Тень из иного мира

      Выход из пещеры не занял у него много времени, но когда он вышел, он тут же прищурил глаза от слепящего света. Был полдень, солнце было на высшей своей позиции, но даже сейчас, по сравнению с сиянием Древа Эрд, его свет был подобен тусклой свече. Волк зажмурил глаза, всего на пару секунд, и открыл их вновь. Теперь было лучше, и золотой свет не слепил так сильно.       Он опустил свой взгляд с дерева и увидел, что снаружи его ждала Мелина. По её взгляду было трудно определить её эмоции, но было видно, что она хотела поговорить, иначе он бы сейчас её не видел. Волк подошёл к ней, и тут же спросил:       — Ты была там, верно?       Она сразу поняла, что он имел в виду:       — Да, я следила за твоими действиями в пещере, Волк, — призналась она честно. — Мне не хотелось сидеть без дела. Я не стала вмешиваться, потому что у тебя уже всё было под контролем.       Волк кивнул, и собрался было вызвать своего скакуна и продолжить путь к храму, но потом заметил, что Мелина хотела ещё что-то ему сказать, и решил подождать пока она не закончит.       — Могу ли я у тебя кое-что спросить, Волк?       — Спрашивай.       — Тот вор, Лоскутик, он не показался тебе странным?       — Он простой вор, каких много. Он не представляет угрозы, если ты об этом.       — Я не знаю, могу ли я с этим согласиться, — ответила Мелина, задумчиво взявшись за свой подбородок. — С ним было что-то не так, но я не могу сказать точно что. Он явно знает больше, чем говорит.       — Поэтому ты не стала показываться перед ним? — спросил Волк, на что Мелина кивнула.       — Ещё кое-что, — продолжила Мелина, — что ты ему дал?       — Саке, — ответил тут же Волк.       — И что же это такое?       — Выпивка.       Она удивилась про себя, но не подала виду. Отдавать что-то ценное незнакомцу было крайне не разумно, хотя Волк, скорее всего, не знал цену выпивки. После Раскола хорошее вино стало большой редкостью. Нынче, даже найти простой сидр считалось крайне хорошим уловом, от того, многие торговцы были готовы многое отдать ради покупки хорошего вина.       — Тебе не стоило его отдавать просто так, — ответила Мелина после небольшой паузы. — Хорошее питьё нынче на вес золота, Волк.       — У меня есть ещё, — ответил Волк, которому, судя по его тону, не было особого дела до саке и его ценности. — Думаешь, нам стоит её продать Кале?       — А сколько у тебя её ещё осталось?       — Три фляги, с тремя разными видами саке.       — Думаю, будет лучше, если ты прибережёшь их на крайний случай, сейчас у нас нет нужды в рунах, — ответила Мелина, потом добавила с лёгкой улыбкой. — Или, кто его знает, Волк, может у тебя будет повод его с кем-нибудь выпить.       Он посмотрел вниз, задумавшись над её словами. Вряд ли подобный повод скоро наступит. К тому же, ему не было положено пить. Опьянённый ум было легко разговорить и ещё легче одурачить. Да и к тому же, ему попросту не нравился вкус саке. Но всё равно, в словах девы была доля правды. Может, такой день однажды и вправду наступит.       Он посмотрел на север, откуда дул холодный ветер, в то время как златые лучи древа лились на землю, озаряя всё вокруг своим благословлённым светом. Он закрыл глаза, позволив ветру ободрить его своим холодом, а лучам привнести ему немного нежного тепла. На мгновение и не больше, он позволил себе расслабиться, утонув на секунду в полуденной идиллии. Но этот момент быстро прошёл, и он отогнал от себя краткое спокойствие. Он потратил уже достаточно времени. Его глаза открылись.       — Пора идти.       Позади, Мелина кивнула ему и исчезла сверкающей пыльцой на ветру, оставив Волка одного. Он поднёс свисток к губам и рядом возник Поток. Не теряя больше времени, он сел на своего верного скакуна и двинулся дальше.

***

      Остаток пути по озеру прошёл без особых событий. Он придерживался северного берега, стараясь не отходить далеко от его границ. На юге, на другом конце озера, виднелись руины, в которых и жило то самое чудище, о котором упоминал Кале. Волк не стал даже останавливаться, для того чтобы разглядеть руины вдалеке получше, вместо этого, он лишь одарил их коротким взглядом и продолжил двигаться, держа свой взгляд на дороге впереди. Что бы там не жило, он не был в этом заинтересован.       И без этого день был богатым на события.       Наконец, он достиг восточного берега высохшего озера, рядом с которым проходила дорога, что вела к заветному храму. Волк задумался стоило ли идти по главной дороге. По ней ведь должен был идти караван, который был под охраной весьма большого количества солдат. Хоть их навыки и оставляли желать лучшего, Волку уж очень не хотелось сражаться с превосходящим по числу противником средь бела дня на открытой местности.       Тем не менее, других путей у него не было. Местность была уж больно открытой, и даже если бы он и шёл вдали от дороги, то любой дозорный с достаточно зорким глазом смог бы его заметить. Что ж, зато у него было точно такое же преимущество. Да и если что, Поток был в его владениях совсем немного, но Волк уже успел убедиться, что его скакун был крайне быстрым зверем. Так что если его и заметят, то он всегда сможет просто сбежать. Волк двинулся на север.       По пути, ему встречались, как ему сначала показалось, люди. Они копошились в руинах какого-то форта или замка, остатки которого валялись тут так, будто кто-то их принёс отсюда издалека и бросил где попало. Издалека было трудно различить детали, но, похоже, те люди его старательно не замечали, как бы быстро он не приближался.       Их было трое, один с факелом, а двое других рыскали голыми руками среди камня, стоя на коленях. Все трое были до болезненного худыми. Волк немного замедлился, когда проезжал мимо. На троице была хорошая одежда, золотые ткани. На том, кто держал факел, была даже неплохого вида шляпа с пером редкой птицы. Но вот их тела…       Все трое имели исхудалое телосложение и ужасно тонкие конечности, будто давно умершие молодые деревья, обтянутые лоскутами иссушенной кожи. Тела их были лишены волос, а серая от старости кожа была такая сухая, что, казалось, её вот-вот сдует ветром, как пыль. Волк стоял совсем рядом, на коне, и смотрел за тем, как они копались в руинах, голыми руками, лихорадочно ища что-то. Поиски те были безуспешными. Возможно, они были таковыми с самого начала.       Но всё равно они были так увлечены этим процессом, что просто не замечали его. Волк мог без проблем убить их, одного за другим, но он сомневался, что они бы это заметили, и даже если бы они и заметили, вряд ли бы это остановило их раскопки. Поэтому вместо этого, он лишь присмотрелся поближе.       Эти люди, выглядели как ходячие трупы, и судя по их поведению, от их рассудка мало что осталось. Волк пригляделся повнимательнее. Место раскопок этих бездумных трупов было тут и там покрыто небольшими пятнами давно высохшей крови. Волк присмотрелся и заметил, что иногда, вместо того чтобы брать камень рукой, они просто царапали его своими пальцами, на которых не было ногтей. Раз уж на то пошло, их пальцы были подозрительно короткими…       Волк отвернулся от этого странного зрелища и дал ходу, оставив безумцев позади. Они даже не обратили внимания на цокот копыт, что становился всё дальше и дальше. Волк, в свою очередь, даже не думал оборачиваться. Он увидел достаточно.

***

      Волк ехал всё дальше на север. Он прошёл мимо старого моста, что стоял над высохшей рекой, за которым вдалеке виднелись руины, что он зачистил ещё вчерашней ночью. Смотря туда, он увидел облако пыли, что поднималось движением сопроводительного каравана, что охранял одну массивную повозку, которую тягали два гигантских человекоподобных создания.       Волк даже не стал доставать свою подзорную трубу, дабы рассмотреть их получше. Вместо этого, он лишь хмыкнул себе под нос и поскакал дальше. К этому моменту, странные особенности этих земель уже перестали его удивлять.       Он двигался всё дальше и дальше. В какой-то момент пути, ему надо было пройти под руинами, что образовывали небольшую арку. Волк осмотрел структуру издалека. Когда-то, возможно, она была частью какой-нибудь великой стены, а сейчас… выглядела всё ещё надёжно. По крайней мере, она точно не обвалится над его головой.       Когда он приблизился к этой структуре достаточно близко, до его ушей донёсся чей-то голос:       — Эй, здесь есть кто-нибудь?       Волк остановил Потока, и оглянулся по сторонам. Голос был мужским, и слышалась в нём некая доля грандиозности, характерная для зазывал и уличных артистов. Он говорил громко и чётко, но Волк всё равно не сразу понял откуда он идёт.       — Кто желает спасти великого Кеннета Хайта, служителя истинного порядка и прославленного борца с ересью?       Волк посмотрел наверх и попал прямо в точку. Вот где он находился, этот Кеннет Хайт, на вершине этой каменной арки. Волк спешился и Поток исчез. Тренированные глаза синоби осмотрели арку вновь, но уже для того чтобы понять, было ли на ней за что можно было зацепиться. Найдя свою цель, синоби выпустил из протеза крюк-кошку и взмыл вверх.       — О Древо Эрд! Помоги мне!       Мольбы благородного Кеннета Хайта были услышаны, и пред ним возник его спаситель. Хотя, точнее было сказать, что его спаситель оказался прямо позади него, не пойми каким образом, тем самым нехило так перепугав законного наследника Замогилья.       Кеннет Хайт обернулся и увидел пред собой мужчину, средних лет, возможно даже старше, учитывая его седое пятно волос. Одет этот незнакомец был в выцветший плащ, а вокруг его шеи был старый шарф. Под плащом была лёгкая броня, не стеснявшая движений, в то время как на поясе висел в ножнах диковинный меч из земель тростника. Волосы его были завязанны в хвост. У незнакомца были глаза, как у волка, а что касается его лица, то… если вкратце, этот мужчина явно давно уже не видел покоя.       Но самой особой чертой этого неухоженного бродяги, была его левая рука, коей являлся протез. Кеннет тут же поднял бровь на это. В первую очередь, на ум пришёл блистательный сын Марики Вечной: Микелла. Не было секретом среди знати, что вечно молодой полубог был гением фундаментализма Золотого Порядка и создать протез, способный заменить потерянную руку, было для него делом простым.       Но вряд ли Микелла стал бы делиться подобной ценностью с каким-то бродягой. Да и к тому же, протез мечника был уж сильно потрёпанным, не отполированным и попросту неприятным для глаз, в отличие от творений полубога, созданных из чистейшего золота. Кеннет вновь обратил своё внимание на меч бродяги, коим была катана земель тростника. Хм… Маления владела похожим орудием. И к тому же, она была известна своими протезами. Какое совпадение…       Должно быть, перед ним был очередной подражатель великой мечницы. Что ж, Кеннет лишь надеялся на то, что его навыки меча были хотя бы на одну сотую подобны легендарному мастерству Малении. Всё же, наследник престола, решил не озвучивать свои сомнения, и вместо этого подвёл итоги в своей голове, и всё же решился попросить у незнакомца помощи.       — А, ты должно быть откликнулся на мой зов, не так ли? — бродяга кивнул, тут аристократ заметил, что было в этом что-то ещё непонятное. Но потом он вновь посмотрел в его глаза, лишённые золотой искры Благодати и всё встало на свои места. — Что ж, хорошо, но… эм-м-м… нет, не бери в голову. Может ты из Погасших, но это не значит, что не можешь послужить Золотому Порядку.       Погасший никак на это не среагировал, продолжая сохранять своё хладнокровное выражение лица. Стоило отдать бродяге должное, даже ему, проницательному и образованному престолонаследнику, было трудно прочитать его эмоции. Сразу было видно, пред ним стоял хладнокровный боец.       — Может, моё имя тебе уже знакомо, — Погасший легонько покачал головой. — Кеннет Хайт, законный престолонаследник Замогилья. Погасшая душа, у меня к тебе просьба. Освободи мой форт от захватчиков. Он на юге, за Туманным лесом. Его занял предводитель рыцарей Грозовой Завесы. Болван каких поискать и настоящий безумец, одержимый убийствами!       — Но ты ведь вассал Годрика, — заметил Волк. — Зачем ему натравлять на тебя своих людей?       При упоминании сторукого лорда, дворянин тут же сменился в лице и закатил глаза, будто одного имени лорда было достаточно, чтобы вызвать в нём омерзение, кое люди обычно испытывают, смотря на гнилые помои.       — Да Годрику нет дела до своих людей! — в глазах у Кеннета загорелся самый настоящий огонь. Похоже, это было для него больной темой. — Пока он сидит в замке Грозовой Завесы и занимается своими отвратительными экспериментами, его бандиты в рыцарских латах поступают так, как им заблагорассудится! Я живу тут долгое время и не раз имел несчастье видеть их беспредел! Воровство, мародёрство, осквернение могил и грабёж усопших! И всё это на родной земле, которую они некогда поклялись защищать! — на последних словах, в голосе дворянина, в котором до сего момента звучал один лишь праведный гнев, появились нотки боли и грусти за свои родные земли. Потом, когда эти эмоции высвободились наружу, Кеннет Хайт заметно успокоился и направил свой хмурый задумчивый взгляд на куда-то юг. — Поверь мне, Погасший, для них, в этом нет ничего нового. Таковы последствия безнаказанности. Так не может продолжаться дальше…       — Не может, — согласился Волк, тем не менее… — но что в этом для меня?       — Хм? Ах, точно награда, — тут, как по щелчку, к нему вернулась его грандиозная манера речи, — Можешь не волноваться, великий Кеннет Хайт славится своей неслыханной щедростью. По случаю возвращения форта, я устрою пир на весь мир!       — Меня это не интересует, — отмахнулся Волк. — Назови что-нибудь конкретное, и я обдумаю это.       — Что ж, я погляжу ты у нас крайне меркантильный тип, но ничего. У меня есть, что тебе предложить, — Кеннет подошёл поближе и наклонился чутка, будто боялся, что его могут услышать не те уши. Его голос стал на уровне шёпота, — На самой высокой башне моего форта есть сундук, в котором спрятанное ценное сокровище, доверенное мне ещё во время Раскола. Сейчас, мне нет для него применения, но я думаю, что ты сочтёшь его крайне полезным.       Волк задумался, посмотрев на юг, где и находился этот злосчастный форт. С одной стороны, у него было не слишком много причин помогать, не считая этого загадочного «сокровища», которого могло даже и не быть. Но с другой стороны, будь бы с ним сейчас Лорд Куро, он бы наверняка захотел помочь. Хм.       — Как далеко твой форт?       — Около часа на ногах.       Волк украдкой посмотрел наверх. Вечерело.       — К завтрашнему утру твой форт будет свободен, — ответил Волк, оборачиваясь и призвав своего скакуна. — Не жди меня. Как наступит утро, можешь идти в свой форт.       — Ох, благодарю тебя…       Волк не дал дворянину договорить и умчался на север, где и находилась его изначальная цель. По крайней мере, так говорила Мелина.

***

      Когда он приблизился к давно разрушенному временем храму, небосвод был окрашен в багряные оттенки, а его тень растянулась тонкой длинной линией за его спиной. Волк спешился и зашёл внутрь, там его встретили знакомый огонёк Благодати и статуя женщины, которую он увидел на том поле битвы с пауком.       Было странно, но обычно, когда он видел золотой огонёк так близко, он всегда чувствовал беззвучный зов к Благодати. Уж слишком приятным было его тепло, его свет. Но в этот раз, его взгляд был прикован к статуе. Её черты были высечены с всё тем же мастерством, что и раньше. Каждая деталь её лица была будто живая. Казалось, он мог дотронуться до её платья и почувствовать меж своих пальцев этот ласковый шёлк.       Не отдавая себе отчёта, Волк подходил к статуе всё ближе и ближе, околдованный её красотой. Пока он наконец не остановился рядом с неё, в двух метрах от неё. Он не знал почему, но его тело будто отказывалось подойти поближе. Поэтому он лишь просто встал и смотрел, не понимая зачем. Тут его голове всплыл разговор с торговцем, и он вспомнил имя. Её имя…       — Марика…       Всё вокруг исчезло во тьме, и остался лишь её образ, увековеченный в камне. Она была прекрасна. Само воплощение идеала, рядом с которым всё казалось ничтожным и несущественным. Он стоял так, смотря на неё, пока до его глухих ушей наконец-то не дошёл взволнованный голосок:       — …Волк? Волк!       Синоби тут же вышел из транса, которым охватила его статуя Марики. Он моргнул пару раз, отгоняя наваждения куда подальше, пока по его затылку стекал холодный пот. Он обернулся и увидел Мелину, которая смотрела на него с обеспокоенным выражением лица.       — Волк? С тобой всё в порядке? Ты стоишь так уже несколько минут.       — Всё нормально. Я просто… — Волк краем глаза взглянул на статую вновь, та в свою очередь хоть и выглядела всё также прекрасно, но всё же будто потеряла своё неземное влечение, — задумался о чём-то. Неважно, — он легонько покачал головой, затем перевёл тему. — Зачем мы здесь?       — Ты уверен? Ты выглядел так, будто…       — Всё в порядке, — решительно отрезал Волк. — Давай уже перейдём к делу. Ты говорила, что здесь есть что-то особенное, верно?       — Так и есть, — кивнула Мелина, всё ещё не уверенная в состоянии Волка. Но, видя что он явно не собирается говорить ей, что не так, она решила просто сойти с темы. — Пошли за мной.       Она подошла к статуи Марики. Там, у её ног, на земле лежала чаша, рядом с которой был золотой кубок. Мелина присела на корточки и достала содержимое чаши, коим оказалась стеклянная фляга золотистого цвета. Она также подобрала кубок, наполненный чем-то, что светилось золотом, подобно огню Благодати.       — Это, — она протянула ему руку с флягой, и он принял её, с любопытством оглядывая золотистое стекло, — фляга чудесного снадобья. Когда-то, жрецы древа Эрд использовали их для того чтобы собирать кристальные слёзы Древа, что позволяло им творить чудеса исцеления. Я уверена, она нам ещё пригодится.       — Хорошо, — кивнул Волк, спрятав флягу за поясом. — А для чего кубок?       — В нём находится священное благословление Древа Эрд, — ответила Мелина. — С его помощью, я смогу усилить твою флягу багряных слёз.       — Что это такое?       — У тебя её нет, не так ли? — спросила Мелина скорее у самой себе, чем у него. Она опустила свой взгляд на кубок. — Что ж, тогда пользы от него будет не так много. Отвечая на твой вопрос, фляга багряных слёз — это фляга, освящённая слезой блаженства. Одного глотка из неё достаточно, дабы затянуть любые раны.       — У меня уже есть что-то подобное, — заметил Волк, показывая на флягу с лекарством, которую так давно создала Эмма, ученица великого Догена. — У меня нет нужды для замены.       Мелина вновь опустила свой взгляд на золотой кубок, а потом перевела его тыквенную флягу синоби. Она мало что тут могла сделать и поэтому она просто тяжело вздохнула и спрятала кубок в своем плаще. Может когда-нибудь от него будет польза.       Волк вернул своё внимание на статую Марики. Хоть сейчас она и не казалась такой невероятно прекрасной, как мгновения назад, даже сейчас, смотря на неё, он испытывал странные абсолютно незнакомые для себя чувства, которые он не мог передать словами. Мелина заметила то, как он смотрел на лик богини. Ей хотелось кое-что ему поведать, но она не была уверенна как он воспримет эту информацию. Если один лишь вид Марики вызвал в нём подобное, то что могут вызвать… нет, это не имело значения. Долгом Мелины было помогать Волку, на их совместном пути к столице, а это значило, что ей нужно было необходимо ему это рассказать, хотела она того или нет.       — Волк, — она окликнула его и он отвлёкся от изучения статуи. — Здесь до сих пор витает эхо речей королевы Марики, которая пропала столетия назад. Я могу пересказать их тебе, если пожелаешь.       — Как ты можешь их слышать?       — Я не знаю, — ответила она честно. — Я просто их слышу.       — Хм. Ладно, рассказывай.       Мелина кивнула и сделала глубокий вдох, Волк тем временем вернулся к рассматриванию статуи.       — Хорошо, вот что говорила Марика:       Волк закрыл глаза и прислушался:

«Мой повелитель»

      Внезапно, он очутился посреди кромешной тьмы. Всё исчезло: разрушенный храм, Древо Эрд, солнце, небеса, Мелина и даже его собственное тело. Остались лишь его душа, его истинная сущность, и…

«Я лишаю тебя и твоих людей Благодати»

      Этот голос. Этот неописуемо прекрасный женский голос, полный силы и грации. Он был всеобъемлющ в своем величии, но при этом в нём была столь важная малая толика материнской нежности и заботы. Если бы у самого Творения был голос, он бы звучал именно так.

«Ваши глаза погаснут, и вас изгонят из Междуземья»

      Внезапно, золотая вспышка озарила тьму, прогоняя и заменяя её своим теплом. Этот свет был ярче солнца и теплее очага родного дома. Он окутывал всё его существо, наполняя его чувством безопасности и принадлежности, подобное которому он никогда доселе не испытывал. Он напряг свои глаза, стараясь разглядеть сквозь ослепительный свет источник сего сияющего великолепия. Волк не мог разглядеть его полностью, лишь отдалённо знакомые черты виднелись сквозь пелену света. И всё же, ему этого было достаточно.

«Вы будете воевать в далёкой стране, которая станет вам и домом, и могилой»

      Внезапно, свет исчез, и он почувствовал холодный ветер на своём лице и вес собственных доспехов на своём теле. Волк распахнул свои глаза и увидел перед самой всё ту же статую, но теперь, он смотрел на неё совсем по-другому. Он обернулся на Мелину, которая уже закончила пересказывать слова королевы и теперь смотрела на него, в ожидании его реакции.       — Марика, — начал неспешно Волк, — ты говорила, что она пропала. Где она может находиться?       — Я не знаю, Волк, — ответила неуверенно Мелина. — У меня не так много воспоминаний, связанных с королевой.       — Что насчёт эха её слов? Ты не можешь рассказать мне ещё?       — Я хочу тебе помочь, но я не могу поведать тебе больше. Ты услышал всё то, что слышала я.       Волк задумался ненадолго о чём-то. Солнце уже заходило за горизонт и последние лучи света падали на горы и поляны Междуземья, знаменуя собой конец долгого дня. С севера дул холодный ветер, разнося на себе упавшие листья и запах трупной крови, а где-то вдалеке был слышан вой волков, готовившихся к ночной охоте.       — Мы останемся здесь ещё ненадолго. Позже мы двинемся на юг и освободим тот форт.       Мелина кивнула и села рядом с Благодатью. Волк последовал её примеру и сел по другую сторону золотого огонька. Странно, но после того наваждения, тепло Благодати перестало казаться ему таким особенным. Волк закрыл глаза и погрузился в медитацию.       Он хорошо помнил, как там, в той тьме, что была между его смертью на том поле и его пробуждением в том храме, он видел тот же свет, слышал тот же голос. До этого момента, он не имел и малейшего представления о том кто и почему привёл его сюда, в эти земли разорванные войной, но теперь, у него была наводка. Он не знал как, и не имел и малейшего представления почему, но…       Он был здесь по воле Марики. И возможно, найдя её, он поймёт, зачем же он был призван сюда, в Междуземье. Волк прервал свою медитацию. В его глазах была одна лишь сталь. У него вновь появилась цель: отыскать ту, которая пропала ещё столетия назад. Незаметно для своей спутницы, Волк нахмурил свои брови. Покой синоби только снился.