putain detudiant

Акумов не мог долго задерживаться на кафедре и ещё, хоть чуточку, поболтать с друзьями. Повезло этим двоим, первые лекции отменили, а вот ему нужно идти и отрабатывать сперва свою любимую лекцию по французскому, а потом работать на второй фронт — английский. Уже согласился, а отказываться в последнюю минуту не его конёк. Поэтому Серёжа взял журнал, стопку тетрадей со стола и попрощавшись, вышел с кафедры. Идя по коридору, Акумов продумывал каждое слово, которое он скажет на лекции. Это лучше, чем потом где-то запнуться как первокурсник на первом зачёте, хотя не факт, первый курс, который он преподавал во Франции был достаточно способным, и ребята были очень даже умными и трудолюбивыми. Ну, это не Франция, и все люди по своему разные. Вот как например четвёртый курс. Акумов зашёл в аудиторию и разложил вещи на столе не поднимая взгляд на студентов. — Кир, твой ебырь пришёл! Видимо кто-то из аудитории нашёл себе вторую жизнь по пути на учёбу. Кир относился больше к пофигистам и ему было плевать, что там, кто там крикнет, но глаза поднялись и теперь взгляд был направлен на преподавателя. На его реакцию было интересно посмотреть. Он не выражал почти никаких эмоций, по крайней мере не показывал их на публику, но именно это и заинтересовало Курседа. За всё время, что преподаватель находился тут, он ни разу не выходил из себя и даже голос не повышал. Даже Курседов не мог терпеть долго и, иногда, влезал в драки, а преподаватель всегда был спокоен. Даже сейчас, Акумов просто отложил тетради на край стола и глазами пробежался по студентам. Как только взгляд опустился последовали следующие выкрики. — Сергей Алексеевич, не знал, что вы натурой берёте! — а может наоборот вас натурой берут? По аудитории раздался смех. Студенты по умнее сидели за своим местом и не обращали внимания на идиотов. Таких Акума уважал. — Петров, ты думаешь я твой писклявый голос не узнаю? — На лице Акумова приподнялись уголки губ. — может начнёшь думать головой прежде, чем говоришь? Если получится, тогда я признаю, что ты умнее собаки. Покамест, ты по ступенькам спускаешься вниз, потом лестница сломается и больше не поднимешься. Поэтому пользуйся моей добротой и сиди в тряпочку, чтобы я тебя даже не слышал, но сперва, выходи сюда ко мне, буду натурой брать. — Акумов усмехнулся, сел за своё место и повернулся на стуле к студенту. Жертва на сегодня была найдена. Сегодня Акума был настроен только на этого пассажира, а то он оказывается хорошо открывает рот, вот только не по теме. Серёжа решил завалить его вопросами, но, ни один вопрос не был из разряда, который они не проходили. Это было бы несправедливо, а Акумов любит чтобы всё было по-честному, хотя иногда хотелось завалить его вопросами с последних параграфов и поставить на место таким способом, но это не в его стиле. Акума спрашивал всё, что только можно было, даже до программы первого курса дошёл, а тот и на него ответить не может. Акумов потёр пальцами переносицу, он и подумать не мог, что всё настолько плохо. Даже алфавит не рассказал, что уж там говорить про перевод предложения, или текста. — ну, и как ты думаешь, какая оценка тебе светит? — Преподаватель оторвался от журнала и посмотрел на парня. — это только начало, натурой я могу показать кое-что поинтересней, вам понравится. — мозгов ноль, думаешь я поверю, что там больше? — Серёжа указал ручкой сперва на лоб парня, а потом на низ. — не смеши меня, у тупоголовых натурой не беру. Может тебе по-собачьи сказать? Хотя, собаки поумнее будут. Садись, оценка соответствующая. — Сергей Алексеевич, это несправедливо. Если вы правда имеете какие-то отношения с Киром и завышаете ему оценки, это уже не в какие рамки не лезет. Если вы берёте натурой, то каждый может так экзамен сдавать, преподаватели так не поступают. — я смотрю вы все такие разговорчивые стали, а на лекциях у вас язык в заднице. Первое — с чего вы взяли, что я имею какие-то отношения с Киром? Мы не спим, не встречаемся, а вы налетели из-за того, что он меня на машине подвёз. Завидно? Ну так попросите он и вас прокатит. Второе — что значит не справедливо? Он не ответил ни на один вопрос, его две буквы, которые он сказал не спасут, я ему даже выручку делаю, рисуя ему двойку, у него знаний даже на двойку не дотягивают. И вопросы были не сложными, по-крайней мере те, которые мы уже прошли, а учил он их, или нет — его проблемы. — но Кир тоже знаниями не блещет, а оценки у него есть хорошие, и как тут не придумывать себе лишнего? — обыкновенно не придумывать. Моё отношение по учебе ни к кому не завышено и не занижено, вы все для меня равны. Курседов сдаёт мне все работы письменно, и у него имеется объяснение об его прогулах, если так можно сказать, о которых также известно ректору. Вопросы? — Акумов посмотрел на студентов, которые больше ни слова не проронили. — вот и славно. Петров, садись со своей красивой двойкой, пускай она у тебя совесть погрызёт. — поставите двойку и весь университет узнает об ваших "недоотношениях" с Киром. Поэтому лучше не чиркайте лишнего возле моей фамилии. — надо же, какие угрозы пошли. — Акумов издал короткий смешок и перевёл взгляд из журнала на парня. — и кому ты хуже хочешь сделать? Ну рассказывай, будет конечно не очень приятно когда начальство узнает, но сейчас на моё место вам всё-равно никого не найдут, поэтому до ваших экзаменов я точно буду тут, ещё и английский на вашем курсе полностью переведён на меня, и экзамены вы будете сдавать у меня. К вам по доброму, а вы только больше каши завариваете. Если расскажешь, я тоже не буду идти на уступки. И это касается всей аудитории, хоть один слушок и моё отношение изменится ко всем, раз вы не понимаете по-хорошему, будет по-плохому. Я перестану быть для вас другом, а стану настоящим кошмаром. — теперь на лице Петрова было то раздражение, которого так ждал Акума. Ему больше нечего ответить, как и всем остальным в аудитории. — ну, а теперь наконец-то перейдём к лекции, открывайте тетради и под диктовку записывайте новую тему. Всю оставшуюся лекцию студенты пытались как-то разговорить преподавателя не по теме, задобрить его ответами, но видимо его настроение ухудшилось после той ситуации, которая произошла. На каждый вопрос Акумов реагировал безэмоционально, если раньше он мог поддержать, посоветовать, порадоваться за студентов, то сейчас просто отвечал - высказывание, или вопрос не по теме — меня не интересует. — Всем студентам в аудитории хотелось врезать Петрову за то, что из-за него теперь под трибуналом все. — домашнее задание записано на доске. Вам нужно будет перевести текст и пересказать его мне. — Сергей Алексеевич, но там больше десяти страниц, может поделим его на пару уроков. — а может хватит с вами возиться как с детьми. Вас тут тоже не один человек, на следующей лекции спрошу десять человек, каждому по странице, ничего сложного тут не вижу. — Акумов сложил все свои принадлежности и взял их в руки. — я с вами не прощаюсь, ещё на английском увидимся. — Серёжа наигранно улыбнулся и покинул аудиторию. Покамест все накинулись на Петрова с претензиями, Курседов по тихому пошёл за преподавателем. На кафедре кроме Акумова ни кого не было, поэтому зайдя Кир закрыл за собой дверь. — теперь вся аудитория в ужасе, боятся экзамен завалить и слова вам лишнего сказать. — Курсед подошёл к столу преподавателя и сел напротив. — вот и правильно, обычно так и проводится лекция и именно такие отношения между студентами и преподавателем. Заваливать я всё-равно никого не планировал, но попугать стоило, а то так бы и донимали вопросами, и претензиями своими никому ненужными. — Акумов поставил чайник и достал из кармана пальто пачку сигарет с зажигалкой. — не думал, что вас можно вывести такой ерундой, а как же плевать на чужое мнение? — мне то плевать, но начальство вряд-ли одобрит, даже если я останусь до конца года тут, то после экзаменов придётся увольняться, ведь в школах, в университетах такое не приветствуется. — Сергей Алексеевич, а чего вы уже так над этим задумались? Мы ведь даже не встречаемся. — На лице студента растянулась улыбка во все тридцать два. —не встречаемся, и вряд-ли будем. — Акумов усмехнулся и приставил огонёк зажигалки к кончику сигареты. — я не люблю проигрывать, и очень редко это допускаю. — я заметил, ну, а я вот люблю выигрывать и сделаю всё для этого. — думаешь получится? — конечно. Акума посмеялся и выдохнул дым. Его очень забавляло упорство Кира, его гордость, его дерзость тоже иногда привлекала, Акумов больше не чувствовал того раздражения к нему, которое испытывал вначале. Сейчас с ним было приятно общаться даже не по теме предмета. — Курседов, сегодня привезёшь мне конспект по прошлой теме, потому-что я тебя так выгораживал, поэтому не подведи меня. — я могу это считать приглашением? А после конспекта я могу остаться? Я привезу что-то вкусное и ваше любимое вино. — откуда ты знаешь какое моё любимое? — оно у вас в холодильнике стояло, и пустые бутылки стояли на полке. — а, точно.. — От этого стало как-то неловко, такой впечатление могло сложиться, что Акума алкаш ебучий, но это ведь разные вина, просто эта фирма его любимое. — оно достаточно дорогое, уверен, что стоит его покупать? — у меня есть где взять не волнуйтесь, а после вина мы можем и перейти к кое-чему интересному. — Курседов усмехнулся и положил руку на колено преподавателя, но быстро убрал её, когда почувствовал на костяшках что-то горячее. — ты можешь оставить вино и закуски, а будешь приставать сразу домой поедешь, понял? — Серёжа убрал окурок от руки Кира и выбросил его. — понял-понял..

***

Никита вернулся домой только к часам девяти вечера. Ректор уже заебал перекладывать свои обязанности на него, нашёл себе заместителя. Ещё нужно было Леру домой отвезти, а то она маршрутку пропустила, а оставлять её не хотелось. Хотел вернуться пораньше, а по итогу задержался на три часа, но ничего не поделаешь, Энгель надеялся, что хоть тортиком загладит свою вину. — я дома! — Энгель зашёл в квартиру, разулся и не услышав ответа насторожился. — Соня, Миша. — Во всей квартире был выключен свет и ни единого звука не было слышно. Никита обошёл комнаты и никого не обнаружил, после чего зашёл на кухню и включил свет. Картина вызывала у него улыбку на лице и тихий смех. Почти вся кухня была в муке, в некоторых местах на плитке был разлит шоколад, на столе валялись ягоды, на столе стоял тортик, а на полу, в углу спали Миша и Соня. Лис облокотился на стенку,а девочка легла на него обнимая. Не смотря на весь беспорядок, Энгель улыбался, и эта улыбка не сходила с его лица. Он подошёл к столу, поставил купленный торт на стол и присел на корточки. Никита взял Соню на руки, стараясь не разбудить Мишу. Парень отнёс девочку в свою комнату, накрыл её пледом, чмокнул в лоб и вышел с комнаты закрыв её. Никита вернулся к спящему Мише. Смотреть на это спящие личико было одним удовольствием, обычно наблюдалась картина как у Лиса рот не закрывается, а тут он так забавно во сне носиком подрагивает, что даже будить его не хочется. Энгель ещё минут пять наблюдал за спящим, и только потом аккуратно взял его на руки и отнёс на кровать. Правда был один минус, торт это конечно приятно, но вот уборка не любимое его дело, ещё и после работы, но, что поделать, видимо за торт нужно платить, только не деньгами. Никита полчаса убирал всю кухню, оказалось там не так всё плохо, хотя бы посуду додумались сложить в посудомойку. Энгель не любил кушать на ночь, но когда он закончил уборку и посмотрел на торт, который приготовили, он просто не мог отказать себе в удовольствии попробовать его. Парень поставил чайник и взял нож чтобы отрезать кусочек. Из-за шуршаний на кухне Лис проснулся и с сонными глазами, которые ещё не воспринимали всё вокруг, пошёл на кухню выпить водички. Его даже не смутило, что свет на кухне был уже включен. — выспался? — ебаный рот! — Лис дёрнулся со стаканом и прижался спиной к столу. Обернувшись он заметил преподавателя, сперва вся ситуация не дошла до Миши, но через пару секунд он машинально закрыл ладонью рот и промямлил что-то вроде извинений. — ничего страшного, сам виноват, что напугал. — а вы как давно вернулись? — я вернулся где-то час назад, и давай договоримся без формальностей когда мы в не учебном заведении, хорошо? Лис лишь кивнул и присел напротив Энгеля. — прости, что беспорядок навели, просто выпечка очень сильно умотала, ещё и получилась не с первого раза... все продукты я оплачу. — не стоит, спасибо за торт, выпьешь со мной чаю? Миша кивнул в знак согласия, а Энгель встал для того чтобы выключить чайник и достать две кружки. Заварив две чашки Никита поставил их на стол и сам сел на стул. — как твой день прошёл? — пх, по-сравнению как мои дни проходили до этого, я будто в сказку попал. — Хоть Лис и посмеялся, но в его голосе всё-равно прозвучала нотка грусти. Ну конечно, ещё бы такое говорить на веселе. — не будем о грустном, сейчас ты уже в другой обстановке, и считай, что твоя жизнь начинается с чистого листа. — Энгель улыбнулся и отрезал два кусочка торта. — а чувствуешь себя как? — сейчас ещё нормально, правда руки и ноги трусит до ужаса, надеюсь это скоро пройдёт.. — Лис откусил кусочек торта и отпил глоток чая. Разговаривали они часа два, а может и больше. Мише было интересно где же мама Сони, хоть эта тема была неприятной для Никиты, но она его ни капельки не тронула, и он спокойно мог о ней рассказать. Миша не очень хотел делиться своей личной жизнью, поэтому часто задавал вопросы Никите и слушал его, хотя иногда сам мог что-то рассказать. Он наконец-то почувствовал себя хоть капельку счастливым, почувствовал как это проводит вечер не за дозой и в слезах от собственной жизни. Каждый вечер Лис думал о том, как бы ему поскорее исчезнуть из этого мира, просто наглотаться таблеток, уснуть и не проснуться. А сейчас, в данный момент, такие мысли даже не мелькают в его голове. Жалко, что разговоры не могут задержаться на ещё немного времени, Никите завтра на работу, поэтому уже пора спать. Никита пожелал Мише спокойной ночи и уже собирался выходить из комнаты, но Лис перехватил его запястье и остановил. — может ляжешь на кровать, а я на диване? просто, вряд-ли на диване удобно спать, а ты целый день на ногах. — на диване действительно не очень удобно, но и тебе я такого не пожелаю, поэтому ложись, всё в порядке. — тогда давай ляжем вместе? — Мише было очень неловко и стыдно это говорить, поэтому от его же предложения, у него появился румянец на щеках и он быстро отпустил руку Энгеля. — ну, если ты не против.. Видимо, Миша не только когда спит милый, ещё и когда смущается. Энгель улыбнулся и приподняв плед лёг рядом. — ну, вместе теплее будет. — Никита посмотрел на Лиса и хихикнул. — сладких снов.