Букет гортензий

В воздухе разлилась липкая духота. Линда трижды утёрла лоб запястьем, пока вынесла на улицу и красиво расставила перед дверями все десять вазонов с розовыми пионами. После этого она нырнула в подсобку и, вытащив оттуда белоснежные лилии, ещё покрытые капельками влаги, поставила их по центру магазина взамен недавно купленных орхидей. Мадам Верóника, будь она сегодня тут, а не у сына в Париже, наверняка бы оценила этот нехитрый маркетинговый ход: лилии раскупались хуже всего, но Линда не теряла надежды распродать всю их охапку до вечера. Закончив с цветами, она отошла в сторону, прячась от холодного дуновения кондиционера. Жара в этом году настигла Тулузу внезапно: обычно она начиналась только в конце июня и набирала свои обороты к середине июля, но в этот раз столбик термометра скакнул на отметку в тридцать три градуса по Цельсию уже в начале июня. Но для Линды, невзлюбившей сырой климат Англии, эта жара казалась чуть ли не благословением господним. К мадам Верóнике она устроилась буквально через неделю после приезда домой. Едва только разгрузив чемоданы и навестив бабушку, Линда быстро смекнула, что сплошное ничегонеделание сожрёт её с потрохами за считанные дни, если ничего не предпринять. Потому она засела за поиски работы и принялась внимательно шерстить все доступные вакансии. Родители сразу прямо сказали, что работать этим летом не нужно, стоит просто отдохнуть от изнуряющей учёбы, а с деньгами они помогут, но Линде просто необходимо было чем-то занимать себя и свой измученный мозг, чтобы тот не поглотил её депрессивной чёрной дырой, образованной ненужными мыслями. Объявление мадам Верóники, попавшееся на глаза совершенно случайно, стало настоящим спасением. Линда и думать не думала, что сможет снова устроиться флористом (и куда! В самый лучший цветочный салон города), но против ничего не имела. Ей определённо стоило поблагодарить судьбу за то, что помощница мадам по неожиданным семейным обстоятельствам решила покинуть своё место работы, и Линда так в общем-то и сделала. К тому же, после устройства в салон на полный рабочий день жизнь потихоньку вошла в привычную спокойную колею, что не могло не радовать. Да и кошмары за прошедший месяц практически сошли на нет. Так что, если не брать в расчёт иногда проскакивающие воспоминания о Хёнджине, Линда наконец-то почувствовала себя так, как не чувствовала уже давно. Это и радовало, и страшило одновременно. Над дверью мелодично звякнул колокольчик, и одновременно с этим в заднем кармане джинсовых шорт завибрировал уведомлением телефон. Линда повернулась на звук и, отлепившись от стены, пошла консультировать очередного покупателя, мысленно сделав пометку посмотреть после этого, что там пришло. Но в итоге взять телефон в руки она смогла только через час: когда покупатель — мужчина средних лет, которому она собрала изумительный букет из гербер, хризантем и подсолнухов — ушёл, приехала свежая поставка и Линда по уши закопалась в бумаги и сортировку цветов. Вымыв после этого руки, она устроилась в углу на маленьком табурете и разблокировала экран. Это было смс, а не уведомление, как Линда подумала сначала, и от имени отправителя сердце её мигом рухнуло куда-то в пятки. А во рту всё пересохло так, словно там раскинулся компактный филиал Сахары. Знакомые буквы издевательски заплясали перед глазами, выделывая всевозможные па. Такого не должно было быть: ни танцев, ни самого сообщения, но они, тем не менее, всё равно были, вводя своим присутствием Линду в ступор. Кажется, она сглазила саму себя, когда решила сегодняшним утром, что всё в её жизни наладилось. Ничего подобного. Вот ведь она наивная. Смахнув пальцем вверх, Линда открыла сообщение, и её сердце снова сделало кульбит. На этот раз от глупой, неуместной радости, затопившей нутро. 12:42 Однако пришлось хорошенько попотеть, чтобы раздобыть твой номер. Не расскажешь, где тебя черти носят? Это было совершенно неправильно, но Линда улыбнулась. Всего на мгновение, прежде чем нахмурилась и покрепче сжала телефон в руках.

***

Английскую симку она вытащила ещё тогда, когда поезд только начал подъезжать к евротоннелю под Ла-Маншем, и поставила на её место свою привычную французскую. Не то, чтобы в этих действиях была какая-то особая необходимость: что одна, что другая спокойно переходили в роуминг и прекрасно продолжали работать, предоставляя все привычные услуги. Загвоздка крылась только в цене. Поэтому Линда и обзавелась английским номером, чтобы не переплачивать лишнего: экономия всё-таки должна быть экономной. В прошлый свой визит на четыре дня она не стала переставлять симки, потому что побоялась пропустить учебные новости, но теперь, когда Линда приехала домой на все летние каникулы, смысла бояться не было. Но всё равно по коже продрал мороз. Её французский номер знала только учебная часть и Дженни, с которой Линда продолжала общение и вне учёбы. Соответственно, напрашивался вопрос: каким образом Хёнджин его раздобыл? Этого номера не было ни в одном мессенджере, — да что там, Линда даже специально повыходила из всех имеющихся, чтобы как следует отвлечься — и найти его там Хёнджин точно не мог. Взял в учебной части? Тоже сомнительно, ведь это конфиденциальная информация, которой университет вправе делиться только с представителями власти и то — по исключительно важным причинам. Оставалась лишь Дженни. И Линда терялась в догадках, каким же образом Хёнджин вытащил из её соседки эту информацию: но не угрожал же он ей, в самом деле. Хотя…с такого, как он станется и подобное. Линда досадливо прикусила губу. Нужно просто написать Дженни да и узнать, как оно есть, а не терзать себя бесполезными догадками. Толку от них, только нервы трепать. 12:55 Привет. А у тебя никто этот мой номер не спрашивал? В ожидании ответа Линда начала нервно мерить шагами помещение салона. В голове снова всё перемешалось, а за рёбрами поселилась тянущая боль. Он всё-таки вернулся. Вернулся, твою мать, да ещё и написал в своём привычном стиле, разбередив едва стянувшуюся рану. Но зачем…неужели решил ответить на те два сообщения, отправленные в тоскливой горячке? Кто бы только знал, как сильно потом Линда об этом пожалела. И видимо не зря. Телефон пиликнул новым уведомлением и Линда едва не выронила его из рук от неожиданности, задумавшись. От полученного ответа морщинка на лбу стала глубже. 13:01 Привет! Нет, никто не спрашивал. Да я бы и не дала его, не спросив. А что, у тебя проблемы? Что-то серьёзное? «Ты себе даже не представляешь, насколько серьёзное», — тоскливо подумала Линда, набирая новое сообщение, чтобы успокоить соседку. «Просто я крепко влипла и выбраться обратно всё никак не могу». Тупая любовь. Какой больной ублюдок её вообще придумал?

***

Разумеется, она ответила Хёнджину тем же вечером. О его подлом, безжалостном и чёрством сердце забыть оказалось легче лёгкого, стоило только получить от него одно несчастное сообщение. Допиши он ещё что-нибудь следом и Линда рванула бы к нему, роняя по дороге домашние тапки, лишь бы только снова оказаться в уже знакомой клетке. А потом повторилось бы всё то, от чего Линда, собственно, и сбежала. Она в равной степени любила и ненавидела, и это её убивало. В комнате было жарко и одуряюще пахло жёлтыми розами, которые Линда срезала у бабушки в Монтобане. Устроившись после душа в кровати, она взяла в руки телефон и на минуту застыла, размышляя о том, с чего бы начать. Получалось, что с самого очевидного. 11:21 Откуда у тебя мой номер? Ответ пришёл незамедлительно. Не прошло, наверное, и тридцати секунд, а ошарашенная Линда уже читала новое сообщение. 11:22 Сказал же, что пришлось попотеть. Кстати, я тоже задал тебе вопрос, не хочешь ответить на него? Банальная вежливость и всё такое. Мышцы спины затекли и Линда, съехав по изголовью вниз, перевернулась на бок, подтащив колени к груди. Какая разница чего она там хочет, если в текущей ситуации это всё равно не имеет никакого значения. 11:23 Я у себя дома. Вот так, коротко и лаконично. Не вдаваясь ни в какие подробности. Линда уже приготовилась к новому молниеносному ответу, но то, что случилось дальше, заставило её оцепенеть. Хёнджин не стал ей больше писать, вместо этого он просто взял и позвонил. Позвонил, будь он так неладен! Линда вздрогнула от неожиданности и отбросила телефон в сторону, словно ядовитую змею. Тот упал вниз с кровати, зарывшись в ковровый ворс, а с подоконника незамедлительно спрыгнула кошка, чтобы подойти поближе. Но телефон, который всё ещё разрывался звонком, в конечном итоге её нисколько не заинтересовал и Марианна вернулась обратно на подоконник. Линда не стала поднимать телефон, даже когда он наконец-то стих. Подтянув ноги ещё сильнее, она вся сжалась в клубочек и лежала, уставившись в одну точку. К такому повороту событий Линда, признаться, была не готова и что делать, как поступить — не знала. Да, это угнетало, но иного поведения она себе предложить не могла. Впору было в шкафу прятаться, но к сожалению (или к счастью) в свой шкаф Линда перестала помещаться ещё в средней школе. Телефон снова ожил. Теперь уже сообщением. Осторожно свесившись с кровати, Линда подняла его и разблокировала, не имея ни малейшего представления, что Хёнджин решит написать ей на этот раз. 11:28 Я думал, мы договорились больше не трепать друг другу нервы. Разве нет? Так-то оно и было, только вот… 11:29 Извини, я не могу сейчас разговаривать. …телефонный звонок это слишком крутой для них поворот. Но Хёнджин так видимо не считает. 11:30 Я хотел поговорить насчёт броши. Зачем ты её вернула, мать по этому поводу негодовала целую неделю. Линда перевернулась на спину и, раскинув руки в стороны, протяжно вздохнула. Детали того дождливого дня, когда она поехала в отель семейства Хван, Линда постаралась выбросить из головы почти сразу же, как только рассталась с брошью, и вспоминать этот стыд и ужас она больше не хотела. Но видимо, наивно было полагать, что её злоключения на этом и закончатся. А с другой стороны, разве не этого она хотела? Разве не этого просила её истерзанная душа, когда серые, безрадостные дни снова начали сливаться в одно целое, превращая её жизнь в в скучную жвачку? Или когда тёмными ночами ей снился очередной кошмар с участием Хёнджина, который топил Линду в вязком ужасе, словно в киселе? Она себе в этом так и не призналась, но теперь-то уже можно было не скрывать: встретив Хёнджина, она получила хорошую эмоциональную встряску. Такую, какой у Линды никогда не было. Своего рода иллюзию новых мироощущений, щедро приправленную любовным томлением, с которой не так-то просто слезть. Проклятье! Линда скатилась с кровати и, наплевав на тапочки, босиком помчалась в ванную прямо по неприятно тёплому линолеуму. После долгих размышлений лоб и щёки у неё загорелись огнём, и теперь срочно нужно было сунуть голову под кран с холодной водой. Чтобы мозг в черепной коробке не расплавился, чтобы не съехать с катушек окончательно, чтобы…чтобы… Да к чёрту всё! В день, когда она впервые повстречала Хёнджина, Меркурий наверняка был в ретрограде. Других логичных объяснений происходящему у Линды не было.

***

Она ответила ему ранним утром, собираясь на работу. Измученная беспокойной ночью, Линда не стала долго думать и просто написала, что не могла поступить иначе; никто бы порядочный не смог. А потом отправилась есть свой завтрак, который пришлось впихивать в себя чуть ли не силой. Вяло пережёвывая сендвич с помидором, Линда пролистывала новостную ленту в сети, подспудно ожидая от Хёнджина привычного саркастичного ответа, но тот уже не пришёл. Ни в течение этого дня, ни на следующий, ни через день. Видимо, Линда исчерпала свой предельно допустимый лимит общения с Хёнджином, о чём тот недвусмысленно дал понять, и её воскресшая было надежда на возобновление общения, тихо скончалась к концу недели. Было обидно. Досадно. Даже больно, но Линда сцепила зубы и постаралась слишком уж не расстраиваться. Однако, это был не конец. И пусть следующее сообщение пришло только в середине июля и было очень уж странным, но оно всё же пришло. Это был даже не текст, а так — набор разрозненных фраз. Как будто не Хёнджин его писал, а кто-то другой — за него, но такое, естественно, было маловероятным событием. я больше не хочу быть собой я так устал хотел бы я, чтобы всё было по-другому

***

И понимай это как хочешь. Или не понимай вообще. Линда моргнула, в надежде на то, что это всё ей привиделось, но спустя мгновение смс так никуда и не делось. Под ложечкой противно засосало. — А ну-ка посмотри, — она сунула телефон под нос Клариссе, заглянувшей к ней в салон вместе с обедом. — Что ты тут видишь? Подруга скептически поджала губы, не донеся до них кусочек креветки, нанизанный на маленькую вилку. — Огромного чёрного ворона. У меня шизофрения, доктор, да? — Ну я же серьёзно спросила, — Линда недовольно покосилась на неё и посильнее запахнула свою фланелевую рубашку, надетую поверх свитера. Сегодня кондиционер работал в полную мощь. — Как вот это трактовать-то? Весело улыбнувшаяся Кларисса дожевала свою креветку и ещё раз взглянула на экран: — Ну устал кто-то, написано же. Чего ты вообще паришься по этому поводу, забей. Линда легонько кашлянула. — Я бы с радостью забила, но это смс от того парня, с которым я поругалась в университете. Просто забить не получится. Зачем он мне написал вообще? — Ты же с ним вроде перестала общаться? — Удивлённо спросила Кларисса, нацелившись на следующую креветку. — Слушай, может ты поешь для начала? Иначе тебе ничего не достанется. Линда, вяло намотавшая лапшу на вилку, снова уставилась в экран. Как же её это всё задолбало, кто бы только знал. — Может ответить? — С сомнением спросила она, в сотый раз перечитав написанное. — Или всё-таки не стоит… — Господи, — шумно вздохнула Кларисса, — ну ты прими уже какое-нибудь решение, а. Это не так уж и сложно, знаешь ли, — она закончила со своим обедом и потянулась за бутылкой лимонада, стоящей как раз по направлению дуновения кондиционера. — Зачем себе жилы тянуть, как жвачку? Ты или забиваешь на этого дурачка и живёшь себе спокойно дальше, как я уже советовала, или засовываешь свою гордость куда подальше и идёшь налаживать с ним отношения. Это, конечно, выглядит очень по-мазохистски, но не мне судить. Так что выбери уже что-нибудь, и прекращай страдать. — Я не страдаю! — Правильно, потому что исстрадалась уже вся, — кивнула Кларисса. — Я ведь серьёзно говорю: пора это всё заканчивать. Линда недовольно поджала губы и отставила свою порцию в сторонку; аппетит после подругиной речи пропал окончательно. Да и вообще: легко сказать «заканчивай», наблюдая со стороны и не имея к этому никакого отношения. Разве Линда не хотела бы расставить все точки по местам и привести всё в порядок? О, она бы с радостью это сделала, уж поверьте. Только вот для этого действия нужно было приложить немалое количество сил и нервов, задействовать свой внутренний стержень и признать наконец (в который уже раз Линда говорила это самой себе?), что она попала в зависимость, у которой только два пути решения: или упасть в неё с головой, уйти на самое топкое дно, скрывающее множество секретов, или обрубить всё и стереть из памяти. И видит Бог, что даже после всех перенесённых мытарств, второй вариант Линда всё же выбрать не смогла. Или просто не захотела, даже заранее зная то, что будет потом.

***

Вечер того дня не отличался от предыдущих практически ничем; единственное различие состояло в том, что Линда для храбрости решила перехватить два стаканчика бабушкиного ликёра, спрятанного в кухонном шкафчике. Стаканчики были из-под сиропа для кашля, так что особой уверенностью Линда не обзавелась и чувствовала себя как не в своей тарелке. Маясь от тревоги, она даже запомнила время: было ровно одиннадцать часов вечера, когда к Хёнджину улетел довольно длинный, как для сообщения, текст. Совету Клариссы она всё же решила прислушаться и пусть будет после этого то, что уже будет. 11:00 Это было очень странное смс, но я надеюсь, что сейчас ты в порядке. Иногда мне тоже хочется побыть не собой, а кем-нибудь другим. Наверное, я думаю, что решу таким образом свои проблемы, но в реальности — это лишь попытка сбежать от самого себя, которая не принесёт ничего полезного… Свернувшись в клубок и закрыв глаза, Линда лежала на мягкой кровати, а за окном шумел листьями ветерок, унося за собой слова, которые едва слышно проговаривали по памяти вслух. 11:01 …И пока ты не покрутил пальцем у виска, я просто скажу, что отчасти понимаю тебя. Даже несмотря на то, что мы не общаемся. Не знаю, нужно ли тебе это, но всё же я предложу. У нас не получилось стать друзьями тогда, но может получится сейчас? Я не знаю, зачем… Следом на экране высветилась отправка третьей части разделённого на составные сообщения, но её уже вслух не читали. 11:01 …но мне так этого хочется. Хотя вру. Я знаю и ты знаешь, сам мне об этом говорил. Не буду больше ничего писать, иначе завтра просто сгорю со стыда. Просто подумай. «И напиши мне хоть что-нибудь, я буду ждать»