Империя из слоновой кости

      Между цветами и костями вились волчьи следы.       По крайней мере, Эста Фарен сочла, что это именно волк. Чародейка ещё некоторое время рассматривала отчётливые отпечатки лап в грязи, потом стянула с правой руки кожаную перчатку. Тонкими пальцами с аккуратными ноготками коснулась сначала рассыпанных лепестков белых цветов, но они не сохранили никаких отпечатков сущностей, что было ожидаемо.       Помедлив всего мгновение, Эста легонько тронула кости. Рёбра, насколько она могла судить, и на выбеленной поверхности выведены бурым, почти чёрным, запретные руны. Поэтому, когда чародейку захлестнули отголоски чужой магии, она была к ним готова, осторожно разделяя на лоскуты, отделяя то, что могло понадобиться ей, от прочего мусора.       — Ну? — спросили у неё прямо над ухом.       С раздражением Эста Фарен отдёрнула руку и посмотрела на говорившего. Пока она сидела на корточках в грязном переулке над цветами и костями чьей-то неумелой запретной магии, городовой нависал над ней.       — Тёмная магия, да? — со знанием спросил он. — Кости-то вона какие! И знаки на них злые.       — Какая поразительная осведомлённость, — сухо сказала Эста Фарен.       Городовой иронию не распознал и самодовольно ответил:       — А то! У меня у тётки брат мужа зачарователем работает! Он всякого понарассказывал.       — Да неужели?       Служа в Корпусе имперских магов Эста Фарен могла и сама рассказать множество очаровательных историй, которые, в отличие от фантазий этого мужа тётки, точно будут правдой. Он, наверное, работал в Магическом цехе, даже не мастерской, клепал одинаковые артефакты изо дня в день при минимальном уровне магии.       Может, принимал участие в разработке зачарованного подогрева для нужников, один из министров так и бегал с этим проектом во дворце, считая его самым важным в мире.       — Я доложу начальству, — заявил городовой. — У нас на окраине редко происшествия, а тут быстро раскрыли. Запретная магия!       Не выдержав, Эста Фарен коснулась зачарованной пуговицы на рукаве и выпустила простенькие чары. Этот придурок почувствует их воздействие через пару минут. Жестоко, да, но его самомнение начинало мешать расследованию.       — Рано сообщать, — холодно заметила Эста.       Она размышляла о том, что запретные чары на костях от мага-недоучки, и уж точно не он оставил труп, из-за которого вызвали Эсту. Скорее всего, он как раз жертва, которая лежит за углом.       А вот волчьи следы вселяли опасения. В последнее время становилось модным держать в доме диких животных, то лису, то ещё кого… судя по всему, кто-то догадался нацепить ошейник на волка, а потом, конечно, не уследил. В переулке зверь и покусал неудачливого мага-недоучку, который пытался творить запретную магию, после чего тот умудрился навернуться и удариться головой о камни.       Эста Фарон прикидывала, как отыскать сбежавшего волка, когда городовой начал опять что-то говорить. А потом охнул, схватился за живот и пробормотав извинения, спешно удалился.       Что ж, если муж его тёти разрабатывает нужники, городовой о нём сейчас точно вспомнит.