Всегда ли помогает знание?

      5:29, Нью-Йорк.       Адель резко проснулась за минуту до будильника. Завтрак успел наполнить своим запахом комнату.       Николь, как по таймеру, стояла у двери её спальни, протягивая планшет с расписанием.       — Доброе утро, босс. Утром у тебя два фитинга, одна съёмка и ужин с представителем Harper’s. Потом телепорт в офис для переговоров с тем дизайнером для твоей линейки. На ланч — целый час, вот это удача. После обеда сразу же фотосессия и два кампейна, перерыв, репетиция дефиле, потом наконец домой и сон. В итоге у тебя целых три часа свободного времени, которые ты можешь потратить на учёбу! И это ещё не начались показы.       Адель села, щурясь на мягкий свет. Николь говорила, не отрываясь печатая что-то в телефоне.       — Доброе утро, правая рука. Вижу, кофе уже у тебя?       — Конечно. Пряный тыквенный латте, как ты и просила. И калорийный салат. Я лично буду смотреть, как ты ешь, – Адель приподняла уголки губ, закатив глаза. – Ты лицо бренда, а не оживший скелет в кутюре.       — Утром ты особенно поэтична, – зевнула Адель, перехватив бутылку воды и приложив её к самым тёплым участкам своего тела, чтобы быстрее проснуться.       Она привыкла. К такому темпу, к Николь, к вниманию. Это был её ритм, привычный с детства. Съёмки, сцены, репетиции — всё это срослось с ней, как вторая кожа. Она не нуждалась в передышке. Пока другие жаловались на усталость, она лишь сильнее собиралась в кулак.                                                  ***       Нью-Йоркская неделя моды. ‎       ‎Сентябрь влетел без стука. Она открывала WTK в первый день, восседая на троне из хрусталя в платье, будто сотканном из световых бликов. И закрывала, вся в чёрном, с прямой осанкой и ледяным взглядом — ровно как хотел концепт. В перерывах между показами — интервью, съёмки, стратегические встречи. ‎ ‎      С Эриком она увиделась лишь на втором дне — он прилетел ради неё. ‎       ‎— Ты не изменилась, – заметил он, когда Адель подскочила к нему сзади и закинула руки ему на плечи. – Всё такая же королева Нью-Йорка! ‎       Адель лишь фыркнула, закатив глаза. Будто они не виделись всего две недели назад. ‎ ‎      Он сопровождал её на нескольких мероприятиях. Временами он и Николь переглядывались и устраивали "союз тревожных" — одна не давала ей забыть про еду, второй — про сон. Адель лишь усмехалась. Всё было под контролем. Пока она в движении — она в порядке. ‎                                           *** ‎      9 сентября, Лондон. ‎ ‎      — Ну что, пошумим? – усмехнулась Николь, подавая ей зонт. В Лондоне, разумеется, шёл дождь. ‎       ‎Здесь у Адель не было показов — она просто присутствовала как гость. Это позволило ей чуть выдохнуть. Больше сна, больше учёбы. ‎ ‎      — Адель, ты в списке! – голос Альи по видеосвязи был почти праздничным. – Нас объединили в группу с Маринетт и Адрианом! ‎       ‎— Проект?       ‎— Ага. «Эволюция женских ролей в истории». ‎       ‎— Поняла, – Адель сосредоточенно кивнула. ‎       ‎А в это время — показы, backstage-съёмки, ужины, где она невзначай, по доброте душевной, подмечала стильные идеи для будущих коллекций. И пара встреч с преподавателями, к которым она подключалась онлайн, несмотря на немного другой часовой пояс. Николь, конечно, всё организовывала заранее. ‎ ‎      — Лондон мне нравится, – кивнула Адель как-то вечером на балконе отеля. – Но тут все как будто... Медленно. Сухо и пусто.       Иронично, ведь и сейчас на улице шёл дождь. Люди с зонтами как маленькие муравьишки бегали из одного места в другое, машины создавали пробки и сигналили по любому поводу... Но ей казалось это таким наигранным. Таким одиноким. ‎      — Это просто ты – ураган, — фыркнула Николь, закутываясь в плед.                                           *** ‎       ‎17 сентября, Милан. ‎ ‎      Милан — тепло, глянцевая кожа, паста на ужин и бесконечные разговоры о стиле. Стереотипно, казалось бы, но как есть! Адель участвовала в показах нескольких европейских брендов, а один кампейн снимала на рассвете — босиком, на крыше здания с видом на Миланский собор. ‎       ‎— Вы когда-нибудь устаёте? – выпалила визажистка. Адель просидела в кресле два часа, пока на неё накладывали пятый мейкап за день. Большую часть времени она обсуждала с Николь свой график и учёбу. ‎       ‎— Конечно. Просто я умею грамотно распределять энергию, – невозмутимо ответила Адель, глядя на своё отражение. «На самом деле, я бы сошла с ума, если бы не Николь», – хотела продолжить она, но сдержалась. ‎ ‎      Милан был хаотичнее, чем Нью-Йорк. Организация страдала, водители путались в расписаниях, дизайнеры нервничали. Но Адель — нет. Николь держала всё под контролем. Даже если в это время занималась её курьером и менеджером одновременно. ‎       ‎— О, и учёба. У тебя вечером видеоконференция по физике...       — Фу! – тихо хныкнула Адель, нахмурившись. – Ненавижу физику... ‎                                           ‎*** ‎ ‎      25 сентября. ‎ ‎      Париж. Почти дом. ‎ ‎      Кульминация. Она снова открывала и закрывала показы WTK. Здесь всё ощущалось важнее, громче. Модой пахли даже стены. И здесь же был Адриан — участвуя в нескольких показах, он мелькал где-то на заднем фоне. Пару раз они пересекались — она кивнула, он улыбнулся. Молча. Слишком много камер. ‎       ‎Париж был как вуаль: красивый, но немного душный. Адель устала. Не в голове — в теле. Столько событий, встреч, образов, одежд. В последний день она и Николь просто сели вдвоём в её квартире и съели по самому калорийному в их жизни круассану с огромным количеством начинки. ‎                                           ‎*** ‎       ‎1 октября, Париж. ‎       ‎Акума.       ‎Адель едва успела выйти из здания после переговоров, когда стена напротив взорвалась светом и хаосом. Люди закричали. Всё это случилось слишком внезапно. ‎       ‎Она не бежала — просто растеряно замерла на перекрёстке, как лань перед яркими фарами, и в следующее мгновение рядом с ней приземлился Кот Нуар. ‎       ‎— Всё в порядке, мадемуазель? — голос был знакомо насмешливый, но при этом чёткий и внимательный. Сзади него что-то большое грохнулось о землю. Нуар еле сдержал усмешку. ‎       ‎Адель на секунду задержала взгляд, пытаясь сосредоточиться — зелёные глаза, маска, этот пафосный тон. Улыбка.       Адель неделю не спала нормально, и ей было сложно сконцентрироваться. Мысль, что прямо перед ней акума разрушает город, не могла дойти до её уставшего разума. ‎ ‎      — Со мной — да. С этим кварталом — не факт, – неторопливо и ровно ответила она. ‎       ‎— Что ж, постарайся не попасться под горячую лапу, – он подмигнул, заприметив за девушкой машину и подходящего к ней телохранителя. – И держись подальше от осколков. ‎       ‎Она только кивнула. Пара секунд — и его уже не было. Акума отдалялась от улицы... ‎                                           ‎*** ‎       ‎И только вечером, лёжа в ванне, Адель впервые за месяц позволила себе закрыть глаза и с шумом выдохнуть, подавляя дрожь в конечностях. Мозг плавился, как сыр на сковородке... ‎       ‎Недели моды завершились. Но жизнь — продолжалась.