Дом Ворона

Сережа не планировал ничего — как давно привык. Обычно в эту ночь он сворачивался с Маргошенькой в гнезде и спокойно отсыпался, утомленный Птицей. Этот год он планировал также, но… — Ты не против, если ребята придут? — спросила Лерочка, с помощью Сережи затащив елку в дом и теперь украшая. — Я хотела бы отпраздновать новый год с ними… — Почему здесь? — спокойно уточняет колдун, наколдовывая сияющую разными огоньками гирлянду, пока Марго вешала на верхние ветки елки украшения. — Вы могли бы пойти к ребятам или гулять? — Ты против? — с волнением спрашивает девочка, выглядывая из-за пышных веток. — Нет, просто удивляюсь, — пожал плечами Сергей, делая магический круг, убирая осыпавшиеся иголки. — Не думал, что мой дом и я кажемся достойными праздника. — Не говори ерунды, — закатила глаза Лера. — Ты мне стал семьей за это время, а это место домом. А Новый год принято встречать в кругу семьи и друзей. Так что вот… Сережа отвернулся за посохом, на самом деле прячась — ему неловко и страшно слышать такое. Он привык быть один — давно уже только он, его полисман и проклятье Птицы. Он отказался от семьи и счастья, а теперь — они сами ворвались в жизнь, наплевав на его желания. — Еда с вас, я ничего стряпать не собираюсь, — фыркнул Сережа, развернувшись к девочке, давая этим свое согласие. — И любые разрушения вне дома и только с моим участием. Глаза Лерочки засияли от этого, и она бросилась к учителю, стискивая его в объятьях. В новогоднюю ночь Сережа наколдовал над их домом легкий снежок. Елка сияла огоньками, они развели огонь в камине, колдун откуда-то стащил ящик мандарин и даже приготовил ученице подарок. К празднованию приперлись надменные и наглые Дагбаевы, которые расцвели розами, когда Лерочка расцеловала обоих в щеки. Сережа гордился своей девочкой — двоих сразу захомутала, еще и так в оборот взяла. Юма и Лера начали что-то готовить, гоняя злого Алтана по кухне, а затем пришла Уля, которая построила и девочек, говоря, что и как сделать. С ее подачи все стало намного лучше, а Сережа даже почувствовал от запахов прилив аппетита. — С наступающим, — мрачной тенью явился Валентин, которого тащил под руку Дима — одногруппник Леры, который был еще и ее старостой — прелесть, а не парень. — Валя, будь посветлее, праздник все же, — с улыбкой произнес Дима, стягивая с Гашпарова шапку и шарф. У Валентина щеки то ли от холода, то ли от смущения покраснели. Сережа чувствовал себя странно среди толпы детей, но при этом как-то даже уютно. — Все хорошо? — тихо спросила Лера, подойдя к наставнику. — Ничего что нас так… — Не переживай, — усмехнулся Сергей, растрепав волосы девочке. — Просто не привык. Давно не был в компании и меня не собираются посадить. — Кстати, я еще позвала кое-кого, — произнесла Лера, закусив губу. — Я… прости за это. — За что? Еще один человек в этой толпе явно не помешает, — рассмеялся Сергей, но девочку это не успокоило. Она продолжила нервничать, хотя Дима и старался ее успокоить, что-то ей внушая и отгоняя опять поссорившихся Дагбаевых. Потом помирит, пока ей бы с собой разобраться. А еще помирить других особо любящих, но ужасно одиноких. В дверь снова постучали, и Лерка рванула открывать, пока Сережа объяснял заинтересованному Валентину про работу своего посоха и про расставленные по полочкам зелья — чтоб не погордиться. — Привет, — прозвучал голос, от которого сердце у Разумовского замерло, а Птичий клекот в голове превратился в урчание. Сережа резко развернулся, распахнув удивленно голубые глаза. — Что за новогоднее чудо? — неловко улыбнулся колдун. — У тебя за чудо Лера отвечает, — с такой же скованностью улыбнулись Олег, действительно стоя перед Разумовский. Реальные, настоящие. Сереже хотелось коснуться их, обнять, как раньше. Но как раньше ведь никогда не будет, да? — Вам не стоило… — неловко произнес Сережа, смущенно отвернувшись. — Я… не должен. Прости. Вы не простите, это… — Сереж, мы простили давно, — сказали Олег, взяв ладони колдуна в своим, аккуратно сжимая. — Давай… сегодня не будем о прошлом. Давай просто вместе сегодня. Сережа уперся взглядом в их ладони, снова оказавшиеся вместе. После стольких лет… О сам их перехватил и поднес к лицу, целуя дрожащими губами смуглую кожу. — Я так скучал, — прошептал Сережа, ластясь о теплые родные руки. — Скучал… — Мы тоже скучали, — выдохнули Олег, целуя мужчину в лоб. Они не заметили, что ребятишки вокруг затихли. Лера сдерживала счастливые слезы, сжимая ладони двух угомонившихся Дагбаевых. Вот теперь вся семья вместе…