Она выбрала себя

И все же, время медленно, но верно приближалось к тридцать первому октября. Марлин снова подсела на успокоительное, вливая его в себя буквально литрами, из-за чего стала чересчур безэмоциональной, ещё больше напоминая фарфоровую куклу. Софи не раз пыталась выяснить, чем сестра будет занята на Хэллоуин, но не добилась ответа ни от нее, ни от Гринграсс, с которой довольно неплохо общалась. Впрочем, слизеринки также не смогли узнать, с кем именно МакКиннон идёт к Лестрейнджам. Единственный раз, когда Марлин вынырнула из спокойного состояния… Волшебница спешно поднималась на астрономическую башню, надеясь найти там сестру. Ей только что пришло письмо от родителей, в котором говорилось о смерти их дяди при довольно странных обстоятельствах. Яда в крови не нашли, но в возрасте сорока лет он просто не мог умереть из-за сердечного приступа. Волшебники вообще от такого не умирают. Уже на последних ступенях Марлин услышала веселые голоса и немного пьяный смех. — Чего ты с ней вообще возишься? Она же слизеринка, — противным тоном протянула девушка, в которой МакКиннон не сразу, но узнала подругу Софи — Мэри. — Если я поссорюсь с ней, то кто будет договариваться со Слизнортом, МакКошкой и остальными? Я же тебе рассказывала, как Лин отмазала меня от отработок по зельям и каким-то образом сделала так, чтобы Розье не написал нашим с Сири родителям… Ну, ты понимаешь. — А, ты о том, что вы с Блэком трахаетесь? Да, удобно, — рассмеялась Макдональд, — но все равно не понимаю, как ты ее терпишь. Самовлюбленная стерва. Ходит, будто ей все кланяться должны. Ещё и с лицом таким… — Наверное, во мне тоже есть что-то слизеринское, — отозвалась Софи, — но пока что мне выгодно общаться с Лин. Ты бы видела, как она отделала Пьюси и Поттера на четвертом курсе. Да и тот же Розье. Знаешь, Лин так о нем говорила, что сложилось такое ощущение, будто за молчание она должна ему отсосать. Гриффиндорки на мгновение замолчали, после чего громко прыснули, звеня чем-то стеклянным. Марлин застыла, до боли сжав кулаки. Когда возобновился разговор, на лице слизеринки медленно начала появляться холодная усмешка. — Я тебя поняла, Софи, — одними губами прошептала МакКиннон и резко развернулась на каблуках, беззвучно покидая площадку, пока ее не заметили, — и кто ещё здесь стерва? Двуличная сука. На следующий день Марлин не появилась ни на завтраке, ни на уроках. Преподаватели предпочли не обращать внимания, а соседки молчали, не раскрывая того, что МакКиннон даже не ночевала в спальне. Они знали, что подруга может ненадолго пропасть, чтобы сбросить напряжение или гнев, или встретиться с каким-нибудь… знакомым, поэтому предпочли не поднимать шума, но все же довольно сильно заволновались, когда не нашли привычной записки. — Может, все же стоит хоть кому-нибудь сказать? — тихо спросила за обедом Ванити, с беспокойством то и дело переводя взгляд на двери. — А если у нее какое-то срочное дело? Не думаю. Если завтра не появится, тогда можно уже к Слизнорту идти, — напряжённо ответила Гринграсс. — А если что-то случилось? Посмотри, какой Пьюси радостный… Мало ли. Марлин, конечно, самостоятельная девочка, но не всесильная. — Ждём до завтра, Эмми. Не стоит подставлять Лин. В тот же миг на стол Слизерина опустилась оглушающая тишина. И причина ей была лишь одна. МакКиннон. За время ее отсутствия уже пошли самые разнообразные слухи, и вот сейчас… Староста невозмутимо опустилась на скамью рядом с подругами, не обращая внимания на вопросительные взгляды и всеобщее внимание. Но больше всего студентов удивило то, что на открытой руке Марлин красовался свежий, едва покрывшийся розоватой кожей, шрам. Такой, будто бы её пырнули тупым ножом. — Лин, милая, — обеспокоенно проговорила Аквилла, тщательно подбирая слова, — нам стоит беспокоиться? — Определенно, — тут же ответила Эмма. — Нет, — бесцветно отозвалась МакКиннон, — неудачно поранилась. Ничего интересного. И не сидите, словно статуи. У нас пара по ЗОТИ через десять минут. — Вовремя ты вспомнила, — одновременно пробормотали слизеринки. И хотя чаще всего члены змеиного факультета не лезли в дела друг друга, тут был совершенно иной случай. Марлин — староста школы, а также самая обсуждаемая девушка в принципе. Сильная, умная, красивая и довольно закрытая. Многим хотелось узнать, откуда у МакКиннон появилось такое странное ранение. Но слизеринка лишь загадочно улыбалась и уж чересчур задумчивым взглядом провожала фигуру Розье. К тридцать первому октября Марлин стала уже вовсе не безразличной, а скорее злорадной и ещё более холодной. Она заранее договорилась с деканом и за час до назначенного времени ушла от подруг в комнату. Кровавое платье село, как влитое, выгодно подчёркивая тонкую талию и уже сформировавшуюся грудь. Резко побледневшая за последнюю неделю кожа стала и вовсе будто фарфоровой, слегка розовея лишь в тех местах, куда МакКиннон наносила румяна. Длинные серьги из белого золота, небольшой кулончик между ключиц, кольцо со змеёй на пальце, элегантные волны на волосах… Марлин подошла к зеркалу, с непонятным ощущением оглядывая себя. Слишком странно, будто бы она и не человек вовсе, а кукла. Слизеринка натянула на лицо радостную улыбку, которой собиралась одаривать Розье… Но и она была ненастоящей, показывая какой-то надлом, боль, тихую, но очень глубокую печаль. МакКиннон тряхнула головой, рыжие пряди упали на лицо, немного прилипая к алой помаде. — Живи, пока можешь, Лин, — сказала сама себе, — я не Кассандра Треллони, но могу сказать, что с твоими мыслями ты умрёшь очень и очень скоро. Через десять минут слизеринка уже стояла у ворот Хогвартса, накинув на себя согревающие чары. Наконец, в наступающих сумерках показалась мужская фигура в парадной мантии. — Марлин, — Розье легко улыбнулся, — обворожительна, как и всегда. Но это платье тебе особенно идёт. — Вежлив, как и всегда, — в тон ему отозвалась МакКиннон, — но этот обольстительный тон особенно привлекателен. Эван приподнял бровь и низко рассмеялся, протягивая девушке руку. Хлопок. И лишь Альбус Дамблдор остался стоять недалеко от школьных ворот, туманно глядя в даль. *** Виновник торжества, как и полагается, встречал гостей в холле, принимая поздравления и отвешивая дежурные комплименты дамам. — Рабастан, — Розье ахнул, — а я и забыл, что ты уже не ходишь под стол. Все пытался понять, на чью же помолвку меня приглашают! — Видимо, старость все больше и больше захватывает тебя, — приложив руку к груди, скорбно произнес Лестрейндж-младший. Марлин на такое лишь слегка дернула уголком губ. Рабастан за три года, прошедших с его выпуска из Хогвартса, ничуть не изменился. Все тот же шутник и балагур. Но вот их отношения с Эваном стали для девушки сюрпризом. Конечно, она понимала, что два аристократа просто обязаны быть знакомы, только вот разница в семь лет не предполагала такой явной крепкой дружбы. — Не представишь свою спутницу? — Неужели не узнал, Басти? Тогда позволь напомнить тебе, что эту очаровательную леди зовут Марлин МакКиннон. — Прошу прощения. Действительно, не признал, миледи, — улыбнулся Лестрейндж, пристально вглядываясь в лицо бывшей софакультетницы, — ох, вновь прошу меня простить, но, кажется, идёт старый ворчун Нотт. Надо принять более серьезный вид. Розье хмыкнул, оглядываясь, и неспеша повел МакКиннон в сторону бального зала. К торжеству хозяева подготовили великолепно. Длинные столы вдоль стен с бокалами шампанского и закусками, удобные диванчики в нишах, большая площадка для танцев, балкончики с согревающими чарами. На небольшом постаменте разместились музыканты, которые пока негромко играли спокойный мотив, но через какое-то время дадут гостям потанцевать и под классический вальс, и под более откровенное и быстрое танго. Эван ловко обходил людей, ведя вслед за собой Марлин, и то и дело знакомил ее с встречными аристократами. Новые лица мелькали перед девушкой каруселью — Нотты, Эйвери, Долохов, Лестрейнджи, Джагсоны, Кэрроу, Малфои, Креббы, Гойлы, Забини, Пьюси, Флинты, Фарли, Шафики, Паркинсоны, Гринграссы, Блэки, Яксли… Конечно, многих МакКиннон уже знала, но лично знакома не была, а кого-то и вовсе видела впервые. Все же, ее родители крутятся немного в других кругах, да и не особо любят такие мероприятия. Среди множества новых лиц взгляд Марлин зацепился лишь за одно. Человек, стоящий вдали от толпы, тихо переговаривающийся с Абракасом Малфоем, вызывал какое-то странное чувство… Беспокойства? Страха? Статный мужчина лет тридцати с аккуратно уложенными, практически черными волосами, прямым носом и пугающими кровавыми глазами. Когда на секунду эти самые глаза резко обратились на МакКиннон, та крепче схватилась за локоть партнёра, на мгновение теряя самообладание. Мужчина смотрел будто бы не на лицо, а в самую душу, тут же узнавая все секреты, все тайны, проникая в самые дальние уголки сознания. — Догадаешься? — шепотом произнес Розье, наклоняясь к уху девушки. Марлин сразу поняла, о чем он. Иных вариантов просто не было. — Темный Лорд, — одними губами - вовсе не вопрос. Эван усмехнулся и едва заметно кивнул, подтверждая догадки МакКиннон. Впрочем, заострять на этом внимания он не стал, утягивая спутницу в незамысловатый вальс. И для Марлин все снова будто бы окунулось в туман. Теплая ладонь на спине, нежно удерживающая непозволительно близко, размеренные шаги, звуки музыки, улыбка и комплименты Эвана. Блики свечей, смех и разговоры, новая композиция, цокот каблуков, шорох платьев. Бокалы шампанского в перерывах между танцами, шутки, рассказы, комментарии. И вот, Марлин уже заливисто смеётся, вызывая у партнёра ещё более довольную кривоватую улыбку. И вот, снова шипучий напиток, снова танец, снова крепкие руки. Наконец, Эван вывел девушку на один из балконов, давая отдохнуть от шума и отдышаться. -… таким образом, по большей части из-за моего дяди и отца Басти, мы хорошо общаемся ещё с детства, — Розье залез рукой в карман и вынул пачку дорогих маггловских сигарет, — ты не против? — Нет, конечно. Поделишься с дамой? — игриво поинтересовалась МакКиннон, чуть наклонив голову. — Держи, — мужчина одним щелчком заставил кончик затлеть, — только осторожно, они довольно терпкие. Марлин кивнула и поднесла сигарету к алым губам, аккуратно делая вдох. Обжигающий дым тут же заполонил лёгкие, разливая жгучее тепло по всему телу, а на языке появился привкус чего-то цитрусового. Почувствовав сильное давление на горло, девушка поспешно выдохнула дым, завороженно глядя на то, как он расплывается по ночному небу и ярко горящим звёздам. Уютная тишина, опустившаяся на балкон, обоим была приятна. Эван неспешно курил, краем глаза следя за расслабленным лицом спутницы, а Марлин бессознательно пыталась сделать из дыма колечки, думая о чем-то своем. — Я не помешаю? — бархатистый голос заставил МакКиннон вздрогнуть. Сигарета выскользнула из задрожавших пальцев, падая куда-то в сад. Розье медленно обернулся, тут же опускаясь в низком поклоне: — Мой Лорд.