Опасная близость

Эдан не хотел идти на ужин к драконам. Мало ли, вдруг его захотят съесть. Но Шим убедил его пойти. И с чего он вдруг начал доверять этому мальцу? С одной строны, если бы драконенок захотел его убить, он бы скинул его с высоты птичьего полёта. А он вместо этого притащил его сюда, переживал, очухается или нет. Стоило рискнуть, и посмотреть на драконов вблизи. Как и сказал Атаман, за ним пришёл маленький драконенок, ещё мельче Шима. — Папа зовёт вас на обед, — широко улыбнулся он. — Пойдёмте! — он схватил Шима за руку и потащил за собой. Эдану осталось лишь следовать за ними. А драконы тем временем, уже подвыпившие, буянили. Кто-то в своей исходной форме (это те, что помоложе, кто постарше предпочитал человеческое обличие). Всего около десяти или двенадцати особей. Мальчонка бросил гостей и скрылся где-то среди драконов, а потом и вовсе убежал играть куда-то далеко. — А вот и наш гость. Эдан, рад, что ты пожаловал, — Атаман, казалось, был самым трезвым из всех. Он широко (и искренне) улыбнулся гостям: — Драконья вода может быть опасна для людей, так что не пей много. — Постараюсь, — охотник вообще не собирался пить или есть на пиру. Однако стол выглядел потрясающе. Молодые драконы уже успели похватать лакомые куски от жаркого и закусок, но остальные блюда остались нетронуты. Тут вам и рагу из морепродуктов, и жареная свинина и курятина, и особенно аппетитный горячий суп, нарезки овощей, мяса и сыров. Охотник сглотнул голодную слюну. Изумительно. И да, абсолютно все драконы были без одежды. И только охотник не решался выходить в свет в чем мать родила. А потому на пир пришёл в штанах. Драконы веселились и буянили, кто-то подходил, чтобы поздороваться. Все они были такими весёлыми и такими беззаботными.

***

— А знаешь ли ты, какая от вас польза? — подвыпивший Атаман завёл разговоры о личном. Охотник, которого только и держала крепкая рука дракона, замотал головой: — И какая же? — всего одного стакана драконьей выпивки хватило, чтобы его голова вновь закружилась. А ведь он дал себе слово не есть и не пить на этом пиру. Но не сдержался — так уж аппетитно всё выглядело. — А вы тупых истребляете, — и дракон расхохотался. — Видишь ли, в чем дело. Драконы питаются мясом. Рыбкой там, в лесах охотятся на разных зверушек. Травкой мало кто питается. Так воооот… И если нас становится слишком много, то и еды, соответственно, на всех не хватает. Мы начинаем враждовать, истреблять друг друга, а это нехорошо. И тут — хоба, охотник на драконов. Тут одного подрезал, там второго. И всë, драконы присмирели, начали вести себя спокойнее, — Атаман влил в себя ещё стакан ядовитой жидкости: — А то ведь мы так войну развяжем. А там, смотришь, и мир под нашей магией поляжет… Драконы-то существа сильные, ага. Человечество вымрет. — Так на таких как вы охотники и завелись, — прервал его речь Эдан. Атаман хитро сощурился: — Это ты к чему щас? Неужто силушкой померяться вздумал? Не потянешь, — без задней мысли выпалил дракон. — А ты испытай меня, — алкоголь плохо влиял на разум охотника, особенно в таких больших количествах. Особенно столь крепкий алкоголь. Атаман оскалил зубы: — А пошли! Черт возьми, обыграешь меня, я тебе утрою недельный отпуск со всеми удобствами, какие тут только есть. А если нет — неделю пахать на меня будешь. Идёт? — А идёт, — фыркнул Эдан. — Давай! Надо ли говорить, что драконам алкоголь во вред особо не шёл. Их пылающие изнутри тела сами по себе сжигали спиртосодержащие вещества. Людям же было куда сложнее. Стоило охотнику подняться из-за стола, как его начало укачивать. Атаману пришлось поддержать его, чтобы тот не свалился раньше времени. — Эй, ты же не решил сдаться прям сейчас, а? — подзадоривал его дракон. — Давай, пошли сражаться! Кое-как передвигая непослушные ноги, Эдан вышел-таки на середину комнаты. С неудовольствием отметил, что его сопернику от выпивки ни холодно, ни жарко. Чуть поактивнее стал, да и только. Если охотник шатался и покачивался, то у дракона те же движения делал только его хвост. — Если сдашься прямо сейчас, особо загружать работой не буду, — будто подзадоривал охотника дракон. Вокруг них собиралась любопытная толпа. — Чтоб я какому-то второсортному дракону продул, да ни в жизнь, — драконы вокруг недовольно заворчали, но в драку не лезли. — Да будет так, — Атаман расплылся в довольной ухмылке. Он подготовил своё тело к рывку, поудобнее поставил ногу и — рванул с места в бой, да с такой скоростью, что этого почти никто не заметил. Он метил сразу в голову, но охотник каким-то неведомым образом схватил его за кулак, останавливая. Драконы вокруг завопили. — Да ты ещё на ногах стоишь, — Атаман вновь отпрыгнул на своё место. Выглядел он по человеческим меркам лет на пятьдесят, а двигался с лёгкостью двадцатилетнего. Охотник пошатывался. От алкоголя у него кружилась голова. Он особо и не понимал, что происходит вокруг, даже не понял, как остановил драконий удар. Но прекрасно понимал, что этим не закончится. И вот Атаман вновь напал. Он не использовал магию, полагался исключительно на грубую силу. Его удары метили в самые чувствительные места охотника, были сильны и опасны. Какие-то удавалось блокировать, остальные же оставляли неслабые синяки на теле. Дракон вновь вернулся на исходную, оценивая урон и удовлетворённо ухмыльнулся: Эдан долго не простоит на своих двоих. И вот он снова напал. На этот раз его удары были куда быстрее предыдущих, попадали по многим местам, но… Неведомой силой его вдруг откинуло назад. Дракон упал на спину, прокатился пару метров и резко подскочил на ноги. Руническая магия. Руна взрыва. Охотник шатался, чертя в воздухе символы. Быть того не может! Чтобы рунами пользовались просто так? Без какого-либо носителя? Пора с этим кончать. Атаман собрался принять свою исходную драконью форму, чтобы как следует проучить охотника, но отметил, что превращения ему недоступны. — Обратная руна трансформации, руна обездвиживания и руна замедления, — охотник тяжело дышал. Магия рун отнимает много сил. — Теперь мы на равных. — Ты наложил руну обездвиживания только на мой хвост, — хмыкнул дракон. — Что, на большее силенок не хватает? — Этого более чем достаточно, — Эдан встал в оборонительную стойку. — Нападай. Дважды Атамана просить не пришлось. Он сорвался с места, замахнулся и… Удар заблокирован. Охотник крепко держал дракона за кулак. — Раз ты используешь магию, то и я не останусь в стороне, — по заблокированной руке дракона прошлись молнии — и сильный разряд тока пронзил тело охотника, но ни звука он не издал, стиснув зубы. После такой прожарки его тело сдалось. Его колени подкосились. Дракон стоял над ним с искрящимся кулаком, довольно ухмыляющийся: — Недолго ты прожил. Ай! — внезапно в руке раздалась жуткая боль: это Шим зубами и когтями вцепился в руку Атамана, не давая тому завершить начатое. — А ну пошёл прочь! — отшвырнул от себя мальчонку дракон, а после вернулся к охотнику. И задрожал. — Никто не смеет обижать моего мальчишку, — Атаман уже готов был сбросить со счетов охотника, но его резкая перемена напугала дракона. Глаза Эдана полыхали злобой, с трудом поднявшись, он всё ещё шатался, в руках у него сверкали руны огня — руны его имени. — За пацана ответишь! — и теперь настала его очередь нападать. Пусть он и был не так быстро как дракон, но удары его хорошенько потрепали человеческое обличие Атамана. Казалось, исход был предрешён. Драконы уже недовольно рычали, готовые, в случае приказа Атамана, наброситься и разорвать охотника в клочки, но… Замахнувшись в очередной раз, Эдан вдруг замер. Его тело задрожало, а ноги готовы были вновь поставить его на колени. Атаман прищурил один глаз, сразу осознав, что не так. Он поймал падающее тело: — Эй, давай-ка выйдем, подышим воздухом, — и поволок из залы на воздух охотника, бросив остальным драконам: — Мы скоро будем, развлекайтесь. Только маленького не трогайте. На всякий случай. Стоило им только выйти на свежий воздух, да отойти за угол, как Эдана моментально вырвало. — Долго же ты в себе держал, — усмехнулся дракон. — Не по нутру тебе наша выпивка, определённо. Подождав, пока охотник опустошит свой желудок, он подвёл его к фонтанчику, что стоял неподалёку: — Эй, не помирай ты так быстро. Я с тобой ещё не сразился как следует! — Думаешь, мне хватит теперь сил с тобой сражаться? — Эдан чувствовал, как пустой желудок сводит и заворачивает, голова всё также болит и кружится, а перед глазами маячат тёмные пятна. — А что это у тебя такое? — вдруг ткнул дракон в грудь Эдана. Там мягким синим светом сияла руна. — Руна исцеления. Нанёс её на себя ещё до начала пиршества. Она и от отравлений защищает в том числе. — Вон оно как. Думаешь, еда отравлена была? Эдан покачал головой: — Как ты верно подметил, ваши напитки чересчур для меня крепки… Мне стоит вернуться в свой номер… — охотник попытался встать, но вновь чуть не упал. — Эй, эй, подожди. Признаю, как хозяин я вёл себя ну очень уж неприлично, мои извинения. Я хотел испытать тебя, да что-то пошло не так. В общем… Извини. Давай считать наш поединок ничьей, а? — Почему я должен тебе доверять после всего, что ты натворил? — Потому что драконы никогда не обманывают. Мы можем недоговаривать, умалчивать, но врать — никогда! Да и все чётко видели, как ты взбесился, когда я отшвырнул того мальца в сторону, — Атаман расхохотался, но встретившись со звериным взглядом Эдана прикусил язык: — Я это к чему. Побудь моим гостем ещё какое-то время. Спаивать не стану. Попрошу людей принести чего-нибудь послабее для тебя. — Я бы не отказался от чая, — улыбнулся охотник и уже увереннее поднялся на ноги. Руна исцеления работала исправно, вычищая из организма все шлаки. — И я хотел бы отведать ещё несколько особых драконьих блюд. — Ха-ха, как скажешь, но теперь я буду присматривать за твоим питанием. Ты мой гость с этого момента и до конца твоего отдыха, — Атаман улыбнулся и протянул руку, на которой зияла руна мира: — Ну что? Оставим склоки? — Да, — Эдан пожал руку. В ладони больно кольнуло — руна мира не позволит им уйти безнаказанным, если они нарушат перемирие. — Тогда пошли, я познакомлю тебя со своей семьёй!

***

Эдан рассматривал драконов и не мог понять, что не так. Шимшекуй чем-то отличался от остальных… — О чем задумался? — подсел к охотнику Атаман. — Шимшекуй… Он чём-то отличается от вас… Не могу понять, чем… — Неполной трансформацией, полагаю, — Атаман рукой позвал к себе Шима. Драконенок подскочил, улыбаясь. — Сам сравни. Драконы. Большой и малый. Атаман, не считая рогов, крыльев и хвоста, был точь-в-точь обычный мужчина. У маленького дракона же… Эдан протянул руку и провёл по абсолютно гладкой коже Шимшекуя. Соски. Их не было. Просто гладкая кожа. Различались также и половые органы — у Атамана был обычный мужской член, у Шимшекуя — клоака. — А ведь и правда разные, — почесал голову Эдан. — Хотя оба мужчины… — Тогда позволишь твоего мальца забрать на пару минут, я ему покажу как полностью перевоплощаться? — хитро сощурился Атман. — Да забирай. Дракон уволок мелкого собрата, а когда вернулся, охотник понял, что не зря уходили — мелкий был точь-в-точь как человеческое дитя. Без крыльев и рогов и со всеми нужными деталями именно человеческого организма. — Ну вот как-то так, — улыбнулся Атаман. — Веселитесь. Шим осторожно присел рядом с охотником. Ему явно было некомфортно в новом обличии. — Ты как? — Странно… Мои силы всё ещё при мне, но они будто ослабли… — Походи так пару деньков и привыкнешь. Это временно. — Да, — улыбнулся драконенок. — Теперь за меня можно не бояться в городе! Я такой же как и все люди! — Это точно.