Больше, чем магия

Так как дом у Ватанабэ был небольшим, а спальных мест всего два, Ники и Джейку пришлось тесниться на одной кровати. Оба были не в восторге от этого, но другого выбора не было. Когда Яширо предложила им свою кровать, те вежливо отказались. — Чёрт, — простонал среди ночи Шим и лёг на спину. — Ты спишь? — обратился он к своему соседу по кровати и услышал тихое «нет». — Кто-то из нас должен пойти спать на пол. — Раз инициатива твоя, то сам и иди. Меня всё устраивает, — лжёт парень, потому что спать с кем-то на такой маленькой кровати ему не нравилось. — Да и я болею. Мне нельзя на пол. — Я для тебя его согрею, — рычит Шим и несильно пинает Рики ногой. — Вали на пол. Это кровать моя уже одиннадцать лет. Почему я должен тебе её уступать? — Потому что я гость в вашем доме и должен получить самую лучшую койку, — язвит в ответ Ники, за что получает очередной удар ногой в бедро. — Да хватит! Не пойду я на пол, сам иди! — Слушайся старших. Мне завтра в дорогу, поэтому я должен хорошо выспаться, — всё продолжал настаивать на своём Шим, но в итоге просто сдался. — Просто спи уже. Я болею, а тебе нужно выспаться перед дорогой. Обоим не выгодно ложиться на пол, поэтому будем и дальше тесниться на этой кровати, — подытожил Нишимура и отвернулся спиной к другу, то же самое сделал и Джейк. — Спокойной ночи. — Ага, и тебе. Ещё немного поворочавшись в кровати и положив между телами подушки, парни уснули.

***

Глубокой ночью Рики проснулся от каких-то всхлипов и томных вздохов рядом. Обернувшись через плечо, он увидел, как камень на подвеске Джейка мигает ярким светом, а сам ведьмак будто бы бьётся в агонии. Всё его тело вспотело, а волосы прилипли ко лбу. — Эй, Джейк-хён. Ники обеспокоенно потряс старшего за плечо, но последний не очнулся, тяжело выдыхая и сжимая руками простыни. — Джейк-хён, проснись, — уже более громко произнёс тот, толкая сильнее. Руки ведьмака резко перехватили чужие, а веки распахнулись, заглядывая в глаза напротив. Рики замер, ощущая то самое чувство, которое испытывал каждый раз на ментальной магии. Сознание постепенно начало погружаться во тьму, видя лишь два огня перед собой, за которые Ники отчаянно цеплялся. И эти огоньки постепенно начали приближаться, пока не оказались совсем рядом. Ники оглянулся, понимая, что находится рядом с каким-то огненным кругом, внутри которого сидел мальчик и указывал пальцем за спину Нишимуры. Волшебник обернулся на тьму, которая постепенно начала расступаться, образуя звёздное небо, в котором между туч лавировало что-то огромное, с широкими крыльями и огнём из пасти. Приглядевшись, Ники понял, что это дракон, которого он раньше видел в своём виденье. — Где мы? — обратился Ники к мальчику, который шикнул на волшебника в ответ и приложил палец к своим губам. — Тише, иначе он нас услышит, — приказал мальчишка, продолжая сидеть в позе лотоса. — Кто услышит? — продолжил задавать вопросы Рики, видя, как всё вокруг начало меркнуть и постепенно исчезать, а в ушах зазвенел рёв дракона. — Подожди! Ответь мне! Кто ты? — Спаси меня. Ты должен это сделать, — просит мальчик, прежде чем всё вокруг погружается во тьму, а через секунду Ники приходит в себя, понимая, что его руки горят огнём, а Джейк перенимает этот огонь в себя. — А-а-а-а-а! — кричит от адской боли в руках Нишимура. — Потерпи, я почти! — успокаивает парня Шим и одним рывком вытягивает весь огонь из рук волшебника в себя. На крики парней прибегает перепуганная Ватанабэ и видит, как бессознательное тело Рики лежит в руках Джейка. А последний весь светится из-за скопившейся в нём энергии и дрожит. — Джейк, тебе нужно успокоиться и убавить свой пыл! В аптечке есть ещё немного чемерицы. Ведьмак молча кивнул и, уложив Рики в постель, ушёл на кухню, где через силу выпил отвратительную смесь чемерицы и зелёного чая и перебил вкус черничным пирогом. Дрожь в теле усилилась, но свечение постепенно потускнело, пока полностью не исчезло. А затем прошла и дрожь в теле. Кое-как Джейк добрался до своей комнаты, но, не дойдя до кровати, рухнул прямо на пол. Яширо запаниковала пуще прежнего, разрываясь между парнями. Слёзы предательски текли из глаз, ведь она не знала, что ей делать. Звонить в больницу было нельзя. Оставалось своими силами перетаскивать парней на кровать и делать им компрессы на лоб, чтобы хоть немного сбить возникший у обоих жар. — Что же мне с вами делать, мальчики? — хнычет женщина, поглаживая своего племянника по голове, а Джейка целует в лоб. — Ещё слишком рано, Джейк-и, ты должен держаться. До последнего держись. Ведьмак хмурит брови, видя во тьме огненные вспышки. Дракон был рядом. Он нутром это чувствовал. Если он пришёл, значит, опасность тоже очень скоро его настигнет.

***

Ники проснулся в пустой комнате. Рядом никого не было, а он лежал не так, как засыпал. Потянувшись на локтях, парень застонал от жгучей боли в ладонях и глянул на них. Те были немного покрасневшими, но ожогов не было. Воспоминания прошлой ночи возникли в голове. А ещё странное виденье. Дракон. При его упоминании руки вновь начало жечь. Волшебник вскочил с кровати и рванул из комнаты, чтобы окунуть руки под струю холодной воды. Пробегая мимо прихожей, Рики краем глаза увидел на пороге дома довольно знакомую личность. Выглянув из-за угла, он уставился на мужчину, что мило беседовал с Ватанабэ. Последний заметил этот взгляд и поспешил улыбнуться мальчишке. — Здравствуй, Рики. Яширо обернулась через плечо, когда услышала имя племянника. — Ты уже встал? Не голоден? Я приготовила рис с тушеными овощами. — Да, я буду есть, только мне срочно нужно отойти на минутку, — через боль простонал парень, а после убежал в ванную, ибо терпеть это чёртово жжение уже не мог. — Ну, а вы, господин Ким, не голодны? — обратилась женщина к внезапному гостю. — Только не думаю, что вы станете есть примитивную еду. — Бросьте, я совсем не против отведать ваш рис с тушеными овощами, но в другой раз. Сейчас мне нужно спешить на работу. В больнице без меня уже ничего сделать не могут. Им нужно моё наставление. — Тогда всего вам хорошего, — кидает напоследок Яширо, прежде чем закрыть перед чужим носом дверь. — Чёрт, нужно было не так грубо, — осудила сама себя женщина, вновь открывая дверь. — Извините за мою резкость. — Ничего, я не в обиде. До скорой встречи, мисс Яширо. Буду рад увидеть вас снова в моей больнице. — Всенепременно. Ватанабэ вновь резко захлопывает дверь своего дома перед мужчиной, но на этот раз не извиняется за этот поступок. Она хмурит брови от накатившего раздражения и следует на кухню. Проследив через окно за отъезжающей от дома машиной, женщина облегчённо выдохнула и принялась накладывать для себя и племянника еду. Ники пришёл на кухню спустя пять минут. На его руках красовался бинт, который он нашёл в шкафчике в ванной. — Рики, что с тобой? — обеспокоенно спросила женщина, подскочив к племяннику и взяв его руки в свои. — Ты поранился? — Нет, не поранился, — поспешил успокоить тётю Нишимура, опускаясь на свободный стул. — Просто вчера что-то произошло ночью, из-за чего мои руки просто начали гореть, но этот огонь не оставил мне ожогов, лишь неприятное жжение. — Значит, это был твой огонь, — сделала выводы женщина, шокировано открывая рот. — И давно у тебя эта стихия? Я думала, что она редкая. — Какая стихия? У меня нет стихийной магии. — Но как тогда ты управлял огнём? Если бы это был огонь Джейка, он бы тебе навредил, — ещё больше удивляется женщина. — Это довольно странно. Может, ты просто не знал, что у тебя есть стихия огня? — Быть того не может. Я бы его почувствовал, — отрицал эту догадку парень, беря в больные руки ложку и черпая ей немного риса. — Тоже верно. Дальше оба молчали, ибо не знали даже, о чём поговорить. Они так долго не виделись, и за это время скопилось столько вопросов, которые хотелось бы друг другу задать, но было как-то неловко. — А какие… — Тётя… — одновременно с Ватанабэ начал говорить Рики. — Говори ты. — Спасибо, — улыбнулась женщина. — Я с тобой нормально давно не общалась. Поэтому даже и не знаю о тебе ничего. Даже о твоих способностях. Какие они у тебя? Просто интересно. — Ну, я сверхсильный, а ещё очень ловкий. И совсем недавно открыл в себе новую способность — подчинение чужого сознания, — на одном дыхании выпалил Рики. — О, это здорово! — обрадовалась женщина. — Ты такой способный, я совсем не удивлена. Весь в отца, — сделала комплимент Яширо, но потом опомнилась и мысленно стукнула себя ладонью по лбу. — Я о том, что он такой же… как сказать… такой же способный. — Я понял, тётя. Нишимура замолчал, подбирая момент, чтобы спросить в лоб. Он так хотел узнать обо всём, что произошло, когда он был ещё совсем маленьким. Какое разногласие заставило маму Рики выгнать родную сестру из дома. — Тётя… — начал Ники, всё не решаясь задать женщине волнующий его вопрос. — У тебя ведь был роман с моим отцом? Женщина тяжело выдохнула от этого вопроса и увела взгляд, потому что ей было очень тяжело смотреть племяннику в глаза. Тяжело из-за того, что это являлось правдой. Падать ещё ниже в чужих глазах она не хотела, поэтому говорить об этом ей было сложно. — Это было очень давно, — как-то нехотя отвечает Яширо, покручивая на пальце кольцо с внутренней гравировкой. — Ещё до твоего рождения. Мы тогда совершили ошибку, о которой сожалеем спустя годы. Я пыталась это исправить, но каждый раз всё приводило к одному исходу. — Как пыталась? Это можно как-то исправить? — Я могла это исправить, — кратко отвечает женщина и всё же смотрит на Ники. — Одна из моих способностей — поворачивание время вспять. И я несколько раз это проворачивала, но всё приводило к одному, будто бы этого хотела судьба. — Так это ты! — вскочил Рики, шокировано уставившись на тётю. — Это ты повернула для меня время вспять! — Что? О чём ты? — не поняла женщина, всхлипывая от накативших слёз. — Один раз, ещё недели две назад я попал в петлю, прожив один день дважды. И с того дня я гадал о том, кто же создал для меня эту петлю. Это ты, тётя. Но зачем? Какой для тебя от этого толк? — Я не понимаю, о чём ты, Рики. Я хронокинезом перестала пользоваться ещё с того дня, когда не смогла исправить свою ошибку, и вообще жалею, что она мне передалась от отца, — опровергла догадку племянника Ватанабэ, показывая свою непричастность. — Но больше некому. Эта магия редкая, да и кому-то поворачивать время вспять для меня не имеет смысла, — нахмурился юноша, вновь опускаясь за свой стул. — Больше и вправду некому. — Есть кому, — неожиданно выпалила Яширо. — Тебе… — тихо дополнила та. — Мне? У меня никогда не было этой магии, да и не мог я её ни от кого унаследовать, — не верил парень, потому что это и вправду звучало, как полнейший бред. — Есть лишь один способ проверить. Женщина вскочила со своего места и скрылась из виду. А вернулась она лишь спустя несколько минут с какими-то карманными часами. Она некоторое время помялась на месте, прожигая их взглядом, после чего вложила часы в перебинтованную ладонь племянника. Стрелки тут же начали двигаться быстрее с каждой секундой, пока не закружились на бешеной скорости. Рики ахнул от увиденного, а Ватанабэ улыбнулась, на этот раз стирая слёзы радости. — Что это значит, тётя? — То, что ты унаследовал мою способность, — на радостях завопила та, обнимая племянника, а после осознала, что сказала. — Ой, я хотела сказать… что у тебя есть способность управлять временем, которую, если ты хочешь, я помогу тебе развить. — Если учитывать то, что ты больше шестнадцати лет не пользуешься хронокинезом, то развивать эту способность нужно будет нам обоим, — улыбается парень, несмотря на их недавний разговор. — И да, я совсем не против. — Замечательно.

***

Сону не соврал, когда сказал, что в течение недели будет навещать Ники. Он приходил каждый день перед занятиями в академии, рассказывая о событиях предыдущего дня и постоянно жалуясь на Сонхуна. Последний стал каким-то неразговорчивым и отстранённым. — У него просто ломка из-за того, что он так далеко от Шима, — шутит Ким, опираясь на плечо своего парня и закидывая в рот орешки, которые он принёс с собой. — Ты, кстати, не знаешь, когда он вернётся? — Тебе-то что с этого? — вскинул бровь Нишимура, чуть наклонившись вперёд, чтобы заглянуть в глаза своего парня. — У тебя тоже ломка из-за его отсутствия? — Вовсе нет. Просто мне надоел вечно угрюмый Пак. Тем более, он в последнее время всё больше времени начал проводить с Бахи, буквально воруя у меня лучшую подругу, — жаловался Ким, уже и вовсе ложась на кровать всем телом, ещё и Ники потянул за собой, чтобы тот лёг рядом. — Как у них обстоят дела с Орденом защитников? — Ты не поверишь, но Бахи говорит, что Пак показывает прекрасные результаты, а где-то даже превосходит её. То, что рассказывает она, и то, что вижу я последнюю неделю, — мы будто говорим о разных людях. Общение с защитниками явно поднимает Паку настроение, — говорит Ким. — Да и о Шиме он почему-то вообще не говорит. — Может, у них очередной перерыв? Ничего, думаю, всё наладится, когда мы все соберёмся вместе. Я вернусь где-то к концу следующей недели. Джейк-хён примерно тогда же. — Кстати о нём. Ты совсем не удивился, когда узнал, что он приёмный сын твоей тёти? — поинтересовался Ким, шурша пальцами по пакетику орешков и к огромному сожалению понимая, что те уже закончились. — Удивился, конечно. Но потом тётя рассказала, что взяла его под опеку, будучи членом Ордена защитников. — Ох, даже и представить не могу, какой стальной характер у неё должен быть, раз она смогла выдержать все всплески энергии Шима. Сильная женщина, — ехидничает Ким и привстаёт на локтях, чтобы нависнуть над чужим лицом. — У тебя её характер, ибо как ты меня смог вытерпеть целую неделю? Я поражён. — Просто ты оказался не таким ужасным, каким хочешь казаться, — усмехается Ники и в секунду меняет их местами, подминая Сону под себя. — Волк с душой щенка. — Ты меня с собакой сравнил? — скривился Ким, а Нишимура посмеялся с такого вывода. — Нет, просто ты такой же добрый и, надеюсь, верный. Ты же мне не изменяешь там, в академии? — Да как бы я посмел? Ты слишком плохого обо мне мнения, — наигрывает обиду Ким, чем забавляет своего парня. Нишимура ничего не отвечает и просто наклоняется, целуя уже такие родные губы, которые за всю неделю уже успел расцеловать вдоль и поперёк. И пока это единственная близость, помимо объятий, которую они практикуют. Дальше никто не решается зайти. Парней прерывает будильник на телефоне Сону. Последний нехотя отталкивает от себя Нишимуру и тянется за телефоном, чтобы отключить будильник. — Идти пора, — огорчённо произносит тот. — До встречи в понедельник, потому что в эти выходные я буду сильно занят и не смогу прийти. Папа попросил помочь ему с семейным делом. — Тогда не буду тебя задерживать, — говорит Ники, но тут же противоречит своим же словам, втягивая хёна в немного грубый поцелуй. Ким отвечает на поцелуй, отчаянно цепляясь руками за чужие широкие плечи. — Рики, мне правда нужно идти, ибо я могу опоздать на историю ма… Парень натужно выдохнул, когда чужие губы сместились на шею и засосали кожу под адамовым яблоком. Рики продолжил прокладывать поцелуи к открытым ключицам своего парня, оставляя влажные следы, которые обдувал собственным горячим дыханием. Сону прикрыл глаза от ощущений и крепче сжал чужие плечи, чтобы понимать, что всё происходит наяву. Он сам начал открываться для поцелуев, запрокидывая голову кверху, пока не ощутил что-то слишком горячее, скользящее под его рубашку. — Рики, твои руки, — обеспокоенно произнёс старший, отталкивая от себя волшебника. — Они слишком горячие. Какая-то у тебя неправильная температура. — Чёрт, опять, — тихо прошипел Ники, глядя на свои ладони. — Хён, тебе уже пора. Извини, что задержал, — не желая, чтобы Ким стал свидетелем его болезненных стонов, напомнил Рики. Сону с минуту прожигал своего парня непонимающим взглядом, после чего молча вскочил с кровати и ушёл. Спустя какое-то время послышался хлопок входной двери, оповещающий о том, что Ким уже ушёл. И только тогда Ники позволил себе простонать от адской боли в своих ладонях. Те покраснели, а под кожей будто бы разливалась лава. К этой боли Рики смог привыкнуть, поэтому уже не кричал, когда подобное случалось. А руки его начинали нагреваться очень часто последнюю неделю. И врачи тоже не знали, что это такое. Было похоже на стихийную магию, но, проведя несколько тестов и анализов, они выяснили, что это не так. Больше объяснить они это никак не могли. Если бы была возможность связаться с Джейком, он бы у него всё расспросил про подобные симптомы, но там недоступна связь, а письма писать нельзя. Оставалось лишь ждать его возвращения.

***

Дни сменялись днями. Чонвон всё меньше времени начал проводить в компании своих друзей и больше в библиотеке. А ещё часто уходил в магический лес, чтобы побыть наедине с природой. Хаями он в лесу не встречал. Но зато очень часто встречал Джея, и тот говорил, что с Ютой всё в порядке и причин для беспокойства нет. И с каждой такой случайной встречей их разговоры больше походили на приятельские, а не обычные односторонние пошлые подкаты. Дошло и до того, что Джей извинился за свои слова в их первую встречу. Это было именно то, чего и хотел Ян. Так они и стали больше общаться, уже целенаправленно встречаясь, а не случайно. И вместе с Сонхуном они часто посещали лагерь разбойников. Бахи тоже иногда с ними ходила, но в процессе отбивалась от остальных и уходила в лес, чтобы проводить какие-то свои ритуалы. — Я пойду найду сестру, — бросил Пак, прежде чем уйти с компанией разбойников в совершенно противоположную сторону от той, в которую направился Чонвон. Волшебник улыбнулся, останавливаясь у юрты, и замер, услышав изнутри чужие голоса. — Ты чувствуешь, какой он твёрдый? — послышался первый голос, и Ян быстро определил, что он принадлежит Джею. — Чувствуешь, Николас? — Да. — И ты знаешь, что с этим нужно сделать? Чонвон приоткрыл рот от услышанного, но тут же зажал его ладонью, чтобы не издавать ни звука. Уши его покраснели от стыда, а ноги уже собирались повести его на выход из лагеря, пока он не услышал следующую фразу, успокоившую его больное воображение. — Знаю. В следующий раз буду класть хлеб в пакет. — Надеюсь на это. Джей хлопнул своего помощника по щеке и вышел из юрты, встречаясь взглядом с всегда долгожданным в их лагере гостем. На его лице расплылась довольная улыбка, а за ней последовало совершенно невинное подмигивание. — Ты сегодня один? Или вновь прихватил с собой Сонхуна и Бахи? — интересуется разбойник, подходя вплотную к волшебнику, и подталкивает того в сторону костра, где уже что-то готовилось в котелке. — Кушать будете? Мы как раз сегодня готовили всё без мяса. — Не откажусь, — улыбается Чонвон и опускается на пень, а Джей садится рядом с ним. Чуть позже и все остальные подтягиваются к ним, создавая круг у костра. Даже Бахи присоединилась, садясь между Сонхуном и Хикару. Последняя была очень рада тому, что Хюнин села рядом с ней. — Ник! Тащи алкоголь! Сегодня можно! — прикрикнул Джей, обнимая Чонвона за плечи и мягко улыбаясь ему. — Вы не так часто наведываетесь к нам, поэтому стоит выпить по такому случаю. Среди вас нет ещё троих, если я не ошибаюсь. Ники болеет, Сону с ним проводит время. А где Джейк? О нём ещё никто не говорил. — Он в санатории, — тихо и как-то нехотя отвечает Сонхун. — Проходит курс лечения. Это обязательная процедура для всех детей, рождённых в семье ведьмаков. — А-а-а-а, — понимающе потянул Джей, принимая в руки бутылку самодельного вина. — Тогда они упускают очень классную вечеринку, которую мы сегодня устроим. — Но я и Чонвон не пьём, — вежливо отказался Сонхун, на что получил хмурый взгляд от лидера разбойников. — Многое упустишь, если не попробуешь вино, которое приготовил Николас, — дразнит Пак и усмехается. — Или слабо? Эта был запрещённый приём, о котором Джей как-то узнал. Сонхун уверен, что это Хикару проболталась о том, что Сонхун падок на подобное. Выдержать это «слабо» он никогда не мог. — Я в деле, — соглашается Пак, а Чонвону, так как он единственный, кто не собирался пить, тоже пришлось согласиться, чтобы не выделяться на фоне всех остальных. Многие разбойники и Чонвон с Сонхуном пьянеют уже после первой кружки, а остальным, включая Бахи, нужно было выпить чуть ли не по целой бутылке, чтобы хоть немного захмелеть. Тогда-то языки развязались у всех. — Предлагаю сыграть в правду, — вызвался Джей, поднимая руку, а все остальные согласились с этой затеей. — Тогда я начну! Сонхун, — обратился лидер к оборотню, а названный тут же перевёл на него свой пьяный взгляд. — Только честно, ты сейчас состоишь с кем-то в отношениях? — Да с Джейком он встречается, это же очевидно, — смеётся Хикару, опираясь на плечо Бахи. Сонхун поник от такого вопроса, но поспешил натянуть на лицо улыбку. — Не-а! Моё сердце совершенно свободно! — произнёс Хун с каким-то облегчением. — Ты лжёшь, — запротестовала Хикару, за что получила лёгкого щелбана от Сонхуна. — Эй! Я тебе сейчас этот палец сломаю. Тебе повезло, что мы здесь не одни, так бы тебя уже давно искали в канаве. — Хикару, будь проще, — улыбается Джей и вновь смотрит на оборотня. — Теперь твоя очередь, Сонхун. Последний задумался, к кому же ему обратиться, и выбор пал на соседа по комнате. Было слишком много вопросов, которые он хотел бы ему задать. И сейчас, когда у всех развязан язык, это лучший момент, чтобы обо всём узнать. — Чонвон-а! Признавайся, маленький чертёнок, что ты от нас скрываешь? Никто этого вопроса не понял, кроме самого Чонвона. Даже на пьяную голову он понял, о чём спрашивает Сонхун, но решил сделать непонимающий вид, что далось с трудом. — Ничего, — пожал плечами волшебник, сделав очередной глоток из своей чашки и тут же скривившись от горечи. — Вообще не понимаю, с чего ты взял, что я стал бы от тебя что-то скрывать. Сонхуна такой ответ не удовлетворил. Он точно знает, что Чонвон что-то скрывает, но так ловко это делает. Даже алкоголь не помогает раскрыть его скелеты в шкафу. Это даже немного злило. — Я знаю, что ты лжёшь. Мой кот видел, что ты читал какую-то чёрную с красным переплётом книгу, и я даже сделал рисунок этой книги в своём скетчбуке, — фыркнул Сонхун, встряхивая головой, чтобы прогнать пелену с глаз. — Когда придём в общежитие, я тебе его покажу. Чонвон весь напрягся от услышанных слов, проглатывая вязкую слюну. Он окинул всех взглядом, понимая, что они все смотрят на него, и попытался сделать вид, будто бы совсем не понимает, о чём речь. — Ах-ха-ха-ха, так ты об этом? Это я читал любовный роман, — рассмеялся Чонвон, скрывая за смехом душевную тревогу, из-за которой он даже пальцы свободной руки сжал в кулак. — Теперь моя очередь. Все продолжили эту дурацкую игру, задавая самые нелепые вопросы, и чаще всего их задавали Сонхуну. Тот был прям популярен среди всех остальных. В какой-то момент всё даже перешло на слишком личное. Даже планы на будущее обсуждались. — Послушайте, послушайте! — выкрикнул Джей, разводя руки в стороны и сжимая кулаки, тем самым приказывая всем заткнуться. — Если со мной что-то случится, то знайте, я завещаю главенство Хикару да и всё своё имущество! — Слишком рано ты себя похоронил, — фыркнул Чонвон, закатывая глаза. — Ты здесь ещё всех переживёшь, так что брось попытку составлять завещание. — Кто знает, что нас ждёт в будущем? — подтрунивает разбойник, чуть наклонившись к Чонвону. — Может, я и умру в будущем от твоей руки? Всяко может быть. В какой-нибудь момент я тебе так сильно надоем своими подкатами, что ты не выдержишь и вырвешь мне сердце. Волшебникам ведь это под силу? — Не-а! Только обращающимся видам и вампирам, — умничает Сонхун, уже закрывая глаза и собираясь уснуть прямо на холодной улице. — Так что из присутствующих здесь только я смогу вырвать ваши сердца. Но отставить панику! Я ни в коем случае этого никогда не сделаю. — Спасибо, что успокоил. Разбойники и волшебники продолжили выпивать в компании вплоть до восходящего солнца. И лишь к утру следующего дня Сонхун и Чонвон кое-как добрались до общежития, а Бахи осталась в лагере разбойников. Открыв дверь в свою комнату, Сонхун рухнул на свою кровать лицом вниз. Так и уснул, даже не соизволив снять с себя куртку и обувь. Поэтому это сделал Ян, который меньше всех пил и меньше всех опьянел. Он был очень сильно удивлён, что человек с быстрым метаболизмом оставался таким пьяным даже спустя огромное количество времени. Но для Вона это было даже на руку. Закрыв дверь в комнату, Чонвон убедился, что Сонхун и его кот спят, после чего принялся рыскать по полкам своего соседа в поисках того самого скетчбука, который упоминался, когда они были ещё в лагере разбойников. Отыскать нужный предмет не составило труда. Полистав множество страниц, Чонвон удивился такому прекрасному таланту своего соседа. Тот очень красиво рисовал. Среди картинок он нашёл и свой портрет, на котором он был улыбающимся и поедающим рамён. Встряхнув головой от приятных воспоминаний того дня, Чонвон нашёл нужную страницу и, не колеблясь, вырвал её из блокнота. Тяжело дыша, Ян порвал листок на несколько частей и, поднеся их к ароматической свече, сжёг дотла. — Сонхун-хён, — обратился парень к спящему другу, сев на корточки у его кровати. — Я тебя прошу, никогда не лезь в это, чтобы не пострадать. Меньше всего я хочу, чтобы это хоть как-то повлияло на нашу дружбу. Вы меня не поймёте, когда узнаете, поэтому я хочу, чтобы это навсегда осталось в тайне. Чонвон стёр выступающую слезу со своей щеки большим пальцем и поднёс его ко лбу своего друга, проводя небольшую линию. Эта линия всего на несколько секунд начала светиться, после чего исчезла, а Сонхун поморщился от непонятных ощущений, но продолжил спать. Похлопав себя по щекам и смахнув слёзы, Чонвон наконец успокоился и завалился на свою кровать. Взмахнув рукой, волшебник достал из воздуха ту самую книгу, которую так отчаянно прячет ото всех, и раскрыл на странице, на которой закончил в последний раз. Управляя чужой кровью — вы управляете и чужим телом… Чонвон сглотнул, прочитав оглавление. Глянув в последний раз на спящего соседа, Ян принялся увлечённо читать новую главу книги тёмной стороны стихийной магии.

***

Джейк вернулся из санатория к следующей субботе, надеясь увидеть дома лишь Ватанабэ, чтобы обсудить с ней всё, что произошло за последние две недели, проведённые на лечении. Но, зайдя на кухню, он сильно огорчился, застав там ещё и Рики. — Джейк! — обрадовалась женщина. — Ты так тихо вошёл, что я сильно удивилась, увидев тебя на пороге кухни. У тебя досрочный отпуск? Ты приехал на неделю раньше. — Да, — сухо ответил парень, скидывая с плеча свою дорожную сумку с вещами. — За хорошее поведение и показатели. С последней поездки в санаторий три месяца назад моё состояние сильно улучшилось, и в моей магии не нашли чёрных сгустков. — Это ведь прекрасно! Значит, общение с Сонхуном и вправду идёт тебе на пользу, — искренне радовалась Яширо, чуть ли не прыгая на месте от счастья. А Джейк ещё больше поник от упоминания Пака. И это читалось на его лице. — Мы с ним больше не общаемся, — спокойно ответил Шим. — О, Боже! А что между вами произошло? — Ничего, мы просто решили больше не общаться. Это было обоюдное решение, — отчитался Джейк, тяжело выдыхая и поднимая глаза кверху. — Поэтому попрошу в моём присутствии его не упоминать. Пойду переоденусь. — Хорошо, сынок. Приходи потом, мы тебя ждём, — кинула женщина вслед уходящему ведьмаку и тяжело вздохнула. — Ты тоже ничего такого не знал? Ники только отрицательно покачал головой и пожал плечами. Нет, он знал, что все эти две недели Сонхун не упоминал Джейка в компании Сону, но не более. Да и при совместных видео-звонках он тоже отмалчивался. А в последнее время он и вовсе начал говорить о каком-то парне со школы Ордена охотников. — Кстати, Рики, ты знал, что в конце этого месяца в академии будет весенний бал? Очередной вопрос, на который Нишимура дал отрицательный кивок. Он последние две недели сидит безвылазно дома, а друзья ему об этом не рассказывали. Конечно же, он не знал о предстоящем бале, да и узнав о нём, ничего не изменилось. На него он пойдёт только в том случае, если туда захочет пойти Сону, а это вряд ли. — Ой, точно, о нём ведь ещё не рассказывали. Тогда ты первый об этом узнал. Сможешь пригласить кого-нибудь туда, — заулыбалась женщина и заиграла бровями, давая предельно ясный намёк о её мыслях. — Тётя, ты ведь знаешь, что я встречаюсь с Сону-хёном. Вряд ли на этом балу будут приветствовать однополую пару, — выдохнул Рики. — Ты отстал в развитии, сынок, — посмеялась женщина, даже не обращая внимания на то, как она назвала Ники. — Двадцать первый век на дворе. Всем уже всё равно, кто и с кем встречается. Тем более, в прошлом году королём и королевой стала однополая пара. Точнее, королевой и королевой. Они уже выпустились, поэтому я не буду вдаваться в подробности их личностей. Они были из группы, которую я вела. — Ага, и одна из них была ведьмой, а вторая волшебницей, — встрял в разговор Джейк, вернувшись из комнаты в более домашней одежде. — И они буквально недавно поженились. — Ого, а разве такие браки разрешены? Я не про то, что они обе девушки, а про то, что одна ведьма, а вторая волшебница. — Раньше — нет. А сейчас этот закон убрали. Жениться могут абсолютно все. Да и к тому же, если волшебница является судьбой ведьмы, которая не даёт ей переступить на тёмную сторону, это лишь плюс для страны, — разъяснял Шим, ковыряя уже остывший черничный пирог. — Судьбой? А как они поняли, что они друг другу судьба? — заинтересовался разговором Нишимура, потому что эта тема была для него очень важна, учитывая слова, которые ему сказала Хаями ещё в первый день его пребывания в академии магии. — Когда человек встречает того самого, то как бы всё ни было настроено против их связи, они всё равно будут чувствовать взаимное притяжение. И на расстоянии будут чувствовать опустошение, — пояснила женщина, а Джейк задумался над этими словами. Последние две недели он чувствовал какое-то душевное опустошение, которое не мог ничем объяснить. У него будто бы частицу души вырвали. Именно ту часть, которая отвечала за его чувства. Ники тоже задумался над словами тёти. Пытался связать свои чувства с отсутствием Сону. А ещё вспомнил, что было до появления Кима в его жизни. Раньше Ники был очень замкнутым и необщительным, но в процессе очень сильно изменился, именно он и стал инициатором всех видео-звонков. А ещё он стал очень тактильным, что не проходило ни дня, чтобы он не обнял Сону, когда тот заявлялся на порог дома. А сейчас он не мог точно сказать, что чувствовал. Что-то непонятное и давящее. И он бы на это даже не обратил внимания, если бы не слова тёти. Неужели Юта предсказывала ему именно Сону? Это было бы самым ожидаемым исходом. Рядом с хёном Рики чувствует себя очень хорошо. — О, Джейк-хён, я хотел спросить! — неожиданно возгласил Рики, напугав свою тётю, из-за чего та даже вилку выронила на пол. — Ой, прости, — извинился юноша и перевёл взгляд на ведьмака, показывая ему свои покрасневшие ладони. — Ты не знаешь, что со мной? Мои руки чуть ли не каждый день нагреваются последние две недели. Джейк запускает в рот кусочек пирога, после чего перехватывает своими руками чужие ладони, рассматривая их вдоль и поперёк. Ощущает тепло, исходящее из них, но не может понять причину возникновения этого тепла. Прирождённой стихийной магии он не ощущает, но точно знает, что это огонь. — Это точно огненная магия, но она не прирождённая, — разъясняет ведьмак, создавая в собственной руке огненное пламя и поднося его к раскрытой ладони Нишимуры. Волшебник дёрнулся и попытался вырвать свою руку, думая, что ему хотят причинить боль, но её удержали на месте. Ники даже поморщился, приготовившись к неприятным ощущениям, но их не было. Вместо этого, пламя, созданное Джейком, перебралось в его ладонь и начало парить, совсем не причиняя никакой боли. — А вот это уже что-то новенькое, — хмыкнул ведьмак, не ожидавший такого поворота. — Ты не владеешь стихийной магией, но каким-то образом можешь контролировать мой огонь. И это… невероятно. В глазах Джейка действительно загорелся небывалый восторг от увиденного. Он впервые встречает человека, которому его огонь не причиняет вреда. И это заставляет его улыбаться. — Если эту способность можно как-то развивать, то я хотел бы научить тебя всему, что сам знаю, — произнёс ведьмак и поднял на Нишимуру свой заинтересованный взгляд. — Это действительно очень круто. И мне всегда хотелось потренироваться с кем-то, у кого будет такая же стихия, как у меня. Ты хоть и не носитель этой стихии, но всё равно можешь управлять ей. — В каком смысле? — не понимает парень. — Носители стихии могут создавать её из ничего, а тебе нужен изначальный источник, — объяснил Шим, а у Рики от услышанного глаза загорелись азартом, что прям в ту же секунду захотелось опробовать эту способность. — Круто! — восхитился самим собой Ники и опустил взгляд на свои ладони, которые приобрели привычный оттенок, и температура стала обычной. — Вау, твой огонь излечил мои руки! — Неконтролируемое изменение температуры ладоней пройдёт, когда ты начнёшь тренироваться с огнём, — объяснил Джейк, черпая в очередной раз кусок пирога и запуская в свой рот. — А ещё, чтобы сдерживать огненные порывы, тебе нужно будет пить настойку из чемерицы с зелёным чаем и закусывать чем-то, чтобы перебить вкус. — Фу-у-у! Ненавижу зелёный чай. — Но это надо, дорогой, — подбадривает племянника Яширо и наливает в свободную чашку зелёный чай, добавляя туда немного настойки. — Приятного чаепития. Завтра пополню запасы чемерицы, раз уже пациентов двое.

***

Джейк и Ники прибыли в общежитие вместе. Последний тут же оказался в объятиях своего парня. Шим, немного огорчившись тем, что его так никто не встречает, кивнул Рики напоследок и ушёл наверх, чтобы не мешать этим двоим. — Хоть я и виделся с тобой каждый день, мне всё равно не хватало тебя все эти две недели, — жалуется Сону и крепче обнимает своего парня, чтобы ощутить всё его тепло и поделиться своим холодом. — Ты такой горячий. — Ну и в каком ключе расценивать твои слова? — усмехается волшебник, обнимая Кима в ответ, и опускает подбородок на розовую макушку. — В каком хочешь, — тянет Ким, жмякая младшего со всех сторон, чтобы точно понять, что он сейчас рядом, а не лежит больной дома. — Ты в свою комнату сейчас пойдёшь? Или сразу ко мне? — Как бы не была заманчива идея отправиться сразу к тебе, мне нужно сначала отправиться к себе и разобрать вещи. Чонвон-хён и Сонхун-хён уже там? — спросил Ники, следуя по лестнице на третий этаж. Оба почему-то игнорировали изначальную причину такого внезапного возвращения Рики в общежитие. — Не знаю, что насчёт Пака, но Чонвон точно в комнате. Мы с ним недавно виделись, — отчитался Ким. — Пак и Бахи, наверное, сейчас на задании, на которое их отправил Орден. Просто Бахи тоже не выходит на связь уже второй день. — Стоило бы на этом месте волноваться за них двоих. — Не волнуйся, если Пак потеряет на задании сознание, Бахи его реанимирует и спасёт, — пошутил Ким, когда они оказались в коридоре третьего этажа. — Жду тебя в своей комнате через пятнадцать минут. — Хорошо. Рики наклонился вперёд и кратко поцеловал чужие губы, прежде чем пойти в противоположную сторону от Сону. А последний недовольно надул губы и отправился в свою комнату, чтобы там дождаться своего парня. Чонвон встретил своего соседа с радостной улыбкой и коробкой шоколадных конфет. Нишимура ворует одну и принимается снимать с себя верхнюю одежду и ботинки, заменяя их на комнатные тапочки. — Непривычно видеть пустую кровать. Кочи уже целую неделю в деревне? — Ага. Сонхун-хён в последнее время всё чаще проводит время в Ордене, а кот почти всегда один. В деревне за ним приглядывают, — отчитался Чонвон. — Сонхун-хён, к слову, должен прийти сегодня к ночи. — Понятненько. Тогда я сегодня с ночёвкой пойду в комнату Сону-хёна. Не умрёшь тут от одиночества? Чонвон лишь отрицательно качает головой и улыбается. Он сейчас старается всё чаще оставаться в одиночестве, чтобы практиковаться в магии и читать все купленные в даркнете книги. — Супер. Разложив свои вещи и взяв из коробки друга ещё пару конфет, Ники покинул свою комнату под внимательным взглядом Чонвона. Путь до кимовой комнаты он преодолевает очень быстро, без стука заходя внутрь. Сону уже лежал на сдвинутых к середине комнаты кроватях, прожигая взглядом потолок и играясь с ледяным комком. — Чего так долго? Я устал ждать, — дуется Сону и принимает сидячее положение. — Прости, вещей было слишком много. Ники опустился на чужую кровати и подполз на коленях к своему парню. Последний внимательно проследил за его движениями и открыл рот, когда к его губам поднесли шоколадную конфету. Сону прикусил её зубами, но не успел полностью погрузить в рот, как Нишимура поцеловал его, кусая сладость с другой стороны и разделяя её пополам. Сону отстранился, проглатывая половину конфеты, и посмотрел в чужие, полные азарта глаза. Ники хищно улыбнулся и завалил хёна на кровать, тут же нависая над ним и заключая чужие бёдра в захват своих. — Это ты так извиниться за своё долгое отсутствие решил? — хмыкнул Сону. — Только не говори, что такое извинение ты не принимаешь, — обиженно надул губу Ники, наклоняясь ещё ниже. — Принимаю, — вскинув руки на чужую шею и скрепив их в замок, произнёс Сону. — Ещё как. Сону сам потянулся вперёд, сокращая мизерное расстояние между их лицами, и поцеловал чужие губы так, как Ники и нравилось: искусно и сладко. Нишимура подался вперёд и углубил поцелуй, опуская одну свою руку на хрупкую талию, а вторую под чужое колено, чуть сгибая его, чтобы прижаться ближе и создать несильное трение. Ким простонал в поцелуй, а ресницы его затрепетали от приятных ощущений. Продолжая медленно тереться о промежность хёна, Ники сместил губы на чужую молочную шею, улавливая очередные ласкающие слух стоны. Это заставляло Рики улыбаться и продолжать целовать молочную шею, вынуждая хёна чувствовать себя нужным и любимым в этот момент. — Рики, — натужно простонал Сону и вжался головой в подушку. — Если ты сейчас продолжишь, то я умру. — Так мне остановиться? — опаляя дыханием чужую шею, смеётся волшебник. — Ни в коем случае! — возражает Сону и притягивает Рики к себе за щёки, чтобы заглянуть в его глаза. — Этой ночью я буду умолять тебя не останавливаться. — Как скажешь, — довольствуется ответом хёна Ники и в который раз целует любимые губы. Сегодняшняя ночь для них двоих.