Проклятье Ведьмы Пустоши

      День закончился ужасно. Когда Драко отправился за сестрой, чтобы проводить её домой, у него жутко ломило колени, а голова гудела похуже, чем после выпитого в пятнадцать лет алкоголя на семейном празднике. Он очень устал уже тогда, когда дошел до кондитерской, а ему еще предстоял путь обратно.       — Драко, что с тобой? — взволнованно спросила Пэнси. — Тебе плохо?       — Нет, вроде все хорошо, просто… устал, — отмахнулся парень, но его ответ звучал вопросительно, ведь он сам не был уверен в том, что с ним происходит.       Его сестра видела какие-то странные изменения в нем, поэтому поотмахиаясь еще пару раз от её вопросов, Драко все же пришлось отвечать на её вопросы, и, конечно же, рассказать о встрече со странной молодой колдуньей и Ведьмой Пустоши. Девушка была ужасно напугана, но и раздражена, а все потому, что парень сразу не сказал ей об этой встречи. Возможно, останься он в лавке Розмерты подольше, никакая ведьма не стала бы нести чушь с просьбой передать привет сердцеедке Хаул.       — Драко, — помолчав немного, спросила Пэнси. — А она тебе не заколдовала случаем?       — Не знаю, — решив не врать, отозвался он. — Она что-то сделала, но кроме неприятного жара я ничего не почувствовал.       Пэнси старалась не паниковать, но… выходило из рук вон плохо. Оставалось лишь одно — ждать, чем, собственно брат с сестрой и занялись, решив лечь спать и подумать об этом утром.       И на следующее утро Драко почувствовал весь ужас колдовства Ведьмы. Колени не сгибались, а если ему все же удалось их согнуть, то не разгибались обратно, спина болела нещадно, как будто его весь вечер лупили палками, все кости будто бы надломились, а сам парень стал ниже. Одежда, в которой он спал, оказалась ему велика, потому что с тела как будто бы пропали все мышцы.       Драко превратился в ссохшегося старика с болями во всем теле.       И понял он это, когда с трудом поднялся с постели и посмотрел в зеркало. Седые волосы, которые остались той же длины, но будто бы поредели, лицо в глубоких морщинах, словно маска треснула, и полусогнутая спина, выпрямить которую он не мог из-за пронзающей боли. Парень, точнее, уже старик, не знал, что делать. Он не хотел, чтобы таким его видели сестра и мачеха. И знал, куда пойти, чтобы снять это заклинание.       Ведьма Пустоши просила передать привет… Значит, его путь лежит к Ходячему замку, сегодня расположившемуся на пологих холмах и выпускающему из кучи своих труб черные клубы дыма. Ему предстоит познакомиться с Хаул и объяснить причину появления, но Драко еще не знал всех тонкостей этого гадкого колдовства.       «Пэнси, сестренка, прости, что вот так исчезаю. Но у меня есть причина. Ведьма все же меня заколдовала, я превратился в дряхлого старика, который даже ногами с трудом передвигает. Поэтому я отправляюсь к Хаул, чтобы она нашла способ снять с меня проклятье. Не знаю, вернусь ли живым и молодым, но прошу об одном: продолжай работать, не выходи замуж и копи на мечту. Ты должна её исполнить, ты должна выучиться магии и путешествовать вместе с Тео. Твой брат».       Драко подслеповато уставился в пергамент, где только что писал, и тут же вытаращил глаза. Прямо наяву некоторые слова стирались с бумаги, оставляя после себя идеально белые пробелы без единого напоминания о том, что только что тут хоть что-то было написано.       «Пэнси, сестренка, прости, что вот так исчезаю. Я отправляюсь к Хаул. Не знаю, вернусь ли живым, но прошу об одном: продолжай работать, не выходи замуж и копи на мечту. Ты должна её исполнить, ты должна выучиться магии и путешествовать вместе с Тео. Твой брат».       Он еще несколько раз попытался добавить слова про проклятье, но ничего не вышло, а солнце уже поднималось над горизонтом, нужно было уходить. Драко прекрасно знал, что ни Пэнси, ни мачеха не пустят его даже в сторону замка, а уж тем более на порог к самой Хаул, кем бы они ни была, поэтому ему нужно было, собрав всю волю и старческие силы в кулак, сбежать до их пробуждения. Собрав небольшую сумку, которую он кое-как смог взгромоздить на спину на манер рюкзака, он покинул свой родной дом и отправился, судя по всему, на верную смерть. Одно утешало — по рассказам чародейка предпочитала поедать только молодые сердца, а рад он теперь развалина — ему ничего не грозит.       Его путь был долгим и сложным. В своем молодом теле он наверняка добежал бы до замка за час или максимум полтора, но сейчас ему понадобилось два только для того, чтобы пересечь границу Маркет-Чиппинга. У Драко ужасно болела спина, словно должна была вот-вот надломиться и выстрелить радикулитной болью прямо в позвоночник, а колени скрипели под весом сухощавого тела так, будто дверные петли, которые не смазывали уже лет десять.       Он причитал о своей проблеме, теперь ужасно сочувствуя всем старикам, которых он знал, ведь теперь он прекрасно понимал, как им тяжело проживать день за днем. Рюкзак давил ему на плечи, совсем не помогая, а будто придавливая к земле. И тогда у него родилась идея — найти хорошую палку и использовать ее, как трость, но как назло ничего подходящего не было на ближайшие миль пять. Кроме, разве что, пугала, которое отчего-то стояло в скалистый местности, где на те же пять миль в радиусе не было ни единого поля, которое стоило бы охранять.       — Откуда ты тут, репка, — вздохнув, спросил Драко у пугала. — Тебя бросили?       Ответом ему была тишина, но… ненадолго. Как только он взялся за палку, которое было подобием ног чучела, то шевельнулось, заставив старика отпрянуть. Оно дергалось, не в состоянии выбраться из ловушки, в которую умудрилось попасть, — черенок зажало между двух камней. Драко хватило двух секунд, чтобы понять это, а после он схватился за снова и кое-как вытащил пугало из ловушки.       — Вот, так-то лучше, репка, — он усмехнулся и отряхнул руки. — Теперь ты можешь идти по своим делам.       Однако чучело осталось стоять на камне и слегка покачиваясь. Оно не хотело уходить, но старику нужно было идти, иначе сумерки грозились спуститься раньше, чем он доберется до замка, который, к его несказанному счастью, сегодня никуда не шел.       — Что же, ты хочешь пойти со мной? — удивлённо спросил он. — Ну… Я не против, репка. Идем, — Драко переступил с одного камня на другой и спросил: — Тебя ведь тоже заколдовали, да? Тогда попробуем упросить Хаул, чтобы она нас с тобой расколдовала. Вот окажется еще, что ты принц, вот смеху будет!       Вот так дряхлый старик и странное пугало добирались до замка колдуньи, которая ест мужские сердца, но им ничего не оставалось, по крайней мере, Драко, который надеялся найти спасение у Хаул.       Когда они дошли до двери, на скалы, как и на Маркет-Чиппинг, уже спустилась ночь, которую сопровождал отвратительно холодный дождь. Драко так боялся простудиться, ведь его новое тело могло просто-напросить не справиться с болезнью, что под конец дороги он уже бежал во все свои старческие силы. Когда он забарабанил, двери ему открыл милый мальчонка, который явно надеялся увидеть кого-то другого.       — Вы кто? — спросил он, испуганно озираясь. — Вам нельзя сюда! Уходите.       — И что же ты, парнишка, выставишь под дождь старика? — надломившимся от усталости и холода голосом спросил он.       — Вы не понимаете, сюда правда нельзя! Она будет злиться, — шепотом добавил мальчик.       — Мне всего лишь отогреться и переждать дождь, а потом я уйду, — солгал старик, но на что не пойдешь ради цели, которая могла спасти ему жизнь.       — Ладно, — он все же пропустил деда в замок, спасая его от непогоды и ночи.