Шанс

********* Взмыли ввысь боли тяжкой пожары, Мыслей ринулась вскачь круговерть. Вижу мир я бредовых кошмаров - Это все моя милая смерть. ********* Кап. Кап. Кап. Размеренный звук раздавался отовсюду, проникая в уши медленными ручейками. Он заполнял собой все пространство в его опустевшем сознании, заставлял ещё не сформировавшиеся мысли утекать из головы подобно песку. Саске лежал, не имея никакого желания встать. Тело будто онемело: он не чувствовал абсолютно ничего. Создавалось ощущение, что он находится в баке с формалином, парит в тишине и невесомости, раскачиваемый в такт стука капель. Кап. Кап. Кап. Кап. Слабая попытка шевельнуться не возымела успеха, лишь зрение понемногу прояснилось. Саске не помнил, чтобы открывал глаза, но тем не менее, он видел все, что происходило в этом странном месте. Учиха находился в тёмном помещении без стен и пола, с потолка которого неумолимо падали капли. Сам потолок не было видно из-за жуткой темени вокруг. Здесь правила тьма. Она была везде, обволакивала собой всех, кто являлся к ней, подобно нежным рукам ночной бабочки. Тьма утешала, затуманивала разум, заставляла выбросить из головы весь прежний мусор и раствориться в ее блаженстве. По полу ровным слоем была разлита вода. Сознание Саске прояснилось, но он так и не мог взять контроль над своим телом. «Тело» Тела у него не было. Привычные конечности отсутствовали, а все нервные окончания будто подверглись действию анестезии. Он не мог почувствовать в себе даже намёка на человека. «Что я такое?» - немой вопрос. Он чувствовал, как что-то распирает его изнутри. Как будто вся оболочка его людского тела вдруг растворилась в едком воздухе этого места, и осталась только тьма, скрытая глубоко внутри него. «Я мёртв?» - Нет, Саске, ты жив. Точнее, живо то, что от тебя осталось, - на этот раз вопрос не остался без ответа. «Тело», лишенное способности двигаться, тонким инеем сковал испуг. Саске с трудом сконцентрировал внимание на говорящем, чей облик был едва заметен, сокрыт таинственной аурой. Мужчина, на вид лет сорока, с длинными волосами, висящими по бокам от его лица, стоял прямо на воде. Вокруг него падали невесомые капли, но ни одна не посмела попасть на незнакомца. Он был неприкасаем: все его существо говорило о превосходстве и над этим странным местом, и над Саске, и над его ничтожным подобием жизни. Внезапно лицо незнакомца переменилось до неузнаваемости. Теперь над Саске возвышалась женщина в самом расцвете своей красоты, стыдливо пряча смех за рукавом длинного платья. Через миг – это был уже ребёнок, что с интересом склонил голову, глядя на Учиху. - «Что ты такое?» —спросил Саске, глядя человеку прямо в глаза. - Я - тот, кто убил тебя, - рассмеялось существо, принявшее на этот раз облик почтенного старика. - Я - тот, кто убил тебя, - повторило оно. - И тот, кто подарит тебе новую жизнь. Незнакомцу явно доставляло немалое удовольствие наблюдать за замешательством Учихи. Он - первый, кто так открыто насмехался над Саске тому в лицо и никак не поплатился за это. На смену мелкого испуга пришёл неконтролируемый гнев. - «Что здесь происходит?» —спросил Саске, вновь пытаясь обрести способность двигаться. - «Я объясню», —любезно прошептало существо. - Ты умер, Саске. Как в принципе и умирают все люди. Но ты умер не до конца. - И как это возможно? - Этого я сказать не могу, - существо присело рядом, не замочив ни клочка своих одеяний. - Позволь мне начать сначала. Это место, - незнакомец обвел рукой смутные очертания его водяной тюрьмы - твой разрушенный разум. Место хранения всех твоих воспоминаний и чувств. В тот момент, когда человек умирает, это место должным образом разрушается вслед за телом и душой, но в твоём случае все было по-другому. Тебя спасла лишь твоя ненависть. В твоём разуме почти не было хороших воспоминаний, и это не позволило твоей душе упокоиться. Саске, мысленно проклиная непослушное тело, проговорил сквозь зубы: - Слушай, мне глубоко насрать, кто ты. Но тебе лучше прекратить ходить вокруг да около. Что тебе нужно от меня? Существо издало глубокий вздох. Саске усмехнулся. Яд, что он источал, стоит ему лишь раскрыть рот, невозможно было так просто выпустить из легких. - Ты интересный образец, Саске. Сказать по правде: ты нужен мне для эксперимента. - Ты что, издеваешься? - крикнул Саске. - Ты не в праве делать с моей жизнью, что захочешь. Чтобы получить от меня хоть что-то, тебе придётся дать мне ответы. Незнакомец вновь принял свой первоначальный облик и поднялся на ноги. - Я дам тебе второй шанс начать все заново. Ты проживешь ещё одну жизнь сначала и распорядишься ей так, как тебе вздумается. Я буду наблюдать за тобой со стороны и приду тогда, когда ты устанешь меня ждать. Тогда, я дам тебе ответы. После этих слов мужчина решительно развернулся и неслышно зашагал прочь. Его ступни едва касались воды, и создавалось впечатление, что существо, будто видение, медленно растворялось в темноте. - Стой, мать твою! - Прокричал Учиха, видя, что человек собирается уходить. - Что ты собираешься де.. Внезапно земля ушла из-под него. Стук капель вмиг стих, а вся тьма начала собираться в одном месте. Бурные потоки боли, ненависти и страха ринулись к Саске, пленяя его в тугой комок. Тело зажало со всех сторон, дышать стало абсолютно нечем. Безумно хотелось закричать, но горло связало тугим узлом веревки, нити которой вонзались в плоть и заполняли внутренности до отказа. Перед глазами мельтешила тьма, Саске чувствовал, что сумасшествие происходящего накатывает огромными волнами. Еще немного и он закричит, еще немного… И вдруг все вмиг успокоилось. Он внезапно почувствовал, что летит в свободном падении с огромной высоты. «И почему я даже умереть спокойно не могу?» ********* «Проснись.» Саске резко открыл глаза и упёрся взглядом в потолок. Резкий вдох заставил легкие принять львиную долю кислорода, от которой сразу потемнело в глазах и заставило все тело содрогнуться в мучительном кашле. Учиха обхватил себя за плечи и завалился на бок, судорожно пытаясь восстановить дыхание. Голову неумолимо распирало от резкой смены давления. Казалось, что внутри его черепной коробки, будто в гробу, барахтался похороненный заживо, отчаянно ломая склеп изнутри. Тело била крупная дрожь, а с лица градом лился холодный пот, который сразу же испарялся на горящем огнем лице. Саске перекатился на спину и впился ногтями в пол, оставляя на прогнившем дереве глубокие царапины. Ему понадобилось достаточно времени, чтобы хоть как-то привести в порядок своё состояние, выровнять дыхание и с трудом встать на ноги. Подавляя явные рвотные порывы, он, опершись одной рукой о стену, кое-как добрался до единственного предмета мебели в помещении - маленькой табуретки. Саске медленно осел на шаткую рухлядь и сгорбился, запустив обе руки в торчащие в разные стороны на голове волосы. «Что черт возьми происходит?» Через некоторое время к нему полностью вернулось зрение и слух, и Учиха смог различать предметы, слышать звуки. Сперва он принял невыносимый звон в ушах за шум, издаваемый неким человеком, но быстро понял, что звук был лишь в его голове. В месте, где он оказался, было мертвецки тихо. Лишь кое-где поскрипывали старые доски да ветер колыхал протертые занавески на окнах. Это место было ему знакомо. Знакомо во всех известных смыслах. Бывшее поместье клана Учиха почти не изменилось с того дня, когда Саске в последний раз наведывался сюда. Разве что, стало немного чище, и можно было дышать, не боясь с каждым вздохом наглотаться многолетней пыли. Все тот же стол на полу, где в былые времена за обедом собиралась небольшая семья Саске, те же раздвижные двери с иероглифами и рисунками, за которыми Учиха прятался от отца, подслушивая его разговоры с матерью. Саске, как не странно, не испытал ничего, кроме мелкого удивления. Все воспоминания об этом месте он предпочёл держать глубоко в своей памяти, возвращаясь в них, разве что, во снах. Он развернул корпус в противоположное направление, не вставая со стула, и на глаза тут же попалось потемневшее от времени зеркало, в котором, как чёрные дыры зияли пустоты от выпавших осколков. Но больше всего его поразило увиденное в самóм предмете: черные, как смоль, волосы неразборчиво торчали в разные стороны, глаза сверкали неистовым блеском, а губы, все так же были поджаты в ровную усмешку, обозначающую отношение Саске ко всему в этом мире. Но все же — это был не он. Вернее он, но черты лица стали мягче, лицо приобрело розоватый оттенок, а впалые обычно щеки, выделялись пухлостью, присущей разве что детям. И правда - в зеркале он увидел самого себя, только лет на двадцать младше. Ошарашенный, он стоял, не понимая ровным словом ничего. Усталость и гнев внезапно взяли своё, и он, взмахнув рукой, впечатал кулак в дряхлые остатки зеркала. Кругом послышался звон падающих осколков, что при падении разбивались на ещё более мелкие. Звон немедленно отозвался в теле Саске неприятным покалыванием, словно эти осколки падали прямо сквозь него, по пути оставляя на внутренностях многочисленные царапины. Он немедленно прижал обе ладони к ушам, отсекая себя от слишком громкого шума, доставляющего немалую боль. Почему же именно это место? Что значили слова того парня? И что ему делать дальше? Саске посчитал, что было глупо искать ответы на вопросы в стенах этого места, где все ворошило его старые воспоминания и не давало сконцентрироваться ни минуты. Он был уверен, что галлюцинации в виде отражения, были лишь началом кошмара, который он мог испытать в этом доме в нынешнем своём состоянии. Резко встав на ноги, будто боясь передумать, он нетвердой походкой направился к выходу на улицу, где время, по-видимому, уже перевалило за полдень. ********* Жизнь в Конохе текла протяжно и лениво, словно ручьи талых снегов весной. Она, невидимыми потоками заполняла собой каждую улицу, затекала в мелкие трещины фундаментов зданий и окутывала деревню привычным коконом будней. Эта знакомая мелодия городских хлопот витала в воздухе, не смея давить на людей своей рутинностью - напротив, заботливо будя полу-спящие организмы людей мягко подталкивала их к началу нового дня. Все прохожие, словно кораблики, плыли в потоке их жизней, каждый - глубоко погружённый в свои мысли. Никто уж точно не замечал Наруто. Он - всегда одинокий, но никогда не унывающий, с поднятой вверх головой шагал навстречу людям, мелькая то тут, то там среди густой толпы. У Наруто была цель. Цель весьма внушительных размеров, что находилась на скале, где деревня брала своё начало. В народе, Деревню Скрытого Листа можно было охарактеризовать всего пятью словами: «В самом расцвете своих сил». Сейчас, современные по тем меркам технологии, только начали своё развитие, а город ещё не подвергся значительным разрушениям и войнам, не считая нападения девятихвостого. В тот злополучный день множество семей потеряли свои жилища, имущество и даже близких людей, которых в отличии от всего остального уже нельзя было вернуть. Однако, нынешнее поколение детей, в которое входил Наруто и многочисленные его ровесники из академии, разумеется, не успели застать подобное зрелище. Им было не за что держать обиду на Узумаки, испытывать злость или неприязнь, осознавая, что за тварь запечатана в солнечном ребёнке. Но также не составит труда догадаться, что в столь малом возрасте, родители, скорее всего, являются бесспорным авторитетом у детей, а им как раз удалось лицезреть силу девяти хвостов в полной мощи. Именно поэтому ровесники Наруто с детства переняли и отношение своих предков к мальчику. Сам же Наруто рос без родителей под опекунством нынешнего третьего хокаге - Сарутоби Хирузена. Несомненно, у главы деревни и так дел по самое горло, не говоря уже о заботе о жутко непоседливом мальчишке. У парня не было друзей, в школе его презирали, а из большинства магазинов прогоняли пинками. И ещё множество различных таких же людских поступков, что видимо идут в комплекте с каким-то могущественным хвостатым, заключённым без разрешения в его теле, Наруто удавалось терпеть каждый день. Надо сказать, что он всегда находил себе занятие и не унывал без повода. Все своё свободное время он либо бродил по малонаселенным улочкам, вызывая всеобщий гул перешёптываний, либо хулиганил. В последнем он определенно являлся прирождённым профессионалом: был горазд на любую проделку, хотя вряд ли это можно считать поводом для гордости. Наруто незаметно юркнул в переулок и дальше пошёл дворами, желая хоть сегодня скрыться от многочисленных взглядов, сопровождающих его всегда и везде. Когда он добрался до высеченных в скале Хокаге, уже был полдень, и лица шиноби отбрасывали на землю причудливые тени. Слишком чудные, чтобы этого не заметил Узумаки. «Нос старика Хирузена похож на огромное бревно, как у нас в академии,» - подумал Наруто и тихо рассмеялся. Он в несколько прыжков достиг головы четвёртого хокаге и лёг, свесив ноги, и тем самым будто закрывая шиноби глаза на происходящее в его деревне. Узумаки довольно часто бывал здесь. Чаще всего, конечно, либо пакостил, уродуя лица правителей разными рисунками, либо отбывал наказание, стирая то, что сам же и нарисовал. Сегодня ему не было дела до мелких шалостей и новых идей для исполнения своих представлений. Наруто наблюдал за деревней и ее жителями. Все знали Узумаки, но далеко не как хороший знак. «Они просто не понимают,» - твердил себе Наруто. «Я стану их хокаге, и люди признают меня, поймут, как ошибались.» - Эй ты! А ну спустись нахрен оттуда! Неужели ты снова вздумал осквернять великих хокаге своими убогими рисунками? ********* Саске брёл по улице, не имея особой цели или даже желания двигаться дальше. Кругом все кишело жизнью, воздух наполнялся самыми разнообразными голосами, но ему было просто невыносимо слышать людей сейчас. Воспалённый недавними событиями разум, наотрез отказывался пропускать ненужный гул толпы через себя, и уж тем более - его осмысливать. Вообще, Саске считал, что пытаться понять разговоры незнакомых людей - все равно бесполезно. Ты будто лезешь в чужие мысли, а они даже не догадываются, что были подслушаны. Ты можешь чувствовать мысленное превосходство, ведь они не имеют ни малейшего понятия о том, кто ты такой и как проживаешь эту жизнь, а ты - наоборот, уже успел составить некоторое мнение о них по случайно услышанному разговору. А затем ты проходишь мимо, и сразу же забываешь разговор посторонних, ведь что интересного в чужих жизнях, когда и в своей то не всегда разберёшься? Солнечные лучи нагрели асфальт до такой степени, что отражаясь от земной поверхности, исходили в воздух горячими потоками. Они укутали Учиху в толстое пуховое одеяло, медленно снимая озноб, позволяя телу хоть как-то передвигать окоченевшие конечности. Было приятно, и Саске чувствовал заботу родной природы, которую всегда отвергал и от которой всегда бежал. Учиха все ещё находился глубоко в своих мыслях, когда до него донёсся еле различимый издалека крик: - Эй ты! А ну спустись нахрен оттуда! Неужели ты снова вздумал осквернять великих хокаге своими убогими рисунками? Кричащий явно находился вне себя от ярости, причём ярость эта, вне сомнений, была на кого-то направлена. Саске, которому продолжительная прогулка помогла более-менее очистить разум от навязчивых мыслей, тут же сосредоточился на звуке голоса и начал двигаться в нужном направлении. Долго искать ему не пришлось - пройдя пару десятков метров, он обнаружил себя стоящим напротив огромной скалы, где были с поразительной точностью вырезаны портреты всех хокаге. На этой скале их было всего четверо, и Учиха сразу же впился взглядом в место, где должен был находиться портрет его лучшего друга - седьмого хокаге. «Какого хрена?» - Саске прошёлся глазами по ещё двум пустующим местам на скале и точно убедился, что хокаге всего четверо. Ни Цунаде, ни Какаши не было и в помине. - Слезай немедленно, пока булыжники в тебя не полетели! Голос будто пробудил Саске ото сна. Он увидел на голове четвёртого хокаге маленького мальчика, что смотрел на толпу, собравшуюся внизу, совершенно потерянным взглядом. - Я же ничего не сделал! - отчаянно пытался он доказать что-то разъяренному старику, что грозился ранее бросать в него камнями, если не слезет. - И вообще, какое вам дело, где я нахожусь?! Это свободная деревня, каждый может сидеть, где захочет! Морщинистое лицо старика исказила гримаса ярости, делая и без того некрасивое лицо буквально страшным. - Ты уже не один раз доказывал всем нам, что ничего больше не умеешь кроме как все портить! Не ты ли на прошлой неделе изрисовал лица хокаге до неузнаваемости? Мало ещё ни на что не годишься, так ещё и грубить мне вздумал?! Толпа поддержала говорящего возмущёнными выкриками. Мальчик, стоящий на скале, резко изменился в лице. Его растерянность будто подпитывала гневную толпу, и кто-то, несдержанной рукой, все же поднял с дороги камень. Воздух разрезало резким свистом летящего предмета, но Саске оказался быстрее. Через силу превозмогая тяжесть своего состояния, он в момент оказался перед ребёнком и поймал летящий камень. - Ты в порядке? - обратился он к спасённому. Мальчик лишь потрясенно взирал на Учиху, а затем внезапно разразился гневом. - Эй, ты! Я вообще-то не просил себя спасать! Я вполне могу о себе позаботиться! Саске насмешливо выгнул бровь и хотел было что-то сказать, как из толпы вдруг послышались тихие шепотки. - Это же последний отпрыск Учих? - Я слышал, что его семья погибла! - И почему он вдруг вступился за этого оборванца? Саске гневно повернулся в сторону собравшегося народа. - Говорите такое в моем присутствие? Вам действительно смелости не занимать. Люди мгновенно затихли, будто устыдившись чего-то, и принялись расходиться. Саске с облегчением выдохнул, развернулся и понял причину потери интереса людей. Белобрысого пацана и след простыл. ********* Учиха летел невидимой тенью по городским улицам. Из его пытливого ума никак не выходил маленький безобразник, что стоял на скале и с поднятой головой терпел унижения. Ребёнок мгновенно притянул все внимание Саске, заставляя только гадать, кто он такой, и какое прошлое скрывает его биография. Учиха видел мальчика впервые, но в то же время очень много знакомого до дрожи было в его внешнем виде, характере, поведении. Ребёнок словно скрывал что-то, неведомое другим. Он, будто прикидывался наивным дураком, а глубоко в воспоминаниях хранил то, чего не знали все. Он проявлял снисхождение к людям, которые были не способны проявить снисхождение к нему. Саске одну за другой осматривал шумные улицы, отметая возможные варианты местонахождение ребёнка. Он передвигался по крышам домов, перепрыгивал с шатких карнизов на подоконники и ни минуты не сводил взгляда с лиц людей. Он обнаружил свою цель так же внезапно, как и в прошлый раз. Белобрысый юнец бодрой походкой шагал по самой оживленной улице. Он выглядел по-детски восторженным, а на лице не было и тени растерянности, что промелькнула в его взгляде там, у скалы. От взгляда Учихи не укрылось, как люди, заметив лохматого мальчика, идущего рядом, спешили перейти на противоположную сторону дороги, хватали детей за руку и вели в другую сторону. Внезапно мальчик остановился как вкопанный возле какой-то лавки. Саске пригляделся, чтобы увидеть содержимое магазина. Ему с крыши открывался обширный вид на переполненные прилавки с игрушками, цветными сладостями и одеждой на любой вкус. Но было видно, что белобрысого паренька не интересовало ничего из этого. В самом сердце прилавка на подвесной полке стояли маски с изображением разных животных. Любой житель Конохи всегда узнаёт эти маски из тысячи - то были маски Анбу, специального отряда высококвалифицированных ниндзя. Неудивительно, что каждому ребёнку хотелось иметь такую в виде игрушки, чтобы играть, воображая, что они ведут свой отряд на секретную миссию. Этот ребёнок не был исключением. Он восхищенно таращился на маски, чем привлёк внимание крикливого продавца. - Чего смотришь? Что тебе здесь нужно? - закричал мужчина. Саске догадался, что любое появление этого мальчика влечёт за собой поток ругани и насмешек в его сторону, но пока не понял причину. Он был изгоем по неясной причине, маленькой травинкой в кусте камышей. «Кто же ты?» ********* Наруто силой выдернуло из мира фантазий. Крики и ругань ему приходилось выслушивать изо дня в день, поэтому он не растерялся и взглянул продавцу прямо в глаза. - Я хочу вон ту маску, —сказал он и ткнул пальцем куда-то за спину разъяренного продавца. Продавец, едва встретившись взглядом с глубокими голубыми глазами ребёнка, отвернул голову в сторону. Мужчина испытал что-то странное, не похожее ни на что другое, и это не укрылось от Наруто. Страх. Люди всегда испытывали его, когда рядом появлялся Наруто. Каждый день он видел на лицах много эмоций, связанных с его появлением: жалость, гнев, омерзение - но именно страх преобладал над ними всеми. - Забирай, коль хочешь! Забирай и уходи, чтобы я больше здесь тебя не видел! - с этими словами продавец резким движением снял с полки маску и запустил ей в Наруто. Не ожидавший такого выпада, Узумаки покачнулся, и упал прямиком на пыльную обочину. Народ, что собрался поглазеть на очередное представление с его участием, стоял молча. В их лицах он не прочёл ни грамма сочувствия. Они все стояли и смотрели, как продавец грубо отругал ребёнка и тот теперь валяется в грязи. Ни один даже не шелохнулся, чтобы помочь Наруто. «Змеи. Чертовы змеи» - пронеслось у него в голове. Он и сам удивился такой мысли, но правда никогда не бывает сладка. Видя, что малец не уходит, продавец рассердится ещё сильнее. - Вон! Вон отсюда! Возвращайся туда, откуда пришёл, чудовище! Толпа согласно зашипела. Прежде, чем кто-то успел замахнуться, на землю спустилась иссиня чёрная тень и схватила Узумаки за ладонь, увлекая куда-то в сторону. Наруто, который только открыл рот, чтобы по привычке осадить смеющуюся толпу, обнаружил себя в совершенно другом месте. Он повернул голову, взглянуть на непрошеного спасителя, только чтобы обнаружить Саске. - «Опять ты?» —гневно спросил он. - Какого ты лезешь в мои дела? Телохранителем моим заделался? Или просто хочешь показать своё превосходство? - Ни то, ни другое, - спокойно сказал Учиха. Он смерил Наруто долгим взглядом, и тому стало не по себе. - Ну тогда какого хрена ты за мной таскаешься? Я могу сам за себя ответить! - Наруто сделал глубокий вдох, готовясь к очередному выпаду, но его оборвал на полуслове знакомый голос. - Наруто! Что ты опять устроил? Снова безобразничаешь? А ну быстро сюда! - голос Ируки сенсея звучал строго, как никогда. - Черт, - Наруто быстро выбрал направление для бегства и рванул, что было сил. - С тобой я ещё разберусь! -крикнул он Саске на ходу и рванул что есть силы, уже не оборачиваясь. ********* Он убежал. Саске стоял на месте, но казалось, что землю вырвали из-под ног и придавили ей сверху. «Наруто.» Характер, опаснее подожженного пороха, бросающие вызов голубые глаза и едва заметные шрамы на щеках — все это хорошо было знакомо Саске. Наруто здесь был ещё совсем ребёнком, но был неописуемо похож на того Наруто, которого Учиха видел перед самой смертью. Пазл в горящей голове мгновенно сложился вместе. Он попал в прошлое. В прошлое, где и он и Наруто были всего лишь детьми, где не произошло еще совершенно ничего, что пережили они в будущем. Тут никто ни разу не видел черно-красных плащей, развевающихся на ветру, никто не терял близких на великой войне против своих же. И Саске не показалось тогда в зеркале, что его отражение намного младше, чем должно быть. Он стал ребёнком. Ребёнком, что знает все наперёд и может исправить все, что натворил в прошлой жизни. Смысл слов, сказанных тем странным человеком в его разуме, постепенно доходил до Саске. Он представлял, даже знал, что должен делать дальше. Собравшись с духом, он сдвинул налившиеся металлом ноги и медленно зашагал прочь. Долгий день близился к концу, но жизнь то только начиналась, не так ли? ********* Озеро окрасилось полноценной палитрой закатного неба. Блики на спокойной глади воды размывали отражающиеся краски, смешивали их и заставляли причудливо переливаться в лучах закатного солнца. Резвые волнушки заигрывали друг с другом, медленно двигаясь по воле ветра в направлении берега. Они то поднимались над водой, то вновь падали, обгоняя друг друга в неспешной гонке, и в конце концов, достигали берега, облизывали гладкую гальку и растворялись на глазах облачком пушистой пены. Саске сидел на деревянном пирсе и со скукой во взгляде наблюдал за удивительной картиной вокруг себя. Саске не знал, что делать дальше, ради чего его призвали в этот мир проживать ещё одну жизнь. Возможно, конец наступает, когда ты начинаешь наслаждаться окружающим миром. Мы все слишком зациклены на людях и событиях и редко замечаем красоту снаружи кокона обыденности. Когда вокруг не остаётся никого и ничего, не остаётся ничего, кроме как наблюдать за миром. Он резко повернул голову назад. Учиха прекрасно знал, кто сейчас наблюдает за ним с холма за озером. Когда-то, они с Наруто были слишком эгоистичны и горделивы, чтобы помочь друг другу выжить в этом мире, но раз уж ему был дан второй шанс, он намеревался исправить хотя бы эту ошибку. Он хотел присмотреть за своим другом, избавиться от их бессмысленной вражды. Их взгляды встретились: резкий, наполненный гордостью и детской нерешительностью взгляд Наруто и глубокий, не по-детски взрослый взгляд Саске. Последний вдруг открыл рот и вопреки всем ожиданиям Наруто все-таки заговорил: - Привет, Наруто.