Тень из иного мира

      Чем дальше он шёл на юг, чем ближе он был к Плачущему Полуострову, тем сильнее становился встречный ветер, а вместе с ним и запах горелой человечины. Он двигался быстро, стараясь не задерживаться даже на секунду, благо Поток был выносливым скакуном. В какой-то момент, небеса сверху покрылись тучами, которые, казалось, произошли от далёкого столба дыма на юге. Луна и звёзды исчезли за чёрными облаками, и лишь свет Древа Эрд указывал ему путь во всей этой мгле.       Вскоре, буквально через пару часов после отбытия из Форта Хайт, он приблизился к одинокому мосту, что соединял собой полуостров и Замогилье. На мосту том были ограждения, и даже стояла баллиста, что была направлена на дорогу из Замогилья, но не было людей. Костры и факелы здесь ещё горели, причём было видно, что зажгли их ещё недавно.       Зрелище было озадачивающим, но Волк не стал ради него останавливаться. Скорее всего, они либо сбежали, когда только-только увидели огонь, либо отправились на подмогу к своим в замок. Над головой сгущались облака, а ветер становился всё сильнее и свирепее. Намечался ливень. Нехорошо. Сражаться во время дождя всегда было сложной задачей, а сейчас была ещё и ночь. Видимость будет просто минимальная, даже с учётом света Древа Эрд.       Он пересёк мост и заметил, пока скакал, чей-то силуэт, что сидел на камне у главной дороги. Во всей той тьме было трудно разобрать мелочи, но силуэт был явно женским и, похоже, не враждебным. Он приблизился к нему и лишь оказавшим совсем рядом он смог разобрать все детали. Пред ним была женщина с волосами цвета пшеницы, облачённая в некогда грациозное платье, сейчас покрытое грязью и пятнами крови. Её глаза скрывала повязка, но всё же она смотрела лицом в его сторону ещё до того, как он приблизился к ней вплотную.       Он остановил своего коня и посмотрел на девушку повнимательнее. Никакого оружия при ней не было, прямо как на той девице из лачуги, что была вблизи замка Штормовой Завесы. Она была совершенно беззащитна и, судя по всему, слепа. Как же она тут оказалась?       — Эй, здесь кто-то есть? — у неё был тихий и неуверенный голос. — Прошу удели мне минутку.       Он спешился и подошёл поближе. Девушка слегка дрогнула, когда его стопы коснулись земли. Она была напряжена и внимательно вслушивалась в каждый его шаг. Волк остановился тогда, когда их разделяла всего-то пара шагов, и сказал:       — Говори быстро.       Она вновь слегка дёрнулась. У незнакомца был глубокий голос, в котором слышалась одна лишь холодная твёрдость. Она не могла сказать точно, в силу своего слабого зрения, но судя по одному лишь голосу, она осмелилась предположить что ему было, наверное, лет тридцать с лишним. Возможно, он мог быть ровесником её отца, что ставило его где-то в диапазоне от тридцати до сорока девяти.       — Меня зовут Ирина, — тут же ответила она. — Я бежала из замка Морн, что на юге, — в её словах не было гордости. — Местные слуги… подняли бунт. Точно не знаю, что произошло. У меня с рождения слабое зрение… но я клянусь, что слышала страшные вопли, разносящиеся по всем замку. Мой добрый отец тайно вывел меня оттуда, но сам решил остаться. Сказал, что это его командирский долг.       Она знала, что звучала так, будто её понимание тех событий было запятнано паникой, но она всё слышала! Всё, от начала до конца! От душераздирающих воплей её служанок до нечеловеческих криков прислуги. Замок Морн был в ужасной беде! И её отец был ещё там, среди всех тех криков и воплей, в самой гуще того кошмара!       — Бунт, говоришь? — Волк задумчиво посмотрел на столб дыма, что поднимался в небеса на юге. — Хм. Это многое объясняет. Ты покинула замок в одиночку, или с тобой была охрана?       От зоркого глаза синоби ничего не улизнуло: её начали руки дрожать, её дыхание стало сбивчивым, будто она вот-вот потеряет сознание. Ей было больно вспоминать все те детали: хруст костей и отчаянные мольбы её охраны бежать и ни за что не оборачиваться. Но всё же, она нашла в себе силы ответить:       — Отец отправил со мной часть своих людей, но… — ей было трудно об этом говорить, ей голос заметно дрожал, — с-слуги убили их всех. Всех до единого, без пощады. Я выжила только благодаря их самопожертвованию. Боюсь, дела в замке Морн идут не лучше.       — Ты хочешь, чтобы я пошёл за твоим отцом?       Ей нужно было только одно: передать письмо отцу, что она неумело написала на своём старом шёлковом платке. То был необычный платок, имеющий неизмеримую ценность для девушки и для её отца. Этот платок когда-то принадлежал её матери, ещё когда она… Ирина не сомневалась, если её отец увидит этот платок, то он поймёт всё без слов. Ей лишь просто нужно было его передать…       — Д-да. Я не переживу, если он пострадает. Прошу вас, просто передайте ему моё письмо. Это всё чего я прошу. Я отплачу вам всем, чем смогу. Пожалуйста…       Волк посмотрел вновь в сторону замка. Ситуация была плачевная. Если мост был сейчас без защиты, то тогда замок можно было считать уже потерянным. Шансы того, что отец девочки был жив, были ничтожны малы. А если учесть, что он был командиром, то… Волк не хотел ей говорить о подобном варианте событий. Если он сейчас скажет ей всё, как есть, то она попросту развалиться на части. Надо было обеспечить её безопасность, а потом уже заниматься мертвецами.       — Мне не нужна плата, — у неё и так не было ничего кроме собственной одежды, а Волку подобного не надо было. — Лучше скажи, что будет с тобой.       — Ч-что…?       — У тебя нет охраны, — он говорил без упрёка, лишь перечислял факты, не давая и намёка на своё мнение. — Бунт сейчас в самом разгаре. Ты слепа и безоружна. Как ты планируешь защищаться?       — Я… — она замялась. — Я не знаю…       Она была так напугана за своего отца, за всех тех, кто остался позади, что она совсем забыла о себе. Она была слепой девушкой, двадцать с лишним лет, которая ещё с рождения нуждалась в прислуге для нормальной жизни в стенах замка. Сейчас, совсем одна и на дикой природе, она была абсолютно ни на что не способна. Лёгкая жертва, ждущая своего часа. Волк не мог так её оставить.       — Хм. Я помогу тебе с отцом, — услышав это, она заметно приободрилась. На секунду, ему даже показалось, что она немного улыбнулась. — Но сначала, я отведу тебя в место побезопаснее. Идёт?       — Да…       — Хорошо, — он протянул свою руку к ней. — Подай мне свою руку.       Ирина ещё не знала, чего именно хотел незнакомец, поэтому она протянула свою руку без особой уверенности. Но стоило ей почувствовать его касание сквозь свою перчатку, все те сомнения быстро улетучились. У него была крепкая хватка и тёплая ладонь. Это было трудно описать, но от одного лишь только его прикосновения она смогла понять, что чтобы не случилось, пока он будет рядом — она будет в безопасности несмотря не на что.       Он потянул её на себя и Ирина, совсем того не ожидая, слетела с насиженного места чуть не упав, но благо он смог её поймать и стал ей опорой. Он держался за неё крепко, но в то же время деликатно, будто она была самой хрупкой драгоценностью во всём Междуземье. Её щёки слегка потеплели от столь необычной для себя ситуации, но то ли Волк этого не заметил, то ли ему было попросту всё равно, потому что он лишь только поинтересовался у неё:       — У тебя всё в порядке с ногами?       — Да, я просто… — она вновь замялась, — долго сидела, вот и всё.       — Понял, — его голос был всё также спокоен и твёрд. — Пойдём, я помогу тебе сесть в седло.       Он поступил, как и сказал, и вскоре Ирина сидела на седле его коня, держась за его шею, прислоняясь своим телом к его спине. Это была непривычная ситуация для девушки, не каждый день ведь ей позволяли подходить близко к лошадям, от того она прижималась к нему, точно как будто прилипла. Было неловко, но выбора у неё не было. Волк взялся за поводья и двинулся обратно к мосту, в этот раз сохраняя малую скорость, дабы его пассажир не упал с седла на мощённую камнем дорогу.       Тем временем Ирина, не способная видеть, внимательно вслушивалась во всё происходящее. Помимо цокота копыт, она отчётливо могла услышать вой ветра и шелест травы. Её спутник не говорил, а она сама не торопилась начинать разговор. У неё не было и малейшей идеи, куда они сейчас направлялись, но пока она не могла ничего сделать, кроме как довериться незнакомцу с поводьями. Тут до её ушей донеслось слабое журчание, которое шло откуда-то далеко снизу, в то время как цокот копыт слегка изменился, будто они двигались по другой дороге. Потом до неё дошло: мост. Они переправились через мост, что вёл в Замогилье.       Когда они оказались на другом его конце, Волк слез с седла и помог Ирине сделать то же самое. Он провёл её немного от главной дороги, держа её за руку, к небольшому дереву, что росло неподалёку. Не торопясь, он помог ей сесть на другой стороне дерева, так чтобы никто с главной дороги не мог её заметить. Она аккуратно ощупала дерево, прежде чем сесть на землю, опершись спиной на его ствол.       Когда она наконец-то села, Волк отпустил её, не придав этому особого значения, но вот Ирина не хотела его сразу отпускать, но всё-таки пришлось, благо незнакомец не заметил её назойливой прилипчивости. Волк оглянулся по сторонам, выискивая врагов и диких зверей. Тут она была не так заметна, как на том камне у дороги, но оставлять её он не торопился. Чувствуя присутствие своей загадочной спутницы, Волк, не задумываясь, воззвал к ней:       — Мелина…       Ирина повернула свою голову в его сторону, а на её лице читалось лёгкое непонимание. Кого он сейчас звал? Они были тут одни. Она не слышала ничего кроме шелеста листьев и далёкого журчания реки. Только Ирина открыла свой рот, как она почувствовала это. По её спине пробежал холодок. Кто-то был здесь, с ними, прямо сейчас. Она всё ещё ничего не слышала, она лишь чувствовала чьё-то присутствие одним своим сердцем, что немного её пугало. Потом до её ушей донёсся голос:       — Не беспокойся. Я присмотрю за ней.       Это был неоспоримо женский голос. Хотя, он больше походил на нежный шёпот осеннего ветра в раннее утро, чем на голос человека. Он был холодным, почти лишённым эмоций, но в то же время Ирина была готова поклясться, что он был живым и полным сострадания. Прямо как касание незнакомца обещало безопасность, так и голос незнакомки обещал самоотверженную поддержку в трудный час.       Между двумя незнакомцами произошло бесшумное взаимодействие, которая она не могла запечатлеть в силу своей слепоты, но Ирина была готова поспорить, что её спаситель кивнул незнакомке, и потом обратился уже к ней вербально:       — Оставайся тут. Я отправлюсь в замок и верну твоего отца. Мелина, моя спутница, присмотрит за тобой в это время.       Его слова были твёрдыми и не оставляли места для возражений или альтернатив, от того Ирина не смогла ничего ответить, хотя ей очень хотелось. Нет, не возразить, конечно же. Слова незнакомца был более чем разумны. Ей лишь просто надо было кое-что узнать…       — Подождите…! — он остановился. — Как вас зовут?       — Волк.       И с этим лаконичным ответом, он оставил их одних. Мелина проводила его молчаливым взглядом, не беспокоясь за его безопасность, она уже не раз увидела его навыки в действии. Тем временем, Ирина не могла сказать о себе то же самое. В её сердце ещё до этого бушевала тревога и страх за отца, но теперь, узнав его имя, она попросту не могла не беспокоиться за Волка. Слепая девушка сомкнула ладони в молитвенном жесте и поднесла их к своим губам. С её тонких губ сошла короткая молитва:       «Прошу, о Марика, сбереги их и защити от напасти. Прошу, пускай они вернутся к нам в целости и сохранности»

***

      Вдалеке были слышны раскаты грома, по чугунно черному небу временами пробегали молнии, что освещали всё вокруг белым светом, изредка прерывая это царствие тьмы. Замок вдалеке становился всё больше и больше, в то время как столб дыма всё исчезал и исчезал. В свете молнии, гладкие стены Морна казались чёрными, будто вся структура была высечена из чёрного гранита в незапамятные времена, когда не было на этом свете ни солнца, ни моря, ни человека.       Словно цитадель забытого бога, Морн возвышался над всем сущим, недвижимый и непоколебимый. Ни могучий ветер, что бушевал с суши, ни жестокие волны, что разбивались о его стены с моря, оставляя за собой одну лишь солёную пену, не могли разрушить господство этого замка над Творением. И лишь редкий золотой лучик света Древа Эрд, что пробивался сквозь свинцовые облака, напоминал о том, что замок тот был лишь рукотворной конструкцией человеческой.       Дорога, что вела в замок, была пуста. Все те, кто могли бежать, уже сбежали, пускай им так и не удалось покинуть Плачущий Полуостров, за исключением одной слепой девы. Все те, кто хотели мести, уже пребывали внутри его стен, торжествуя над своими бывшими повелителями. История о мести уже подходила к своему концу. Только вот…       Ещё удар молнии, и вновь всё вокруг покрыто белизной, словно величайшая картина мелом. Только вот дорога теперь была не пуста. По ней скакал одинокий наездник. Похоже, история замка Морн была ещё далека от своего конца.       Волк был рядом со своей целью. Замок был близок, как никогда. Осталось ещё немного и потом дело будет за малым. Ему придётся пробиться через целое восстание и отыскать мертвеца в самой настоящей кровавой бойне. Проще простого, всё равно ему не в первой. Волк присмотрелся поближе к воротам в замок. Там, прямо перед самым входом, стояла гигантская статуя. Волк не мог разглядеть всех очертаний, но, похоже, то была статуя некого лучника, готовившегося сделать выстрел. Однако ему показалось, или та статуя сейчас и впрямь натягивала тетиву?       Волк резко потянул за поводья, и Поток незамедлительно повернул вправо, в то время как сам синоби пригнулся и чуть ли не лёг на шею своего скакуна. Прозвучал оглушительный гром, только вот шёл далеко не сверху. Там, где ещё недавно они были, приземлилась гигантская стрела, что взорвала землю на том месте и подняла вверх клочья грязи и облака пыли.       Статуя вдалеке потянулась к колчану, Волк сжал поводья ещё крепче. Ожившие статуи… только этого ему не хватало. Поток, чувствуя напряжение своего хозяина, начал двигаться с новой силой. Статуя приготовила вторую стрелу. Волк становился ближе, но это к тому же значило, что места для манёвра у него было не так много, как раньше.       Каменная стрела, что была длинной в целое копьё, летела с бешеной скоростью и оглушительным свистом. Волк в последний момент увёл скакуна влево. От попадания стрелы земля взорвалась и в воздух полетели ошмётки почвы. От ударной волны Поток чуть было не потерял равновесие, а на плащ Волка попала грязь, поднятая в воздух снарядом статуи.       Они были совсем близко к входу в замок, к статуе, что вела огонь по ним. Ещё чуть-чуть. Но статуя тоже не стала мешкать и подготовила свою финальную стрелу. Они были близко от каменного великана, даже слишком близко. С такой дистанции уклониться было практически невозможно. Но Волк не паниковал, у него в голове уже был готов план действий.       А вот всадник подходил совсем вплотную. Натянутая на тетиве стрела покидает руку лучника и отправляется в короткий полёт. Поток совершает прыжок, словно пытаясь налететь на стрелу получше. Волк спрыгивает со скакуна, используя его как платформу, в то время как сам Поток исчезает в воздухе, тем самым позволяя своему владельцу безопасно пролететь над стрелой.       В протезе у синоби блестит синим лазуритовое лезвие топора. При приземлении, Волк вонзает тяжёлый топор в колено громадного лучника и по всему полуострову разносится громовой каскад, в котором тонет треск разбитого камня. Лучник теряет баланс, его колено, что теперь было согнуто под неправильным углом, не выдерживает веса каменного воителя и окончательно отламывается, эффективно отсекая гиганту ногу. Исполин валится на бок.       Там его уже ждёт мелкая напасть, только теперь стоит с копьём в своих руках. Как только тело гиганта касается земли, Волк не теряет времени и пронзает его в его каменное сердце. Из гранитной груди великана начинает литься огонь и раскалённый камень, что озаряет синоби и его окружение, как обезумевший костёр. Выйдя наружу, расплавленный камень быстро темнеет и твердеет, в то время как искра жизни быстро уходит из каменной оболочки.       Волк высвобождает копьё и возвращает его в протез. Сверху небеса вновь раздаются ужасным громом, и серебряный свет молнии озаряет всё сущее, отгоняя на мгновение черноту и мрак. Но это мгновение быстро проходит и всё вновь утопает во тьме.       Волк оборачивается на вход в замок. На страже больше никого не было. Пора была идти дальше.

***

      Первым делом после каменного лучника, внутри его встретил весьма скромный коридор, усеянный трупами, на конце которого был лифт. Трупы принадлежали солдатам Годрика, все до единого. Волк остановился у одного из них и пригляделся повнимательнее. Судя по вмятинам на броне и широким ранам, били чем-то тяжёлым и очень грубым. Примитивным топором, скорее всего. Странно, но были и неприятные другие детали.       Раны не выглядели так, будто их сделал крестьянин, или даже человек, раз уж на то пошло. Они были слишком широкими, временами даже чересчур рванными. Кто бы ни убил этих людей, он обладал недюжинной силой. Местами виднелись следы укусов неизвестного ему животного. Любопытно.       Волк сжал Кусабимару покрепче и прошёл по коридору, аккуратно переступая через трупы и лужи крови. Встав на платформу в конце коридора, он встал на пластину, что была по её центру, и лифт пришёл в движение.       Он поднялся на вершину замка и поднялся по ступеням к внутреннему двору на самой крыше. Трупное зловоние тут было сильнее некуда, будто он носом уткнулся в кишки гниющего мертвеца. Волк старался не обращать внимания на запах, вместо этого концентрируясь на звуках своего окружения. До его ушей доносилось что-то среднее между безумным гоготом, радостным криком и животным рычанием. Настоящая какофония, в которой ничего нельзя было разобрать. Без сомнений можно было сказать только одно — эти звуки не принадлежали людям.       Он вышел во двор, и перед ним предстала омерзительная картина: целая гора обугленных трупов, над которой торжествовали низкорослые чудища, что напоминали собой смесь животного и человека. Вооружены они были грубыми тесаками и тяжёлыми топорами. Эти омерзения имели кто чешую, кто перья, кто хвосты. Пиршество гротескных тварей.       Гора трупов, на которой они торжествовали, состояла не только из обычных солдат. Волк видел в ней немало женщин и стариков. Прислуга замка, должно быть. Люди, не имевшие ни брони ни меча, простые деревенщины, не заслужившие подобной кончины. Кострище ещё слегка дымилось. Вот где был источник дыма. Сам того не осознавая, Волк начал идти вперёд, к дымящейся горе трупов.       Послышался лай бешеных собак, что жевали чьи-то остатки неподалёку от основного действия. Голодные звери чувствовали чужое присутствие и, слыша их лай, химеры начали его потихоньку замечать, один за другим. Все взгляды были теперь направлены на синоби. Чувствуя своё численное преимущество, бастарды начали рычать на него, пытаясь припугнуть его, перед тем как убить и выпотрошить, но Волк был всё так же спокоен. Он лишь встал в необходимую стойку и дал дань павшему духу. Его тело тут же наполнилось энергией и силой. Благословлению Ако было в действии.       Бастарды, видя что их запугивание не работает, ринулись на синоби толпой, готовясь разрубить его мелки клочья за считанные секунды. Волк лишь стиснул зубы и приготовил свой клинок. Это займёт лишь пару мгновений.