Посланник Абаддона

Задувал восточный ветер, унося какую-то газету и периодически поднимая пыль с дорог. В далеке мне померещилась фигура мистера Беннета, но на самом деле это был констебль, о чём сказала его форма и офицерская выправка. Мне пришла в голову забавная идея, которую я решил обдумать позже. Я держал в руках записку, которую получил Оскар, и шёл по улице, не отводя от бумажки взгляд. Меня не покидала мысль, что нужно что-то предпринять. А может и не надо ничего делать? Времени до воскресенья полно, паника и спешка лишь помешают, а у меня ещё есть вопросы, на которые надо получить ответы. Узнаю ли я ещё что-то полезное от Беннетта? Сомневаюсь. Дети и учителя разошлись — в школе делать нечего. Пусть мне не известен следующий шаг преступника, ответы должны мне помочь. Именно с такими мыслями я направился к Оливеру домой. Только вот… Где он живёт? ****** Не знаю, как долго мне пришлось носиться по оживлённым улицам Сохо. Мне казалось, что начинаю привыкать к такой беготне. Я спрашивал людей, обходил каждый переулок, но мои поиски ни к чему не привели и в полном отчаянии собирался уже идти домой, как вдруг… — Покупайте свежий выпуск! Не проходите мимо! Мальчик стоял посреди улицы и продавал газеты. В Лондоне очень часто можно встретить подобную картину. На некоторых улицах эти мальчики даже дерутся за лучшее место для продажи. Я узнал голос и быстрыми шагами подошёл к парнишке. — Привет, Виктор, — запыхавшись сказал я. Здорово, что после случившегося, мой одноклассник смог сохранить позитив, хотя и было видно, что он сейчас слегка раздражён. Думаю, ради работы Виктор старается сдерживать эмоции. — Энтони? Привет. Ты куда идёшь? — Да вот договорился с Оливером встретиться... Но не знаю, где его искать. — А, он на Уордор-стрит живёт. В комнате над лавкой мистера Прэтта. Не помню в какой, извини. — Ничего, спасибо! Уордор-стрит - улица, которая всё больше и больше заполняется мебельными и антикварными магазинами, а также мастерскими для художников. Я еле-еле добежал до места назначения и, вздохнув полной грудью, ощутил сильный запах жареной трески и картошки. Как бы мой аппетит не разыгрался. Краем уха услышал двух женщин, которые сетовали на тяжёлый смрад. Если такой аромат стоял на улице, то представляю каково жильцам. Я поднялся на второй этаж и принялся искать комнату Оливера. Две попытки были неудачными: потревожил старика и ворчливую даму. В третий раз мне открыла женщина с глубоко посаженными, карими глазами и короткими, вьющимися волосами. На её усталом лице появилась приветливая улыбка. — Здравствуйте, а Оливер Гринвуд здесь живёт? — спросил я. — Да, здесь. Мой сын недавно совсем пришёл. Ты его друг? — мягко поинтересовалась она. — Ага, могу я зайти? Мне нужна его помощь с учёбой. — Конечно, проходи. Прости, но чаю не могу предложить. Комната была обставлена очень скромно. С улицы в помещение заходил запах рыбы и доносились голоса людей, проходящих под окнами. Оливер, сидевший за столом, оторвался от тетради и посмотрел на меня вопросительным взглядом. Уверен, в его голове сейчас много вопросов, но я проигнорировал это, потому что заметил на маленьком столе в углу фотографию. На фотографии были мать Оливера с ребёнком на руках и...Мистер Беннетт. Теперь наступила моя очередь удивляться. — Тони, что ты делаешь? — не сдержавшись наконец спросил Оливер. — Мистер Беннетт твой отец? Оливер щелкнул языком. Похоже, я надавил куда не следовало. Тем не менее, это необходимо для расследования. — Да...Но он ушел, когда я был маленьким. — Он поддерживал связь с вами? — Нет. Мама рассказывала, что его семья ему не позволяет общаться с нами. Поэтому уже давно мы сами по себе. Тогда я всё понял. Ощущение, которое я испытывал при виде Беннета и Оливера, возникало из-за их родства. Ещё и эта их привычка почесывать подбородок тремя пальцами во время раздумий. А фамилию матери Оливер использовал наверно для того, чтобы Беннетт ничего не заподозрил. — В школу ты пришел, чтобы увидеться с ним? — поинтересовался я. — Ну да. И о помощи попросить... Стыдно говорить, но сейчас у нас есть небольшие проблемы. Я понимающе кивнул. Мне нужно было последнее подтверждение, поэтому я подошёл к столу Оливера, чтобы заглянуть в его тетрадь. Записи по правилам поведения. Его почерк совсем отличался от нужного мне. Меня это даже обрадовало, ведь Оливера мне тяжелее всего было представить злодеем. А если преступник не он, то... — А ты у всех в классе почерк знаешь? Оливера удивил такой неожиданный вопрос, но он ответил: — Думаю да. А что? Я протянул ему записку от Посланника. Лицо Оливера не изменилось, что меня немного огорчило. Мне показалось, что раз он не Посланник, то хотя бы как-то связан с ним, но нет. — Кто-то захотел подшутить надо мной, кажется. Хочу узнать кто, — объяснил я. — Хм… Похоже на каракули Перри. Не понимаю, зачем ему это делать? На него не похоже. — Это я узнаю сам, а ты ему ничего не говори про это. — Замётано. С Оливером приятно иметь дело, но думаю больше мне его помощь не понадобится. Я попрощался с семьей Гринвудов и ушёл. Кто бы мог подумать! Перри Брук! Он действительно подходит как нельзя лучше. Умный, внушающий уважение, граничащее со страхом. Но что им движет? Месть за отца? Скорее всего. Я позволил себе немного порадоваться: не осталось никаких вопросов. Дело за малым: остановить негодяя. Однако перед этим мне нужно зайти ещё в одно место. Во мне теплилась надежда, что удастся найти там какие-то зацепки. ****** Низкое алое солнце грело слабо, ветер стих и больше не пел песен. Я пришел к тому самому ветхому дому, где последний раз видел Оскара. Побродив немного внутри, мне удалось обнаружить что-то вроде места для собраний. В серой комнате на первом этаже стояли стулья в круг, в центре была керосиновая лампа, под которой лежала пара листов. Пахло так, будто здесь была не одна лампа, а больше. «План» — гласила надпись на одном из листов. Я внимательно изучил бумаги. Вся затея сводилась к следующему: поймать Беннетта, как только тот покинет территорию школы и избить палками. Варварство, не иначе. Неожиданно рядом раздался чей-то чих. Я отыскал место, откуда шли звуки, но никого уже не было. Хмурый и задумчивый я шёл по улице. Кто-то следил за мной? Как бы там ни было, сегодня я многое понял. С планом тоже определился: напишу телеграмму мистеру Беннету, в которой попрошу его не покидать кабинет в течение дня, а остальное оставить на меня. Солнце всё больше уходило за горизонт, накопившаяся за день усталость, якорем обрушилась на меня. Я сделал всё, что мог.