Alter ego.

Утро началось не с кофе и солнечных лучей. На улице царила ужасная погода. Дождь лил как из ведра, небо было затянуто серыми облаками, а воздух был пропитан нотками печали и грусти. В такой обстановке даже самые простые вещи казались тяжелыми. Тэхен накинул на плечи теплый халат и направился на кухню, чтобы заварить чай. В такую погоду омеге всегда хотелось пить только горячий напиток, который согревает душу. Юнги еще спал, и Тэхен не хотел его будить. Другу нужно было хорошенько отдохнуть, и он решил дать ему эту возможность. В комнате царила тишина, но в сердце Тэхена росло чувство одиночества. Он взглянул в маленькое окошко: дождь стучал по стеклам, словно призывая его выйти на палубу и вдохнуть свежий воздух. Пока чай варился, он накинул на плечи куртку, обул кроссовки и, схватив кружку с уже заваренным чаем, вышел из комнаты, направляясь к лифту. В коридоре стояла тишина — большинство гостей еще спали, лишь некоторые в такую рань были активны. Поднявшись на пятый этаж, Тэхен вышел из лифта и направился к бортику корабля. Вокруг не было никого — это радовало его. Тишина и спокойствие стали настоящим утешением для его души. Дождь легонько ударял в лицо, а ветерок развивал его кудряшки. Сделав глоток горячего чая, он повернул голову вправо и увидел приближающегося к нему Хосока. В сердце у Тэхена забилось тревожное предчувствие: ему нужно было начать осуществлять свой план. – Доброе утро, Тэхен, – улыбнулся альфа, его голос звучал тепло и дружелюбно. – Доброе, Хосок. Что вы тут так рано делаете? – поинтересовался Тэхен, стараясь скрыть волнение. – Всю ночь не мог уснуть и вот решил выйти прогуляться. Не думал встретить вас здесь, – Хосок улыбнулся краем губ, и эта улыбка заставила Тэхена почувствовать легкое тепло в груди. – Я, скажем так, ранняя пташка, – ответил омега, отпивая чай. – И любитель чая? – поддразнил Хосок, вскинув бровь. – Да, особенно в такую погоду. Кофе совсем не хочется, – произнес Тэхен, и увидел, как Чон улыбнулся на его слова, продвигаясь чуть ближе. – Как вчерашний вечер провели? – спросил альфа с искренним интересом. – Достаточно хорошо, но надеюсь, сегодняшний будет лучше. Все-таки он последний, – с легкой грустью произнес Тэхен. – Полностью согласен с вами, – кивнул Хосок. – Может отложим в сторону эти формальности? – предложил альфа, его глаза заискрились игривым светом. – Я всё думал, когда предложить это, но ты сделал это за меня, – хихикнул Тэхен в ответ на его слова. Допив свой чай, Тэхен понял, что пора вернуться в комнату и начать собирать вещи. Завтра корабль вернется на берег в восемь утра. – Я буду вынужден отойти, нужно сделать пару дел. Надеюсь, вечером увидимся, – сказал он, подмигнув Хосоку и быстрыми шагами ушел. Хосок с улыбкой смотрел ему вслед. Внутри него разгорались чувства: радость от встречи с Тэхеном переплеталась с беспокойством о том, что их время вместе подходит к концу. Он чувствовал легкую грусть при мысли о том, что их пути могут разойтись. Но в то же время надежда теплела в его сердце: возможно, это утро станет началом чего-то большего.

*

Ближе к вечеру, где-то в часа семь погода уже улучшилась. Все гости собрались на пятом этаже, где Сонун выступил с речью: – Дорогие гости, сегодня это наша последняя ночь, всем спасибо, что пришли, подойдите все к центру, – в этот момент вынесли большой торт и оставили на столе. Сонун со своим мужем направились к столу. Торт был трехэтажный, с цветочками. Красивый и со вкусом. ( https://pin.it/39P7kMZ ) Они под громкие аплодисменты порезали его и с улыбками на лицах поблагодарили всех. Тэхен также, как и все стоял с улыбкой наблюдал за счастливой парочкой, но его отвлекли. – Тэ? – знакомый голос. – Богом! – омега обнял друга, – Ты тоже тут? Но я тебя вчера не видел, – удивлен. – Да-а, – потянул альфа, – Я себя не очень хорошо чувствовал. – А сейчас ты как? – видно, что он беспокоится. – Всё хорошо, нет повода беспокоиться, – улыбается, – Пойдём выпьем? – тот одобрительно кивает и они вдвоем направляются к столикам за напитками. Схватив по бокалу они начали беседовать. – Признаться честно, то я здесь чувствовал себя одиноко, но при виде тебя очень обрадовался, подумал, может ты составишь мне компанию? – сделал глоток шампанского. Тэхён улыбнулся ему и слегка смутился. Ведь они не очень-то и хорошо знакомы, чтобы при виде него Богом так радовался. Но все-таки Ким воспринимает всё по-дружески. – С удовольствием, Богом, – и его ответ тоже исходил из дружеских намерений. Ким перевел взгляд в сторону и увидел Хосока, у которого хмурый взгляд, а его брови были сведены к переносице. Альфа отчетливо смотрел в их сторону, думая о чем-то. Омега решил позвать его сюда, поэтому издалека помахал ему, а тот всё понял и направился в их сторону. – Добрый вечер, Тэхен, – поцеловал омежью руку. Богом от увиденного жестка удивленно вскинул брови. – Здравствуйте, Кан Богом, – протянул руку. Альфа напротив пожал ему руку и в ответ поприветствовал. – Не думал, что Чхве будут каждому прохожему приглашения отправлять, – ухмыляется Хосок. Кан хмыкает и говорит: – Не думал, что вы считаете себя простым прохожим, – тот злобно покосился на него. Чон хотел бы вставить слово, но его перебил Тэхен, который догадался, что эти двое не очень-то и любят друг друга: – Я позову своего друга Юнги, – махнул омеге, который стоял за другим столом. После услышанного имени Хосок выдохнул и проговорил: – Я отойду, позже увидимся, Тэхен, – и ушел. Они с Юнги шли на встречу друг другу, а их взгляды пересеклись. Альфа посмотрел на него, с каким-то подозрительным или даже строгим взглядом, от чего у омеги побежали мурашки по спине и пробил холодок. Мин чувствовал обиду, его словно ткнули спицей под рёбра. – Привет, Тэ, – произнес он с безразличием, – Добрый вечер, Кан Богом, – с альфой более официально поздоровался. – Добрый. Пожалуйста, давайте сегодня без формальностей, – умоляющим взглядом посмотрел на двух омег, а те лишь одобрительно кивнули. Каждый из них молча стоял и попивал свой напиток, люди вокруг веселились. Все словно были в своем отдельном мире. На улице было прохладно. В воздухе витал запах дождя и холодный ветер щекотал кожу. Было немного жаль, что сегодня последняя ночь. Ведь Тэхен здесь хорошо отдохнул и хотелось бы чуть продлить свои каникулы. Но его ещё и работа ждёт. Внезапно из одной из игровых комнат донеслись звуки стрельбы — резкие, пронзительные, словно кто-то разрывал тишину на части. Тэхен вздрогнул, его сердце заколотилось в груди, как будто оно пыталось вырваться на свободу. – Какого чёрта?! – вырвалось у него, когда страх обдал его холодным потоком. Он чувствовал, как внутри него нарастает паника, словно волны, накатывающиеся на берег. Крики людей, переполненные ужасом и неразберихой, раздавались с каждой секундой всё громче. Люди выбегали из комнаты в панике, их лица были искажены страхом, а глаза полны безумия. Они не знали, куда бежать, лишь стремились покинуть это место, где царила смерть. – Ложитесь! – раздался голос Чонгука, который внезапно появился из ниоткуда с пистолетом в руке. Его лицо было сосредоточенным, но в глазах читалась решимость. Тэ замер на месте, не в силах сдвинуться с точки. Холод пробегал по спине, а руки дрожали от страха. Он чувствовал, как Юнги схватил его за руку и потянул куда-то, но каждая клеточка его тела словно замирала в ожидании. Вокруг всё начинало плавать, пространство теряло четкость. Он смотрел на Чонгука, который уверенно направлялся в сторону комнаты, откуда доносились крики и звуки стрельбы. В его глазах блестела решимость, но Тэхен не мог избавиться от чувства надвигающейся беды. – Чонгук! – закричал он, когда из комнаты выбежал знакомый силуэт. Сердце Тэха замерло: перед ним стоял Чонгук с раненым плечом. Его правая рука держала левое плечо, из которого струилась кровь, как красная река, размывающая все надежды. – Чон! – снова закричал он, но голос его звучал хрипло и безнадежно. В этот момент в Чонгука попала ещё одна пуля — на этот раз со спины. Тэхен почувствовал, как земля уходит из-под ног, а страх заполнил его душу до краев. Он пытался вырваться из хватки Юнги, чтобы броситься к альфе на помощь, но тот крепко держал его сзади. – Чон! Чонгук! – его крик звучал так громко и отчаянно, что гланды начали болеть. Он был готов разорвать пространство между ними и броситься на помощь, но его тело не слушалось. Словно в замедленной съемке он наблюдал за тем, как Чонгук оборачивается и нажимает на курок. Глаза альфы расширились от ужаса и решимости одновременно. В ушах стоял оглушительный гул — все звуки вокруг словно исчезли. Он видел, как Чонгук простреливает голову незнакомому альфе, и брызги крови окутывают его лицо, словно красное покрывало. Тэхен чувствовал, как его душа разрывается на части от страха за него. Он не мог поверить в то, что происходит: мир вокруг него вдруг стал жестоким и беспощадным. Каждый крик и звук стрельбы резали его сердце, словно острые ножи. Он смотрел на Чонгука с ужасом и отчаянием в глазах. Чон не сдавался; он продолжал бороться за свою жизнь и за жизнь тех, кто был рядом. Но Тэхен видел, как у Гука земля из под ног начинает уходить. Головокружение накатывало с каждой секундой все сильнее. Вокруг царил хаос: крики людей смешивались с плачем и звуками стрельбы. Всё перевернулось с ног на голову. Альфа осторожно шагал к стене, его пальцы цеплялись за затылок, сжимая локоны волос в попытке обрести контроль над собой. Дыхание становилось всё более частым и тяжелым, а сердцебиение заглушало все посторонние звуки. Он терял равновесие и падал, как будто весь мир рушился вокруг него. Тэхен смотрел на это с ужасом; его сердце разрывалось от боли. Дрожь окутывала тело Чонгука ледяной пеленой страха и отчаяния. В глазах Тэ темнело; он чувствовал себя беспомощным наблюдателем в этом кошмаре. Мысли путались в голове, а единственным звуком оставался оглушительный стук сердца Чонгука. Тэхен вдруг ощутил прилив адреналина: он вырвался из крепкой хватки Юнги и бросился к альфе. Каждая секунда тянулась бесконечно; он упал на колени рядом с Чонгуком, ощущая холодный пол под собой. Картинка перед глазами расплывалась от слёз и страха. – Чон! – закричал он снова, но теперь его голос звучал тихо и безнадежно. Он смотрел на раненого альфу и понимал: время уходит. Тэхен сидел на холодном, жестком полу, его руки дрожали от страха и безысходности. Он прижимал к себе Чонгука, который лежал без сознания, его лицо было бледным, а губы — иссушенными. Вокруг царил хаос: звуки стрельбы, крики людей и запах крови смешивались в единую мрачную симфонию, которая разрывала его на части. Тэхен не мог поверить, что такое происходит с ним. Каждый звук, каждая тень казались угрожающими, и он чувствовал, как страх охватывает его, словно ледяные пальцы. – Чонгук! – закричал он, его голос звучал хрипло и отчаянно. Он начал бить его по щекам, но руки уже были испачканы в крови. Тэхен не замечал этого — все его внимание было сосредоточено на альфе. Он чувствовал, как сердце стучит в груди, словно пытается вырваться на свободу. Бешеные удары отзывались в ушах, и он понимал, что это не просто страх — это паника, которая готова разорвать его изнутри. Каждая секунда казалась вечностью. Внутри него все начинало разгораться, как огонь, который стремится вырваться на свободу. Он ощущал, как кончики пальцев онемели и начали слегка покалывать. Это было странное ощущение — одновременно болезненное и пугающее. Он не знал, что делать: каждое его движение казалось бесполезным. Он пытался собрать мысли воедино, но они распадались на куски, как разбитое стекло. Хосок сражался с двумя нападавшими, его тело двигалось быстро и уверенно. Тэхен видел, как его Чон пытался добраться до брата, который лежал на его коленях. Словно в замедленной съемке он наблюдал за тем, как Хосок бросается в бой, его лицо полное решимости и ярости. Но даже это не могло успокоить омегу; он чувствовал себя беспомощным зрителем в этом ужасном спектакле. – Джин, прикрой! – крикнул Хосок, и Тэхен увидел, как тот кивает и быстро уходит в сторону. В этот момент страх снова накрыл его волной. Он понимал: время уходит. Хосок повернулся к Чонгуку и начал кричать. — Братец! — его голос звучал так громко и безнадежно, что казалось, вот-вот разорвется от напряжения. — Чон Чонгук, я к тебе обращаюсь! Не смей отключаться! Я сейчас замочу этих ублюдков и найду тебе врача! Он заметил легкую улыбку на лице брата — она была такой хрупкой и невесомой. Это было похоже на последний луч света в темной бездне. Чонгук всегда был сильным; теперь же он выглядел таким уязвимым. — Присмотри за ним, Тэ! — сказал Хосок, когда вернулся с оружием в руках. Омега кивнул, но внутри него все переворачивалось от страха за своего брата. Словно в кошмаре наяву, вокруг происходило что-то ужасное и нереальное. Тэхен не мог поверить в то, что это случается с ним. Он пытался отыскать Юнги среди хаоса, но увидел только его испуганное лицо под столом. Ким смотрел на него с большими глазами олененка, полными страха и неразберихи. Ким сжал тонкими пальцами ворот чужой рубашки и заглянул в красивое лицо Чонгука. Он лежал уже без сознания; Тэ проверил пульс и почувствовал легкое облегчение — он еще был жив. Но это облегчение было мимолетным: крики становились тише, а звуки стрельбы затихали. Что происходило? Кто эти люди? Почему они напали? Каждый из них был уже убит или ранен; охранники ушли на проверку всего лайнера вместе с несколькими гостями. Оставшиеся люди пытались прийти в себя и помочь друг другу; им сказали не возвращаться в комнаты до тех пор, пока всё не будет проверено. Тэхен снова посмотрел на Чонгука; его сердце разрывалось от страха. Он чувствовал себя потерянным в этом мире ужаса и насилия. Все вокруг казалось нереальным — каждый звук был слишком громким, каждая тень слишком угрожающей. Он не знал, как справиться с этим чувством безысходности и тревоги. Внутри него бушевала буря эмоций: страх за жизнь Чонгука смешивался с яростью по отношению к тем, кто устроил этот ад. Он хотел закричать от всей силы, но слова застревали в горле; вместо этого он лишь продолжал трясти брата, надеясь вернуть его к жизни. — Чонгук… — прошептал он сквозь слёзы и страх. — Пожалуйста… вернись ко мне… – Врача, срочно! – кричит Хосок и подбегает к ним, моментально поднимая брата на руки. – Чон Хосок, несите сюда, – позвал его Сонун. Альфа так и сделал. Отнес раненого брата в помещение, которая была похожа на больничную комнату. Кроме Чонгука там лежали ещё пять человек, но именно Чон был тяжело ранен. Пуля в плече прошла насквозь, но в спине не так было. Нужна была операция. Хосок благодарен всем богам, что Чхве взяли на борт врачей, которые умеют проводить сложные операции. Чонгука на каталке завезли в соседнюю комнату. – Я прошу всех покинуть комнату и не входить, – сказал врач и закрыл дверь. Обслуживающий персонал уже начали уборку вокруг. Принесли еды и аптечки, чтобы хоть как-то помочь испуганным гостям. Хосок отходит к бортику и запускает пальцы в отросшие пряди волос. Теперь от безысходности и невозможности хочется разбить что-нибудь, или кому-нибудь что-нибудь, но ему приходится сжимать кулаки и сдерживаться. Эмоции вырываются в наружу, а он стабильно держался. Ужаснейшее ощущение так и окутывало его тело, разум, мысли, не позволяя трезво соображать. Ему хотелось рвать и метать, лишь бы выплеснуть всё, но его тело продолжает находиться в состоянии контроля своего хозяина. К нему подходит обеспокоенный Тэхен. – Хосок… – обращаться не успевает до конца, как его перебивают: – Я не смог ему помочь, – дрожащий голос, – Почему я позволил ему в одиночестве идти туда, почему… – последнее слово он произнёс совсем тихо, но Ким его услышал. – Нет, ты не виновен! – заглянул в чужие глаза, – Как всё произошло? – Мы сидели с ним в бильярдной комнате и играли, точнее я наблюдал, ведь не настолько хорош в бильярде, как Чонгук, – улыбается краем губ, – Всё шло хорошо, пока мы как и все остальные гости не услышали стрельбу там, – указывает на единственную закрытую дверь, – Вроде это была игровая зона, но неважно, – грустно выдохнул, – Чонгук хотел выйти, но изначально я не позволил, он предложил вместе пойти, но я испугался… – ему было стыдно. – Все хорошо, – успокаивающе гладит по спине, – Откуда у Чонгука был пистолет? – этот вопрос омегу очень волновал. – Он всегда и везде носит с собой пистолет, – ухмыляется, – Весь в отца, сукин сын. К нам забежал Сокджин, у которого с собой было два пистолета, – выдыхает, – Отец нас всегда учил быть подготовленными, но я не подумал… – голос дрогнул. – Хосок, все хорошо, этого никто не ожидал, – успокаивает. – Джин мне кинул один пистолет и мы нырнули за Чонгуком, но было поздно, когда я очухался, в него выстрелили со спины, – сжимает руки в кулак, – Я в тот момент хотел оказаться на его месте! – кричит, а люди вокруг смотрят на него, – Но не смог, – пытается успокоиться. Тэхен стоит рядом и гладит по плечу, успокаивает своим запахом, который помогает Хосоку взять себя в руки. – Охранники вокруг тоже были с пистолетами, если бы не они, то мы все были бы мертвы… – обречённо выдохнул. Тэ заглядывает ему в глаза. Голубые омуты, казалось бы, стали ещё более прожигающими. Он рассержен на самого себя. – Всё будет хорошо, – Ким подошел ближе и обнял его. Запах жасмина исходящий от омеги моментально успокаивал. Тэ сделал шаг назад, но Хосок не позволил далеко отойти. Он притянул омегу за талию ближе и сделал шаг вперёд, моментально сокращая расстояние между телами. Альфа уткнулся носом в теплую шею и вдохнул сладкий жасмин. – Спасибо, что в такой момент находишься рядом, – шепчет ему. Они отстраняются, но все ещё находятся близко. Улыбнувшись, Хосок аккуратно дотронулся большим пальцем лица омеги и мягко погладил его по щеке. Затем, приблизившись, их губы сомкнулись в нежном поцелуе. Тэхен не отталкивал, знал, что этот поцелуй их очень сблизит, как и его поступок во время перестрелки. Это всё поможет ему осуществить план и быть ближе к Чонам.

*

В восемь утра лайнер приплыл к порту. Гости все уставшие начали покидать лайнер. – Дорогие гости, просим у вас прощения… – Сонун грустно посмотрел, – Мы обязательно выясним тех, кто затеял это и им мало не покажется! – он закончил свою речь. Люди всё ещё не отошли от вчерашней ночи. Он был действительно тяжелым. Все жутко утомились и были в диком стрессе. Никто и глаза не моргнул до утра, лишь бы быть наготове. – Тэхен! – омега обернулся на голос. Чонгук медленными шагами подошел к нему и заглянул в шоколадные глаза. – Мы можем поговорить? – Ким стоял смирно. Тэхён знал, что Чон захочет поговорить про вчерашнее, но ему совсем не хотелось обсуждать эту самую страшнейшую ночь за всю его жизнь. Он хотел лишь забыть всё, как ужасный сон. Это действительно был тяжелей момент. Он удивлен, что не словил паническую атаку, а ведь мог. Тогда возможно, Чонгука бы убили. Тэхен все-таки предпочел не думать об этом. – Я не могу, Чонгук, – альфа хотел бы что-то ответить, но он развернулся и ушел быстрыми шагами к своему автомобилю. Сев за руль он сразу завел машину и уехал прочь. Внутри все неприятно сжималось, в каком-то непонимании. Будто все пропало, он чувствовал опустошённость. Заехав во двор своего дома, омега покинул автомобиль и направился во внутрь. Руки предательски тряслись, а губы дрожали. Истерика вот-вот настигнет. Тэхёну казалось, что та кровь Чонгука, которой он испачкался все ещё были на его руках. Он побежал на второй этаж и залетел в свою комнату. – Господи… – вдох-выдох. Омега вошел в ванную и включил холодную воду в душе. Его внезапно охватил страх, что вынудило в одежде залезть под ледяную воду. Из-за боли в груди и всхлипов он словно начал задыхаться. Было очень тяжело дышать. Руки горели от того, что он их тёр как ненормальный. – Нет-нет… – тихо поговаривает на повторе себе под нос, – Уйдите! – кричит. Из глаз катились слёзы, которые терялись в струе воды. Руки были ледяные и исцарапанные до крови. Конечности стали ватными, он начинал терять сознание. Единственное, что омега успел сделать до того, как провалиться во тьму – это выключить льющуюся ледяную воду.

*

Тэхён очнулся в своей кровати с горячей тряпкой на лбу. Вокруг было темно, как и на улице, но оттуда исходил свет луны. Кто-то включил свет в комнате. Тэ медленно открыл глаза и пытался сфокусироваться на объекте сидевшего перед ним. – Ч-чон… – хрипло выдавил из себя. – Тише, всё хорошо, – он не мог разобрать кому именно принадлежал данный голос. Тряпку с его лба убрали и крепко укрыли одеялом. – Тебе нужно придти в себя, свет мой, – говорит мужской голос. У Тэхена сердце начинает быстро биться, словно вот-вот выпрыгнет из груди, ноги немеют, горло пересыхает. Губы приоткрылись, будто он хотел сказать что-то, но просто не смог выдавить из себя слова. – Ты такой непослушный, свет мой, зачем ты лег под ледяную воду? – ухмылка, – Хорошо, что я вовремя приехал, – нежно касается мягких волос и убирает с чужого лица, – Свет мой. – ласково проронил слова. – Н-нет.. – хрипит омега. Он полностью открыл глаза и увидел, как человек напротив расплылся в улыбке. Горячие слезы моментально потекли по пунцовым щекам. – Не думал, что ты настолько будешь сильно рад меня видеть, свет мой, – приблизился и оставил легкий поцелуй на лбу.

*

Чонгук ходит по кабинету туда сюда и никак не может решиться. – Хосок, мне нужно поехать к Тэхёну, – брат поднял на него удивлённые глаза, – Мы должны с ним поговорить насчет вчерашнего, – запускает пальцы в волосы и садится на кресло. Альфа шикает от того, что болит в спине, когда резко куда-то садится. – Он же дал тебе понять, что не хочет с тобой разговаривать, – фыркнул, – Что ты хочешь от него?! – Хосоку совсем не нравилось это всё. Чонгук поднял глаза на брата, который своими голубыми прожигал в нем дыру. – Нам нужно поговорить, это тебя не касается, – спокойно ответил. Хосока словно молнией ударило. Он вскочил с места и начал нагонять на брата: – Как не касается? Тэхен практический мой омега! – крикнул. Чонгук вопросительно поднял бровь и сложил руки на груди. – Что это значит? – он действительно не понимал. Хосок уже взрывался от возмущения. – То, что мы вчера поцеловались, – старший лишь улыбнулся на его слова. – И ты считаешь, что после поцелуя он стал твоим омегой? – встал с места. – Чонгук, я вижу, что интересен ему, успокойся и оставь Тэхена в покое, – темноволосый лишь надел на себя пиджак и направился к двери, – Ты слышишь меня?! Не смей ехать к нему, Чонгук! – крикнул вслед уходящему брату. Хосоку действительно это бесило. Тэхен ему нравится, а его брат зная этого хочет поехать к омеге домой. Бог знает, что там может между ними случиться. Чтобы проконтролировать ситуацию альфа решил пойти за братом. Как оказалось, Чонгук вовсе никуда не уехал, а просто сидел в машине. Ему нужна была тишина и спокойствие, а младший брат рядом его очень напрягал. Гук все равно завтра поедет поговорить с омегой. Он это дело просто так не оставит. Им нужно поговорить и выяснить все.