Onmyoji / NetEase Games / Мобильная игра, 2016

Вернув себе второе «я», Цукуеми впервые за тысячи лет чувствует себя свободным. Части его души все еще плохо стыкуются, у воспоминаний слишком острые края, но с этим могут помочь время и… покой. Но может ли кто-то вроде Злого Бога Лжи обрести покой? Когда даже затерявшись среди смертных в женской форме, он все еще сталкивается со своим бывшим учеником. Может, сперва стоит поставить точки во всех чувствах, что бывший Бог Пророчеств когда-либо испытывал? И в отношениях.

Пускай никто не согласится, но Цукиеми умеет отпускать. Когда-то он любил Аматэрасу, но больше не любит. Когда-то ему нравилось быть Богом Пророчеств, но больше не нужно. Когда-то он хотел, чтобы его правду услышали... Что ж, возможно, в этом и была самая главная ложь. Иногда слова, которые мы хотим услышать, не те, о которых мы думаем.

Тот, кто не был заперт, никогда не поймет, насколько ценна свобода. Как оказалось, Орочи любит мир больше, чем он сам думал. Или четыре сезона, пять стадий и одна тысяча лет, похожая на кошмар.

Однажды жил мальчик с волосами цвета пламени и глазами, сверкающими, как молния. Он жаждал силы, стремился к власти и признанию, пока эта погоня за невозможным не стала его одержимостью. Упрямый, как бык, и с вспыльчивым характером, он поддался своим желаниям и ослеп к страданиям окружающих, преследуя мечту о могуществе и славе. Но это не его история. Это рассказ о мальчике, который тоже искал силы, но у забытого всеми берега реки увидел иной путь. Знания об игре Onmyoji не обязательно.

Запястья Ибараки были связаны веревками, которые он мог разорвать одним щелчком пальцев.

— Сусаноо... Ты все ещё не понял? В каждом мире... — Он сжал его челюсть крепче, что казалась она должна сломаться. — В каждом чертовом мире я убью тебя.

Сборник коротких драбблов на любой вкус и цвет.

Она боялась видеть своего родного тирана с такой хитрой улыбкой и горящими от злости глазами. Она ничего не сделала, но была готова получить наказание.

Бог Войны и Змеиный Бог, живущие вместе в одной квартире, зрелище невозможное, казалось бы, но реальное. Или в битве после Страшного Суда, устроенного Орочи, Сусаноо не появился. Они встретились лишь спустя сотни лет в современности. [– Та-ак скучно, – говорит Орочи, появляясь в жизни Сусаноо вновь, и, наверное, задается целью исправить этот факт.]

Белый пушистый шарик, сопровождающий Ибараки, имеет общие с ним интересы. В частности, по отношению к повелителю ёкай горы Оэ.

Тайшакутен уже давно представлял их встречу с Асурой. Долгожданная встреча героя с тираном, что, наконец, вернет мир и процветание, даст начало новой Вселенной, перезапишет историю.

И только спустя тысячу лет он скажет сам себе: – Ямата-но Орочи, ты старая, но глупая змея. Ты ведь знал, что «любовь» может случиться даже с тобой.

Сегодня 31 декабря. Мне кажется, что моё лицо на самом деле не моё. Меня пугает это. Странно.

Тайшакутен не уверен в том, что он абсолютно трезв. Перед глазами все плывёт, и ему до одури жарко.

Если бы кто-то спросил Богиню-Императрицу, жалеет ли она, что создала Злых Богов, она бы сказала… нет, не жалеет. Никто не додумался спросить.

Куса и Ибараки сплетничают о всяком.

В самом начале, когда Асура только попал в лагерь Крыльев, он очень удивился, что кто-то доверяет бытовую работу Тайшакутену. Две мысли, которые очень долго крутились у него в голове при взгляде на [этого] селестиала: «он потрясающ» и «он дворянин до мозга костей». Но Тайшакутен записан во все графики дежурств, какие только есть в лагере.

Даже если они сражаются друг с другом, это не значит, что они не близки. У столь блистательного «героя» должен быть столь же выдающийся «противник», это просто основы мироздания. В конце концов, их «божественные обязанности» не имеют никакого отношения к их личным отношениям.

С самого детства Ибараки любил своего грубого, шумного родственника, который редко их навещал.

Три недели назад Тайшакутен умер и воскрес вновь. Его духовная сущность сгорела в Эфире, а на ее место пришло ядро другой природы... божественность. До сего дня Небесный Император не может привыкнуть к тому, что больше не может читать мысли и выращивать лотосы. [Не гадай. Если не знаешь, что у кого-то на сердце, ты должен спросить, Тайшакутен.]