Всегда ли помогает знание?

      Прямо перед дверью меня ждал мой дядя Маркус – по совместительству мой шофёр и “телохранитель”. Он сказал: «Мне почти нечего делать, Адель, мне не сложно», и только поэтому он согласился быть им, но я уверена, что это ещё один повод приглядывать за мной, и они с папой сообща. К тому же, они братья, которые достаточно хорошо ладят.       Мы доехали до лицея за чуть меньше получаса, что было дольше, чем я предполагала. По пути я заметила что-то знакомое краем глаза и тут же нетерпеливо воскликнула:       — Останови здесь! Пожалуйста!       Маркус лишь тяжело вздохнул, понимающе ухмыльнувшись, и притормозил около пекарни через дорогу от лицея.       Пекарня Тома Дюпена и Сабин Чэн. Говорят, это одна из самых лучших пекарен-кондитерских в Париже. Грех не попробовать всё. Как раз есть повод!       — Мне чё-нить захвати, – бросил Маркус, поудобнее устраиваясь в водительском кресле, скрывая тёплый взгляд за телефоном. И тут же добавил: – Если не трудно.       Сдержав широкую предвкушающую улыбку, я слегка улыбнулась и неторопливо вышла из машины. Дядя остался стоять на месте, не отъехал подальше.       — Здравствуйте, – негромко произнесла я. Помещение было небольшим, и запах свежей выпечки распространился на всю комнату. На полках лежали разные изделия: от обычных круассанов и багета до макарон и пари-бреста. – Здесь столько всего, глаза разбегаются! Можете ли вы что-нибудь мне посоветовать?       — Здравствуй, – мило протянула женщина за прилавком, дружелюбно улыбнувшись. Именно её зовут Сабин, или я ошибаюсь? – Конечно, я могу помочь, но мне тогда нужно узнать, насколько вы знакомы с французской выпечкой и насколько её любите? Вы собираетесь есть в дороге или дома?       — Я совсем недавно в Париже, – кивнула я. – Была здесь несколько раз, и мне нравилось всё, что я пробовала. Обожаю всё! – я чувствовала, что, когда я рассказывала обо всём этом, мои глаза слегка сияли. Это такое необычное чувство. Я действительно люблю еду. Особенно её готовить. Если бы я не стала той, кто я есть сейчас, то определённо бы пошла работать поваром-кондитером. – Аллергий ни на что нет, вкусовой неприязни тоже нет, могу съесть всё. Если что-то сладкое, то предпочитаю что-нибудь ягодное или яблочное. Если не сладкое, то разницы нет. Давайте всё с собой.       Миз Чэн задумалась на секунд десять и заговорила:       — Тогда я посоветовала бы вам куриный киш, яблочные эклеры или макароны с клубникой, ежевикой, манго-маракуйя и миндалём или вишней. Или пончики бенье, те самые, что из мультфильма «Принцесса и лягушка», недавно вышедшего в кино, – понимающе ухмыльнулась женщина, предугадывая мою реакцию: я восторженно взглянула на неё и радостно улыбнулась, закачав головой вверх-вниз:       — Мне всё!       — Абсолютно всё? – её брови скрылись за тёмной чёлкой от изумление, но женщина всё же улыбнулась. Похоже, она не совсем ожидала такого поворота событий.       — Всё, из того, что вы назвали, – глубокомысленно кивнула я, сдержав смешок. – Пожалуйста.       На самом деле, это не так уж и много, я ж не собиралась съедать это прямо сейчас. Тем более, я планировала поделиться с Маркусом.       Спокойно выслушав мою просьбу по поводу определённой раскладки продуктов по коробочкам и пакетам, Сабин зависла на мгновение, переваривая, но после со словом «Минутку!» куда-то упорхнула. Я повернулась к входной двери, чтобы чем-то себя занять в ожидании, и совершенно случайно увидела, что дядя смотрит на меня. Заметив мой взгляд, он кинул свой вопросительный, но я лишь улыбнулась, перекатившись с пятки на носок, и нетерпеливо помахала ему.       Вскоре миз Чэн вернулась с двумя небольшими, но тяжёленькими такими пакетами. Ух ты, а она быстро.       — Я разложила всё так, как вы и просили. И вам повезло, круассаны только из печи, – снисходительно улыбнулась женщина.       — Спасибо большое! – благодарно выдохнула я, принимая пакеты, а после ставя их на пол и расплачиваясь. Я протянула купюру, и миз Чэн уже потянулась за сдачей, но я её остановила с улыбкой: – Сдачу оставьте себе.       — Но это же очень много... – растерянно пробормотала Сабин.       — Мне не жалко, – спокойно улыбнулась я чуть шире. – Считайте, что это спасибо за то, что вы не пожалели сил и разложили всё, как я попросила.       — Спасибо большое! – миз Чэн улыбнулась в ответ. Я понимающе кивнула и не успела сделать что-либо ещё, как незнакомая девушка примерно моего возраста грузно и шумно ворвалась в пекарню с большим ящиком в руках.       — Простите! Я задержалась! – воскликнула она, чуть покачиваясь. Несколько красных сочных яблок упало на пол, и у меня зачесались руки от желания поднять их. Вот чую, сейчас споткнётся и упадёт. – Вот яб-! – не успела она договорить, как вдруг поскользнулась на одном упавшем фрукте и коротко взвизгнула, упав прямо на меня. А ведь я даже не смогла ничего предпринять! Только мысль успела сформироваться у меня в голове. Настолько отвлеклась.       Но я определённо смягчила ей падение. И, к счастью, вовремя успела подложить себе под голову руку, иначе точно бы ударилась затылком. Слава Богу, я ничего не задела собой, не ударилась ни об один угол, когда падала, из-за чего мысленно поблагодарила Всевышнего, что хоть от этого меня спас.       — Ах, Боже мой! – ахнула Миз Чэн, прикрывая рот ладонью. Яблоки разбросались по плитке. – Девочки, вы целы?!       — Прости, прости! – протараторила незнакомка, тут же встала и помогла сделать это мне. Она была крайне обеспокоена. – Ты как?!       Я была выше неё на полголовы, поэтому мне пришлось чуть наклонить свою, чтобы её хотя бы увидеть. Она же в свою очередь посмотрела на меня поражёнными глазами: наверное, её слегка впечатлил мой рост, так как она сама была не низкой, это уж точно. Это показалось мне довольно милым. К тому же, в её глазах я не заметила даже намёка на узнавание, что вогнало меня в небольшой ступор.       — Всё в порядке. Но, вообще-то, это я должна спрашивать, всё ли нормально, – усмехнулась я, незаметно потирая ушибленную кисть: ту самую, которую я подсунула под свою черепушку. – Ты же так упала!       — Не переживай обо мне, всё хорошо, спасибо, – рассмеялась она и пожала плечами: – Я такая неуклюжая, уже давно привыкла. Честно говоря, я часто падаю: плашмя на лицо, падаю с кровати, проваливаюсь в сон, на уроках, в любви... – перечислила она и мечтательно улыбнулась, а я лишь фыркнула с понимающей ухмылкой. – Извини, пожалуйста, – тут же виновато продолжила она, коротко взглянув на мою ушибленную руку. Заметила все-таки. – Как мне искупить свою вину?       — Ерунда, – отмахнулась я, помогая ей собирать яблоки с пола. Было приятно, что человек об этом переживал. Тем более, я не обижалась. Просто не умею долго обижаться, когда человек сделал что-то случайно, без злого умысла. – Всё окей.       — Нет! – протянула девушка и обратилась к женщине за прилавком: – Мам, можешь упаковать дюжину круассанов для..? – она вопросительно взглянула на меня. Правда не узнала?! Или делает вид?       — Аида, – ухмыльнулась я. Ну, вообще-то, меня и так называют, так что ничего страшного! Это часть моего имени! Просто известна я другой частью, вот и всё.       — Привет, Аида, – она протянула мне руку, и я без проблем пожала её. – А я ходячая катастрофа, – усмехнулась девушка. – Откуда такой акцент? Он очень красивый...       — Спасибо, – улыбнулась я. – Я из Нью-Йорка и довольно часто путешествую по миру, поэтому все само собой перемешивается.       — Ух ты! Круто! А что ты делаешь в Париже, если не секрет?       Ей действительно интересно? Просто в глазах её и в жестах я не увидела ничего, что могло бы указывать на другое.       — Я приехала на Турнир, – я решила не таить некоторую правду: так или иначе, в интернете есть вся информация. – Я участница.       — Турнир по бальным танцам? Он же только в декабре! Сейчас почему-то такой ажиотаж насчёт него! Я так и не выяснила, из-за чего именно, – оживилась девушка, тут же попытавшись изобразить файвстеп в повороте слево из танго, но снова чуть не упала: я успела схватить её за запястье. Мы обе рассмеялись. – Мне нравятся бальные танцы!       — Тебе ещё учиться и учиться! – улыбнулась я и добавила: – Никогда не поздно совершенствоваться.       — С моей-то неуклюжестью у меня вряд ли получится. Да и дел у меня куча, – выдохнула девушка, и мы обе нагнулись, чтобы дособирать яблоки. Не прошло и секунды, как мы снова стукнулись лбами. – Извини.       — Ничего, – отмахнулась я и не стала снова наклоняться. Я уже собралась забрать пакеты и рюкзак и уйти, как девушка изумлённо воскликнула, остановившись:       — Надо же! Какой у тебя забавный портфель. Я не видела такого в продаже. Ты сама разрисовывала?       На самом деле, он жёстко испачкался в зелёной краске, и никакое средство не убирало пятна. Рюкзак был совсем новым, поэтому я решила, что самым разумным решением будет разрисовать его. На тот момент я как раз смотрела Спанч Боба по телевизору и подумала, что это идеальная идея. И не прогадала. Рисунок правда получился бесподобным и очень даже милым. Я рисовала особыми красками и не забыла покрыть рюкзак специальным лаком, чтобы сама картинка не испачкалась и не смазалась, даже если я буду плавать под водопадом в горах. К тому же, на нём есть такая вроде как незначительная деталь, которая для меня значит чуть ли не целый мир.       — Спасибо. Я написала сюда по одному самому искреннему и милому слову, что мне когда-либо говорили мои настоящие друзья.       — Но здесь всего два слова... – растерянно заметила девушка.       — За всю жизнь у меня было только два лучших друга, – словно ребёнку, снисходительно улыбнулась я. Всё равно именно эту информацию можно найти в интернете. – Хорошо, что не один или ноль, – вздохнув, я снова повернулась к пакетам, чтобы наконец-таки выйти и сесть уже в машину, но не тут-то было!       — Оу... – тем временем протянула девушка и тут же куда-то подорвалась. Она бегала по пекарне так быстро, что я едва успевала уследить за ней. В руках она держала коробочки, и что-то туда накладывала - пирожные, маффины, мини-тортики, плюсом ещё те круассаны, всего по-немногу - и так набрался целый пакетище. Она передала его мне в руки, но я не могла вымолвить ни слова. От шока мой рот приоткрылся, а глаза выпучились, и я изумлённо разглядывала заполненный доверху пакет. Это всё мне?..       Это было настолько мило, что чёрт... Я правда чуть не растеклась в лужицу из слёз прямо там.       Путь к моему сердцу лежит не только через тернистый лес и горы, но и через желудок. Чёрт возьми.       — Если у тебя на сегодня нет планов, мы с друзьями устраиваем концерт на набережной. Я дам тебе свой номер, – улыбнулась она и написала его на ближайшей коробочке с макаронами, тоже кладя её в пакет. «Маринетт» - так было написано рядом с контактом. Я тебя обожаю, Маринетт.       — Вот тогда мой, если что, – я поставила пакет на пол, достала из кармана светло-голубую визитку и вручила её Мари.       У меня они распределены по цветам: зелёная – с рабочим, соц. сетями и почтой; а светло-голубая – с обычным номером, не личным, но и не рабочим, созданным специально для таких случаев. Визиток с личным номером я не создавала.       — Ух ты! – удивлённо протянула Маринетт, рассматривая красивую картонку со всех сторон. – У тебя есть своя визитка.       — Ага, – ухмыльнулась я, кивнув. – Это значительно облегчает жизнь, знаешь.       — Маринетт, до урока осталось не так много времени, – аккуратно встряла миз Чэн, и я тоже невзначай посмотрела на часы.       — Ещё целых пятнадцать минут, мам! – протянула Мари, но всё же остановилась, с лёгкой надеждой посмотрев на меня. – Мне пора... Увидимся?       — Увидимся, – кивнула я и улыбнулась.       И уже через несколько секунд я сидела в уютной тёплой машине на заднем сидении, сначала чуть поныв по поводу того, куда девать нам столько еды (а потом вспомнила, что у нас, вообще-то, четыре рта, даже несмотря на то, что пока только два), а потом спокойно отвечая на дядины вопросы: «А чего ты так долго?», «Кто была эта девочка?». Рассказав вкратце, что случилось и что ему нужно сделать (изначально вежливо попросив, так что не надо мне тут), я переписала себе номер Маринетт, переложила небольшую часть еды в рюкзак и отдала Маркусу остальные пакеты. Их было не много, штуки четыре, но они были достаточно большими.       Доехали мы очень быстро, так как лицей находился от пекарни буквально через дорогу. Я не спешила выходить из машины. Ухватывалась за ручку, но каждый раз одёргивала руку.       — Переживаешь? – это было очевидно.       — Немного... – с сомнением выдохнула я, оставив попытки открыть дверь.       — Я понимаю, почему, но здесь ты будешь не одна, – заговорил он ласковым спокойным голосом. Дядя Маркус умел поддерживать. Казалось даже, что это его самое любимое занятие, благодаря чему он стал настоящим профессионалом. Он всегда знал, что нужно сказать. – Просто будь дружелюбной, для начала. Проанализируй обстановку в классе. Только после можно будет что-то говорить. Я уверен, ты справишься. Знай, что мы всегда с тобой и всегда тебе поможем. И Эрик с Николь приедут через неделю.       — Нужно только чуть-чуть потерпеть до их приезда... – смиренно выдохнула я, чуть улыбнулась и увереннее угукнула, кивнув. – Ты прав. Я смогу. Что значит неделя по сравнению с тем, что я пережила?       — Настрой, конечно, не очень, но ты права, – Маркус нехотя согласился, нахмурившись. – Давай просто сойдёмся на том, что всё будет хорошо. Ты справишься.       — Я справлюсь, – согласно пробормотала я в ответ, вдохнула-выдохнула, поверхностно поправив причёску, и элегантно вышла из машины. Дядя не спешил уезжать: он собирался остаться здесь, пока я не зайду в лицей.       Кстати, про него. Я неторопливо шла к главному входу. На передней части здания располагались восемь больших арочных окон. Ступени, ведущие к входной двери, расширялись по мере приближения к тротуару и, наоборот, сужались ко входу – такой вид лестниц мне очень нравился. Двойные входные двери с серыми ручками были сделаны из темного дуба. Всего три этажа.       Я остановила свой взгляд на понравившейся мне лестнице, и только сила воли не дала мне резко остановиться – я увидела, как Адриан торопливо поднимался по ступенькам. Сдержав негромкий радостный смех, я закусила губу, придумав какую-то очередную не смешную шутку. Нетерпеливо поднялась по лестнице и выдохнула, продолжив идти за Адрианом. Сердце так и норовило выпрыгнуть из груди от радости, что спустя семь гребаных лет разлуки я наконец-то увидела его вживую. Руки чуть заледенели от тревоги.       Быстренько согрев пальцы, я остановила его, тронув за плечо, и закрыла его глаза своими руками до того, как он обернулся.       — Угадай, кто! – широко улыбалась я, начав говорить на сильном британском английском. Непонимающе-возмущённо что-то промычав, Адриан всё же не стал снимать мои руки, учуяв подвох. – Ну же, угадай!       Несколько долгих секунд он стоял, правда задумавшись, а после поднял брови – видимо, догадка посетила – и неверяще улыбнулся, будто бы не он обсуждал с моим отцом мой приход. Да, папа говорил, что меня будет ждать сюрприз, поэтому я на 99% уверена, что они правда обсуждали это. Адриан явно думал, что я приеду только в октябре, но я все-таки решила появиться в лицее перед отъездом на недели моды. Даже если это один раз.       — Адель?!       — Да! – я тут же убрала руки и радостно бросилась ему на шею, рассмеявшись, а он в ответ обнял меня, чуть закружив.       — Привет! – сказали мы одновременно, когда он поставил меня на землю, и не удержались от лёгкого хихиканья. Он чуть наклонился вперёд, чтобы мне удобнее было его обнимать.       — Боже... Ты так вырос! – пробормотала я ему в шею, не отстраняясь. – Раньше, семь долбаных лет назад, я выше тебя была, да? Куда ты так растёшь?! Скоро до луны достанешь!       — Теперь твоя очередь быть коротышкой, – самодовольно ухмыльнулся Адриан, несмотря на то, что я была 180 сантиметров ростом.       — Эй! – я чуть отстранилась и возмущённо шлёпнула его по плечу. – Ты всего лишь на полголовы выше! Пока я могу без проблем положить локоть на твоё плечо, я не коротышка, слышишь? Слышишь?!       — Слышу, слышу... Коротышка, – усмехнулся он и рассмеялся, тут же ойкнув от моего нехилого подзатыльника. Мой ехидный смех был слышен только ему и близкостоящему человеку, темнокожему парню, который недоумённо сверлил меня своими карими глазами, не понимая, о чём мы говорим. Они переговаривались, пока я не остановила Адриана.       — А твои волосы всё ещё мягкие? – отстранившись, невинно спросила я и, не давая Адриану даже секунды на раздумья, разлохматила его укладку, после отбежав на безопасное расстояние.       А у меня высокий хвостик, закреплённый лаком – не получится волосы разлохматить!       — Ах ты..! Ну держись..! – возмущённо выдавил Адриан, хитро прищуривая глаза, впрочем не скрывая улыбки, и побежал за мной, что-то бросив своему другу. Оббегал всех людей, которые уже заходили в классы и будто бы не очень-то и обращали на нас внимание. Их было, если честно, не так уж и много. Скорее всего, большая часть студентов уже разбрелась по классам.       Я была быстрее и выносливее Адриана, но и он не отставал, поэтому когда прозвенел звонок, я резко остановилась у стенки, а он по инерции продолжил бежать и чуть в меня не врезался. К счастью, он успел во время вытянуть руки и упереть их в стену, поэтому он лишь слегка задел мою спину своим передом, потому что я не успела обернуться. Я облокотилась спиной о стенку, пытаясь чуток отдышаться, потому что не очень устала, а Адриан наоборот дышал очень шумно. Похоже, он не привык преодолевать такие дистанции без разминки: мы успели пробежать немаленький внутренний двор несколько раз и по кругу, и зигзагом.       — Тебе не кажется, что ты опаздываешь? – с улыбкой я вопросительно подняла брови, скрещивая руки на груди.       — Всё равно, – выдохнул Адриан, всё ещё нависая надо мной, и его горячее дыхание коснулось моей щеки. Он улыбнулся: – Я думал, ты в октябре придёшь!       — А вот... Решила порадовать тебя пораньше, – я гордо приподняла подбородок и усмехнулась. – Скорее хотела увидеть, как ты растечёшься в лужицу от моей красоты и изящества.       В ответ он лишь рассмеялся, спрятав лицо сбоку моей шеи, где она соединяется с ключицей.       — Но на урок действительно пора, а то мы уже опоздали, – пробормотал Адриан, наконец поднимая голову.       — Королевы не опаздывают, они задерживаются, – хмыкнула я, но всё же взяла его за руку и гордо приказала с лёгкой ухмылкой: – Веди.       — Конечно, королева Аделаида, – чуть поклонился Агрест, усмехнувшись, и повёл меня в сторону кабинетов. Как только мы дошли до нужной двери, он отпустил мою руку, постучался и открыл мне дверь, пропуская: – Дамы вперёд.       В груди потеплело. Мелочь, но приятно.       — Благодарю, – адресовав квиксен Адриану, я элегантно вошла в светлый класс, и он за мной.       Все ученики оживлённо переговаривались, большая часть из них уже заняли свои места, и почти все парты были заняты. Остались свободными только третья парта второго ряда и одно место на первой парте того же ряда.       — Извините за опоздание, – Адриан тем временем обратился к рыжеволосой учительнице, которая стояла около рабочего стола. Я осталась у порога, так как я понятия не имела, куда мне сесть. У них, похоже, пересадка. К тому же, я не помнила, как зовут учительницу. – Можно войти?       Больше половины класса рассматривали меня, будто экспонат в музее. Было не очень приятно, но это и не удивительно: я ведь новенькая. Так ещё и такая популярная личность... Все зашептались, уже не обращая внимание на Адриана, который, по всей видимости, редко опаздывает.       — Проходи, – дружелюбно улыбнулась очень приятная на вид женщина, кивнув. – Но раз ты опоздал, то я сама выберу, где тебе сидеть, – она на время задумалась, а Адриан в свою очередь обернулся, чтобы посмотреть на меня. Он помахал мне рукой вниз, подзывая к себе ближе, и я не увидела смысла отказываться. – Садись на третью парту второго ряда. Первый вариант от двери.       Пока Адриан усаживался, учительница доброжелательно обратилась ко мне:       — Здравствуй. Меня зовут мадам Бюстье, и я куратор твоего нового класса. Представься всем, пожалуйста.       — Да, конечно, – улыбнулась я женщине и уверенно обратилась к классу, так, чтобы меня услышали все. – Всем привет! Я новенькая, как вы уже успели догадаться. Мне зовут Аделаида Кинг, – вдруг послышались неверящие шепотки, как будто бы они не поняли это с самого начала, но я проигнорировала их. – И мне пока 19 лет. Буду рада познакомиться со всеми вами. Надеюсь, мы подружимся, – и спросила у мадам Бюстье: – Куда мне сесть?       — Садись к Адриану, – глубокомысленно кивнула она после нескольких секунд раздумий. Я радостно улыбнулась и быстро села к нему, на второй вариант, чуть толкая его в плечо, как бы говоря «Повезло!»       Он уже о чём-то говорил с темнокожим парнем на второй парте, когда я подошла, поэтому он представил его:       — Это мой друг Нино.       — Привет, – он отсалютовал мне и не протянул руку, поэтому я лишь кивнула ему в ответ:       — Приятно познакомиться.       — А я его девушка, Алья Сезар, – тут же встряла его соседка по парте и протянула мне руку, которую я сразу же пожала. «Увидела во мне соперницу, значит...» Она была в очках и распущенными коричневыми волосами, очень энергичной и, очевидно, любопытной. Это та самая журналистка из Леди Блога, да? По-моему, я видела её там неделю назад.       — Привет, – кивнула я. Алья хотела сказать что-то ещё, но была перебита:       — Ребята! – прикрикнула мадам Бюстье, чтобы мы услышали, и спокойным голосом продолжила: – Давайте вы обсудите всё на перемене?       — Конечно, мадам Бюстье, – выпалил Нино и отвернулся, поворачивая свою девушку.       Она начала рассказывать что-то для меня неважное, поэтому я решила, что лучшим решением было пока оглядеть класс. Краем глаза я успевала заметить, что ученики косились на меня, но как только мы встречались взглядами, они сразу же отворачивались. Кроме низкорослой девушки с розовыми волосами. Сзади нас сидели две девушки, по внешнему виду забавно противоположные: у одной розовая одежда, у другой – фиолетовая, одна низкая, другая – высокая и так далее. Они тут же дружелюбно улыбнулись мне, и я сделала это в ответ. Эти девочки казались довольно милыми… Спереди от Нино и Альи сидел парень с ярко-рыжими волосами и серым пиджаком, за ухом у него прятался карандаш. Место слева от него пустовало. Интересно, кто-то опаздывает, или здесь просто никто не сидит?       И, как будто услышав мои мысли, в класс забежала Мари… Маринетт? Она учится здесь?!       — Извините за опоздание, – тяжело выдохнула она, наклонившись и облокотив свои выпрямленные руки о колени.       — Проходи, Маринетт, – понимающе ухмыльнулась мадам Бюстье без каких-либо вопросов. Похоже, Мари часто опаздывает. – Как раз осталось свободное место.       Маринетт кивнула и подняла взгляд, тут же натыкаясь на меня. Её шок едва ли можно было описать словами – глаза выпучились, рот приоткрылся, и сама она резко замерла, в голове будто “заскрипели шестерёнки”. Я помахала ей в ответ, неловко улыбнувшись. Встряхнув головой, она села на место, похоже решив спросить обо всём позже. Но пару раз всё-таки не удержалась и обернулась.       — Ты знаешь её? – удивлённо прошептал Адриан, чуть наклонившись ко мне.       — Я перед уроком в пекарню через дорогу заскочила, и там с ней познакомилась, – так же тихо ответила я. – Она в меня врезалась, когда несла ящик с яблоками.       — Похоже на Маринетт, – фыркнул Адриан. – Она вообще довольно неуклюжая. Но она хорошая, правда.       — Я уже поняла, – кивнула я, вздохнув. – К счастью, я не ударилась головой.       — А чем ударилась? – чуть нахмурился Адриан.       — Рукой, – я тут же показала ему повреждённую тыльную сторону ладони. На самом деле, мне было не так уж и больно, но место саднило, грело и было содрано немного кожи, а охлаждающий спрей я с собой не взяла.       — Красная... – выдохнул он, мягко погладив место ушиба. – У меня есть, после урока всё сделаем.       — Надеюсь, не будет синяка, – я поджала губы, покачав головой, и тут же переключилась на другую тему: – Я, кстати, и твой любимый вкус макарон взяла.       — Да? – он оторвал взгляд от моей кисти, и уголки его губ тут же поползли вверх. Я активно закивала, улыбнувшись, и бесшумно достала коробку из рюкзака. Он неверяще смотрел то на меня, то на упаковку, но в ответ я лишь с ухмылкой подняла крышку, коротко приподнимая подбородок, тем самым побуждая взять один.       «Но мы же в классе!» – говорил его взгляд.       «Тебя это волнует?» – я скептически приподняла бровь. – «Ты ж незаметно!»       «Незаметно?..» – с сомнением и зарождающейся надеждой он прожигал коробку макарон глазами.       «Давай же.» – пленяюще ухмыльнулась я, двигая к нему упаковку. Он закусил губу и воровато оглянулся, но всё же быстро взял один и надкусил. Его глаза слегка закатились от удовольствия, и он выглядел настолько забавно, что я еле сдержалась от того, чтобы не рассмеяться.       И, как на зло, когда он укусил макарон в последний раз, мадам Бюстье задала ему вопрос:       — О чём я сейчас говорила, Адриан?       Он, быстро проглотив макарон, деланно-возмущённо глянул на меня и сказал:       — Про школьные проекты.       — Неплохо, Адриан, – насмешливо заметила она и продолжила вещать: – Как я уже сказала, список тем будет объявлен за два месяца до защиты, и нужно будет выбрать одну в тот же день, что и выдача тем. Жеребьёвка будет решать, как распределить группы, а пару можно выбрать самостоятельно, – я слегка пихнула Адриана в локоть, безмолвно спрашивая, будем ли мы в парах на оба проекта, и он с улыбкой кивнул, соглашаясь. Всё равно Нино будет с Альей. Я тут же достала из рюкзака запасную чистую резинку-пружинку для волос, которую всё забывала выкинуть, и надела на его запястье.       — Это значит, что ты забронирован. Мною, – шепнула я, невинно улыбнувшись в ответ на его вопросительный взгляд. – Носи, не снимая, иначе тебя украдут.       Адриан насмешливо поднял бровь, фыркнув и усмехнувшись, коротко взглянув на меня, но смиренно пожал плечами и продолжил слушать учителя. Оп, быстрое движение, и минус один макарон: Адриан не выдержал и, воровато оглянувшись, стащил ещё один, уж очень аппетитно они выглядят.       Я еле сдержала смех от забавности сей ситуации, но ожидаемо промолчала. Не хватало ещё получить замечание в первый день учёбы.       — Насчёт выпускного "бала". Он состоится в первую пятницу июля, за два дня до официального окончания вашей учёбы. Вы можете сами составить план мероприятия, но там обязательно должна быть официальная часть, в которой вы поздравляете и благодарите учителей и директора, и медленный танец.       Послышались насмешливые уканья и хихиканье (больше со стороны первого ряда): ученики переглядывались и либо предвкушали возможность потанцевать с объектом симпатии, либо же поглумиться над теми, кого не пригласят. Либо всё вместе. Не знаю.       — Это пока всё, о чём я хотела с вами поговорить... – сообщила мадам Бюстье, заглядывая в свой планшет, и решительно кивнула. – Да. Начнём же урок.       К концу занятия упаковка макарон предсказуемо опустела, и этот факт заставлял страдать ещё больше, особенно на последних десяти минутах урока. Звонок был настоящим облегчением.       В течение дня ко мне подходили одноклассники, рассказывали о себе и активно расспрашивали про меня. Я отвечала не развёрнуто, но открыто и свободно, чтобы не вызывать подозрений. К тому же, вопросы были банальными и предсказуемыми, поэтому мне даже не пришлось увиливать. Но всё равно я старалась держаться поближе к Адриану, единственному человеку, которого я здесь реально знаю.       К тому же, он сам тоже почти всё время крутился поблизости, помогая при необходимости и по возможности устраивая небольшие экскурсии по лицею, так что мне было гораздо спокойнее. Адриан, если что, спасал меня от огромного наплыва вопросов, которыми студенты всех возрастов осыпали меня весь день: как только он видел, что со мной что-то не так, он тут же со словами «Извините, у нас много дел» вытягивал меня из толпы и отводил в сторону. Я была безмерно ему благодарна за это – как бы часто ты не сталкивался с большим количеством народа, который мечтает с тобой сфоткаться или попросить автограф, привыкнуть к этому до конца невозможно, и он понимал меня, как никто другой.       Маринетт, кстати говоря, видя всё это, похоже, решила отложить расспросы на вечер. Ей тоже за это спасибо…