На тебе нет ни одного живого места, но ты — шедевр

Харри слегка нервничает, когда берет с собой Тони на Диагон Аллею. Он прочитал все книги, которые она ему дала, с такой же пугающей интенсивностью, как и Гермиона, и они провели много ночей, в течение которых он задавал ей вопросы, а она отвечала на них в меру своих возможностей. Хотя в прошлом он уже сталкивался с контролем сознания (и аврор в ней все еще раздражен тем, что у него вообще был такой опыт), он, кажется, в целом очарован магией. Она полагает, что это потому, что он изучает, как работает магия. Это устраняет неизвестный компонент, делает ее менее пугающей. Единственная проблема, с которой он столкнулся, была с портключом, но это потому, что портключи вообще ужасны. После визита к родителям Харри чувствует себя легче, и, по правде говоря, она чувствует себя немного глупо, что начала так эмоционально переживать из-за этого. Это же не свежая рана. У нее было достаточно времени, чтобы смириться с тем, что она сирота. Волшебный мир больше не празднует Хэллоуин как день победы над Волдемортом, не после того, как она остановила его навсегда 2 мая несколько лет назад. Нет, Хэллоуин теперь известен как день Памяти Поттеров. В память о Поттерах. Она полагает, что они хотели как-то почтить память ее родителей, но, как и та табличка у их разрушенного коттеджа, это не удается. Потому что Харри не нужен праздник, чтобы помнить и чтить память ее умерших родителей. Ей постоянно напоминают об этом каждый раз, когда она смотрится в зеркало, видит зеленые глаза матери, дикую и неукротимую гриву отца, ее шрам в виде молнии, тщательно скрытый тональным кремом - доказательство ее беспрецедентного выживания. Лучший способ, каким Волшебный мир мог бы почтить память ее родителей, - это дать ей немного гребаного покоя в этот день из всех возможных. Но, конечно, этого не произойдет. Она не уверена, что люди специально тупые или что им наплевать на дерьмо гиппогрифа, но к ней постоянно стекаются люди, которые хотят выразить соболезнования ( естественно, под таким углом, чтобы камеры сделали хороший снимок), или владельцы ресторанов, предлагающие ей товары бесплатно или со значительной скидкой. Ничто так не говорит о том, что я ужасно соболезную вашей утрате, как бесплатный напиток Сливочное пиво и шестидесятипроцентная скидка на "Ежедневный пророк". Какое-то время она старалась вообще не выходить из дома, не желая доставлять им удовольствие пользоваться ее славой в один из самых печальных дней ее жизни. Она бы так и продолжала делать, если бы Тедди не заболел. Драко был на работе, завершая важное дело, и она не собиралась позволять своему сыну страдать только потому, что мир полон мудаков. С годами выходить на улицу в Хэллоуин становилось все легче и легче, и теперь это не более чем раздражение, с которым она справляется. Безразличная улыбка здесь, ровный взгляд там, и люди привыкли оставлять ее одну в относительном покое. Рон и Гермиона, благослови их Бог, взяли на себя труд пристыдить людей, чтобы они дали ей немного покоя, громко заявляя, как ужасно и неуважительно, что день смерти её родителей так коммерциализован. Это был хороший жест, каким бы бесплодным он ни оказался. Тем не менее, Харри не чувствует знакомого трепета в животе. Когда она выводит Тони с кладбища, она не чувствует ничего, кроме спокойствия. Присутствие его больше, чем жизнь, успокаивает, и она чувствует, что расслабляется, готовая справиться с любой ерундой, которую принесет день. - Я отвезу нас в Диагон, - говорит она ему. - Портключ годится только для того, чтобы добраться до Годриковой впадины и обратно в Нью-Йорк. Тони соглашается. - Пожалуйста, скажи мне, что аппарирование лучше, - беспечно говорит он. Харри морщится. - Ну... Она вздыхает. - Летать - это лучше всего, - говорит он. В следующий раз мы должны полететь на самолете. Мой частный самолет быстрее любого коммерческого рейса, первый класс или нет. Она слегка краснеет, радуясь, что не спугнула его. - Мы устроим небольшой праздник, - говорит она ему. Я могу прокатить тебя на моей Молнии. Это была самая быстрая гоночная метла на рынке, когда я ее получила. Сейчас, конечно, есть и более быстрые модели, но она по-прежнему ужасно привязана к подарку Сириуса. - Полетать без костюма будет интересно, - пробормотал он. Тони притягивает ее к себе, и она почти закрывает глаза, когда аромат его одеколона достигает ее носа. Ей хочется уткнуться лицом в его грудь, позволить этим сильным рукам прижать ее к себе. - Забери меня! - фыркнула Харри. Затем ее лицо становится более серьезным, когда она говорит: - Мое аппарирование улучшилось, но я бы хотела, чтобы никто из нас не пострадал, насколько это возможно. Держи меня крепче, хорошо? Тони выглядит немного бледным, но он улыбается ей и говорит: - Это будет не самое безумное упражнение на доверие, которое я когда-либо делал. Когда он крепко держит ее, она бормочет небольшой обратный отсчет, и затем они исчезают. Аппарирование все еще неприятно, как будто тебя запихивают в маленькую трубку, но все закончилось довольно быстро. Тони держится на удивление уверенно, один раз встряхивает головой, чтобы сориентироваться. - Я аппарировала нас в переулок у Дырявого котла, - говорит она, - так что ты сможешь в полной мере ощутить Аллею Диагона. Она ведет его к Дырявому котлу и внимательно следит за выражением его лица. Тони с любопытством смотрит на вывеску. - Удивительно, как вам удается держать все в секрете, - говорит он. - Название как бы говорит само за себя. И хотя, если честно, в темные века было бы больше проблем, если бы магглы узнали, что кто-то, глядя на тебя весело, произносит заклинание. Харри поднимает бровь. - Возможно, - соглашается она, - но опять же, это еще одно заведение, которое зачаровано так, чтобы быть невидимым для магглов. - Она жестом показывает на других магглов на тротуаре, каждый из которых шел по своим делам, не обращая внимания на заведение волшебников. - Тогда как...? - Тони хмурится, невольно смущаясь. - Как я могу это видеть? Это не имеет никакого смысла. - Возможно, где-то в твоей родословной есть сквибы, - говорит Харри. - Но у меня есть более вероятная теория. - Во что бы то ни стало, профессор Поттер, просветите меня, - говорит Тони с небольшой ухмылкой. - Потому что я в тупике, а это случается нечасто. Харри пожимает плечами. - Ты - Торговец Смертью, - тихо замечает она. Его ухмылка исчезает, и она мгновенно чувствует себя виноватой. - Прости. Я знаю, что это не тот титул, который ты хочешь. Черт, если бы я могла забыть все эти дела с Хозяйкой Смерти, я бы так и сделала. Но это невозможно, и, возможно, нам придется признать, что эти титулы - не просто красивые слова. Смерть говорит, что это должности. Почему бы не сказать, что они не влияют на нас сейчас? Тони поджал губы. - В твоих словах есть смысл, - говорит он нехотя. Он вздыхает, качает головой. - Просто... я так привык, что Торговец Смертью имеет негативный оттенок. Нелегко будет забыть обо всем этом. Она утешительно сжимает его руку. - Я понимаю, - мягко говорит она. На мгновение воцаряется тишина, а затем она прочищает горло. - Пойдем. Я думаю, тебе понравится на Аллее. Мы можем перекусить, когда закончим, может быть, мороженое. Тони делает паузу. - Волшебники пользуются Mastercard? Харри смеется. - Нет, не пользуются, - говорит она. - Но не волнуйся. Сегодня это будет моим подарком тебе. - Не дожидаясь ответа, она начинает вести его в Дырявый котел. - У меня есть деньги, - замечает Тони, переплетая их пальцы. - У меня тоже, - отвечает Харри. Она улыбается. - И, в отличие от тебя, у меня есть соответствующая валюта для совершения покупок. - На этот раз я уступлю тебе, - говорит Тони. - Но только если ты позволишь мне загладить свою вину. Харри игриво сужает на него глаза. - Хорошо, если ты настаиваешь, - пробормотала она. Тони победно ухмыляется. В " Дырявом котле" довольно много народу, кипит деятельность, бурлит энергия и шумная толпа. Они не сразу замолкают, когда первый человек замечает ее. Она старается не выдать своего недовольства, чуть крепче сжимает руку Тони. Один за другим все покровители поднимаются на ноги, поднимают палочки и салютуют. Вскоре после этого начинаются соболезнования - тихий ропот здесь, более громкое, не столь благонамеренное заявление там. Тони принимает все это близко к сердцу, пристраиваясь рядом с ней, одаривая любопытных взглядов своей тысячеваттной улыбкой, отвлекая их и перенося часть тяжести их взглядов на свои плечи. Она могла бы расцеловать его за это. - Добрый день, Харри, - тихо поздоровался бармен Том. - Будете ли вы и ваш спутник сегодня есть? - Его взгляд переходит на их сцепленные руки, но он никак не комментирует их. - Боюсь, не сейчас. У меня есть дела на Аллее, - спокойно отвечает она и слегка улыбается старшему волшебнику. Не оставаясь для светской беседы, она осторожно тянет Тони к задней части паба, к входу на Диагон Аллею. - Я могу честно сказать, что это первый раз, когда я был с кем-то настолько известным, как я, - мягко говорит Тони. Харри вздрагивает. - Мне жаль, что так получилось, - говорит она. - Люди очень назойливы. Это общественное мнение, что моя жизнь, как общественного деятеля, не заслуживает уединения. Тони хмурится. - Это не то, о чем ты должна сожалеть, - говорит он. - Ты же не просишь этих людей полностью игнорировать общепринятые нормы приличия. Она ничего не говорит в ответ, лишь грустно улыбается, потому что из всех людей Тони понимает ее. Он понимает, что такое быть публичной фигурой, героем в глазах людей, и все, что это влечет за собой, хорошее, плохое, раздражающее. - Ты готов? - спрашивает она его, в ее глазах появляется лукавый блеск. Тони подносит руки к лицу, изображая шок. - Магия? Какое красивое зрелище! Харри усмехается и достает свою палочку из кобуры. Она медленно постукивает по кирпичам, наблюдая за его лицом. Когда кирпичи расходятся и открывается Диагон Аллея, она наблюдает, как его глаза открываются в неподдельном шоке, в его взгляде благоговение и восхищение. Его руки опускаются к бокам, и он стоит и смотрит. - Добро пожаловать на Диагон Аллею, - тихо говорит она, улыбаясь его выражению лица. - Здесь красиво, - серьезно прошептал он. Ее улыбка растет, и крошечный завиток беспокойства рассеивается. - Я покажу тебе все, - тихо говорит она. Водить Тони по Диагон Аллее - очень увлекательное занятие. Ее дети выросли в окружении магии, поэтому все это не ново и не интересно, но Тони нужно останавливаться в каждом магазине, брать вещи и играть с ними. Она избегает Гринготтса, поскольку гоблины теперь едва терпят ее после успешного ограбления. В Кондитерской Шугарплама он выбирает различные сладости, пробует их и радуется тому, как меняются цвет его волос или как совершенно по-другому звучит его голос. Он с удовольствием набивает мешки сладкими и терпкими конфетами, испускает самые непристойные стоны при виде помадки со вкусом Сливочного пива, которая вскружила ему голову. По меньшей мере пару часов они проводят во Флориш и Блотс. Он критично осматривает книги, бормоча теории и наполняя корзину со скоростью, которая впечатлила бы Гермиону. Нет конца различным предметам, которые он выбирает: от магических растений до модных чар, от системы образования до реформы Министерства и законодательства. Пока они расплачиваются за небольшую гору книг, шепот становится все громче, взгляды все пристальнее, и в конце концов появляются люди, пытающиеся незаметно сделать фотографии. Она привыкла к этому, но это все равно раздражает. Впрочем, Тони тоже привык к этому, и его глаза такие же острые, как у нее. Когда они выходят из " Флориш и Блоттс", он смотрит в толпу, подмигивает и говорит: - Будь уверена, что у тебя есть моя хорошая сторона! - Ты принимаешь это удивительно хорошо, - замечает Харри, когда они продолжают идти рука об руку по аллее. Тони держится за сумки, чуть не выронив руку, когда она пошла помогать. - Ну да, люди - засранцы, куда бы ты ни пошел, - говорит он, его голос звучит достаточно громко, чтобы его услышали подслушивающие. - Я не знаю, как ты с этим справляешься. Если бы люди начали вытворять такое дерьмо в день смерти моих родителей дома, я бы сошел с ума. Харри поднимает бровь и с трудом подавляет улыбку, когда некоторые люди виновато уходят. Это не отпугнет всех, потому что некоторые люди - маленькие дерьмократы, но важна сама мысль. - Эй! Убирайтесь отсюда, стервятники! Клянусь, следующий человек, который побеспокоит Харри, будет навсегда забанен во Всевозможных волшебных вредилках! Хари широко улыбается и поворачивается, чтобы увидеть знакомого рыжеволосого волшебника, который хмурится. Джордж, - тепло приветствует она, отпускает Тони, чтобы обнять Джорджа. Он обнимает ее немного крепче, прежде чем отстраниться, и все это время смотрит на Тони. - Не думал, что увижу тебя здесь сегодня, - тихо говорит он. - И это тот Тони, с которым ты встречаешся? Харри шлепает его по груди. - Будь повежливее, - предупреждает она. Она поворачивается к Тони, который с любопытством наблюдает за ними. - Тони, это Джордж. - Я ее брат, - говорит Джордж и протягивает Тони руку для пожатия. - Один из них, по крайней мере. Он оглядывает Тони с ног до головы. - Ты ниже ростом, чем я думал. Тони поднимает бровь. - Я предпочитаю термин "веселый", - говорит он и с улыбкой пожимает руку Джорджа. Наступает момент молчания, почти неловкий, но затем Джордж откидывает голову назад и смеется. - Честно говоря, я слышал только положительные отзывы, - говорит рыжий, кивая головой в сторону Харри. - Этого почти достаточно, чтобы остальные в тебя влюбились. - Джордж! - визжит Хари, ее щеки пылают жаром. - Правда? - Тони широко улыбается, но его собственные уши теплые, и то, как он смотрит на нее, заставляет ее сердце делать забавные кувырки в груди. - Ну, это не односторонне. Джордж улыбается, но улыбка имеет острый край. - Лучше бы это было не так, - говорит он ярко. Затем он поворачивается к Харри, прежде чем Тони успевает ответить. - Что ты здесь делаешь сегодня? Харри пожимает плечами и слегка улыбается. - Я хотела показать Тони немного магии, - говорит она. - Мы ходили по магазинам. Улыбка Джорджа становится озорной. - Ты хочешь увидеть волшебство? - спрашивает он Тони. Он жестом показывает на дверь своего магазина. - Заходи, заходи. Я покажу тебе немного магии. У тебя будет специальная грандиозная экскурсия по - Волшебным штучкам Уизли! - Заходи, сказал паук мухе, - повторяет Тони, выглядя немного обеспокоенным. - Только не... ешь ничего, что он тебе даст, - советует Харри, прикусив нижнюю губу. Тони нисколько не выглядит уверенным, и жуткое, злое хихиканье Джорджа не помогает делу. Тем не менее, Тони заходит в магазин, Джордж и Харри следуют за ним. Джордж проводит для него подробную экскурсию, объясняя, что делает каждый продукт, рассказывает о новых изобретениях, которые он, должно быть, разработал с тех пор, как Харри была здесь в последний раз, и даже испытывает некоторые из них на себе, когда Тони демонстративно отказывается. Тони отказывается, пока не увидит, на что они способны. Особенно его заинтересовали канареечные памадки. - А они двусторонние, - спрашивает он в шестнадцатый раз. Джордж выглядит бесконечно забавным. - Ну, это было бы плохо для бизнеса, если бы наши шалости были постоянными, - замечает он. - Кроме того, мы с Харри можем отменить его, если что-то пойдет не так. Все наши продукты проходят тщательное тестирование, но это не значит, что некачественный продукт не может проскочить. - Я знаю, как работает массовое производство, - пробормотал Тони. Он смотрит на Харри, и это, кажется, укрепляет его уверенность. Он откусывает кусочек шуточной сладости, хмыкая в знак благодарности за вкус. - Это не ра... С хлопком Тони превращается в большую канарейку. Он довольно сильно напуган этим, чирикает и хлопает крыльями. Харри улыбается, достает из кармана телефон и делает пару снимков. - Как у тебя дела сегодня? - мягко спрашивает Джордж. Харри пожимает плечами. - Ты знаешь, как это бывает, - говорит она, ее голос так же тих. - Сегодня было немного труднее, чем в другие дни, но могло быть и хуже. Тони был со мной, и это было приятно. Джордж кивает головой. - Хорошо, - говорит он. - Рон и Миона будут вне себя от того, что я встретил его первым. - Он широко улыбается. Харри морщится. - Ну, эта поездка была в некотором роде незапланированной. Я просто подумала, что он захочет посмотреть на магазины. - То есть, я бы сохранил это в тайне от них, правда, но эта поездка, несомненно, попадет во все газеты, - замечает Джордж. - Ну, эта поездка была в некотором роде незапланированной. Я просто подумала, что он захочет посмотреть на магазины. - То есть, я бы сохранил это в тайне от них, правда, но эта поездка, несомненно, попадет во все газеты, - замечает Джордж. - И мне действительно хочется ткнуть им в лицо, так как они любят монополизировать твое время. Харри кивает. - Жду не дождусь. - Ее бесстрастная речь исключительна. Перышки Тони начинают редеть, а потом он снова становится нормальным, качает головой и смотрит на свои руки. - Ладно, это было довольно круто, - говорит он. - Мне понадобится, наверное, дюжина таких. - Использование этих шуточных продуктов на магглах противозаконно, - мягко говорит Джордж. Тони надувается. - Но ты же использовал их на мне. - У тебя есть лицензия. Иначе Харри не привела бы тебя сюда. - Джордж берет коробку из рук Тони. - Это справедливо, - соглашается Тони. Он с тоской смотрит на кремы и дуется. Харри утешительно похлопывает его по руке. - Не хочешь перекусить? - Я слегка проголодался, - говорит Тони. Он поворачивается к Джорджу, протягивает руку. - В будущем я буду избегать любой еды, которую ты мне дашь. - Ну, если я знаю Харри так хорошо, как мне кажется, ты, вероятно, будешь приезжать на праздники, и любая еда без присмотра - бесплатная игра, - говорит Джордж с ухмылкой. - Это... тревожно - изнасилование на свидании, - говорит Тони, выгнув бровь. - Ты обычно подсыпаешь неизвестные вещества в еду случайных людей, когда они не смотрят? - Не случайные люди, - уверяет Джордж. - Только моя семья. Мне нравится думать, что это приучает их к постоянной бдительности. Особенно с этой. Один парень в свое время пытался подсыпать ей приворотное зелье. - Оно не сработало, и это было связано скорее с моим здравым смыслом не принимать угощения от случайных людей, чем с обучением с помощью ваших продуктов, - отмечает Харри. На встревоженный взгляд Тони, она говорит ему: - Это было еще в Хогвартсе. Любовные зелья считаются безвредными, потому что вызывают положительные чувства, за исключением Амортенции, которая даст тебе билет в один конец в Азкабан. - Не стоит беспокоиться, - весело говорит Джордж. - Он больше никогда не пытался подсунуть ей что-нибудь. - Его улыбка острая, как стекло. - Потому что вы с Фредом поделили конфеты и ходили за ним по пятам, как жуткие влюбленные щенки, пока он не признался и не умолял мадам Помфри изменить ситуацию, - говорит Харри с мягкой улыбкой. - Пожалуйста, скажите, что его наказали, - возмущенно говорит Тони. - Потому что это неправильно на многих уровнях. Я имею в виду, это хорошо, что ты принял участие в борьбе за команду и все такое, - говорит он Джорджу, - но что, если она действительно съела конфету и подумала, что у нее есть чувства к этому засранцу? Что если это перешло в секс? Это изнасилование, с какой стороны ни посмотри. Джордж одобрительно наблюдает за этой линией нездоровых вопросов. - Он мне нравится, - говорит он Харри. Харри хватает Тони за руку и переплетает их пальцы. - Я расскажу тебе за обедом, - говорит она. Она улыбается ему, и это, вероятно, выглядит небрежно, но ей все равно. Тони сжимает губы в твердую линию, затем вздыхает. - Тогда за обедом, - говорит он. Они прощаются с Джорджем и возвращаются в " Дырявый котел". Она платит за отдельную комнату, и они заказывают обед. Тони все еще в ярости от мысли, что кто-то подсыпал ей любовное зелье, и его убийственное выражение лица заставляет ее краснеть. Может быть, это из-за того, как ее воспитывали, но ей все еще иногда трудно смириться с тем, что людям не все равно. Но Тони заботится, и это согревает ее сердце. Она может привыкнуть к этому. Это не будет концом Тони в волшебном мире, но вот вкус грядущих событий! Он задал несколько довольно важных вопросов, да? ;D Мне просто нравится смеяться над вещами, которые не имеют для меня смысла, и это означает полное признание любовных зелий. Надеюсь, вам всем понравится эта глава. Дайте мне знать, что вы думаете. :)