By The Riverbank

В лесу, у сверкающей реки, стояло святилище. Шестнадцатилетний Тодороки Энджи сидел на берегу, глядя в мерцающую воду, которая походила на шелковую ленту небесно-голубого цвета, оставленную на земле. Вода была прозрачной, и он видел небольших рыбок, которые плавали весело, пробираясь между трещинами в камнях и перекатываясь через гладкие гальки, чтобы поживиться водорослями. День был тёплым, но полуденная жара уже уступила место весеннему ветру. В воздухе витал сладкий аромат цветущих деревьев, а вокруг шелестели листья. Это место было пропитано тишиной и спокойствием. Эта часть гор принадлежала его деду с бабушкой, и Энджи часто приезжал сюда для тренировок. Его причуда могла быть разрушительной, даже если он проявлял осторожность, поэтому было лучше находить уединённые места, где никто не пострадает, прежде чем пробовать новые приёмы. Но сегодня он пришёл сюда не для тренировок. Энджи смотрел на своё отражение в воде. Ярко-рыжие волосы и глаза цвета сверкающей молнии. Он не считал своё лицо особенно угрожающим. Хотя, возможно, оно таким и было, просто он не обращал на это внимания. На самом деле ему казалось, что он всё ещё выглядит довольно щуплым. Он был поздно взрослеющим, и период полового созревания ещё не завершился. Он опустил пальцы в воду, почувствовав, как течение обвивает их, словно пытаясь затянуть под поверхность. Вдруг его руку крепко сжала другая. — Лорд Аракава… — почти беззвучно выдохнул Энджи, ощутив, как вода обретает плотную форму. Холодные и крепкие пальцы сомкнулись с его, и река перед ним забурлила, принимая очертания мужчины, полуприсевшего на мелководье. Его глаза были золотыми, как солнце, а кожа бледно-голубой. Его длинные и заострённые уши напоминали эльфийские из западных сказок, а рост был внушительным. Лорд Аракава носил тёмно-синее традиционное кимоно, хотя один рукав был небрежно сброшен, как у самураев древности. Мощные мышцы подчёркивали силу его тела. Белые волосы, зачесанные назад, обрамляли красивое лицо с чуть поджатыми губами, которые, казалось, навсегда застыли в строгой линии. По его торсу и плечам, начиная от шеи, расходились абстрактные узоры, похожие на разлитую тушь. — Ты пришёл не в своё обычное время для тренировок, — заговорил хранитель реки глубоким, бархатным голосом. Встав во весь рост, Лорд Аракава отпустил руку Энджи и сел рядом с ним на крупный камень. От него пахло рекой, с лёгким солоноватым оттенком, напоминающим о море. Река Аракава была не просто потоком воды. Она начиналась в горах Кобуси и протекала через большую часть Японии, разветвляясь на множество ручьёв, прежде чем слиться с заливом Эдо и встретиться с океаном. — Сегодня школы закрыты, — объяснил Энджи, вынимая золотую медаль. — Я занял первое место на школьном спортивном фестивале. Его уши слегка порозовели от смущения. В его голосе прозвучало детское нетерпение, будто он всё ещё был мальчишкой, жаждущим похвалы. Лорд Аракава постучал Энджи по лбу своим веером из бумаги и дерева. Это было не то словесное одобрение, которого так жаждал Энджи, но всё равно приятно. Он понимал, что его достижения вряд ли казались чем-то значительным в глазах древнего существа. Лорд Аракава жил сотни лет, хотя большую часть времени провёл в сне. Раненый в давней битве, он спал до недавних пор, пока огонь Энджи не потревожил его долгие сны. В тот день Энджи был особенно не в духе, и его пламя едва не охватило деревья. — Река Аракава не пересохнет даже без твоих нескольких капель слёз, смертный мальчик. Но твой огонь приносит неудобства тем, кто зависит от этих вод. Энджи никогда прежде не видел ничего столь величественного. Лорд Аракава не был королём, но от него исходила неописуемая аура силы и недосягаемости. Это было совсем не похоже на то, как он смотрел на героев по телевизору или на своих учителей во время работы. Перед ним стоял защитник. Хранитель реки воплощал всё, что Энджи находил невероятным. Он слышал истории от местных старожилов и видел заброшенное святилище в горах. Тогда он не придавал этому значения, но, осознав, что Лорд Аракава реален, Энджи увлёкся сверхъестественными легендами. Говорили, что Лорд Аракава был жесток и вспыльчив, чудовище, которое отказалось от своего имени, чтобы полностью посвятить себя защите этих вод. В древности люди почитали его как божество и молились о его благословении. Со временем Энджи узнал больше о речном боге от маленьких духов, живущих вдоль рек. Он даже не знал, что у камней и листьев есть души. Существа, обитающие в воде и земле, не были людьми, но они смеялись и плакали так же, как и люди. Эти духи рассказывали ему о мире ёкаев и демонов, о давно забытых людскими сердцами сказаниях и о культуре монстров, столь похожей и одновременно столь отличной от человеческой. Люди и ёкаи делили одну землю, но их миры оставались разными. Лорд Аракава сражался за все живые существа в своём домене, поддерживая мир, пока вода реки продолжала течь. Он поступал, как считал нужным, но именно благодаря ему духи могли жить, свободные от вмешательства людей. Энджи был очарован историей героя, чья слава не была построена на рекламных щитах и улыбках перед камерой. Ему понравились речной бог и духи. Лорд Аракава только недавно пробудился, и, хотя ёкаи уже нашли свой способ существования в этом мире, они по-прежнему держались подальше от людей. Энджи стал рассказывать Лорду Аракава о современном обществе, приносил ему книги и объяснял достижения технологии. Энджи хотел быть как Лорд Аракава. Сильным и выносливым, маяком надежды, который стоит высоко и никогда не падает. Он хотел обладать уверенностью Лорда Аракавы, который мог заявить о себе как о властелине бурных вод с такой яркой решимостью, что даже земля и море склонялись перед его словами. Герой никогда не падает. — О чём ты задумался? — голос ёкая вырвал Энджи из размышлений. — Задумчивость на поле боя может стоить тебе жизни. — Но я ведь не на поле боя, — возразил Энджи. — Но учту это. Лорд Аракава был мудр благодаря своей долгой жизни. Энджи считал, что, если он хочет стать сильнее, ему следует прислушиваться к советам хранителя реки. Самообладание, сила воли и упорные тренировки... Лорд Аракава стал героем не потому, что позировал перед фанатами, а потому, что был силён и защищал свой дом от зла. Если Энджи сделает то же самое, он вскоре станет величайшим героем. В этом Энджи был уверен. — Я… скоро стану лицензированным героем, — тихо произнёс он после короткой паузы. Два года ничего не значили для существа, которое могло жить сотни лет. Лорд Аракава как-то выразил удивление тем, что в нынешние времена люди считают необходимым получить бумажку, чтобы быть героем. На это Энджи никогда не мог дать достойный ответ. — Когда я стану знаменитым, я построю здесь храм для тебя. Вместо этого старого, сгнившего. Он мог бы попросить помощи у родителей, но не хотел этого. Казалось… менее искренним, если он не сможет сделать подношение своими силами. Ёкай удивлённо поднял бровь: — Храм для меня? — Ты герой Аракавы. Думаю, ты заслуживаешь святилище, — серьёзно ответил Энджи. Он знал, что в некоторых частях Японии ещё сохранились легенды о Лорде Аракаве, но для большинства они превратились просто в сказки. Люди утратили уважение к природе, а важность сверхъестественного давно исчезла из их жизней. Хотя храмы и религии всё ещё существовали, вера уже не занимала центрального места в сердцах людей. — Аракава принадлежит тебе, и я хочу, чтобы все об этом знали. Пусть большинство людей посчитает это шуткой или какой-то фальшивой религиозной выходкой для публики, Энджи всё равно хотел, чтобы они узнали историю Лорда Аракавы. Историю, подобную его, эпос о настоящем герое нельзя позволить унести течению времени. Люди обретали процветание под его защитой, они не должны быть неблагодарными и забывать того, кто оберегал их покой задолго до того, как появились понятия «герои» и «злодеи». — Герой — это больше, чем просто титул, мальчик. Я не стал тем, кем я являюсь, ради богатства или славы, — Лорд Аракава покачал головой и встал. — Я смотрю за этими водами, но не считаю их своей собственностью и не стремлюсь править. К тому же, я ёкай, а не чей-то бог. Энджи увидел, как из реки выпрыгивают маленькие прозрачные рыбки, сверкающие на свету. Они плавали вокруг них, словно водяные искры. Протянув руку, он почувствовал, как рыбы проходят сквозь его пальцы. Это были духи воды, крошечные и хрупкие, но невероятно красивые. Этот лес был живым, и Энджи почувствовал лёгкую грусть от того, что раньше этого не замечал. С тех пор, как он узнал о существовании духов, он всегда был особенно осторожен в выборе места для тренировок. — Разве тебе не нужны последователи и их вера? — спросил Энджи. В книгах всегда писали, что бессмертные и монстры теряли свою силу, становясь всё слабее и слабее, как только люди переставали помнить о них. По словам мелких ёкаев, в древности существовало множество могущественных существ, способных соперничать с Лордом Аракавой. Но теперь о многих из них не было слышно уже долгие века. На лицо Энджи брызнула струя воды, выброшенная из реки. Прежде чем он успел что-либо сказать, рука Лорда Аракавы опустилась ему на голову. Его кожа была прохладной, но этот контраст казался приятным, ведь из-за своей причуды тело Энджи всегда оставалось тёплым. Выражение лица хранителя реки было серьёзным, но уголки его губ едва заметно дрогнули в подобии улыбки, когда он поднял Энджи и опустил его в реку. Ноги Энджи коснулись поверхности воды, но он не промок. Вода откликнулась на его прикосновение, расходясь кругами, когда он осторожно сделал шаг вперёд. Вода ожила: маленькие столбики поднимались вверх, противореча законам гравитации, и извивались вокруг Энджи, словно змеи. Двигая руками и ногами, чтобы избежать их прикосновений, он внезапно понял, что танцует. Его движения стали частью танца, вплетённого в живой поток реки. Из глубин вод что-то блеснуло — чешуйки всех цветов радуги. Ёкаи с жабрами и острыми зубами высовывали головы из реки, наблюдая за ним. Листья деревьев на берегу зашуршали, и Энджи ощутил, будто вся гора прислушивается, когда рука Лорда Аракавы легла на рукоять меча. — Я, может, и был в спячке, но я не настолько слаб, чтобы нуждаться в помощи ребёнка, чтобы разделить своё бремя, — голос синекожего ёкая звучал гордо. Энджи подумал, что Лорд Аракава сияет, словно жемчужина, поднятая со дна самого глубокого океана и обнажённая под солнечными лучами. — Я — Лорд Аракава, и моя обязанность — защищать эти воды и тех, кто живёт в них, всем, что у меня есть. Именно для этого и был выкован мой меч. Этот мир — желание всей Аракавы! Пока я стою здесь, ничто не сможет нарушить спокойствие этих вод! Лес и река отозвались на клятву своего хранителя. Энджи смотрел на ёкая, который превзошёл время и пространство. Вот каким должен быть герой. Тот, кто не просит ничего взамен, но готов отдать всё за то, во что он верит. Душа, полагающаяся на себя, а не на поверхностную славу или титулы, которые могут дать другие. Подросток ощутил внутри себя новое, неизведанное тепло. Оно не походило на пламя, которое он чувствовал при использовании своей силы, но горело ещё жарче. Он хотел защищать Аракаву. И реку, и её хранителя. Даже если он всего лишь смертный, даже если он не сможет сравниться с могуществом монстров из мифов… он хотел внести свой вклад. Лорд Аракава защищал всех. Он был строгим, иногда немного резким и отчуждённым, но он относился ко всем на своей земле одинаково. Энджи видел, как он выслушивал тревоги духов ветра, помогал ёкаям убрать валун, перекрывавший поток воды, и патрулировал реку до самого побережья. Он тренировался усердно, даже несмотря на то, что, вероятно, уже не было никого, кто мог бы составить ему равного в силе. Но у Лорда Аракавы было сердце, широкое, как залив. Он мог принять свои недостатки и признавал, что у него есть пределы. Для Лорда Аракавы сила не измерялась количеством званий или рангами. В каком-то смысле это заставляло Энджи чувствовать себя одновременно немного смущённым и завистливым, но ещё больше — маленьким и незначительным. Ведь он действительно был ничем по сравнению с природой и всеми её творениями, не так ли? Существовали миры, которые смертный разум даже представить не мог, и пределы, которые оставались недостижимыми даже для лучших из людей. Но всё в этом мире имело своё место. Сильные и слабые, большие и малые… все они существовали с какой-то целью, занимали свою нишу. Энджи был ещё молод, но в тот момент он почувствовал, что нашёл своё предназначение. Назовите это безумием или скажите, что он просто переоценил свои силы, но он бросился на Лорда Аракаву. Нечеловеческий страж реки поймал его, легко подняв одной рукой и перекинув через плечо, словно мешок картошки. Струя воды взметнулась из реки и ударила Энджи в лицо. — Эй! Прекрати меня обрызгивать! — выкрикнул Энджи, но в его голосе было больше смеха, чем возмущения. Они двигались вперёд, углубляясь в воды реки, пока Лорд Аракава не скинул его в воду, позволяя прохладной реке окатить юношу. — Я уже говорил тебе, что на поле боя задумчивость может стоить жизни, — произнёс Лорд Аракава, глядя на него сверху вниз с полуулыбкой. Вода вокруг ожила, и другие духи реки, похожие на русалок, начали приближаться. — Тебе ещё многому нужно научиться. Искры огня вспыхнули на концах волос Энджи, но тут же погасли, когда русалки вылили на него ещё воды. Они оставили на его шее ожерелье, сделанное из раковин, полупрозрачных камней и жемчуга, весело хихикая. Эти существа тоже были частью тех, кого он должен был защищать. Монстры или нет, они принадлежали Аракаве. Энджи хотел стать героем, который сможет сам защищать границы, чтобы владыка этих земель оставался свободным, продолжая оберегать любимую реку Аракава, не беспокоясь слишком сильно о людях. Что касается святилища, ну, он всегда мог бы устроить небольшое, только для себя и для того, чтобы предоставить укрытие мелким духам, где они могли бы отдыхать в жаркий день. Лорду Аракаве это, безусловно, не было бы в тягость, если бы только оно не нанесло ущерба окружающей среде.