Критическая ситуация

— И она мне заявляет, что отец, оказывается, любит меня всей душой, представляешь? Столько лет он даже не заикался об этом, а оказывается, что он меня любит! – сидя на диване с бокалом вина, возмущалась я, пересказывая свой утренний разговор с Ритой Маше. – Темно, тебе не кажется? Может, свет включим? — Очень милый полумрак. Так ты считаешь, что она врет? – Маша взяла мои ноги и уложила их себе на колени, начиная массировать ступни. — Я считаю, что врет мой отец. Прежде всего, — подняв бокал, ответила я. — А я ему верю, — пробормотала она, пожав плечами. — Ты серьезно? — Абсолютно. Любовь отца к дочери - это… Это безусловное, понимаешь? То, что по умолчанию. — Скажи об этом детям в детдомах и приютах, — сухо ответила я, делая очередной глоток вина и прикрывая глаза от удовольствия, которое разливалось от пальцев вверх по ногам. — Ты не росла в приюте. Я говорю о семьях, где не бросают детей. — Плевать, говори, что хочешь, только не останавливайся, — подвинувшись, я убрала подушку, чтобы принять лежачее положение. — Как мы заговорили, — рассмеялась Маша и начала массировать одновременно и вторую ногу. — О, Боже, — простонала я, когда ее пальцы коснулись икр. – Я даже не знаю, что лучше – это или секс. — Предлагаю выяснить это, — сильные пальцы поползли вверх, массируя сначала колени, а потом подбираясь к бедрам.

***

— Ладно, секс все-таки лучше, — подвела я итог после хорошего оргазма, полученного там же на диване. — Думаешь? – усмехнулась Маша, целуя мой живот. – Боже, как я обожаю, как ты пахнешь, — пробормотала она, ведя носом вдоль линии пресса. Эта фраза немного смутила меня, но не настолько, чтобы я остановила ее движения. — И то, какая на ощупь твоя кожа, — губы оказались между грудей, оставляя легкие поцелуи. То опускаясь к ребрам, то снова поднимаясь выше. – Мягкая, — поцелуй украсил ключицы. – Нежная, — губы коснулись шеи и уголка челюсти. – Как и вся ты, — ухо, скула и подбородок тоже получили свою порцию ласки, которая закончилась горячим поцелуем и ее пальцами во мне. — Мне кажется, я влюбляюсь в тебя, — тихо произнесла Маша, когда мы лежали в темноте на диване. Свет мы так и не включили. – Точнее, — тут же добавила она, а я слушала, затаив дыхание. – Мне не кажется. Я в этом уверена. Я не знала, что ответить на это. Неожиданно мне стало страшно. Жар волной покатился по телу, оставляя после себя неприятное чувство. Я не знала, что именно меня пугает, но было страшно. Страшно, что это может стать проблемой. Что это меня к чему-то обяжет или я теперь должна буду вести себя как-то иначе. Но ведь… Это ее решение. Я не просила об этом. Я хотела легкости и непринужденного общения, и я не раз об этом говорила. — Я… этого не просила, — пробормотала я, не зная, что именно лучше сказать. — Об этом, по-моему, обычно и не просят, — усмехнулась Маша и провела пальцами по моей груди. — Я… Мне нужно… — попытавшись встать, я почувствовала, как ее рука обхватила меня, не давая двинуться с места. — Тебе не обязательно сбегать, — проговорила Маша, но напряжение в ее голосе было отчетливо различимым. – Я не собираюсь давить на тебя или принуждать к чему-то. — Хотела бы я посмотреть на это, — нервно усмехнувшись, я прекратила попытки подняться. — Я имею в виду, что это… Это же мои чувства, правильно? Я это сказала не для того, чтобы услышать в ответ то же самое. — Это хорошо, потому что у меня нет к тебе любви, — выпалила я. — Что ж, — снова усмехнулась она, кивая, — это было жестко, но… я полагаю, честно. И мы с этим разобрались. — Зачем тебе это? Ты же знала с самого начала, что я не отвечу тебе взаимностью, — острый вопрос висел в воздухе, как дамоклов меч. — У меня нет какой-то определенной цели. Я просто хочу быть рядом с тобой. Это проблема? — Для тебя. — Для меня нет. А для тебя? — Почему меня должно заботить твое душевное состояние? Я предупреждала тебя о рисках. — Вот и славно. Все все знают, все предупреждены, все в полном порядке. Так… Я могу остаться? Или мне поехать к себе? – неожиданная смена темы застала меня врасплох, поэтому среагировать привычном образом не удалось. — Ты… Можешь остаться, — сама себе удивляясь, ответила я. — Тогда если ты не против, я приму душ. А ты, если захочешь, — Маша оставила легкий поцелуй на моей щеке, — можешь ко мне присоединиться. Встав с дивана, она, не одеваясь, направилась в сторону ванной. Я же, все еще пребывая в недоумении, полежала несколько минут, а потом отправилась следом за ней. Я ее предупредила. Если у нее нет инстинкта самосохранения – это не моя проблема.

***

— Тебя целый день не было на месте, где гуляла? – с улыбкой спросила Маша, входя в кабинет вечером пятницы. – Ты что, собираешь вещи? — Да, я почти весь день была с Евзовичем. Обсуждали все вопросы, закрывали все, — убрав в небольшую коробку свои канцелярские принадлежности, которые я принесла из дома, я еще раз осмотрела кабинет. – Вроде ничего не забыла. — В смысле, ты уходишь? – Маша выглядела не то удивленной, не то напуганной. — Да, я закончила проект, сегодня был последний день, — кивнула я. – Я разве не говорила? — Нет, представь себе, как-то забыла упомянуть, — раздраженно ответила Маша, сверля меня взглядом. — А, ну… Сегодня последний день. Больше я тут не работаю. Еще один хороший кейс в копилку, — улыбнулась я. — Поздравляю, — сухо ответила она. – А если бы я не зашла, я узнала бы об этом только в понедельник? — Не знаю, может, раньше. В чем проблема? – нахмурилась я, не понимая ее обвиняющей интонации. — Проблема? – улыбнулась она, но улыбка была невеселой. – В чем проблема? Элина, я понимаю, что тебе по большей части плевать на меня, но хотя бы об этом ты могла сказать? Или я совсем для тебя пустое место? — Господи, не устраивай истерик, — пожала я плечами. – Я просто… забыла. Думала, что говорила тебе. Замоталась, с кем не бывает. — Ни с кем не бывает! Только с тобой бывает! – воскликнула Маша. — Маш, — сжав пальцами переносицу, — чего ты хочешь? Извинений? Мне прощения попросить? Что? — Ты правда не понимаешь? — Правда не понимаю! Ты пришла и разоралась, что я не поставила тебя в известность о своем рабочем графике. И я не понимаю, где тут трагедия. — Ладно, — мотнула Маша головой. – Неважно. В любом случае, я зашла отдать тебе это, — она протянула мне черный аккуратный зонт. – Там очень сильный дождь. А твоя машина, как я видела, снова в самом конце. С этими словами она развернулась и вышла из кабинета, оставив меня в еще большем недоумении.

***

В субботу утром я трижды прошла мимо зонта, висящего на вешалке, раздумывая о том, стоит ли мне написать ей или же дождаться, когда она сама даст о себе знать. В итоге, когда было около пяти вечера, а Маша так и не объявилась, я решила снова проявить инициативу. Что-то не отпускало меня, тянуло к этой девчонке, хотя я и не могла признаться даже самой себе, что дело не только в сексе и приятном общении. Именно поэтому я взяла телефон и, пройдя на кухню, открыла диалог, отправив вместо приветствия только что сделанную фотографию банки мороженого и двух ложек. Сообщение было прочитано почти сразу, но ответа пришлось ждать несколько минут. Мария СПТ: «Это ты так извиняешься?» Я: «Это я пытаюсь исправить твою недоработку. Ты обещала мне мороженое, но я его так и не получила.» Мария СПТ: «Я обещала самое вкусное.» Я: «Это оно и есть. У меня тут лишняя ложка. Ты присоединишься или как?» Мария СПТ: «Ты просто неподражаема». Я: «Я знаю, спасибо. Так что?» Мария СПТ: «Это был не комплимент. Буду через час.» Я: «И это я тоже знаю. Жду». Отправив сообщение, я тут же пожалела об этом, решив, что «жду» было лишним. Но… Ватсап не дает удалить смс, не оповещая о его наличии второму собеседнику. Да и прочитала она его довольно быстро. Так что пришлось сделать вид, что все в порядке.

***

— Чем занималась весь день? – отправив в рот ложку вкуснейшего мороженого, поинтересовалась я, глядя на Машу, на которой был стильный свитер, который мы покупали вместе, и не менее стильные джинсы, которые я раньше не видела. — По магазинам ездила, — пожала она плечами. — Джинсы взяла? – указав ложкой на ее ноги, спросила я. — Угу, в том числе, — я смотрела, как работают ее челюсти, чувствуя, как сводит колени. — Одна? И не побоялась? — Кто сказал, что я была одна? – усмехнулась Маша, мельком взглянув на меня. – Ты была права. Вкусное мороженое. Это… тирамису? — Да, — бросила я и тут же добавила. – А с кем ты была? — Когда? – нахмурилась Маша, делая вид, что не понимает моего вопроса. — Когда ходила по магазинам, — теряя терпение, ответила я и даже забыла о том, что на ложке тает мороженое, пока оно не капнуло на стол. — Осторожнее, — проговорила Маша и, подойдя к раковине, взяла тряпку. Вернувшись к столу, она вытерла маленькую лужицу растаявшего мороженого и посмотрела на меня. – Что? — Ты не ответила на вопрос, — я говорила спокойно, но внутри что-то зрело. От нее иначе пахло. Это были не ее духи, и я четко это осознавала. Запах был приятный, свежий, но не ее. — С кем я была? — Да. — Я думала, мы не лезем в дела друг друга, — ухмыльнулась она, наклонив голову. – Или я не права? Посмотрев на нее долгим взглядом, я кивнула. — Права. Повернувшись к столу, я снова запустила ложку в ведерко. Маша наблюдала за мной какое-то время, но когда поняла, что новости в соцсетях меня интересуют больше, чем она, не выдержала: — Мне показалось или это была ревность? Я даже отвечать не стала на этот вопрос. Только бровь подняла, продолжая листать посты с новостями из мира маркетинга и бизнеса. — Элина-а-а, — она подошла и пихнула меня плечом. – Ты со мной не разговариваешь? – снова плечо. — Что за детский сад? – я посмотрела на нее своим фирменным взглядом, который обычно возвращал людей на бренную землю. – Может, еще за косичку меня дернешь? — Эй, что случилось-то? – в глазах Маши я увидела искреннее волнение, и это порадовало. Да, я манипулятор. Да, я мерзкая сука. Да, я играю на чувствах людей. Все это я знаю, спасибо. — Ничего, все в порядке. Просто я, наконец, поняла, что к чему, — пожала я плечами и снова вернулась к телефону. — Может, и меня посвятишь? – не унималась она, все еще стоя рядом. Но хотя бы не пихая меня плечом или не хлопая по заднице, как подросток. — Думаю, ты и сама в курсе. — В курсе чего, Элина? — Ну, я так понимаю, дело-то вовсе не в чувствах? А в мифической галочке? — Кто такая Галочка? – не поняла Маша, а я только глаза закатила. — Это не имя. В смысле… Галочка. Выполнено. — И что должно быть выполнено? – все еще хмурясь, переспросила она. — Как что? Вызвать меня на эмоции, я не знаю… Заставить что-то чувствовать, влюбить в конце концов. Ты же обычно встречалась с другими, правда? А тут как новый уровень. Ведь так? — Ты совсем не в себе? – на лице Маши проскользнуло разочарование, и на секунду я подумала, что, может, все-таки в этот раз ошибаюсь я. – Какие галочки? Я же тебе сама рассказывала, что у меня отношений-то было по пальцам перечесть. И ты думаешь, что я просто решила… поиграться?! Ты всерьез такого мнения обо мне? — К чему тогда вся эта история с «Где я была? Когда я была? Какой вопрос?» — передразнивая ее, пропищала я. — Во-первых, я не говорила таким голосом, — сердито ответила Маша. – А во-вторых, мне просто нужно было понять, все ли тебе равно, где я и что я делаю. — И как, поняла? – вскинув голову, фыркнула я. Тоже мне, нашла с кем играть! Проверить она решила. — Поняла! Ты от ревности чуть не изошлась вся! – Маша смотрела мне в глаза, а огонь, полыхающий в них, в точности отражал мой. — Я?! Да плевала я на то, с кем ты была! Хоть в магазине, хоть в сауне! — Да неужели! — Представь себе! Мы орали друг другу в лицо, прекрасно зная, что думает на самом деле каждая из нас. Но я сдаваться первой не собиралась. Не собиралась, пока она не прижала меня к себе и не прошептала прямо в губы: — Как же ты меня бесишь! Но последующий поцелуй не дал мне ничего ответить.

***

— Если тебе все еще интересно, я была в магазине с Верой, — проговорила Маша, когда мои глаза слипались, а тело вибрировало от только что пережитых нагрузок. — Мне и не было интересно, — пробормотала я и, перевернувшись, уткнулась носом ей в плечо. Где-то на краю сознания, перед тем, как окончательно провалиться в сон, я услышала: — Конечно. Конечно.