Don’t Blame me

Принцесса нежилась на плече мужчины с блаженно закрытыми глазами. Он бездумно водил длинными пальцами по её спине и иногда перебирал ими разметавшиеся по плечам серебристые нити волос, которые успели высохнуть после их утех. От воспоминаний о них щёки Рейниры покрывались стыдливым румянцем, и она непроизвольно приходила в движение, собирая под собой ткань золотого плаща, который принц расстелил на камнях для отдыха после их близости. Третьей по счёту. В их первый раз девушка не смогла достичь разрядки. Чуткими стараниями Деймона боль удалось притупить, но не заставить испариться бесследно. Понимая, что дразнить дракона бесконечно невозможно, Рейнира начала подмахивать бёдрами в такт ускорившимся движениям и позволила мужчине излиться внутрь с утробным рыком. Ощущать на себе тяжесть мужского тела, вздрагивающего от мощного оргазма, было приятно, и принцесса, обхватив одной ладонью голову Деймона, а второй — его спину, прижала к себе, позволяя опуститься всем весом, и оставила поцелуй на острой скуле в знак благодарности за дивную ночь. Услышав в ответ: — Ты — прекрасна! — она улыбнулась и прикрыла глаза, наслаждаясь звуком загнанного дыхания принца, постепенно успокаивавшегося и приходившего в норму. Немного отдохнув, он опустил руку вниз и медленно вытащил опавший орган из ало-красного лона. Заметив на своей ладони следы крови, Деймон поднялся, взял Рейниру на руки со словами: — Дай мне позаботиться о тебе, — и погрузился с ней в воду, мягко и осторожно, позволяя источнику смыть с их тел следы спермы, пота и потерянной девственности. Заприметив небольшой каменный выступ у края бассейна, мужчина присел на него, утянув принцессу за собой, и начал омывать её тело. Когда его пальцы добрались до воспалённой дырочки, Рейнира зашипела не хуже разъярённой кошки и оттолкнула руку, сетуя: — Значит, трахаться это приятно?! Деймон не позволил ей далеко уплыть, усаживая к себе на колени. Он откинул потяжелевшие от влаги локоны в стороны и обхватил обеими ладонями шею юной девушки, которую минутой ранее сделал настоящей женщиной, приподнимая её подбородок двумя большими пальцами. — Ты научишься приносить такое удовольствие, за которое каждый мужчина в Королевстве будет готов отсечь себе руку или выколоть глаза в качестве платы за ночь с тобой. — Мне не нужен каждый, только ты! — категорично заявила Рейнира, чем вызвала самодовольную улыбку на лице мужчины, выглядевшим в сумеречном свете затухающих огней так, словно оно было выточено из мрамора. — А я и не утверждал, что они у тебя будут. Лишь сказал, на что эти несчастные пойдут ради тебя. Деймон помог девушке перебросить ногу через него и сесть в удобной позиции лицом к лицу. — После первой ночи тело женщины начинает вести себя иначе. Твоя осанка больше не будет теряться при взгляде сотни голодных мужских глаз, — принц провёл по каждой выступающей косточке позвоночника подушечкой указательного пальца, запуская сладкую дрожь по телу Рейниры. — Бёдра помогут походке стать плавной и более соблазнительной, — его руки ухватились за них, разводя в стороны и открывая доступ к самому главному. — А твой взгляд, — на этих словах пальцы прикоснулись к лону, дразня клитор и чувствительные складки внутренних губ, — скажет каждому, что ты знаешь, как заставить мужчину потерять голову от секса с тобой. — Деймон, я не думаю, что смогу ещё раз, — залепетала Рейнира, вцепляясь в упрямое запястье. — Там, где есть страсть, нет места помыслам, — прошептал Порочный принц и продолжил свои ласки, отводя мешающие ладони в стороны. — Ты хотела познать, насколько это приятно… Он притянул к губам тонкую шею и оставил на ней серию из точных и жалящих поцелуев, заставляя голову принцессы откинуться назад с протяжным стоном. — Так учись, — мужчина вовлёк разомлевшую девушку в звучный поцелуй, больше похожий на танец драконов, чем на обычную ласку, и освободил её губы из плена только тогда, когда член между ног окреп от возбуждения. — Потрись о него, — снова вернув контроль над упругими бёдрами, Деймон подтолкнул Рейниру к действию и позволил им соприкоснуться в интимных местах. — Давай же, раздразни себя. Пробуди истинное желание. Дай ему завладеть тобой. Девушка неуверенно ухватилась ладонями за широкие плечи и сделала пару движений на пробу, прислушиваясь к своим ощущениям и выбивая из губ Деймона резкий свист. — Теперь твои пальцы там заменяет мой член. Так сделай свои движения такими же приятными, как если бы ты ласкала себя сама. Кивнув головой в немом послушании, Рейнира принялась двигать бёдрами вперёд и назад сначала медленно и осторожно, а затем, ощутив острую потребность в том, чтобы головка давила на клитор чаще и сильнее, ускорилась, превращаясь в страстную наездницу, грациозно изгибающую спину и прикусывающую нижнюю губу от получаемого наслаждения. Принц с горящими глазами наблюдал за ней, слизывал языком солёную влагу с ключиц и терзал зубами острые вершины сосков, напрашивавшихся на наказание. Девушка тонула в ощущениях, почти пропустив тот момент, когда оргазм чуть не накрыл её ударной волной, подобной цунами, но Деймон не позволил этому случиться. Он вовремя успел подхватить её за талию и дёрнуть вверх, заставляя распахнуть глаза в праведном гневе. Выдержав испытание карающим взглядом, мужчина ухватился одной рукой за непослушные волосы, а второй за свой изнывающий член и, мягко надавливая на затылок девушки и ломая её вялое сопротивление, усадил дрожащее тело на него с тихим шёпотом: — Вот так… Глаза Рейниры скрылись за густыми ресницами, не давая принцу понять, что на самом деле она испытала, позволив ему снова оказаться внутри. Но когда принцесса с еле различимым стоном приподнялась на его коленях и неспешно опустилась вниз, он ослабил хватку на её бёдрах, позволяя делать это так, как ей захочется. Почувствовав полную власть над мужчиной под собой, глаза девушки распахнулись, сияя от радости и неприкрытого восторга. Её губы разомкнулись, создавая причудливое эхо и погружая их обоих в блаженное беспамятство: — После первой ночи тело женщины начинает вести себя иначе, — Деймон еле сдержал своё желание обхватить руками осиную талию и резко толкнуться в жаркую глубину чертовки, так бесстыдно дразнившей его сейчас. — Её осанка больше не теряется при взгляде голодных мужских глаз, — принцесса изогнулась так, чтобы выбить своим движением стон из грудной клетки мужчины. — Бёдра начинают жить своей жизнью, — Рейнира принялась совершать поступательные движения, не отрывая своих ног от колен, изводя своего любовника и вынуждая его двигаться навстречу, чтобы усилить желанное трение. — А её взгляд… — она, не мигая, устремила взор в бархатную темноту расширившихся зрачков Деймона, подарившего ей в ответ: — Дьявол, — и подхватившего её под спину, насаживая на себя полностью. Их стоны смешались, а поцелуи разбавили тишину. Принцесса скакала на твёрдом члене так быстро, как если бы неслась на лошади во весь опор. Не сдерживая себя и осыпая Порочного принца грязными ругательствами, Рейнира гналась за наслаждением, которое у неё украли в первый раз. Деймон придержал её за бёдра, сжимая их и оставляя след в виде полумесяцев, боясь не поспеть за разгорячившейся девушкой. — Рейнира, медленней, — простонал он. Но девушка не услышала его, продолжая ускорять темп своих движений. — Рейнира! — голос мужчины наполнился возмущением, однако оно также было проигнорировано. Порочному Принцу ничего не осталось, кроме как жадно смотреть на то, как грудь его Королевы, упругая и пышная не по годам, приподнимается на последнем голодном вздохе, а спина, выгибается назад так резко, что не подставь он свою руку, она бы наверняка сломалась под давлением сладострастных ощущений. Его член оказался зажатым в тисках оргазмирующей плоти, а плечо укрылось за длинными волосами головы, примкнувшей к нему лбом от приятной усталости. Когда девушка пришла в себя, она поднесла губы к его уху и с игривым смешком в голосе шепнула: — Теперь я знаю, насколько это может быть приятно. Прорычав: — Ах ты плутовка! — Деймон вжал в себя гибкое тело и поднялся на ноги. — Ты поплатишься за это! Рейнира воскликнула на резком подъёме, плотнее обхватила его талию ногами, чтобы не упасть, и принялась по-детски заливисто хохотать, дразня своего рыцаря ещё больше. Не церемонясь, мужчина опустил юное тело на золотой плащ, пристроился сзади и вогнал член в узкую дырочку почти на всю длину, вынуждая смех девушки смениться на тягучий стон. Он не издавал ни звука, наслаждаясь видами изогнутой спины, напряжёнными пальчиками, вцепившимися намертво в ткань перед собой, и звуками наслаждения, которые нарушали покой пещеры. Запомнив угол, под которым принцессе было особенно приятно насаживаться на член, Деймон в точности повторил его, изводя её меткими ударами головки по заветной точке. Тело Рейниры пылало в огне, уносясь куда-то высоко к вершинам горы и падая вниз на огромной скорости. Непослушные ноги разъезжались в стороны, однако Порочный принц держал их крепко, лаская свой слух шлепками от соударения бёдер. Когда стоны сменились хриплыми криками, а крики — шёпотом: — Деймон, я… Мужчина намеренно замедлился, показывая, как именно нужно растягивать удовольствие. Девушка тут же взмолила: — Не останавливайся, прошу… Ухватившись за копну волос, роднивших их с самого детства своим цветом, потянул голову принцессы на себя, вынуждая тем самым её лоно вжаться до упора в пах. Наклонившись к уху, принц выразил решительную уверенность: — Мы кончим вместе, Рейнира, и только так, не иначе, ты поняла меня? Кивнуть ей не позволила рука мужчины, не захотевшая отпускать её волосы из своей хватки, поэтому она сипло ответила: — Да. — Мою Королеву явно подводит голос, не так ли? Громче! — Да, мой принц! — Умница, — шлепок по одной из половинок был ей наградой. Мужчина с истинным наслаждением наблюдал за тем, как Рейнира пыталась сдерживать себя и не сорваться в оргазм раньше него. Она кусала губы в агонии, цеплялась ногтями за камни, не замечая, что ткань давно уехала ей куда-то под колени от силы трения, и пыталась напрячь низ живота, стараясь сохранить хоть какие-то остатки контроля, чем значительно ухудшала своё положение. Стремительно надвигавшийся оргазм сминал все её усилия и безжалостно сводил к нулю. Изводить Рейниру стало новым видом хобби для Порочного принца, он мог продолжать делать это всю ночь, но услышав обречённое: — Деймо… Ооох… , я не могу больше… Пожалуйста… — мужчина решил внять просьбам своей Королевы и в три толчка достиг столь желанной разрядки под аккомпанемент собственного сдавленного стона и пронзительного девичьего крика. Им понадобилось чуть больше времени, чтобы вернуться в реальность и с комфортом разместиться на золотом плаще. Деймон подтянул к себе почти бездыханную Рейниру и уложил её голову к себе на грудь, принявшись выводить круги и руны древней Валирии у неё на спине. Он не знал, прошло полчаса, час или целый век перед тем, как девушка уткнулась подбородком ему в рёбра, поймала его полусонный взгляд и горько спросила: — Что с нами будет дальше? Вернув её голову в прежнее положение и оставив на серебряной макушке долгий поцелуй, мужчина прижал любимое и ставшее таким родным тело к себе, ответив: — Не думай ни о чём. Пусть эта ночь останется только нашей. Засыпая под размеренное дыхание принцессы, Деймон уже знал, как с ними распорядится судьба.

***

Несмотря на ярое сопротивление Рейниры, они отправились в сторону Драконьего камня. Родовое поместье, не раз его спасавшее, могло либо спасти их грешные души, либо погубить окончательно. Убедив девушку в том, что из всех существующих это единственный шанс на спасение и отказавшись лететь в Дорн, чтобы снискать в его землях расположение и защиту, принц помог ей оседлать Сиракс, а затем забрался на спину Караксеса. На подлёте Деймон заметил гвардейцев своего брата, поджидавших их в засаде. Остановившись на туманном мосту, Деймон, не сдержавшись, запечатлел прощальный поцелуй на губах Рейниры и прервал его только тогда, когда почувствовал солёную влагу на языке. — Не оплакивайте меня раньше времени, моя Королева, — попытка разрядить мрачную обстановку не увенчалась успехом. Принцесса вцепилась в его запястья как в свой спасательный круг посреди бушующего океана. — Деймон, умоляю, давай улетим! Он убьёт тебя! — Тогда я умру самым счастливым человеком на свете, ведь ты выбрала меня, а не Лейнора, — улыбка мужчины, словно солнце, озарила всё вокруг и, кажется, даже смогла привести в движение туман вокруг. Рейнира слишком поздно поняла, что это не чарующая магия её принца, а стража отца разогнала серую пелену своим внезапным появлением. Под её отчаянные крики и бесполезные попытки помешать гвардейцам выкручивать Деймону руки, их доставили прямиком в Большой зал, где их поджидал Визерис. Только когда принца швырнули на первые ступени трона, Рейнира узнала тех, кому удалось совладать с его силой. Сир Харвин Стронг и Кристон Коль, поклонившись Визерису, отошли в сторону, но не покинули его, оставшись стоять в боевой готовности, зажав ладонями рукояти своих мечей. Рейнира попыталась начать разговор громким: — Отец… — но он тут же вскочил с непривычного ему седалища и закричал: — Ни слова! Спустившись вниз и пнув ногой не сопротивлявшегося брата, Король безрадостно продолжил: — За неповиновение и бесчестие я должен казнить вас обоих! — Не надо, прошу… — слезы с новой силой брызнули из глаз Рейниры, но остались абсолютно проигнорированы отцом. — Я мог бы закрыть глаза на беспечное поведение будущей Королевы престола, но ты… — Визерис вцепился стальной хваткой в горло Деймона, приподнимая его с колен. — О чём ты думал? — О том, что она только моя, — смело прохрипел младший брат, за что получил ещё один удар по лицу. — Ты обесчестил её, Деймон! И теперь нашему союзу с Веларионами конец! — Этот союз — ничто, если он для тебя так важен! — принц подал знак девушке не приближаться к нему, так как она хотела утереть кровь с его рассечённой губы, ручьём побежавшей по острой скуле, спустившейся вниз и скрывшейся за воротом рубашки. — Может, пора задуматься о том, кто действительно достоин Рейниры? — И ты возомнил себя достойным? — взревел Визерис. — Ты, перетрахавший всех шлюх в половине борделей Вестероса! Она лишь твой путь к трону! — Это ложь! — донеслось до него сразу два голоса: один звонкий, как лёд, а другой неистовый, как огонь. — Рейнира, — Король обхватил покрасневшее от рыданий лицо девушки в свои загрубевшие ладони. — Девочка моя, он обманул тебя, слышишь? — Нет, отец, нет! Ты не понимаешь… — Ты не видела, на что он способен ради Железного трона, а я да! И ты не сможешь переубедить меня! — Выслушай нас, прошу… — С меня довольно, взять его! — Визерис попытался удержать Рейниру, но та вихрем устремилась к двинувшимся с места гвардейцам и преградила им путь своим телом. — Не смейте! Он ваш принц! — А я — Король, и ты будешь считаться с моим приказами, непослушная девчонка! Схватив её за руку и оттащив в сторону, позволяя Стронгу и Колю схватить несопротивляющегося и странно притихшего Деймона, Визерис гаркнул: — Казнить его! — Нет! — истошно закричала Рейнира, попытавшись вырвать своё предплечье из захвата отца, но безуспешно. Гвардейцы застыли истуканами, не в силах понять, насколько серьёзен приказ, отданный их повелителем. — Убьёшь брата из-за любви к своей дочери? — Это не любовь, а — чума, Деймон! — Отец, умоляю, пощади его! Принцесса забилась в крепких руках Визериса раненой птицей, но тот остался непреклонен. Увидев, как Харвин обнажает свой меч, она и вовсе забилась в истерике, причитая: — Я люблю его, слышишь, люблю! — кулачки забились по груди возмущённого непослушанием Короля. — И я умру вместе с ним! — Я не позволю этому случиться, Рейнира! Ты — будущее Королевства! — Эйгон его будущее! Ради него ты готов закатывать пиры и выполнять любые прихоти! — девушка сорвала голос, борясь за свою истинную судьбу до конца. — Он твой наследник, твой сын, твоя гордость. А я всегда буду лишь Отрадой Королевства, проклятого на распри между мужьями и жёнами, братьями и сёстрами, родителями и детьми. Я возненавижу каждый прогнивший насквозь кирпичик Красного замка и сожгу его дотла, если с Деймоном хоть что-то случится! Последнее предложение вылилось на Визериса змеиным шипением. Он отшатнулся от родной дочери, но не освободил её от плена своих рук. С горькой усмешкой Король пробормотал: — Ты полюбила лишь тень счастья, Рейнира. Тот, кого ты защищаешь, не защитит тебя в ответ, когда придёт время. Превозмогая боль от собственного решения, Визерис кивнул головой, и Стронг поднял меч в воздух, занося его над шеей принца, склонившейся в обречённом отчаянии. — Он поклялся мне в верности! — крик Рейниры оттолкнулся от высокого купола и вернулся к Королю, усиленный стократно. — Не смеши меня… — Сир Харвин, опустите меч, умоляю. Деймон дал мне клятву рода Таргариен, что защитит меня и будет служить мне вечно. Отец, прошу, услышь меня! Девушка упала на колени и вцепилась в подол королевского плаща, уже не сдерживая рыданий и не заботясь о том, как она выглядит со стороны. Склоняя голову перед тем единственным, кто мог ещё спасти её от верной гибели. — Мой брат? — в удивлении воскликнул Визерис, сталкиваясь с непоколебимым взглядом напротив, в котором не было и намёка на коварство, обман или шутку. Деймон выглядел так, словно был готов без раздумий выхватить меч из ножен Коля и проткнуть им Короля только лишь за то, что его дочь сейчас стояла перед ним на коленях и упрашивала Семерых Богов дать им сил на то, чтобы убедить его в своих чувствах. И Визерис всё понял. Словно молнией поражённый, он махнул рукой, веля Стронгу отступить, позволил своему младшему брату смахнуть с плеча неприятную ему руку Кристона, подняться с колен и подойти к невменяемой от горя Рейнире, чтобы завести её дрожащие и влажные от слёз ладони себе за шею и с опасным выражением на лице поднять на руки. — Если она ещё хоть раз будет плакать из-за тебя, я не посмотрю на то, что ты Король, Визерис, и убью тебя. От его угрозы веяло клятвой, и старшему мужчине ничего не оставалось, кроме как молча кивнуть и вернуть данное обещание: — Я могу сказать тебе то же самое. Деймон подтянул повыше горячее тело Рейниры, тут же уткнувшейся носом ему в плечо, и развернулся в сторону выхода из тронного зала. В спину ему донеслось неуместное: — Что мне сказать Веларионам? Но он ничего не ответил Королю, который должен был научиться решать свои проблемы сам, а не путём принесения в жертву счастья своих близких.

***

Свадьба была роскошной. Деймон настоял на том, чтобы Рейниру облачили в красное платье, в дань уважения одному из основных цветов их рода. Её улыбка в тот день сияла ярче солнца и затмевала все недовольные лица, к которым можно было смело отнести почти всех Хайтауэров и Веларионов. Однако, Алисента и Лейнор нашли в себе силы поздравить невесту от чистого сердца, что немало порадовало теперь уже коронованного принца Драконьего камня. Стоя на балконе, с которого весь залив был виден как на ладони, и вспоминая с теплом в сердце и умиротворением на душе самый значимый день в его жизни, Деймон не заметил, как Рейнира тихо подкралась к нему и обняла со спины, прижимаясь к его телу как котёнок. Он тут же развернулся и в приветствии сказал: — Жена моя. — Муж мой, — с игривым почтением на лице вернула ответ Рейнира. — У меня для тебя есть подарок. Он раскрыл ладонь, в которой спряталось украшение из валирийской стали. Принцесса охнула, вспомнив, при каких обстоятельствах отреклась от него, и её глаза наполнились непрошенными слезами. Деймон тут же подался вперёд, обнимая хрупкие плечи, не прикрытые платьем явно в наказание за все его земные грехи: — Ну что ты… Рейнира уложила своё лицо на подставленную ладонь, принимая ласку, и с досадой проронила: — Я не должна была отказываться от столь дорогого подарка. — Не столь дорог, как ты, — тут же отозвался принц. — Я поклялся, что верну его тебе только тогда, когда мы поженимся. — Свадебное подношение? — хитро сверкнула глазами Отрада Королевства. Над заливом раздался рёв Караксеса, бросившегося вдогонку за Сиракс. Брачный танец драконов привлёк внимание Рейниры, но ненадолго. Деймон подошёл к ней вплотную и, чуть наклонившись и коснувшись губами уха, шепнул: — Ваш подарок будет ждать Вас вечером в спальне, моя Королева, а пока подарите мужу возможность вернуть утерянное. А затем полным любви голосом добавил: — Повернись.