Опасная близость

— Ах! — дракон изогнулся, когда крепкие руки Эдана коснулись его крыльев. Охотник про себя отметил, что перепонки на крыльях достаточно тёплые, а на костях лежат очень сильные мускулы. Этот дракон определённо большую часть своей жизни провёл в облаках. Эдан вновь повернул дракона на спину и не без наслаждения отметил, что тот весь — от лица до ключиц, покрыт пунцовым румянцем. Настолько возбуждён? Взгляд охотника скользнул вниз. Даже в человеческом обличие половые органы дракона остались драконьими. Как и у всех рептилий, эта милая полосочка на теле — клоака — была самой чувствительной частью тела парня. Эдан удовлетворённо хмыкнул, представив, как тот будет извиваться, когда… Не стоит торопиться. Пусть наслаждается. Когда он ещё сможет вот так поиграться с милым дракончиком? Сколько охотников могут похвастаться, что у них была интимная связь с этими смертоносными тварями? Пожалуй, ни одного. Да и стоит ли об этом распространяться? Эдан провёл кончиками пальцев по животу дракона вниз, довольно отмечая про себя, что тот дрожит под его прикосновениями. Вот его пальцы добрались до клоаки, а оттуда уже готов был выскочить половой орган мальца. Он был мальчиком, не девочкой. Хотя незнающие могли решить иначе. Палец Эдана мягко надавил на самый кончик, чем вызвал тяжкий стон. Дракон не сопротивлялся. Но и не сказать, что шибко хотел этого. Эдан отметил, что, как бы он ни хотел сопротивляться, он не может устоять перед его руками. Его ласки выводили мальчишку из себя. Но разве это не прекрасно? — Подожди немного, — провёл ладонью по волосам охотник и слез с кровати. Шимшекуй уселся на кровати, посматривая на охотника. Он возбуждён, очень. Особенно сильно пульсировала кровь внизу, заставляя его член не просто выглядывать из клоаки, а буквально выгоняя на улицу. Охотник неспеша снимал одежду, ловя на себе любопытные взгляды дракона. Сначала плащ, потом множество застёжек нагрудного доспеха, затем рубаха, наручи, остальные доспехи. Дракону предстало крепкое тело охотника, покрытое старыми шрамами. Тут были и ожоги, и следы от когтей. А по правому запястью будто браслет, струился след молнии. — Что это? — отвлёк охотника дракон, указывая на странный узор. — А, это, — Эдан слабо улыбнулся. — Один похожий на тебя дракон оставил, — та самая рука, которую откусили. Лекарь восстановила руку, а вот след убрать не смогла. — Ну что, ты подготовился? — охотник с удовлетворением отметил, что дракон всё ещё был возбуждён. Более того — его сводило с ума его тело. А потому прежде, чем снять с себя штаны, он подошёл к кровати и позволил дракону как следует его изучить. Тонкие пальцы парня коснулись крепкого пресса, полезли вверх, очерчивая крупную грудь. Шимшекуй поднялся на коленях, чтобы руки его могли дотянуться до широкой шеи. Обогнул пальцами, примерился… Даже его рук не хватит, чтобы обхватить его шею целиком. Задушить не получится. И будто в ответ на его действия на шее драконенка оказалась сильная рука охотника. Да, он определённо может его придушить. Зачем ему магия, если он может… Дракон опустился на кровать, руками играясь с телом охотника. Не стоит его злить. Рука Эдана скользнула с его шеи и опустилась на голову, взлохмачивая чёрные кудри. И вот, наигравшись с телом, дракон опустил руки на штаны. Там покоилось самое интересное. Парень не удержался и облизнулся, пытаясь развязать замысловатый узел, но ничего не вышло. — Не пытайся, всё равно не выйдет, — рассмеялся охотник. Он отошёл чуть назад и, наконец, избавился от последнего элемента одежды. Теперь они были на равных. Дракон жадно сглотнул. То, что будоражило его мозг последние минут пятнадцать наконец перед ним. Охотник вновь оказался рядом с кроватью. Он взял голову дракона обеими руками, большими пальцами массируя его красные щёчки. — Хочу, — тихо выдохнул Шимшекуй, протягивая руки к предмету желания. Половой орган охотника так манил к себе мальчонку. — Не сомневаюсь, — усмехнулся Эдан, притягивая его голову к себе. Горячих губ дракона коснулась головка. Шимшекуй тяжело вздохнул, приоткрывая рот и высовывая свой раздвоенный драконий язык. На его голову чуть наглее надавили пальцы охотника и дракон поддался вперед. Тихонько постанывая, он стал осторожно массировать чувствительную головку языком. Охотник совсем расслабился, отдался чувствам. Если бы дракон хотел — мог бы завладеть ситуацией и потребовать своей свободы, но… — Ох, потише, малой, — пальцы охотника сильнее сжались на затылке дракона, а всё оттого, что тот поддался вперёд, до самой глотки втягивая в себя охотничье орудие. — Внутри тебя очень жарко… Высвободив член от своего плена, дракон принялся покрывать его слюной, заботливо лаская языком и руками. Он мог бы сейчас, имея доступ к такой чувствительной части тела, завладеть ситуацией, потребовать его освободить… Снова эти мысли… Но он был слишком возбуждён. И он слишком сильно хотел, чтобы этот охотник жёстко прижал его к кровати, а этот покрытый его слюной член оказался внутри. Дракон отвлёкся, потому как его голову нежно массировали крепкие руки. — Ах, ещё! — он уже не сдерживался. Зачем, если и так всё понятно? Пальцы заматывали его локоны в петли, ласкали кудри и массировали кожу головы. Дракон совсем размяк. Эти руки, эти крепкие руки, что с лёгкостью могли сейчас придушить его, они так приятны… И эти же руки мягко уложили его на кровать, животом вниз. Охотник не без удовлетворения заметил, что член промаслен очень и очень качественно. — Хорошо поработал, молодец, — погладил он дракона по голове, отчего тот замурлыкал. — Но сделай ещё одну вещь, малой, — он нащупал пальцами приоткрытый ротик дракона. Тот с приятным стоном покрыт слюной и их. Удовлетворённо хмыкнув, охотник принялся за основное дело. Нужно было как следует размять дырочку этому крыталому. — Ай! — пискнул дракон. — Что вы… Разве вы не хотели меня… — Не знаю, как делают другие, а я предпочитаю немного растянуть дырочку, прежде чем врываться туда со всей дури. Так что расслабься. Постараюсь не делать тебе больно. Шимшекуй был послушен. И было отчего — эти же пальцы, что игрались с его волосами, что ласкали его тело, сейчас в самом чувствительном месте. Готовят его к предстоящим действам. Лицо горит, внизу пульсирует, в руках слабость. Всё его тело дрожит от предвкушения. Не может обладатель таких прекрасных рук быть ужасен в сексе! И вот охотник стал применяться к парню. Дракон начал глотать ртом воздух от волнения. Толчок. — Ах! — выдохнул он последний воздух из своих лёгких. Ещё толчок, но уже немного погрубее. И снова сладкий стон, но уже на вдохе. — Постарайся дышать, — посоветовал охотник, обхватывая руками талию дракона. Шимшекуй с трудом кивнул головой. Всё его тело полыхало от возбуждения и ожидания: — Хочу! Дайте мне его! — простонал он. Эдан усмехнулся, насаживая дракона на свой член: — Не думал, что тебя это так заведёт. Я ожидал, что придётся тебя связать. А ты вон какой послушный, — снова толчок, сопровождающийся стоном дракона. — Интересно, как ты будешь вопить, когда я возьмусь за тебя по-настоящему? — Да, пожалуйста! Я весь ваш! — как же не прекращать эти сладкие стоны, когда крепкие руки обхватили за талию и то тащат к себе, заставляя глубже взять орудие охотник, то вновь оттаскивают, освобождая. А иногда охотник делает остановку, чтобы провести ладонью по бёдрам, а затем вновь возвращается к действу. Медленно, но уверенно. Пару раз он поставил лапки дракона удобнее для себя. И вот вошёл на самую большую глубину. Стон дракона был ему ответом. — Хочешь, чтобы я был по грубее с тобой? — наклонился охотник к самому уху дракона. Тот тяжело выходные и кивнул головой: — Всё, что пожелаете… Я в вашем распоряжении… — Тогда упрись локтями в кровать. Тебе должно понравиться. Дрожащими руками дракон умерла я кровать, как и сказано было ему. И тут же почти что пожалел — напор охотника стал куда сильнее. Скорость, глубина и сила толчков возросла во мной раз. И если бы не его руки, крепко державшие талию дракона, Шим снова упал бы на кровать. — Ах, ещё! Хочу ещё! — стонал он под напором Эдана. Всё внутри него полыхало, он накопившихся эмоций он принялся взмахивать крыльями. Эдан вдруг схватил его за рог и запрокинул голову назад: — Ах! — что бы ни делали руки охотника с ним, ему это нравилось. Эдан увлёкся процессом не на шутку. Постанывающее нежное тельце, такое узкое и горячее внутри… Горячее… Даже слишком. — А? — дракон не без труда повернулся к охотнику. — Почему ты остановился? Ах! — уткнулся он лбом в кровать — охотник просунул два пальца в его разгоряченную дырочку. — Ты очень горячий внутри… Наверное, для драконов это нормально… — А, да, я распалился, прости, — Шим развернулся к нему лицом: румянец спал. — Такое бывает. — Мне подождать, пока ты остынешь? — Нет, можешь погладить меня в других местах. Кровь перельется в те части тела, а в животике станет прохладнее. — Хорошо, давай попробуем. И вновь от ласковых рук охотника дракон размяг. Шея, плечи, руки, а ещё спина и крылья — всё, до чего касался Эдан, начинало неистово накаляться. — Хочу ещё! — парень вдруг напрыгнул на охотника, повалив того на кровать: — Хочу ещё! Больше! — снова его щеки и шея полыхали алым цветом. — Да как скажешь, — охотник и сам был распален до предела. Хотелось уже закончить с этой горячей штучкой. Эдан покрепче ухватил Шима за талию, расположил на себе поудобнее и силой заставил принять в себя весь член. — Ах, да! — завопил дракон. Он упёрся руками в крепкую мужскую грудь, капая на неё слюной. Его бёдра начали выполнять ритмичные движения вверх и вниз, а когда он слишком сильно распалялся в одном месте, руки Эдана вновь возбуждали его в других местах. Но вот охотник был уже на грани. Пусть мелкий распаляется насколько его душеньке угодно — Эдан готов был заполнить его. — Будь готов, мелкий, — стиснул зубы охотник, наблюдая как извергается семя у Шима — тот очень долго терпел. — Теперь моя очередь. — Да, пожалуйста, — стонал дракон. И вот — самый сильный толчок, самый глубокий — и внутрь дракона полилась струя мужского семени. Со сладостным стоном драконенок рухнул на Эдана. Охотник протянул руку и схватил с прикроватной тумбочки какую-то тряпицу. — Поднимись, — не стоило разводить тут грязь. Он протёр живот дракона, испачканный его же семенем, затем собрался протереть и себя, но… — Я сам! — и Шим быстро и ловко вылизал все следы их бурной деятельности. После чего устало плюхнулся рядом, тихо постанывая. — Я даже немного устал… — честно признался охотник. — Я тоже… Но… Это было прекрасно… Спасибо, — мальчонка осторожно обнял мужчину и тихо замурлыкал.