Империя из слоновой кости

      Мелли никогда не видела настоящего мага, но ни за что бы в этом не призналась.       Каспар точно бы поднял её на смех, даром что он сын кузнеца! Но если бы он узнал, что графская дочка Мелли только болтает, а магов не видела, как и он, долго бы ещё припоминал. Да и самой Мелли было стыдно признаваться, что она дожила до шестнадцати лет и никого такого не видела.       То есть однажды всё-таки видела, мельком.       Два года назад она с родителями поехала в столицу, где тогда служил муж её старшей сестры. Город был огромным и поразил Мелли, привыкшую к тихому графскому поместью и деревням. На рынок её, конечно, не пустили, даже с охраной, но краешком Мелли всё-таки заглянула. Тогда и увидела мужчину.       Сначала Мелли даже не поняла. Он надвигал на глаза капюшон, хотя стоял жаркий летний день, его сторонились, а потом ткань случайно упала, и Мелли увидела. Несколько секунд ушло на то, чтобы осознать, что скулы мужчины покрывают взаправдашние чешуйки, как у змеи.       Маг. Несомненно.       Когда-то Мелли спрашивал учителя, почему же некоторые выбирают всё-таки использовать магию? Ведь каждое её использование несёт с собой Изменение. И чешуйки ещё не так страшны, в книгах писали и о том, как маги лишались рассудка, как у них выпадали волосы или удлинялись руки. Каждое использование силы не обходилось без Изменения, непредсказуемого и неизменного.       — Иногда без магии никак, — ответил наставник. — Люди, у которых есть Сила, вынуждены её использовать. И не всегда Изменения плохи.       Он указал на знаменитого мага Аластара Рейнхарда, у которого после магической помощи армии выросли крылья. Или чародейка Эвелина Штен, которая перестала стареть.       — Многие надеются, что их Изменения станут благословенными.       На что Мелли указала, что проклятых Изменений гораздо больше. У той же Эвелины Штен был брат Сайгер, тоже маг, но у него провалился нос. Хотя злые языки поговаривали, что магия здесь ни при чём, это последствия срамной болезни.       Чародеев видели немногие, и Мелли, конечно, было любопытно, но в то же время она не жалела о том, что маги как-то не попадались ей на пути.       Тем больше удивилась, когда служанка прибежала к ней в комнату и сообщила, что в поместье остановился аж отряд магов.       — Каких ещё магов? — нахмурилась Мелли. Какой ещё отряд?       — Они идут в столицу, попросили кров на ночь. Ваш отец согласился!       Ещё бы он не согласился, магов обязаны принимать по всей империи, это закон.       С помощью служанки Мелли торопливо заплела волосы в косы, чтобы не стыдно было выйти к гостям. С раздражением подумала, что у братьев таких проблем нет, наверняка уже с отцом садятся ужинать с магами! Обычно на стол накрывали чуть позже, но служанка сказала поторопиться, отец велел подавать прямо сейчас.       Подобрав юбки, Мелли заторопилась в столовую. Чтобы точно успеть до подачи еды и хоть немного поглазеть на магов, Мелли решила срезать через западную галерею, которой почти не пользовались: окна давно требовалось починить, но у отца вечно находились более важные статьи расходов.       Галерея изящно изгибалась, опоясывая западный флигель, а вот голоса тут распространялись далеко, поэтому говоривших Мелли услышала сразу. Сначала решила, это слуги, но слишком уверенный тон, голоса, которых раньше девушка не слышала… она замедлила шаг и остановилась ровно у поворота, за которым её уже было бы видно. Прижалась к холодной каменной стене. Мелли могла бы утверждать, что не знала, почему так поступила, но это было бы лукавством. Всё она прекрасно знала.       Потому что ей было интересно. Судя по разговору, говорившие были магами.       — Ты уверен, что это здесь? Я всё ещё думаю, что идея отвратительна.       Голос принадлежал женщине, и она явно была взвинчена. Судя по звуку, ещё и ходила из стороны в сторону.       — Это здесь.       Второй голос звучал гораздо тише, странным образом приглушённый и определённо принадлежавший мужчине. В отличие от спутницы, он был спокоен:       — Ты же понимаешь, нам понадобится помощь.       — Знаю!       — Чем больше силы мы берём, тем меньше остаётся нас. Поэтому нужно объединяться.       — Да знаю я!       — Поэтому мы здесь. Мои изыскания…       — Ой, да в задницу засунь свои изыскания. Учёные недоделанный.       Мелли замерла от такой грубости и ожидала, что мужчина ответит в том же духе, но, к её удивлению, раздался смех. Густой, тоже приглушённый, как будто смеялись в платок или плотно прижав ладонь ко рту. Похоже, мужчина ничуть не разозлился. Его глухой голос прозвучал даже доброжелательно:       — Мои изыскания позволяют определить, какие рода предрасположены к магии в нынешнем поколении.       — Мне просто не нравится быть той, кто разбудит нового мага.       О чём идёт речь, Мелли понимала, хоть и смутно. Магия может дремать внутри мага, но при опасной ситуации вырывается силой. Так и «просыпаются» новые маги. Обычно ещё в детстве, иногда в подростковом возрасте, но не позже.       — Он всё равно пробудится, — равнодушно сказал мужской голос. — Мы всего лишь немного подтолкнём. И заберём с собой для помощи в деле императора. Это лучше, чем колдовать в одиночестве и огребать все последствия.       — Знаю, — голос женщины теперь звучал чётко и звонко. — Мои кости светятся ночью. Будь спокоен, я найду столько магов, сколько смогу, чтобы разделять с ними и силу, и Изменения!       Так вот оно что, поняла Мелли. Маги колдовали в одиночку, двигали горы, но и получали Изменения настолько же сильные, сколько магии использовали. А эти, похоже, хотят объединиться. Использовать меньше сил, получать меньше Изменений, но общая магия будет мощной.       Это было удивительно, наверняка нечто такое, о чём потом станут писать в учебниках, и Мелли тихонько охнула. Тут же зажала рот рукой, но её вряд ли кто мог услышать. Галерея продувается ветрами, девушка за поворотом, она была тихой.       — Мы здесь не одни, — сказал мужчина.       Всё-таки услышал! Убежать Мелли не успела, стоило ей развернуться, как тут же показалась женщина и крепко схватила её за локоть.       — А что это ты здесь делаешь, милочка?       Женщине оказалось около тридцати, густые каштановые волосы обрамляли приятное лицо. Из видимых изменений только вертикальные зрачки. И светящиеся в темноте кости, но их-то сейчас не разглядеть.       — Простите! — запричитала Милли. — Меня зовут Миллисент, я дочь графа, хотела приветствовать как полагается, я вовсе не думала подслушивать!       Из-за спины женщины показался мужчина. Его лицо скрывала гладкая белая маска с прорезями глаз, вполне человеческих, но на маску Милли уставилась с удивлением. Вот почему его голос звучал глухо! Похоже, маг скрывает страшное внешнее Изменение.       — У женщин рода предрасположенность выше, — прошелестел мужчина.       Мелли его не совсем поняла, а вот державшая её женщина кивнула и обратилась к Мелли:       — Он исцелил брата. Теперь у него два рта.       Подняв руки, мужчина стянул маску, и Мелли зашлась в визге, когда увидела, что на лице мужчины и правда два рта, съехавших на щёки. Один улыбнулся, второй осклабился.       Равнодушно женщина произнесла:       — А ты, деточка, слышала слишком много, тебя придётся убить.       В её руке откуда-то оказался тонкий кинжал, и она уже занесла руку для удара. Так показалось Мелли. Она сейчас умрёт! Взаправду умрёт! В собственном поместье!       Завопив, Мелли вскинула руку и ощутила, как ладонь опалило жаром. Перед глазами полыхнуло, но вместо боли девушка ощутила странную дрожь во всём теле.       А потом снова раздался смех мужчины. Мелли поморгала и посмотрела на него. Когда он говорил, двигался только один рот:       — Добро пожаловать к магам.       — Я… это была магия?       Но ведь любая магия несёт Изменения, и Мелли против воли начала себя ощупывать, хотя прекрасно знала, что большая часть Изменений не видна внешне.       — Ты ничего не сделала, — покачала головой женщина. — Поэтому никаких Изменений. Мы научим тебя.       — А если я не хочу?       — У тебя нет выбора. На самом деле, ни у одного мага нет выбора. Сила просыпается рано или поздно, и если ты не управляешь ею, она управляет тобой. Когда угодно. И тогда Изменения ещё хуже.       Мелли пока не понимала, не осознавала до конца, что произошло. Но она не хотела никуда уезжать из родного дома, даже ко двору императора!       — Я хотела состариться здесь, — всхлипнула девушка.       Маг уже вернул маску на место. А женщина пожала плечами, и в её голосе перекатывалась тоска:       — Маги не стареют. Они либо гибнут, либо становятся чем-то другим.