Тень из иного мира

      Сон. Важное занятие, занимающее минимум треть жизни любого нормального человека. Будь то старый крестьянин, или молодой вельможа, каждый нуждался во сне. Даже животные и птицы, что выходили на охоту в покрове ночи, когда на небосводе была лишь бледная луна и холодные звёзды, нуждались во сне, они просто спали в дневное время. Он был во многом похож на ночных хищников, только в отличие от них он совершенно не мог вспомнить, когда у него был последний шанс поспать больше двух часов. С момента его пробуждения в каналах Асины, до судьбоносной схватки с легендарным мастером меча, Волк проспал всего-то пару часов. Будь на его месте любой другой, смерть от истощения наступила ещё на начале того сложного пути, но Волк был исключительным случаем.       Благословление Божественного Наследника даровало ему не только подобие бессмертия, но и избавляло его от нужд во сне и пище, что позволило Синоби забыть о своей человеческой натуре. Пусть и на мгновение. Но это мгновение прервалось там, на том поле, под лучами восходящего солнца.       Сейчас, впервые за долгое время, Волк крепко спал. Нельзя было сказать точно, сколько он спал. День? Два? Скорее полтора. Вся та усталость и всё то изнеможение, что он испытывал на протяжении его пути, но которые он так удачно избегал, наконец настигли его. И поэтому его пробуждение было не из быстрых.       Но тут, находясь в глубоком сне, Волк почувствовал холодное касание жизни. Кап-кап-кап. Холодная вода каплями целовала его лоб, будто стараясь разбудить его нежно и не спеша. Он нахмурился, инстинктивно не желая просыпаться, особенно когда он наконец получил свой заслуженный отдых, после долгого пути, полного боли и трудностей. Но капли воды уже начали процесс, и он был неотвратим.       Кап-кап-кап. Вода стекала по лицу, по закрытым векам, она шла дорожками на сырую землю. Вдали слышалось эхо. Это были те же капли воды, что падали уже где-то вдалеке на твёрдый камень. Земля, на которой он лежал, перестала казаться такой мягкой. Было холодно, сыро и некомфортно. Сон был уже невозможен.       Кап-кап-кап. Пора вставать.       Глаза распахнулись. Ступор был коротким, но ощутимым. Вновь новое место, но уже более знакомое. Он поднялся на ноги. Он был в холодной пещере, окружённый каменными гробами, все его вещи всё ещё были на своих местах. В голове пронеслось последнее его воспоминание, перед сном, и синоби охватил шок.       Он вспомнил, как разорвался мост. Как он пытался схватиться за что-то, но не смог. Как его тело падало вниз, по ощущениям тысячу лет, пока в ушах раздавался свист, а рука до боли сжимала меч. Как он упал вниз, в бушующие воды, как хрустнули его ноги, как боль парализовала его, а тело пошло на дно, пока его лёгкие наполнялись водой.       Он вспомнил, как он умер. Но теперь, он был жив. Снова. Но… ведь он же…       И потом вспомнил, что было после смерти. Золотое сияние и то оберегающее тепло, но слабее и без того голоса. Его тело расслабилось, пусть и ненадолго. Он был возвращён к жизни, снова, всё той же силой, что и тогда. Наследие Дракона было разорвано, но тогда вставал вопрос.       Что, или кто, продолжало возвращать его к жизни?       Решив, что топчась на одном месте в тёмной сырой пещере, ответов он не найдёт, синоби последовал к двери, что вела к выходу. По крайней мере, он надеялся, что к выходу. Другого пути из пещеры просто не было.       Двери открылись, жалобно скрипя, и он оказался в каменной комнате, гробнице, кажется. Тут же его внимание привлекло странное явление, что было прямо посередине помещения. Небольшой золотой огонёк, размером с человеческую голову, витал близко к земле. Его сияние и цвет вызывали в нём странное чувство влечения, будто он был мотыльком. Не отдавая себе отчёта, Волк приблизился к огню и протянул свою правую руку.       Всё вокруг озарилось золотом, а по его телу пробежала знакомая теплота. Прямо как тогда, когда он проснулся в том храме. Казалось, это было оно, источник его жизни! Но нет, что-то было не так. Теплота была слабее, а свет был каким-то тусклым, по сравнению с тем, что он испытал там. То, что было сейчас перед ним, было лишь фрагментом.       К тому же, того голоса совсем не было рядом. Его цель была ещё далеко. Теплота уменьшилась и свет слегка потускнел, хотя он сиял ярче, чем до его взаимодействия с ним. Похоже, ответов от огонька он не получит. Хотя…       Его взгляд зацепился за малозаметную золотую дымку, что вела от огонька к следующей двери. Он не знал почему, но его инстинкты говорили ему идти согласно этому направлению, будто по пути, что был предначертан ему кем-то другим далёкие столетия назад. Что ж… теперь у него хотя бы есть направление.

***

      Белоликий Варрэ стоял у входа в старый могильник, куда солдаты Годрика бросали тела тех, кто не был достойным материалом для экспериментов сторукого лорда. Подобные массовые захоронения были идеальным местом для тех, кто был из рода Погасших и имел счастье ожить, благодаря благословлению благодати. Многие Погасшие оживали либо в таких вот массовых захоронениях, либо на полях сражений, после особо кровопролитной битвы.       Конечно, сей факт знали и силы Годрика, которые расположили тут небольшой дозор, дабы своевременно устранять всех тех, кто был избран свергнуть их лорда, ещё до того, как начнётся их путь. Но, признаться честно, эта кучка грязных деревенщин в доспехах делала тем самым его работу значительно проще. Не к чему их великой династии немощные твари, что не могли пробиться даже через кучку солдат слабейшего из лордов.       Правда, признаться честно, он уже начал уставать от ожидания потенциальных рыцарей для их династии. Возможно, он просто зря теряет тут своё время…?       Не успел он закончить эту цепь мыслей, как дверь из могильника открылась, и он тут же приготовился к встрече со своей новой целью.       Из могильника вышел достаточно… необычный мужчина лет конца тридцати, может даже сорока с половиной, если судить по серебряному пятну на его в остальном угольно чёрных волосах, завязанных в хвост. Его черты лица были, несомненно, иноземными, вероятно уроженец земель тростника, что только подтверждала катана в его правой руке и странные одеяния. Самой яркой чертой этого иноземца, помимо его яркого оранжевого верха и шарфа, была его левая рука. А точнее то, что её заменяло.       Протез, самый настоящий, что на первый взгляд больше походил на оголённую кость обмотанную верёвкой, но при детальном осмотре, можно было заметить механизм, что позволял иноземцу владеть протезом, как родной рукой. К тому же, на протезе были инструменты, назначения которых Варрэ не знал. Хотя применение того топора было до боли очевидным…       Действительно, зрелище было любопытным. Мало того, что этот Погасший был иноземцем, так ещё у него во владениях была весьма и весьма дорогая роскошь, которой имели счастье владеть лишь приближённые лорда Микеллы. Но в то же время, из того что Варрэ слышал, творения лорда Микеллы были созданы из чистейшего золота, в то время как устройство чужака было, мягко говоря, далёким от столь дорогого образа. Как интересно…       Что ж, вопросы только наступали и наступали. Пришла пора разобраться, кто же это такой и как он мог быть полезен для их цели. Но говорить надо было аккуратно и с тактом, что впрочем, для Варрэ проблем не вызывало. Как только мечник подошёл поближе, хирург заговорил:       — Ах, да… Погасшая душа, не так ли? Ты в Междуземье из-за Кольца Элден, хм-м? — лицо странника не теряло своего спокойствия, но всё же, Варрэ заметил по мимолётному блеску в глазах, что ему была интересна его речь. — Конечно, из-за него. Не вижу ничего постыдного. Вот только за душой у тебя ничего нет. Без благодати, силы рун и помощи соратников из крепости Круглого стола… Тебе суждено сгинуть в безвестности.       Его тон был сладок, но его слова острее ножа, ибо за ними не было ничего кроме правды. У этого новоприбывшего Погасшего не было шансов, уж точно не без помощи служанки Пальцев, что могла бы превратить его руны в силу. Хоть этот иноземец и выглядел, как опытный воин, без силы рун в Междуземье далеко не уйдёшь. Вот такова была его ситуация…       Вот только сам Погасший хоть и слушал его внимательно, но слова Варрэ не вызвали в нём никаких эмоций. Будто он не видел веса за ними. Хотя, возможно, так оно и было. Варрэ продолжил говорить, видя, что незнакомец всё ещё внимал его словам:       — К счастью, надежда есть и для таких нищих душ, как ты. И это я. Варрэ. Так что слушай внимательно. Ты знаешь, что такое благодать? — он указал рукой на золотой ореол рядом и Погасший задержал на нём свой взгляд, но, незаметно для Варрэ, повысив свой интерес в его речи. — Тот золотой свет, что дарует жизнь Погасшим. Иногда его лучи указывают в определённом направлении. Это видения благодати. Они не дают Погасшим сбиться с пути. Да, благодать подскажет тебе, что делать. Она укажет тебе верный путь, заблудшая Погасшая душа. Пусть даже этот путь заканчивается смертью, — Погасший поднял свой взгляд с Благодати и посмотрел Варрэ за плечо, без сомнения следя за видением Благодати, Варрэ узнавал этот любопытный взгляд тех, кто ещё мог видеть наставления высших сил. — Уверен, благодать укажет тебе дорогу к замку Грозовой Завесы, что высится на скале. Обиталищу немощного полубога, Годрика Сторукого, — теперь, он дал ему направление. Осталось только дать ему последний толчок и наблюдать. — Думаю, тебе пора отправляться в путь. К замку Грозовой Завесы, что высится на скале. Благодать направит тебя. Она всегда помогает нищим душам в поисках Кольца Элден.       Волк посмотрел вновь на мужчину в белой маске. Он дал ему много информации, но вопросов у Волка было предостаточно, но он не торопился их ему задавать. Что-то в этом человеке в белом было не так, он чувствовал это своим нутром. Незнакомец просто источал жажду крови, хоть и старался выглядеть дружелюбно. Говорить с ним будет лишь только себе дороже.       Волк краем глаза зацепился за заброшенный храм на холме, куда его вела Благодать, из разрушенной крыши которого поднимался едва заметный в дневном свете дым костра. Люди, возможно даже дружелюбные. Что-то ему подсказывало, что будет лучше последовать указаниям этой загадочной Благодати, чем пытаться узнать информацию у Варрэ.       Перед храмом был воин в золотой броне, что был верхом на гигантской лошади. Не самый странный вид за последнее время. Броня та была очень похожа на ту, что носил мечник на мосту Храма Сэмпо. Хм. Лучше ему обойти его стороной, придерживаясь кустов. В конце концов, сбросить этого воина Волк мог разве что только с его лошади, что было бы несомненно больно, но не смертельно. Конечно, в теории, он мог бы попробовать отравить рыцаря ядом Лазуритного Сабимару или даже найти в его золотой броне брешь для своего меча, но у Волка не было ни времени, ни желания дабы проверять эти теории.       Поэтому, синоби молча двинулся к храму, избегая взгляда золотого рыцаря, при этом ещё чувствуя на своём затылке пристальный взгляд Белоликого Варрэ. Похоже, он уже успел привлечь к себе нежелательное внимание.       При этом, Волк совсем не почувствовал на себе взгляд девы, что лишь только ждала возможности явиться перед своим Погасшим и предложить ему сделку, что решила бы их общие проблемы…

***

      Кале сидел среди руин храма, скрестив ноги, пока рядом с ним горел костёр, а его мул спокойно жевал траву, изредка поглядывая на своего владельца ленивыми глазами. В своих костлявых руках, он держал смычок и струнный музыкальный инструмент, хотя он и не торопился играть, лишь просто наблюдал за танцами языка пламени.       Снаружи, почти у порога, бродил защитник древа Эрд, а в лесу позади церкви, сейчас располагались солдаты Годрика. Музыка сейчас бы привлекла неправильных слушателей, от чего он просто сидел в тишине со своими мыслями. По крайней мере, пока к нему не пришёл неожиданный покупатель.       Мужчина, Погасший, в оранжевой накидке, однорукий, но с протезом. Сразу видно было, не отсюда. Походка тихая, почти неслышная. Он не выглядел враждебно настроенным, хоть и держал меч в правой руке, скорее осторожным, что можно было понять. Сейчас, войска Годрика вели активную охоту на Погасших, прямо как когда-то Золотой Порядок вёл охоту на торговцев кочевников великого каравана.       Что ж, похоже, они были родственными душами.       — Здравствуй. Я — Кале, поставщик отличных товаров. А ты у нас я погляжу из Погасших. Не желаешь чего-то прикупить?       — Да, желаю, — иноземец достал из-за пазухи небольшой мешочек и протянул его торговцу. — Мне нужна информация.       Кале взял мешок в руки, весил он немного, но приятно ложился на ладонь. Кале открыл его и оценил содержимое: одни монеты, не знакомой ему страны. Они чем-то походили на те редкие монеты из земли тростника, что он когда-то держал меж своих тонких пальцев, но только те были из золота, а эти из бронзы.       — Ты тут недавно, не так ли? — спросил Кале, завязав мешочек и спрятав его в своём кармане. — Монетами сейчас никто не пользуется, друг.       — Как так?       — А вот так. Ещё с начала Раскола, все монеты потеряли всю свою ценность. Сейчас всех интересуют только руны.       — С «Раскола»...?       Кале вопросительно поднял брови, в то время как его собеседник не изменился в лице. Не знать руны было нормально для Погасших, что только начинали свой путь, особенно из далёких земель, но вот про Раскол… Дело было серьёзное.       — Скажи мне, друг, многое ты знаешь о Междуземье?       — Нет, я ничего не знаю об этих землях.       — Тогда присядь. Нас ждёт долгая история, — он продолжил стоять, смотря на Кале. — Или можешь постоять. Не имеет значения. Предупрежу сразу, я не историк и то, что я тебе скажу, я сам не видел и лишь узнал из чужих уст, что не всегда были надёжны. Так что, не принимай всё как истину. В общем, долгое время назад, была королева — Марика. И было у Марики Кольцо Элдена, что правило всем.       — Всем?       — Всем, — кивнул Кале. — Погода, время, жизнь, смерть… всем. Обладая силой Кольца, Марика основала своё процветающее королевство. При этом она была жестока к тем, кто жил за пределами её Золотого Порядка, как мой народ. Её королевство увидело не один конфликт, каждый раз выходя победителем. В общем, оно процветало, пока в одну ночь, один из её сыновей не умер, а она сама разломала Кольцо Элдена на мелкие кусочки, после чего её отпрыски, каждый полубог, взяли себе по кусочку кольца и развязали войну по всей земле. И война та звалась Расколом. Много народу в ней полегло, а сами земли до сих пор не оправились от её последствий, как и армии всех лордов кстати. Хотя, Годрик Сторукий сейчас ведёт активную охоту на твой род, даже, несмотря на то, что его армия сейчас является самой слабой силой во всём Междуземье.       — Один из лордов, значит?       — Ну, так он себя зовёт. На деле, с уважением к нему никто не относится. Мы кстати в его владениях сейчас, в Замогилье. В лесу позади храма, бродят его силы. Они, конечно, слабы, но всё равно будь осторожнее, их довольно много бродит рядом. Тут неподалёку у них есть лагерь, среди руин.       — Сколько их там?       — В лесу или в лагере?       — И там и там.       — Много.       Волк не ответил, вместо этого взглянув куда-то вверх, задумавшись. Он тут меньше двух дней, и уже за ним ведётся активная охота. К тому же, Благодать вела его прямо к некому сторукому лорду, через его же армию, нет сомнения, но другого направления у него пока не было. Закрадывался навязчивый вопрос…       А надо ли оно ему?       И тут же возник ещё один: А был ли у него другой выбор?       Волк обернулся к разрушенной стене храма, что выходила на лес полный солдат Годрика. Полупрозрачный луч Благодати вёл его туда. Солнце было ещё в зените, но это ему не помешает пройти не замеченным. Холодный ветер подул откуда-то с юга и Волк двинулся вперёд, всё также сжимая в руке меч, что вот-вот почувствует вкус крови.

***

      Она следила за ним, за каждым его за шагом. Его шаги были тихими, практически бесшумными. Они лёгко терялись в шёпоте ветра, от чего иноземец временами казался ей бестелесной иллюзией. Этакая оранжевая тень, что временами проскакивала на периферии зрения, живя на границе мира телесного и мира грёз.       Другими словами, этот человек был тренированным убийцей, что только подтверждало ещё свежее воспоминание о его схватке с Приращённым Отпрыском. Такой искусный шаг требовал долгих лет тренировок, а также железного контроля разума над телом.       Последней уликой было то, как он расправлялся с солдатами Годрика в лесу. Воины сторукого лорда были недисциплинированными, слабыми и плохо вооружёнными, но всё же у них было численное преимущество, пусть они и были в лесу поодаль друг от друга. Поэтому, одна ошибка со стороны Погасшего могла привлечь к себе внимание всего лесного отряда.       Но ошибок он не совершал. Его движения были быстрыми, а техника безупречной. Вместо того чтобы пронзать своего врага в спину, он быстро закрывал им рот одной рукой и пронзал ему шею своим клинком другой. И так один за другим, солдаты Годрика были побеждены, даже не успев осознать присутствия врага.       Дальше, из леса он вышел на лагерь солдат, обустроенный в старых руинах. Лагерь тот был открытым и полным людей, что вероятно ждали патруля из леса, с которым расправился Погасший. Мелине было интересно узнать, как же он попробует разобраться с этой группой врагов и ответ был прост: никак. Он двинулся на восток от лагеря, к месту Благодати у старой дороги, у подхода к каменному мосту.       Не то, что она ожидала, особенно учитывая его прошлые стычки, но всё равно крайне разумно с его стороны. Незачем было начинать сражения, если на то не было нужды. Слишком много Погасших были ослеплены жаждой рун и желанием стать сильнее, от того становясь смертельно голодными до сражения. Временами настолько этот голод был силён, что многие попросту забывали о сне и еде, вместо этого теряясь в кровопролитии, забывая о своих целях и принципах, а затем и о самих себе.       Не было ничего печальнее благородный души, свернувшей с праведного пути.       Погасший остановился у места Благодати и устроил на нём привал. Он сел на голую землю, скрестив свои ноги, закрыл глаза и просто застыл, не двигаясь, будто он заснул сидя. Он просидел так до самой ночи, погруженный в своё сознание, в акте глубокой медитации.       Мелина того не видела, но Волк медитировал не просто так. В своей голове он переживал недавнее воспоминание о Святом Меча. Он вновь и вновь возвращался к нему, думая над каждым движением своего оппонента. Каждая атака Ишина была отточена в крови его врагов, поэтому Волк многое смог усвоить для себя, лишь просто вспоминая движения мастера меча. Но один приём ударился ему в память сильнее других.       Невероятное по своей силе боевое искусство, пик стиля Асина. Дыхание Дракона, таково было ему имя. Волк открыл свои глаза и посмотрел на Благодать. Теперь он всё понял. Осталось лишь только испытать этот удар в настоящем бою…       Потом, он уловил что-то краем глаза. Игру света, сначала ему подумалось, но повернув свою голову, он понял, что это было не так. Перед ним возникла фигура в тёмном плаще, и голова её была сокрыта капюшоном. Она не выглядела враждебной, от того он не торопился ухватить за клинок, но всё же его тело напряглось. Нельзя было расслабляться.       — Здравствуй. Душа, пересёкшая туман, — её голос был мягким, тихим. — Я Мелина.       Она раздвинула края своего плаща, позволив себе сесть перед ним. Их глаза оказались на одном уровне, и она откинула свой капюшон назад, освободив свои светлые каштановые волосы, а Волку свое лицо с татуировкой на левом веке, что скрывало от него её левый глаз. Она продолжила, говоря всё также спокойно:       — У меня есть к тебе предложение.