты, прежде чем перестать контролировать его сознание. Придя в себя, Хун заозирался по сторонам, пытаясь понять, как он оказался за своей партой. Он слишком скоро понял, что не смог выставить блок, из-за чего Квон смог подчинить его сознание. Это заставило его поникнуть и опустить голову. — Эй, ты чего? — поспешил подбодрить друга Ники, увидев, как в чужих глазах скапливаются слёзы. — Ты в порядке? — Я не смог, — всхлипнул Пак и ещё ниже опустил голову, чтобы другие не видели его слёз. — Я не знаю, как это делать. — Ничего. Этот предмет и существует для того, чтобы каждый научился ставить блоки, — улыбается Нишимура и гладит соседа по спине, чтобы немного успокоить после неудачи. — Это не первый и не последний урок. Впереди ещё четыре года, чтобы научиться ставить эти блоки. Пак немного успокоился после услышанных слов и поспешил вытереть слёзы. Ники прав. Это действительно не последняя пара по ментальной магии. У него всё ещё впереди. — А вы не хотите попробовать? — предложил преподаватель, глянув на Ники. Последний удивлённо уставился на Квона и указал на себя пальцем, чтобы убедиться, что обращаются именно к нему. И лишь получив в ответ положительный кивок, Нишимура завертел головой из стороны в сторону. Быть подчинённым кому-то он не хотел. По рассказам других, это не самое приятное состояние, когда вроде тело и принадлежит тебе, но слушается кого-то другого. — Давайте, студент... — мужчина скользнул взглядом по списку группы, ища имя этого юноши. — Нишимура. Я не так часто вижу вас на своих парах, поэтому хотел бы узнать, на что вы способны. Выбора у Ники не было. Либо он добровольно выходит, либо под давлением чужих взглядов. Последняя перспектива его не особо устраивала. Поэтому он сам вышел из-за парты и сел на стул. Преподаватель Квон тут же очутился перед ним, заглядывая в его глаза. Рики замер, не понимая, что происходит. Сознание будто бы уплывало во тьму, и Ники всячески цеплялся за любые просветы, позволяющие ему не потерять контроль над собственным телом. Он чувствовал, как его берут за руки, и через пелену тьмы чувствовал эти карие глаза, что закрадывались в душу. Время будто бы остановилось. Нишимура чувствовал лишь прикосновения чужих рук и чувствовал, как тело отзывается на чужие приказы. Ему приказывали встать со стула и пройти до своей парты, и Ники собирался даже послушаться, но вместо этого перехватил чужие руки, потянув их на себя. Ники продолжал смотреть в глаза преподавателя, пока сознание начало постепенно проясняться, и вместо тьмы он увидел перед собой чужое лицо. Квон растерянно смотрел на студента, пока радужка его глаз не почернела. Одногруппники ахнули от происходящего, а Сонхун так и вообще замер с приоткрытым ртом. Он не мог поверить тому, что видел перед собой. — Остановись! — влезла заместительница старосты. Волшебник вздрогнул и отпустил чужие руки. Квон ещё какое-то время стоял на месте, словно в трансе, пока его сознание не прояснилось и он не смог трезво оценить ситуацию. — Что произошло? — мужчина осмотрелся, после чего уставился на Рики. — Неужели ты... нет, не может быть, — преподаватель отступил, опускаясь за свой стол, чтобы удержать равновесие. — Ты подчинил себе моё сознание? Но в какой момент это произошло? Я даже ничего не понял. — Я тоже, — вторит Ники. — Всё просто произошло само собой. Я чувствовал, как мне отдают приказ отправиться за парту, но вместо этого я просто начал вглядываться во тьму. — Боже, — ахнул Квон, подняв свои руки и рассматривая синяки на своих запястьях. — Вы слишком сильны, студент Нишимура. Учту на будущее, чтобы не брать вас за руки во время таких практик. Мужчина поморщился от боли в руках и ощупал их, чтобы понять, что те не сломаны. Но холодный компресс им точно не помешает. — Хорошая работа, можете возвращаться за парту. Ники поклонился и поспешил сесть на своё место под удивлённый взгляд своего друга. Сонхун всё ещё продолжал шокировано на него смотреть, пока Ники нервно кусал ногти и тряс ногой под столом. Ему всё ещё было некомфортно после произошедшего. Ощущать в своём сознании кого-то ещё было до жути неприятно. — Чего я ещё о тебе не знаю? Да у тебя прирождённый талант! — вопит Сонхун, похлопывая соседа по спине. — Сегодня мы точно должны устроить посиделку, в которой познакомимся поближе. И надо их почаще устраивать, чтобы узнавать как можно больше всего друг о друге. А Рики и не против открыться, если было бы, что рассказать. О своих способностях он и сам только узнаёт всё. Познаёт свою силу. И сейчас он впервые узнал, что может так.

***

В столовую Ники шёл словно в прострации. Он смотрел перед собой и совершенно не слышал, что ему на ухо тараторит Сонхун. По инерции шёл в нужном направлении, пока мысли его были далеко за пределами Вселенной. — Рики, очнись. Пак толкнул друга в плечо, приводя его в чувства. Ники осмотрелся, понимая, что стоит в очереди, но совсем не помнит, как до сюда дошёл. — Ты вообще слушал, что я только что говорил? — Прости, нет, — извинился Нишимура, встряхивая головой. — Всё не могу отойти от произошедшего на ментальной магии. — О, чувак, это было нечто! — возгласил Пак, из-за чего позади стоящие студенты вздрогнули и зашикали на него. — Прошу прощения, — извинился парень, после чего вновь вернулся к другу. — Рики, это реально было круто. Даже сам преподаватель Квон ахуел от происходящего. — Да-а-а-а, — потянул Ники, набирая себе в поднос еду, после чего проследовал до стола, за который его потащил Сонхун. Через пару минут к ним подсели Чонвон, Сону и Бахи. Все обменялись приветствиями и принялись уплетать еду. Сонхун был удивлён, что Джеюна до сих пор не было, поэтому начал оглядываться. И стоило ему это сделать, как он встретился с пронзительным взглядом карих глаз, смотрящих прямо ему в душу. Смутившись из-за этого взгляда, Пак поспешил отвернуться к еде. Он, как обычно, набрал гору всего, чтобы утолить не только свой, но и волчий голод. Джейк сел рядом с ним спустя минуту с уже полюбившимся Паку черничным пирогом и всё ещё нелюбимым зелёным чаем. — Ну, раз все в сборе, — начал Сону, окинув всю компанию взглядом. — Я хотел бы спросить у вас, что вы делаете завтра вечером? Если что-то планируете, то отменяйте, потому что я и Ники приглашаем вас на ужин в кафе. — Больно надо, — грубо отказался Шим, совершенно не горя желанием ещё и ужинать в компании всех этих волшебников. — О, а я свободен, так что с радостью, — соглашается Сонхун, чему Сону, Ники и Чонвон даже не удивляются, а вот Джейк хмурится. — Подожди, но ты же собирался помочь мне, — встревает Джеюн. Сонхун уставился на ведьмака, не припоминая ничего такого. О какой помощи вообще шла речь? Пак лишь пожал плечами на такое странное заявление и вновь вернулся к еде. Шима это даже немного огорчило и... разозлило? Да, именно! Он был зол! Но не на Сонхуна, а на Сону, который предложил эту дурацкую идею с ужином. — Хорошо, я с вами, — соглашается Шим, потому что другого выбора у него особо и не было. Сидеть одному в комнате не хотелось. Куда лучше было проводить своё свободное время в компании Сонхуна, как сегодня утром. Он всё ещё чувствует чужие губы на своих, а руки на его члене. Хуна пришлось затыкать поцелуями, чтобы тот не шумел на всю библиотеку. И хоть там никого в такое время не было, всё равно перестраховаться стоило. — Замечательно. Ну, а ты, Чонвон-а? Пойдёшь с нами? Ян без каких-либо слов согласился, продолжая жевать салат. Иногда такой приём пищи напрягал Рики. Ему казалось, что Чонвон себя изводит этим. Кроме овощей, фруктов и рамёна он практически ничего не ест. — Я тоже за, — соглашается Бахи. — У меня были напряжённые дни, так что я не против развлечься. Тем более с пятницы я начну ходить на курсы Ордена защитников. Сонхун навострил уши, услышав про какой-то Орден защитников, о котором ранее ни сном ни духом. Даже жевать мясо перестал, уставившись на Хюнин. Та в ответ нахмурилась, не понимая, почему на неё так смотрят. Ей даже показалось, что у неё что-то не так на лице. — Что за Орден защитников? — проглотив еду, спросил волчонок. — А, ты про это, — успокоилась девушка. — Это те, кто следят за миром во всём мире, если одним словом. Они посещают каждое заседание магического суда и выступают там в роли присяжных, а также выступают в качестве волонтёров в детских домах. Нередко берут детей под свою опеку, если родители ребёнка погибли. Джейк напрягся после этих слов, но поспешил спрятать своё настроение за привычным безразличием. — Вау! — возгласил Пак. — Тётя Рики тоже в этом Ордене, — продолжает Бахи. — И это, вроде как, все взрослые из нашей академии, кто служит Ордену защитников. — А я могу в него вступить? — интересуется Сонхун. — Ну, не знаю, — хмурится девушка, взглядом окидывая парня с ног до головы. Этот презрительный взгляд замечает Джейк, подавляя в себе внезапный гнев. — Туда берут более спокойных волшебников. Ты слишком шумный. — А, ну ладно, — грустно отвечает парень. — Но ты можешь попробовать, — тут же добавляет Хюнин, увидев подавленность парня. — Можешь в пятницу после пар пойти со мной. Я тебя отведу, куда надо. — Правда? Было бы здорово! — радостно вопит Сонхун, чуть не оглушив сидящих за столом. Джейку захотелось вновь заткнуть этого слишком громкого парня поцелуями где-нибудь в укромном месте, где их никто бы не увидел. И за такие грязные мыслишки Шим давно бы ударил себя. — Но, смотри, ты точно будешь готов являться на занятия в любое время? — уточняет Бахи. — Там главное — ответственность. Я должна буду за тебя поручиться. — Да, я буду, — кивает Пак. Ники и Чонвон смеются в стороне, зная своего друга и его желание посещать пары. Сонхун и вправду был очень умным и начитанным, но не тем, кто готов по первому же зову отправляться на занятия. — Хорошо. Тогда в пятницу после пар ты — мой, — усмехается Бахи, а Джейк нервно сжимает вилку. Успокойся, Джеюн! Это ничего не значит. Шим выдыхает и спокойно протягивает вторую половину пирога Сонхуну, который уже заждался его. Зелёный чай помог полностью успокоиться и перестать так остро реагировать на все слова. На четверг и пятницу Сонхун занят, но сегодня вечером он будет занят только Джейком.

***

Сонхун ахнул, столкнувшись затылком с дверью чужой комнаты. Губы Джейка присосались к его коже под подбородком, заставляя Пака беспомощно цепляться руками за чужие плечи, пока его запястья не перехватили и не прижали к двери. Слегка отстранившись, Джейк уставился на открывшуюся перед ним картину. Сонхун был таким покорным перед ним, с покрасневшими губами после долгого поцелуя, с блестящими от слёз глазами и с растрёпанными волосами, спадающими на лоб. — Ты такой красивый, — шепчет Джейк и скользит языком от адамова яблока до уха. Пак прикрывает глаза от полученных ощущений и нетерпеливо переминается с ноги на ногу. Пытается вырвать свои руки, но Шим крепко удерживает их на том же месте. Губы последнего медленно смещаются на подбородок и движутся к чужим губам, вновь втягивая их в требовательный поцелуй. — Я хочу, чтобы ты мне отсосал, — неожиданно просит Джейк и вновь отстраняется. Пак смотрит на него слегка шокировано, но с полной решимостью выполнить просьбу. Джеюн отпускает чужие запястья, чтобы Сонхун смог упасть перед ним на колени и уверенно расстегнуть его джинсы. Ведьмак смотрел на волшебника сверху вниз, не веря, что это действительно происходит. Хун мог отказаться в любой момент, если бы захотел, но вместо этого опустился на колени, чтобы показать, на что способен его рот. — Я никогда раньше этого не делал, — признался Сонхун, обхватывая чужой член своей рукой. — Но я постараюсь сделать тебе хорошо, Джейк-и. Как только горячий и влажный язык Хуна коснулся головки, Шим зашипел и прикрыл глаза, упираясь руками в дверь своей комнаты. Сонхун скользнул языком по всей длине, после чего вновь вернулся к головке, вбирая её в рот и опускаясь ниже. Джейк едва подавил удовлетворённый стон. Пак начал двигать головой вверх-вниз, пытаясь вобрать в себя всю длину. — Сонхун, — простонал ведьмак и опустил одну руку на чужую голову, чтобы удерживать её в таком положении. Бёдра Джейка рефлекторно двинулись вперёд, из-за чего Сонхун подавился, но сосать не перестал. Он покорно приподнял голову, чтобы проникновение получилось более плавным, и позволил Шиму вести. Последний ухватился уже обеими руками за голову волчонка и начал двигать на себя, тем самым натягивая рот Пака на свою плоть по самые яйца. Слышалось неприличное хлюпанье, но никто не обращал на него внимания. Джейку было даже плевать. Он сейчас не чувствовал ничего, кроме горячего рта Пака вокруг своего члена. Ведьмак был настолько увлечён процессом, что даже не смог остановиться, когда почувствовал приближающийся конец. Его член дёрнулся пару раз во рту Пака, после чего кончил глубоко внутрь. Сонхун, глядя Джейку прямо в глаза, послушно всё проглотил и показал свой язык. — Проклятие, Сонхун, ты не должен был... — начал Шим, но замолчал, увидев, как желтеют глаза Пака. — Чёртов волк. Ты реально безумен. Резко потянув волшебника на себя за предплечье, Джейк поцеловал его в губы и вновь прижал к двери. Подхватив Сонхуна под бёдра, ведьмак поднял его, заставляя Пака рефлекторно обхватить своими ногами его пояс и закинуть свои руки на его шею. Чужая ладонь зарылась в густые волосы и больно сжала их в кулаке, из-за чего Шим прошипел в поцелуй и причинил ответную боль, кусая парня за нижнюю губу, но тут же извинительно зализывая её. — Блядство, — простонал Сонхун и вновь запрокинул голову. Джейк жадно целовал чужую шею и оголённое плечо парня, оставляя мокрые следы и едва заметные засосы. Ведьмак был одержим ощущением чужой молочной кожи под своими губами. Был одержим сжиманием округлых ягодиц ладонями и прерывистым дыханием на ухо. — Ты сводишь меня с ума, — рычит Джейк. — Мои мысли забиты лишь тем, как сделать тебя грязным, опорочив твою невинность, и слушать твои хриплые стоны под собой. Чёрт возьми, это ненормально. Внятно ответить Пак не мог. Лишь какое-то несвязное бормотание и сдавленные стоны слетали с его языка. Но и этого было достаточно, чтобы Джейку окончательно сорвало тормоза. Шим опрокинул волчонка на свою постель, который натужно вздохнул от неожиданности, и начал нетерпеливо стягивать с парня одежду. Сонхун помогал ему, попутно стягивая с Джеюна клетчатую рубашку и оставляя его лишь в белой футболке. Ведьмак заглянул в глаза Пака, сжимая в руке его возбуждение. Хун приоткрыл рот в немом стоне и уставился в ответ. Движения были плавными, что для волчонка было настоящей пыткой. Он хотел быстрее, хотел, чтобы Джейк сделал ему так же хорошо, как и он пару минут назад Шиму. — Джейк, Джейк, — стонет парень, хватая ведьмака за запястье и задавая темп. Парень усмехнулся такому открытому и разгорячённому Сонхуну, толкая языком щёку, после чего наклонился вперёд, вбирая в рот левый сосок и скользя по нему горячим языком. Пак зажмурил глаза и закрыл свободной рукой рот, чтобы заглушить громкие стоны, срывающиеся с его губ. — Стони для меня, малыш, — просит Шим, убирая со рта Пака его руку. Его уха тут же коснулись тягучие и мелодичные стоны Хуна. Последний выгнулся дугой и задрожал, кончив в чужой кулак. Джейк улыбнулся, смотря на свою руку, после чего поспешно вытер всё салфетками. Натянув на себя одежду, парни завалились в объятия друг друга. Сонхун тяжело дышал, отходя от оргазма, а Джейк успокаивающе поглаживал его по волосам, перебирая локоны между пальцев. — Это было хорошо, — улыбается Пак. — Спасибо. — Ты сам по себе слишком хорош, Хун-и, — шепчет ведьмак и целует парня в висок. Оба засыпают под мягкое дыхание друг друга.

***

Ники, Чонвон и Сонхун собрались в комнате к десяти вечера. Последний был очень бодрым и со слегка опухшей нижней губой. Рики первый заметил приподнятое настроение друга, пока Чонвон стоял к нему спиной и накладывал для всех рамён. — М-м-м, пахнет замечательно, — тянет Пак, потягиваясь на месте. — Я как раз вовремя. — А куда ты пошёл сразу после пар? — поинтересовался Ники, опускаясь на свой стул. — Да туда-сюда. Гулял по округе, — соврал парень и тоже сел за стол. Чонвон вернулся к ним с тремя парами железных палочек, дав каждому по одной. — Ох, я такой голодный, — жалуется Сонхун, принимаясь есть приготовленный Яном рамён. — Чёрт возьми, это невероятно вкусно. Слова волчонка льстили Чонвону, заставляя уголки его губ тянуться вверх, а щёки розоветь. — Мы ведь собрались сейчас, чтобы поговорить и узнать друг друга получше? — вспоминает Ян, на что получает положительный кивок. — Тогда я начну. И начну с самой интересующей вас истории: почему же я избегаю Джей-хёна. — О-о-о-о-о, — потянули в унисон парни. — Это дело, — продолжил Пак. — Это произошло прошлым летом перед самым началом учёбы, — начал Чонвон, сунув палочки в миску. — Я тогда был слишком стеснительным и малообщительным подростком. Я всегда стремился к совершенствованию и хотел преуспеть во многом, чтобы быть лучше своих одногруппников. Чонвон замолчал на пару минут, чтобы немного подкрепиться рамёном, после чего продолжил: — Именно поэтому вечером пробрался в волшебный лес, чтобы немного попрактиковаться со своей стихией. И чтобы было полное единение с водой, мне пришлось раздеться догола и забраться в ручей. — Уля-ля, — играет бровями Сонхун и легонько толкает Чонвона локтем в бок. Последний стыдливо смеётся и уводит взгляд, чтобы немного успокоиться. Ему казалось, если он продолжит, то сгорит со стыда. Но всё же он смог собраться с мыслями. — Я тренировался в полном одиночестве, пока не услышал хруст веток. Я тогда обернулся и увидел стоящего у дерева Джея. Тот разглядывал моё тело и пошло усмехался. А после сказал то, из-за чего я чуть со стыда не помер. Он сказал, что у меня зачётный зад и что отшлёпал бы его, если бы я был на берегу. — Аха-хах-ах, — засмеялся Пак. — Ну, знаешь, я тоже горю желанием его отшлёпать. — Ну тебя, — дуется Чонвон, но рассказ продолжает. — И если бы не Хаями, вовремя появившаяся там, я бы точно сгорел со стыда. На тот момент я уже был знаком с Хаями. Я часто посещал волшебный лес, когда был ещё моложе. Ники и Сонхун увлечённо слушают его, не прерываясь даже на рамён, а вот Чонвон вновь останавливается, чтобы перекусить. — Когда она уводила Джей-хёна, тот ещё оборачивался и просил ему позвонить. Ну, а я тогда был слишком смущённым, из-за чего решил никогда больше не ходить в этот лес. И лишь недавно я просто смирился с его заигрываниями, — не до конца разжевав еду, закончил Чонвон, из-за чего многие его слова были непонятными. — Сону-хён примерно такой же, — невзначай бросает Ники, из-за чего оба взгляда тут же переводятся на него. — Что? Он тоже двусмысленно шутит. И я иногда не могу понять его. Он будто флиртует со мной. — Он со всеми флиртует, — произнёс Чонвон. — Такая у него манера общения. — Жаль, — почему-то произнёс Рики, сам не понимая, что именно ему жаль: то, что Сону не только с ним флиртует, или то, что у него такая манера общения. — Передаю эстафету Сонхун-хёну. Давай, расскажи нам, что же такого произошло в ночь с понедельника на вторник, из-за чего вы друг друга избегали целый день. Сонхун краснеет, а глаза его на мгновение желтеют. Он так хотел избежать этого разговора, но теперь не получится. Если бы начинал он, то он как-нибудь увильнул от ответа. Чонвон будто бы наперёд всё это предвидел и лишил Пака единственного шанса отвертеться. — Я в понедельник забыл выпить подавители обращения, из-за чего перестал контролировать своего волка. И ночью он чуток начудил. Он тупо порезал мою ладонь и ладонь Джейка, после чего скрепил их, тем самым дав клятву крови. Джейк даже возразить не успел. Когда я пришёл в себя, процесс был не обратим, — утаил огромную часть правды Сонхун, но даже таким ответом были более-менее удовлетворены его друзья. — Как-то кратко и притянуто за уши, — жалуется Чонвон, но допытывать соседа больше не решается. — Ну, а у тебя что-нибудь есть, Ники? — Кроме того, что меня из дома выгнали родные родители, ничего нет, — горько усмехается парень, глядя на шокированных друзей. — Что? Я выбрал свободу слова. Да и к чёрту. Всё равно не собираюсь больше туда возвращаться. — Вот это сильно, конечно, — поддерживает друга Сонхун, после чего улыбается. — Нужно провести как-нибудь такое пати всей компанией. Ещё и Джея с моей сестрой пригласить, — наклонившись к Чонвону, добавляет Пак. Последний лишь натянуто улыбается, потому что уже привык к бесконечным пошлым шуточкам Джея. Просто Чонвон надеялся, что у разбойника такой стиль общения и что он со всеми так разговаривает, а не только с Чонвоном. — Что ж, тогда доедаем и укладываемся спать. Завтра у нас физкультура первой парой, — разочарованно выдыхает Ники. — Надеюсь, что нас не будут гонять сильно. — О, не волнуйся, Рики. Тренер Бён нам и продыху не даст, — смеётся Сонхун и доедает остатки своей пищи. Ники кажется, что завтра он не доживёт до ужина с друзьями.

***

Как и говорил Пак, Шуха и вправду не щадила студентов, отправив каждого бежать по десять кругов. К девушкам она была более снисходительна. Тем нужно было пробежать всего семь кругов. Ники бежал впереди всех, так как выносливости у него было больше, чем у остальных одногруппников. Волшебника удивляло лишь то, что Сонхун практически не отставал от него, а иногда даже и обгонял. И это парень, который, вообще-то, не любил физические нагрузки. — Сдаёшь позиции, Рики, — смеётся Пак, в очередной раз выходя вперёд. Хун оглядывается через плечо всего на секунду, но и этого хватает, чтобы Ники успел рассмотреть пожелтевшие глаза хёна. Волшебник тут же сделал несколько выводов: во-первых, Сонхун-хён забыл выпить таблетки; во-вторых, если Рики проиграет волку Пака, это сильно ударит по его гордости. — Набираюсь сил, чтобы обогнать тебя на самом финише, — усмехается парень, а после срывается с места, и вправду обгоняя Пака. — Неплохо, — усмехается оборотень и тоже ускоряется, чтобы не проиграть забег. Тренер Бён с трибун наблюдает за происходящим и очень удивляется, когда видит, как двое парней из группы отрываются от всех остальных и на бешеной скорости мчатся к финишу. Пришедшая по просьбе Шухи Хюнин тоже заглядывается на это соревнование, будто от результата зависела жизнь парней. Ники и Сонхун бежали наравне, не собираясь друг другу уступать. И лишь на крошечных остатках кислорода в лёгких пересекли финишную черту. Все зрители, кем были одногруппницы, тренер Бён и Бахи, тут же зааплодировали, смутив парней. — Кто финишировал первым? — серьёзным тоном спросил Пак, оглядываясь на трибуны. — Вы одновременно финишировали, — честно ответила Шуха. — Это было невероятно. Вы раньше занимались лёгкой атлетикой? — Нет, — как-то грубо ответил Сонхун, пнув подвернувшийся под ногу камень, после отправился к скамье, на которой стояли бутылки с водой. — Чёрт! — Успокойся, — приказал Ники, стукнув друга рукой по спине. Сонхун водой подавился от внезапного удара и даже качнулся вперёд, едва удерживая равновесие. Откашлявшись, Пак обернулся на Рики и уставился на него взглядом карих глаз. — За что? Больно же! — жалуется парень и потирает рукой ушибленное место. — На будущее, чтобы принимал свои таблетки, — фыркнул волшебник. — Опыт с клятвой крови тебя ничему не научил? Ты ещё пока не контролируешь своего волка, поэтому тебе и прописали подавители. — Тебе-то какое дело? Хочу и не принимаю! На тебе это никак не скажется, — грубит в ответ парень и уходит прочь, не собираясь продолжать этот бессмысленный разговор, плавно перетекающий в ссору. Сонхун не маленький ребёнок и сам может решить, что ему делать. Без помощи волка он самостоятельно не смог бы преодолеть всю эту дистанцию. Ему нравится то, что волк делает его более уверенным, каким Сонхун никогда не был. И к этому можно было пристраститься. Пак надеялся, что сможет себя остановить, прежде чем это произойдёт. Волк ведь и вправду не контролируется, поэтому неизвестно было, что он может устроить в следующий раз, если Пак не примет подавители. Проверять это Хун не хотел.