Милосердие

      Однако не проходит и пяти минут, а Саймон с твоим отцом уже вовсю болтают будто старые друзья. Ты даже представить подобного не мог, тебе казалось, что все это будет блядски неловко и закончится временным перерывом в общении с ними обоими, но потом Саймон вспоминает о своей старой работе курьером в бухгалтерской фирме, где также работал и твой отец, и теперь они обмениваются историями... нет, фактически, сплетничают. Ты в состоянии это признать – они сплетничают.       Наконец, когда все разговоры стихают, твой отец переплетает пальцы и поочередно переводит взгляд с Саймона на тебя.       — Итак, Саймон. Тебе действительно удалось примириться со всем, что произошло? С тем, что Дэвид... То есть, ну, знаешь...       Ты отворачиваешься к окну. Идея выйти из него вдруг кажется очень привлекательной.       — Ага, так и есть. Потребовалось время, но в конце концов я понял, что именно этого хочу больше всего. То, что Дэвид мне дал, что принес в мою жизнь своим появлением... стоило всего, через что я прошел. И теперь, ну, теперь я снова хожу. Мне больше не о чем сожалеть.       — А как насчет... твоего пребывания здесь? Разве ты не хотел бы жить снаружи...       — Отец!       — Дэвид, — Саймон улыбается, но ты замечаешь в его глазах спрятанную грусть. — Мне и тут неплохо. Жить во внешнем мире, конечно, было бы здорово, да. Но... теперь мое место здесь. И должен сказать, это не худшее место, где я мог оказаться. Здесь люди хорошо ко мне относятся. Сначала – потому что это была их работа. Но потом у меня появились друзья. Я знаю, что эти люди действительно обо мне заботятся. И... — он протягивает руку, которую ты без раздумий сжимаешь. — Еще здесь Дэвид. И даже если после следующей выписки он решит, что слишком хорош для этого места, то я... я просто появлюсь в его снах и заставлю его ко мне прийти.       — Сай, ты же знаешь, что я никогда... — прежде чем он успевает тебя перебить, ты сам закрываешь рот. Потому что ты уже это сделал. Бросил его в прошлый раз. Пусть даже тогда ты не контролировал себя, но не похоже, что простого обещания навещать его теперь будет достаточно. — Ну ладно, может, ты и не знаешь. И я заслуживаю этого, не волнуйся, я понимаю. Наверное, нет смысла говорить, что мне самому это нужно. Каждый день ты будешь просыпаться от того, что я щиплю тебя за щеки, нажимаю на волшебную кнопку и...       — Он про родинку, — Саймон указывает на свою переносицу быстрее, чем у твоего отца возникли бы странные мысли по поводу волшебных кнопок. Ты продолжаешь:       — В общем, просто знай, что я тебе не врал. По правде говоря, я бы тоже очень хотел жить с тобой снаружи, но раз уж для нас это невозможно, то и этот вариант не хуже. Я имею в виду, что здесь у нас есть возможность остаться наедине, и...       — Ох, вы только посмотрите на время! — отец торопится, но все равно успевает улыбаться вам обоим. — Было чудесно наконец-то встретиться с тобой, Саймон.       — Да, сэр, мне тоже, — он дарит твоему отцу ответную широкую улыбку, и ты следуешь его примеру.       — И для всех, кто смотрит, совершенно очевидно, как вы друг другу подходите. Я очень рад за вас обоих и прошу только, чтобы вы продолжали быть теми, кто вы есть. Просто... будьте собой. Полагаю, я должен поприветствовать тебя в нашей семье, Саймон...       — Отец! — кажется, твое лицо сейчас просто сгорит. Разумеется, достаточно всего одного родственника для того, чтобы тебя смутить.       — Что? Я сказал что-то не так?       Саймон с улыбкой врезает тебе по локтю:       — Нет, мистер Лезерхофф. Спасибо вам.       Но твой отец все еще не уходит, несмотря на очевидную нехватку у него времени.       — И... Ну, может, мне тоже стоит познакомиться с твоей семьей, хотя я не знаю всех обстоятельств.       Какое-то время Саймон молчит.       — Я сообщу вам, когда мою маму выпустят. Только... придется подождать.       — Спасибо. Было бы замечательно. Ну что, берегите себя, голубки, — и с этими словами он наконец-то вас покидает.       Ты садишься на кровать Саймона, а затем откидываешься спиной назад, закрывая все еще горящее лицо руками.       — Агх. Ты когда-нибудь мечтал провалиться сквозь землю? Прости, Сай. Он правда хотел с тобой познакомиться. И, по крайней мере, у него нет никаких ублюдочных проблем с нетерпимостью, — например, как у твоей мамы.       — Нет, он показался мне очень славным. Кажется, я однажды доставлял ему почту, но я не уверен. Спасибо. За то, что познакомил нас. Он похож на того парня, который притащит тебя сюда за уши, если после отъезда ты не притащишься сам.       — Сай... Все эти разговоры о моем отъезде... Это будет еще нескоро. Можем мы просто расслабиться и забыть об этом на какое-то время?       Он пожимает плечами:       — Даже не знаю. У тебя есть интересные идеи, как помочь мне об этом забыть?       Да, черт возьми, есть.

***

      Разогнувшись из позы 86, Саймон расслабляется на кровати и переводит дух, а ты наблюдаешь за ним и не можешь собой не гордиться. Вскоре ты растягиваешься рядом с ним и целуешь его в щеку.       — Я удовлетворил вас, мой господин?       Он озадаченно на тебя смотрит и явно не знает, что ответить.       — О, да. Очень даже.       Ты просто пошутил, ты ведь ни черта не знаешь о БДСМ, но теперь тебе очень хочется изучить этот вопрос. Ты целуешь влажную кожу его шеи и крепко прижимаешь к себе, намекая, что сегодня ты будешь спать с ним.       — Люблю тебя, Саймон. До конца света и после него.       Несколько секунд он молчит, затем роняет в ответ:       — Надеюсь.