Прятки с судьбой, наперегонки со смертью.

Гроб был темно-фиолетовым. А изнутри - обитым черным атласом. Безвкусица – скажут многие, но не некроманты. Черный и темно-фиолетовый – цвета Смерти. Обычно погибших студентов быстренько хоронят, если это был какой-то несчастный случай, или – возвращают тело родственникам. А в этом случае – всем желающим предоставили возможность попрощаться с Карасу. Ведь она жила при Академии. Выросла в ней. Хотя, друзей у нее было немного, но к обеду у гроба образовалась горка всевозможный даров. Здесь были высокие витые черные свечи количеством тринадцать штук – знак того, что некроманты помнят своих людей; пара тонких изящных скляночек – благовония от кого-то с лекарской кафедры; разнокалиберные кинжалы и даже пара мечей – от одногрупников с кафедры боевой магии. В изголовье стоял огромный обсидиановый крест – подарок Акеллы. Сам некромант стоял у гроба с самого утра. Занятия хотя и не отменялись, но не все преподаватели прилежно приходили на них. Было сорвано уже много занятий, но беспорядков не было. Вся Академия затихла, притаилась. К обеду солнце спряталось за тучи и стало прохладно. На крыльце на перилах сидела дриада. Она кусала бледные губы, но молчала. Тенши стоял чуть поодаль, наблюдая за паломничеством к гробу со стороны. Он так и не подошел, чтобы взглянуть на Карасу после жизни. Ал тихо стоял около входа стараясь не беспокоить Гилициану своим присутствием. Он горевал, считая, что на нем лежит вина. Вампир находился в соседнем городе с поручением от заведующего кафедрой, когда Карасу стало плохо. Он считал, что мог ей помочь. Акелла молчал, глядя на лицо девушки, которая выросла у него на глазах. Только сейчас он понял – в гробу на черном атласе лежала молодая женщина. Не девочка, которую он привык видеть. Смерть разгладила поселившуюся на челе после похода в Сердце Тьмы морщинку на лбу. - Она раньше никогда не хмурилась. Считала, что и так доставляет всем слишком много хлопот, - произнес в никуда алхимик. Анимус-кошка сидела у гроба, обернув хвост вокруг лап, и смотрела в одну точку. - Она действительно причиняла кучу хлопот, - вдруг раздался голос совсем рядом. Мужчина вздрогнул и повернул голову вправо. - Но с чего она решила, что это плохо? Ставить все с ног на голову – у нее талант. Но… это мне очень нравилось. - Тай?.. Дроу наклонился, словно хотел коснуться и разбудить девушку, но застыл лишь вглядываясь в заострившиеся черты лица. Серьезная, спокойная. Не такой он ее помнил. Правда, последний день, когда они виделись, произвел на него огромное впечатление. Карасу предстала перед ним в новом образе. Бледная, с широко раскрытыми черными глазами, чуть дрожащими пальцами и презрением в голосе. Холод и ярость плескались в ее взгляде. Такую Карасу он еще не видел. - Сколько еще она могла открыть нам… себя. Частичку за частичкой… я думал, что узнал ее. Думал, что понял, что она такое. А она преподносила все новые открытия. Дриада спрятала лицо в ладонях, чувствуя, как ее захлестывает отчаяние. Тоска, которую она испытывала в родном лесу не отступила, когда девушка приехала в земли людей. Но когда на порог комнаты шагнула девушка со странной двуцветной прической, словно кокон тени был разорван. Она увидела… нет, не свет – некромант не может нести свет – она увидела цвета. Новые, яркие. Другие. Она так привыкла жить с постоянным осознанием тленности своего существования, в котором ее убедили ее сородичи, что не замечала яркости и многообразия вокруг. А некромантка легко показала его ей. Новый мир. Она бы даже и не помыслила о том, чтобы уехать на каникулы куда-то помимо своего леса. А вот как все получилось! Дроу… они странные. Но очень интересные. И приняли ее хорошо. Там девушка познакомилась с сестрой Тая и хотела очень многое рассказать Карасу. Но не успела… Мимо Ала прошел Вель. Вампир подошел к гробу и тихо произнес: - Знал, что рано или поздно так все и кончится. Некромантское отродье… - Повтори, - прошипел Тенши. Как и когда эльф успел вытащить косу и приставить ее к шее преподавателя, не успел заметить даже дроу. Время застыло. Акелла развернулся к эльфу. - Тенши… - Придурок, ты что творишь? -резко шагнул вперед Тай, вытягивая руку в сторону светлого эльфа, намереваясь выстрелить в него из своего браслета. Алхимик нахмурился, чувствуя, как ярость, что захлестнула его после слов Веля все же начинает затапливать сознание. - Тай… - сделал слабую попытку все урегулировать Акелла, стараясь откинуть мысли о том, что сейчас хочется врезать этому наглому вампиру, так отозвавшемуся о Карасу. - Нарываешься? – прошипел Тенши, сузив медовые глаза. - Это ты ищешь неприятностей! - Мальчишка, - фыркнул Вель и легко вывернулся из-под лезвия, - Хочешь трепки? - Дуэль! – рявкнул вышедший из себя Акелла. На него воззрились с недоумением и восхищением. Алхимик отбросил в сторону мантию и прошипел какое-то высказывание, отчего локтевые кости, вспоров кожу, вышли острыми шипами наружу. - Двое на двое, - откликнулся Тенши, одним прыжком перемещаясь к алхимику. Теперь Тай и Вель стояли рядом друг с другом, напротив готовых к драке эльфа и теоретического некроманта. Глициана смотрела на все это со слезами на глазах. Ей не нравилось то, как отозвался о ее подруге этот преподаватель, но и то, что сейчас творилось, было противно ее натуре. - Прекратите,- прошептала она, глядя, как вампир легко толкает в плечо светлого эльфа, и тот отлетает на пару метров. - Пожалуйста… - ветер зашелестел недовольно листьями в кроне. - Прекратите! – выкрикнула дриада, вскакивая. Земля под ногами дуэлянтов вздыбилась острыми осколками. Девушка расплакалась, чувствуя, как будто вся ее жизнь летит в тартарары. Друзья ссорятся над могилой подруги и устраивают отвратительные драки. Вдруг на плечо мягко легла рука. Сразу по всему телу прокатилась волна целения. Прошла головная боль, из усталых мышц вышла дрожь. - Вель из дома Цепи. Ты изгнан за свое пренебрежение к жизни девушки, которую ты поклялся защищать и считать своим ребенком. Мне не нужно напоминать тебе, что происходит, когда вампир берет на поруки и, обязуясь растить ребенка чужой расы, не выполняет этого обета? – голос Ала прогремел словно гром. Драка прекратилась. На крыльце рядом с Глицианой, придерживая ее за плечи, стоял высший вампир. Повелитель. Тот, кто может мановением руки изгонять или уничтожать целые кланы. Длинная в пол белоснежная хламида и простой обруч на голове говорили о том, что Повелитель еще молод и не имеет полной формы инициации, но он уже может приказывать. - Ч-что? П-повелитель? – заикаясь, выдал Вель, опускаясь на одно колено. Ал прикрыл глаза, налившиеся неестественным алым сиянием. - Прекратите. Вы смеете устраивать драку на могиле Карасу? – произнес нормальны голосом вампир, обращаясь к троим мужчинам, застывшим в неестественных позах. - Да… - первым опустил оружие Тенши и спрятал взгляд. - Разве этого она хотела? – произнесла в наступившей тишине дриада. В вышине громыхнуло. - Думаю, она вообще помирать не собиралась, - раздался ехидный голос со стороны ворот.