Terminal values

Герцог отворил дверь кельи и поднял свечу, - Вам что, нравится сидеть в темноте? - Лежащая на узкой кровати фигура шевельнулась, но не ответила. Войдя внутрь и запалив еще три свечи, мужчина поднес канделябр к постели и усмехнулся, глядя на связанные за спиной руки и петлю веревки поверх странных несуразных штанов. - Вы что, сопротивлялись? - Да нет, я сразу дала себя связать, а после меня забросили на лошадь и привезли сюда. - Дала? Квальдэто цэра! Вы женщина? Герцог поставил канделябр на стол и кинжалом срезал путы. На лице непривычной формы (ровная бледная кожа, большие глаза, четкие скулы, заметный нос и твердо очерченный подбородок) мелькнула легкая гримаса, когда женщина медленно села и принялась разминать затекшие руки. Затем она потянулась к серебристому шву у горла, и ее серое шарообразное одеяние распахнулось, открывая взору две несомненно женские полные груди, бесстыдно обтянутые тканью без всякого корсета. - Прикройтесь, сударыня! Не стоит унижаться до непристойных предложений, да и до первых красавиц королевства вам далеко. - Ваша нелестная оценка меня искренне радует, сударь, - голос женщины остался спокоен, но глаза смеялись. Ее рука поднялась, смыкая края одеяния, - В мои намерения не входили непристойные предложения. Я полагаю, что моя одежда не соответствует правилам приличия и хорошего тона, но иной у меня нет. Этот пуховик, - она коснулась серого высокого воротника, - одежда уличная и для холодной погоды. В помещении, даже таком промозглом, в нем жарко. Я полагаю, у вас есть ко мне вопросы? - В устремленном на герцога взгляде не было страха, удивления, просьб, только спокойное и терпеливое ожидание. - Как вас зовут и откуда вы прибыли? - Меня зовут Лора. Боюсь, название моего города ничего вам не скажет, как и мне название этого места. - И все же? - Москва, сударь, если это правильное обращение. - Герцог Рокэ Алва к вашим услугам, сударыня. Можете называть меня монсеньором или светлостью. - Благодарю вашу cветлость. Вы не окажете мне любезность, и не позволите ли посетить туалетную комнату, прежде чем мы вернемся к допросу? - Это Лаик, военная школа для молодых дворян. Здесь нет туалетных комнат, а смена одежды у вас отсутствует, так к чему это внезапное стремление к красоте? Женщина - несмотря на отсутствие явных признаков зрелого возраста, таких как седина, морщины или потекший овал лица, в ней не было и девичьей свежести и невинности, она была слишком спокойна и уверена в себе - поморщилась и потерла переносицу, прикрыв на мгновение серые глаза. - Ватерклозет? Отхожее место? Сортир? - Под кроватью должна быть ночная ваза, если я правильно понял вашу нужду. - Теперь поморщился герцог, так как обсуждать телесные нужды с незнакомкой было вопиющим нарушением этикета. - Позвольте вас оставить. На лице пленницы промелькнули изумление, недоверие и обреченность, но она глубоко вздохнула, возвращая себе спокойствие, обвела взглядом келью, задержавшись на свечах, еще раз вздохнула и легко поднялась на ноги. - Благодарю вас, герцог. - Какая интересная реакция, - подумал Алва, запирая дверь кельи. - И в самом деле, откуда же взялось это чудо, одетое непонятно во что, но говорящее на талиг без акцента. Волосы неприлично короткие даже для мужчины, шарообразная верхняя серая куртка с загадочным металлическим швом, непристойная облегающая нижняя камиза бордового цвета с высоким воротом и без видимых застежек, широкие серые штаны, достающие почти до земли, странные черные кожаные сапоги, зашнурованные спереди и плотно облегающие щиколотку, с какой-то толстой неровной подошвой. Ни одного украшения, хотя уши проколоты. Одежда не украшена даже вышивкой. Ни пуговиц, ни пряжек, хотя застежки штанов под курткой не было видно. Но речь правильная, манеры исполнены достоинства. Монашка? Обедневшая дворянка? Своего оружия у нее не было. Но как она отняла у Фуэнтеса его шпагу? Солдаты не нашли следов, ведущих к месту обнаружения загадочной незнакомки. Удивительные рифленые следы возникли на берегу ручья, прошли полем до края редкого леса, где отряд разведчиков заметил ее. Увидев солдат, она не бежала, но когда Фуэнтес потребовал, чтобы сударь назвался и поехал с отрядом к господину маршалу, женщина вежливо отказалась, сказав, что предпочтет самостоятельно добраться до города. Фуэнтес спешился, достал шпагу из ножен, а дальше свидетели расходились во мнении - то ли шпагу выбили ударом, то ли Фуэнтес споткнулся на ровном месте - а только сам герцог приехал, когда женщина держала шпагу у горла разоруженного солдата, прикрываясь им спереди, деревом сзади, а кустами сбоку, его кинжал лежал на земле в паре метров, а остальной отряд готовился заряжать пистолеты. Удивительно, но когда герцог велел сдаться, незнакомка немедленно бросила шпагу и вышла вперед, сводя руки сзади. Ждала ли она именно его, Алву? С какой целью? Что ж, пусть подождет до утра. Для первого впечатления вполне достаточно. На следующее утро герцог постучал в дверь кельи, и услышал: “Одну секунду, я только застегну куртку. Входите.” При свете дня русые волосы Лоры отливали золотистой рыжиной, а на носу видны были веснушки. Она стояла у окна, глядя на внутренний двор. - Прошу вас, ваша светлость. - Доброе утро, сударыня. Расскажете, как попали на поле, где вас нашли? - И рада бы, но не знаю. Я возвращалась домой, как вдруг улица и дома сменились полем и лесом. Я не знаю, что случилось, но полагаю, что я в другом мире. Удивительно, что мы говорим на одном языке. - И с какой целью вы здесь оказались? - Появиться здесь не было моим выбором, так что спрашивать стоит того или тех, кто устроил перемещение. - Хм… Вы полагаете, я поверю вам на слово? - Нет, конечно. Но если вы сможете найти другое объяснение, я его выслушаю с огромным интересом. Герцог скептически поднял левую бровь. Лора пожала плечами. Пару минут они рассматривали друг друга, пока Алва не рассмеялся. - Допустим. А у вас ко мне нет вопросов? - Есть. Я вам сдалась. Не могли бы вы рассказать, какие ограничения и обязательства это налагает, на вас и на меня? - Прелестно сформулировано. Вы положили оружие и обещаете не поднимать его впредь на меня и моих людей, а также подчиняться командам, если не хотите, чтобы к вам применяли силу. В свою очередь, я сохраняю вам жизнь, и обеспечиваю достойные условия содержания. Обычно - до суда или окончания плена, но в вашем случае - пока я не разберусь, кто вы и откуда. - Благодарю вашу светлость. Входит ли в пакет условий моя личная неприкосновенность? - Что вы вкладываете в это понятие? - Мне показалось, что я единственная женщина в вашем отряде. Мне не хотелось бы получать непристойные предложения от ваших людей. В свою очередь, обязуюсь не делать их сама, по крайней мере намеренно. Если моя одежда вас шокировала, то и мои манеры наверняка не соответствуют культурной норме. - Не беспокойтесь, мои люди будут относиться к вам со всем возможным уважением, а вот с одеждой надо будет что-то придумать. Она совершенно неприлична, а верхняя куртка слишком бросается в глаза. Вам дорого это одеяние? - Я предпочла бы оставить обувь и н ижнее белье. Они наверняка удобнее того, что вы можете мне предложить. Но не настаиваю на этом. - Удовлетворите мое любопытство, сударыня: ни вчера, ни сегодня вы не спросили, что я собираюсь с вами сделать. Почему? - Во-первых, я не думаю, что вы сами знаете. Уж больно необычные обстоятельства. Во-вторых, у меня все равно нет никаких рычагов влияния на решение, вся власть в ваших руках. В-третьих, я в чужом мире. Мне в любом случае надо было бы договариваться с кем-то из местных. Вы меня уже не убили, так почему бы не с вами? - Ваша дерзость очаровательна, - рассмеялся герцог, - я действительно не решил, что с вами делать. Вы умеете ездить верхом? - Да, со стременами. Шаг, рысь, галоп. - Прекрасно. Лишних людей у меня нет, отправить вас в город или оставить здесь я не могу, так что поедете с нами.